Часть 3. Дева Эласонская

(30.01.2023-...)

При воспоминаниях как я вообще вышла замуж становится как-то странно. После того как я переехала в резиденцию моего мужа, графа Дракулы со мной начали творится странные вещи. В первую ночь после свадьбы я заперлась в своей комнате и тут же уснула, не раздевшись. Утром я проснулась и почувствовала сильную слабость во всем теле. Это очень меня испугало, но я все таки встала и помолилась. Но всё же выходить из комнаты я не стала, сказала служанке, чтобы передала, что госпожа чувствует себя плохо. Тут же мне принесли завтрак в постель. Я набросилась на еду и остановилась лишь когда от завтрака остался лишь запах. Граф сказал передать, что он отправляется с боярами на охоту. Я со скукой посмотрела как главные ворота открылись, выпуская его с его свитой на развлечение. Этот замок был окружен одним лесом. И сколько мне предстояло провести ночей в этом угрюмом замке? Я начала читать книгу о истории. Служанка же долго стояла в дверях и топталась. - Дите мое, что стряслось? - ласково обратилась я к ней. - Ваша светлость, вас хочет видеть один гость… - замялась служанка. - Кто же? - устало подняла я голову с подушки. - Просит срочно, имя не назвал. - Скажи прием гостей госпожа не проводит. - Я ему говорила. Он слушать не хочет. - Так это мужчина! Передай госпожа не заводит новых знакомств. Всё ты свободна, иди. Служанка покорно опустила голову и вышла. Вскоре, когда шаги служанки утихли, ко мне постучали. От неожиданности я вскочила и крикнула “Кто вы?” - Боярин. - коротко ответил человек за дверью. - Что вам надо? - Мне надо с вами поговорить. - Извините, но я имею прямое право вызвать дворецкого прямо сейчас и он объяснит вам, что без спроса стучать в дверь и придумывать нелепые объяснения чудовищно! Человек за дверью замолчал. Я посмотрела в окно и вздохнула. - Эй, вы, за дверью! Говорите, что такое и идите. - Это нельзя говорить, когда могут подслушать слуги. - Ах такой вы! Идите и не мешайте мне отдыхать. - Хорошо, надеюсь завтра вы меня примете. - я услышала быстрые удаляющиеся шаги и открыла дверь, чтобы узнать кто это за незнакомец со спины. На меня смотрел молодой человек двадцати трех лет. Улыбался он во все зубы. - Кто вы? - Я уже говорил. - улыбнулся он. - Боярин это не ответ. - Хорошо, меня зовут Яном. Теперь можно поговорить? Он показал мне на стул. Я села, смотря на него с едва сдерживаемой злостью. Но надо любить своего ближнего. И по привычке тут же забыла о подлости. - Что вы хотели спросить? - Извините, но я привык хватать быка за рога. Вы чувствовали такую ужасную усталость, как будто камень великий на гору вознесли? - Вас это не касается. Была очень рада познакомится с вами, а теперь будьте добры покиньте залу сейчас же или… - Вы вызовите дворецкого, который не придет потому, что его нет на посту. Такая угроза устрашающая. - Как это его нет на посту? Это ему для чего платят-то? - Как это для чего? Для красоты и гламура. - Как это так? - И это говорит представительница того сословия которая интересуется как получше разодеться. Боже не пугайте меня своим покорным личиком! Все графы, герцоги, короли живут не только политикой. Они делают всё возможное, чтобы говорили о них какие они богатые и сколько у них прислуги. Разве не так? - Не в моем случае. - ответила я. Я встала. - Откуда вы знаете, что у меня должна быть усталость? - Так на у вас есть? - он вскочил с радостным криком. - Нет у меня никакой усталости. Это у служанки моей. - незнакомец тут же поник. Но его лукавые глаза через секунду опять лучились и он пробормотал: - У моего слуги точно такое же. Совпадение однако. - Я не думаю, что совпадение. До свидания. - я подошла к двери, быстро закрыла её и вскрикнула: с оконной раме на меня смотрела черная летучая мышь. - Что-то стряслось? - спросил незнакомец. - Ничего особенного. Я оступилась. Я с вами уже попрощалась. - Говорят еврей никогда не может попрощаться. До свидания. Хорошего дня. - Хотя постойте. Что надо делать с летучей мышью которая уже мертва? - Не прикасайтесь только! Заразу такую переносят. - Чуму тоже? - Говорят, что да. Я лично не экспериментировал. - А они чумой не болеют? - Зачем знать болеют ли они чумой, если нам известно главное – они её переносят. - сказал он тоном великого философа. - И кто это за такой умник, который говорит такую чушь? - Я вас наверное удивлю, но так говорит кандидат медицинских наук, доктор графа. - Тогда что делать с летучей мышью на оконной раме? - Не знаю, думаю лучше перчаткой выкинуть во двор. - Спасибо. - я обыскала шкафы, но такой перчаткой, которая была нужна по моему мнению для выкида трупа летучей мыши, не нашла. Перчатки были светлые, красивые и тратить на ужасное чучело было очень жаль. Немного подумав, я решила, что пусть боярин тратит свои перчатки. Их все равно можно будет найти где-то. - Вы, за дверью, вы меня слышите? - Нет, не слышу. - Так вот у вас есть перчатки? - Есть, а что? - Одолжите одну, а? - последовало мучительное молчание. Когда я уже отчаялась, он заговорил: - Я конечно могу дать, но как? Перчатка сквозь щель в дверях не пройдет. Я открыла дверь. Он посмотрел на мышь и сел около окна. Потом снял перчатку и открыл окно. Скинул мышь с крыши и с удовлетворением кинул перчатку вслед за мышью. - Прекрасно. Буду ходить в одной перчатке. Зато живой. - оптимистически заметил он. - Да, жизнь прекрасна. - Так была у вас усталость или нет? - Вас как шарманку на одну мелодию ввело. Усталость, усталость, усталость. Сколько вам говорить усталость у моей служанки, а не у меня. - Тогда передайте своей служанке, - начал он, смотря на лес, - что такая усталость возникает при большом отсутствие крови, или, как сказать вернее, когда кое-какой-то человек выпивает кровь у другого человека. Ночью подкрадывается и выпивает. И вскоре тот человек бедный несчастный, может быть, сам того не зная становится трупом. Бледным с едва бьющимся сердцем, пока вампир не находит другую жертву, а первая жертва отдыхает до тех пор, пока не восстановится от пережитых кровоизлияний. И вампир опять начнет свое кровожадное дело. Ужас сковал все мысли. Всё начало кружится, ноги подкашиваются, мысли путаться и слова становится всё тише и тише… Когда я очнулась, то оказалась на кровати. - Только резко не вставайте! - приказал какой-то голос из тумана. Я резко подняла голову и вскрикнула. Было больно. - Я же говорил вам. - пессимистически сказал голос. Я осмотрелась. Голос принадлежал моему мужу, графу Дракуле. Старому с крючковатым носом. Если кто-то спросит откуда я замужем за такого человека, вы удивитесь, но я буду молчать. - А, летучая мышь! Что с ней? - А, засохший труп уже убрали. - я вспомнила как перчатка Яна полетела вслед за засохшим трупом и вздрогнула. - Бедняжка. Надеюсь уже в раю. - Согласен, за упокой души летучей мышки. - манера выражаться Яна выдавала его с головой, пусть он и сидел в самом темном углу комнаты и глаза его были такими спокойными. Если бы меня спросили кто самый большой еретик, который не будет гореть на костре, я бы тут же указала на Яна. - Что со мной стряслось? - Вы упали в обморок и ударились больно головой. - ответил доктор. Я опять легла и долго подумав сказала, что чувствую себя плохо и было бы хорошо если бы тут была тьма. Когда мой муж поцеловал мою руку и вышел из комнаты с другими людьми, я вскочила и, прислушавшись к тишине в коридоре, позвала свою служанку. Служанка присела в реверансе. Я тут же приказала чтобы она рассказала мне про местных вампиров. Служанка вздрогнула. - Госпожа, но нам запрещено говорить на эту тему. - И кто запретил? - спросила я. - Это секрет. Немного подумав я достала пару красивых белых перчаток и протянула ей одну. Нет, но всё таки за этот день я их лишусь. - Всё расскажешь – получишь вторую. Договорились? - А если спросят? - Скажи, госпожа за хорошую работу наградила. А теперь рассказывай. Служанка несколько минут стояла потупив взор в пол. Я ей не мешала принимать решение. Времени было много, ведь делать мне нечего. - Госпожа Мария, - наконец заговорила служанка, - говорят, что вампиры водятся в дебрях лесов. Они нападают на путников и выпивают их кровь до единой капли. - А почему мне не надо об это говорить? - Вы должно быть не поверите, госпожа, но это правда. - Ой врите дальше. - Нет, это правда. Вот сын старшины бояров Ян, который хотел увидеть вас, страдает от вампира. Каждое утро он очень слабый. - А почему ты не страдаешь, ведь ты тоже молодая? - Кто вам сказал, что никто мою кровь не пьет? Только сегодня я хорошо себя чувствовала. Я так рада была. Наверное Бог мои страдания увидел. Я опустила голову и всхлипнула. Это была правда. Вчера мою кровь кто-то выпил. О, если каждое утро будут выпивать по столько, от меня ничего не останется. Лишь “труп с едва бьющимся сердцем”. - Госпожа, что с вами? - вскрикнула служанка подбежав ко мне. - Жаль мне тебя дите. - а лет ей больше чем мне. - Жаль мне вас всех грешников. Молись утром и вечером и выйдет бес из души твоей. - Госпожа, но эта правда! Я могу вам даже ранки на шее показать! Я невольно вскрикнула, ибо она тут же сняла шарф и показала мне две красненькие ранки. Очень похожие на ранки от зубов летучей мыши. - Все мне мерещится должно быть. - я положила свою ладонь ко лбу и изобразила обморок. Служанка уложил меня опять в кровать и на цыпочках вышла из комнаты. Я услышала шаги и ещё больше сплющила глаза. - В обмороке неженка опять-то? Ай-ай-ай.. - в мою спальню вошел Ян. За ним вошла служанка. - Я думаю, что вампир на неё охоту начал. - с дрожью в голосе проговорила служанка. - Вампир, так значит надо дрожать. Не зря говорят: Яблоко от яблони далеко не падает. Только и можете дрожать и вздыхать. А к делу – не пусть мужчины решают, а мы женщины поговорим, не так ли? - Не знаю, господин. - Якобы в обмороке, да? - Так, господин. - Ну теперь проверим. - он наклонился надо мной и не успела я сообразить, как он отогнул ворот моей рубашки и показал пальцем на шею. - Вот доказательство, что вампир пировал сегодня у неё. Тогда возникает вопрос — когда выполнялся супружеский долг? Вампир долго пирует как мы знаем. А значит или их обоих усыпило, или сам муж вампир. - Господин, граф к ней даже не заходил! - А-а-а-а… - Ян улыбнулся, потом обернулся к служанке и шепотом сказал - Теперь вы понимаете? - Господин, но я ничего не понимаю. - Ну и пусть. - Ян махнул рукой и сел в кресло. - Значит так. Вампир пьет кровь мою, твою и Марии. Всем нам до двадцати пяти. Из этого можно сделать предположение, что вампир любит не просто пить кровь, он использует её в омолаживающих целях. А вот в деревушке, которая находится около женского монастыря могут быть особы, которые должны страдать от вампира если уж этот вампир — что-то сверхъестественное. Но если вампир - человек, душа которого одержима бесом, то в деревне никто не будет страдать от ночных кровоизлияний ведь чтобы проскакать из замка в деревню потребуется очень много времени. Это во-первых. Во-вторых, для того, чтобы проникнуть к жертве надо иметь отмычку. - Ян начал ходить из угла в угол. - Ян! Где он шляется? - потряс воздух крик из двора. - Надо же. Сейчас весь замок на ноги подымет. Ни толку, зато шуму больше чем на базаре. - Ян тут же посуровел. Он быстро попрощался со служанкой и поспешил во двор. Когда и служанка вышла из моих покоев, я сладко потянулась, зевнула и переодевшись в дорожное платье подошла к конюшне. Как только я вошла в конюшню, меня встретило радостное ржание моей любимой лошади-тяжеловоза. Я любила её очень сильно и не упускала случая, чтобы не поласкать и не расчесать красивую гриву. Я тут же забыла, что вампиры господствуют в этих землях и может завтра-послезавтра чьи-то дни будут сочтены. Я тут же начала её расчесывать её гривы, мурлыча какую-то детскую мелодию. - Прекрасный день удался сегодня однако, мадам. - сказал голос мужским басом. Я вздрогнула. Передо мной стоял широкий, грузный мужчина средних лет. -Будем знакомы, - продолжил мужчина, - меня зовут Иваном. А вас как я знаю Марией. Уже одних его слов было достаточно чтобы я сразу поняла – туп как в лесу просвет. - Приятно было познакомится. - давать руку для поцелуя я не стала. Лишь извиняюще улыбнулась и похлопав лошадь по холке позвала конюха чтобы он дал мне седло. Когда конюх одел мне на лошадь седло и я уже села на лошадь, Иван обратился ко мне: - И как одна, без охраны? В лесу водятся волки, медведи и вампиры. - О, месье, что говорить. Я не собираюсь добираться до сердца леса. Поэтому можете не беспокоится за меня. - взмахнув рукой в знак прощания я пришпорила лошадь и рванула к лесу. Свобода в лесу чувствовалась во всю. Вот затеряться бы среди сосен и прийти в замок под утро и как все удивляются, что на меня не напал ни один зверь. Но это была мечта, а мечты знамениты тем, что они всегда невыполнимы. Блуждала немного я и вернулась к замку. На входе в замок восседал на коне Ян. Вид у него был хмурый, челюсть нижнюю он устрашающе выдвинул, около него стоял граф. Они оба вполголоса разговаривали. Я решила спрятаться от них, чтобы потом спокойно без лишних вопросов прийти к себе. Разговаривали они мучительно долго. Когда они закончили я не заметила потому, что была в полудреме. Лай собаки вывел меня из состояние дремы и тем самым ухудшил мое настроение. Собака оказалась борзой с узеньким скелетом и мордочкой. Собаки были моим если уж на то пошло развлечением . Настоятельница моего монастыря и моя наставница в одном лице всегда говорила про то, что у меня искренняя любовь к братьям младшим. Друг моей семьи граф P. говорил, что у меня животный магнетизм. Слушать его было также интересно как и проповеди настоятельницы. Они оба немного были правы. Дисциплина монастыря предусматривала покорность и беззлобность, поэтому я тут же погасила злые чувства в своей душе, опустилась к собаке и погладила по холке. Собака загавкала и бросилась к кустам. Хорошо, что не появился граф, ведь в отличие от служанки, я поняла, что граф некто иной, а тот самый вампир, который пугал и приводил в дрожь своими деяниями. И к тому же он был мужем в браке по расчету. Это ещё больше усиливало страх при присутствие графа. Я без препятствий ввела лошадь в конюшню и черным ходом добралась к себе в спальню. Тут же прибежала служанка и радостная объяснила мне, что граф собирается в поездку, чтобы всё обустроить всё в другом замке к приезду. - И когда же? - Через месяц. Радость как ветром сдуло. Нет, но мне придется мучится. Я промолчала. - Вам что-то угодно ещё, госпожа? - Да. Принеси ужин сюда же. - Как будет изволено. - служанка задом вышла и прикрыла дверь. Утром я взяла молитвенник и начала читать вслух все молитвы перед иконами святых… Дверь заскрипела и вошел граф. Он присел на кровать и несколько времени рассматривал меня. Но я не сбила темпа и так же увлеченно и фанатично продолжала проговаривать слова молитвы к Богоматери. Не поворачивая спины я чувствовала пытливый, изучающий взгляд графа и это ощущение укрепило, что граф – вампир. Но так долго продолжаться не могло. Я закончила молитву и повернулась к графу. - О, ваша светлость, и давно вы тут ждете? - Для одного час — три дня, а для другого — как щелчок пальцев. Я не знала как себя вести и как всегда, когда стеснялась виновато улыбалась. - Голова уже не болит? - Не болит, ваша светлость. - Какая светлость, если я ваш муж? - Не муж вы мне. - вдруг сказала я хрипло. После молитв я всё больше понимала, что зря в монастыре научили почитать старших. Так и по уговорам друзей нашей семьи да и вообще всего общества я вышла замуж, подумайте только, за вампира! Конечно он был королем Валахии, прекрасным полководцем, но… - Почему же? - он подошел ко мне. Совершенно не думая я вскочила. - Что с вами? Да успокойтесь. Это вы видно с дороги так. Я позову доктора. - с этими словами он вышел и я в изнеможении сползла по стенке. Почему-то было страшно как-будто начался мятеж селян и в дверь колотила разъяренная толпа. При мятеже я никогда не была, но по хроникам и рукописям понимала, что ничего не бывает страшнее, чем ярость и злость тупых, глупых, но агрессивных людей. Именно такие люди способны на самые ужасные расправы. Собравшись с мыслями, я решила выйти. И вспомнила, что граф обещал прислать доктора. Он и пришел. С строгим лицом и посмотрел на меня, как на маленькую. - Граф сказал, что вы оскорбляли. - Может быть. - Вы обзывали его высочество! - Для меня он не муж. - А кто? Перед Богом и людьми вы жена его. - Да, вы правы. - я опустила голову. Слабость прошлась и по моему рассудку. Я едва соображала. - Да. Но в следующий раз не будьте так легкомысленны с изречениями. Я посмотрела на доктора с едва скрываемым удивлением. А что он вообще знает про меня? Я с чувством топнула ногой и только. Еще в монастыре настоятельница говорила, что моя чересчур честность может иметь плохие плоды. Но она никогда не говорила, что я легкомысленна и опрометчива. Наоборот, она хвалила меня за быструю реакцию, хорошо поставленную речь, начитанность и скромность. А незнакомый мне человек, который видел меня только два дня уже считает меня легкомысленной! Если бы мне давали возможность проявлять возмущение, я бы сейчас высказала всё, что думаю об этом докторе. Но тогда и много столетий спустя воспитание женщин было больше направлено на домашнюю работу и детей, а не проявление и развитие личности. Наконец-то противный доктор ушел, оставив неприятный осадок в душе. Меня вдруг сильно потянуло в сон, но я переборола себя и подошла к двери. Он вскочил и попытался остановить, но я дала ему несколько купюр. Это тут же остановило его. Он пересчитал и с вопросом посмотрел на меня. - Скажите, госпожа наградила за хорошую службу. - я вышла в коридор и не смотря, как доктор ломает голову над оговоркой, зашла в конюшню. В конюшне служанка рядом с молодым пажом, стеснительно опустив глазки, мило улыбалась. Этот рай прекратил лишь человек, который был эгоистом и зверем, поэтому я молча и шустро подошла к своей лошади. Я хотела проверить, есть ли в деревне нападения вампиров. Расспрашивать я не стала потому, что прекрасно помнила, когда ехала в карете сюда. Деревня находилась на юге-западе, а я знала как узнать стороны света, поэтому тут же вышла из ворот замка, предварительно сказав, что если спросят где госпожа, то она отправилась на прогулку. Скакать лесом было великолепно, ведь никто не мешал сидеть так как хочешь и не с тем лицом. Вскоре мой пункт предназначения был достигнут и я остановилась около первой же харчевни. Хозяин благодушно принял и спросил налить ли пива. - Пиво пьют те, чьи желудки пусты и пуста душа. - я изменила свой голос, чтобы больше походить на молодого мужчину. Молодая женщина вызывает подозрения, пусть даже эта женщина будет не отличаться от толпы. Я наклонилась к хозяину.- Мне нужна информация. - О, какая? - Про вампира. - Вы тут что ли впервые? - хозяин с интересом рассмотрел меня. - Да. Оплата вперед. - я кинула несколько монет на стол. - Довольно крупная купюра однако. Чем могу полезен? - Скажите про вампиров. - Говорят, что вампиры водятся вон в том лесу. - хозяин махнул рукой на тот лес, в котором я только что была, и усмехнулся. - Говорят, вампир пьет кровь только молодых. Якобы в омолаживающих целях. Вот один у нас был молодец, рубил с отцом дрова. Решили отдохнуть. Ну и взяли лишнего. Заснули, что и понятно. Просыпается отец, а сын его еле дышит. Выпил ирод-вампир почти всю кровь молодую. Ай-ай-ай… - хозяин начал качать головой. - А я ехал мимо огромного замка. Чей это булыжник-то такой? - Ай вы про замок так не отзывайтесь! Великое оно. Ходов имеет ого! Говорят, что граф Дракула, тот, кому принадлежит этот замок, боится мятежа. Потому и посадил на кол много люда. Его батюшку бояре-то и убили. Во время мятежа. Правда кто-то и рад казням. Вот на прошлой неделе повесили жену токаря. Она ему изменяла. Токарь и рад. А знаете с кем изменяла его жена? - Нет, как я могу знать. Я тут впервые. - А ну да. Так вот она, представьте себе, изменяла ему с другом старшины бояр, боярином Иваном. Бабник ого-го какой! - По-моему, туг на ум как дуб. - сказала я с интересом рассматривая свои руки. - Так вы с ним знакомы? - Да, проездом. Меня удивляет, что женщины на него смотрят. Хозяин загоготал. - Ой, смешные! Не хотите ли рюмочки? - Я вам уже дал отказ. Большое спасибо вам. Но это еще не конец.- я остановила жестом хозяина харчевни. - У меня к вам ещё два вопроса. Первый, скажите все про боярина Яна. И второй, скажите про жену графа. - А про монашку? - С каких пор жен называют монахинями? - У них первой брачной ночи не было! - Не вижу тут ничего интересного. Что известно про её прошлое? - А ничего. Молчит она. - Про Яна? - Откуда вы про него знаете? - Сколько говорить вам, я знал пусть и проездом, но знал Ивана. Если он сын друга старшины бояр, то значит и их дети должны дружить. - О, да вы правы. Ян - атеист, но верит в вампира. Нашел себе идола! - хозяин харчевни опять разразился громким смехом и тут к нам подсел молодой человек приятной наружности в дорожном костюме. - Прошу прощения, но не знаете ли вы как добраться до замка? Я тут заметил, что вы говорите про обитателей этого замка и я подумал, что вы может быть знаете. - Знаю я. Можем вместе туда доехать. - Огромное спасибо, а то у кого не спрошу, все заняты. - Да уж, они не шляются где попало и предупреждают, что приедут. - вдруг заговорил сидевший за соседним столом. Я тут же узнала в сидящем боярина Ивана. Рядом с ним была бутылка пива. - Иван! Я присылал письмо к вам. - И сколько будет продолжаться рассказы про неотправленные письма? - Не знаю. У меня такой почтовой плохой. Все думаю сменить, а на кого не знаю. - Хорошо, Михаил, я сегодня добрый. А кто вы такой? - спросил он меня. - Друг жены графа, Марии Эласонской. - Ого! Случайно ли не бывший возлюбленный? - Измена - се е деяние злое в корне своем и есть оно гнилью для души человеческой.- проговорила я ровным голосом, цитируя свою настоятельницу. Они оба удивленно смотрели на меня. - Вы не из монастыря ли случайно? - Это я цитирую Марию. Она в монастыре училась. - А я-то думал. - Михаил махнул рукой. - Что вы думали? - Мне Ян, друг мой, написал мне про Марию и сказал, что в ней есть странная склонность к вере. И ведет она как-то странно себя. Он долго раздумывал почему вдруг наш граф соизволил взять в жены малоизвестную ему девушку. И из обедневшей семьи. Странно согласитесь? - Охотно с вами соглашусь. - Одно меня смущает, друг Марии… Как вас зовут? - … - я лихорадочно начала думать какое имя бы подобрать. - Называйте просто свое настоящее имя. Наш разговор полностью конфиденциален. - Хорошо, - я улыбнулась, - меня зовут Георгием. - Фамилия не важна. Так к вам у меня небольшой вопрос. Не писала ли вам Мария про вампиров? - Писала, очень сдержанно, но я чувствую она боится очень сильно. Ну что ж, если вам мои услуги уже не нужны, я покину вас . - О, нет. Пожалуйста! – Михаил схватил меня за руку. - Давайте лучше с нами поедем, а то Ян мне головы не оставит! - я улыбнулась. Страх быть узнанной Яном только усиливался, но я не могла уйти так невоспитанно! К тому же меня понемногу охватывал стыд за сотворенное, ведь я переоделась в мужчину, а моя наставница явно бы не одобрила это, пусть и для получения информации. Мое мимолетнее колебание приняли за согласие и мы все втроем отправились в замок. По дороге Иван высказывал свое отношение о женщинах и не стесняясь разговаривал про свои похождения с ними. Моя шея предательски краснела, но к счастью Иван был настолько самодоволен, что замечал только интерес Михаила. Тот признался, что имел подругу, но та вскоре вышла замуж и он свободен как “ветер в поле”. После своих рассказов, они многозначительно начали смотреть на меня и я начала менять положение уздечки в моих руках. То отпускала, то связывала в ком, то как петлю, то вообще пыталась поместить в свои маленькие ладоши. Мужчины истолковали это по-своему и сказали, что любая любовь – священная. Это был очень мощный удар по христианской морали и я едва удержалась в седле. Любая – и священная! Я язвительно заметила, что священная в корне имеет подобность со святой любовью. Они оба засмеялись и сказали, что мне надо меньше уделять времени объяснениям надуманных моралей, ведь всё относительно. За это я впилась своими перчатками в лицо Михаила. Увы, руки мои охраняли толстая кожаная материя и я не нанесла никакого урона отвратительному лицу. А может и к лучшему. Михаил ударил меня по рукам и сказал, что я веду себя непозволительно, ведь у каждого человека может быть своя точка зрения. За это я назвала его лжецом и сказала, что они оба презрительно относятся к моей. Они оба сказали, что я неправильно изъяснила их слова, но просить прощения не изволили. Их самодовольство раззадорило мою неприязнь к ним и лишь то, что они не знали дороги до замка я не сбежала. Вскоре когда шпили замка показались над верхушками деревьев, я воспользовалась тем, что мои спутники вообще не знают дороги, и Иван всё время громко говорит, пришпорила лошадь и бросилась обратно. Из-за боязни потеряться они лишь несколько раз окликнули меня и продолжили свой путь. Я же быстро сделала крюк и вошла в замок. Трясущими руками привязала лошадь и шагом вошла в дом. К несчастью, оттуда выходил Ян. Я чуть не налетела на него. Я опять предательски покраснела, но он лишь извинился и прошел во двор, где встретил своих друзей. Сгорая от того, что моя тайна может так быстро раскрыться, я самым быстрым бегом, которым не бегала даже в детстве я оказалась в своей комнате и быстро переоделась и даже одела свои красивые белые перчатки, которые только больше подчеркивали мои маленькие руки. Свое дорожное платье я быстро спрятала под кроватью, дабы никто не увидел его. Когда служанка объявила о новых гостях, я едва сдерживая страх вышла во двор притворяясь что немного смущена тем, что мне надо встречать гостей. Но когда я заметила своего мужа, Яна и его двух друзей, вся решимость как будто улетучилась и я в изнеможении села в кожаное кресло в углу. Надо было собраться с мыслями, изобразить улыбку радужной госпожи, но их рассказы во время моего первого знакомства говорили, что мне будет тяжело принимать их добродушно, если они такие испорченные внутри. Но когда ко мне подошел мой муж и с ледяным взглядом попросил меня присоединиться к их ужину мне не хватило сил противостоять. Я изо всех сил пыталась говорить на темы про владения графа, но гости легко переходили на тему про мою семью и начинали обсуждать, что моя старшая сестра, герцогиня Бухрест, удачно решает дела своего больного мужа и спрашивали в каких лучших местах владений моей семьи следовало бы побывать. Вначале я говорила только про достопримечательности, но вскоре поняла, что молчать о своем втором доме мне уже не хватает сдержанности и вдруг заметила, что женский монастырь как раз около границы с владениями моего мужа, имеет очень живописные виды и территории. - Мадам, может вы не будете напоминать нам об этом? - спрашивает граф довольно сдержанно, но я вижу, что его глаза наливаются кровью. - Если вам не интересно такие старинные здания, то могу заметить, что там есть одна собака, она то ли волкодав, то ли дворняга, но она очень дрессированная. Так вот, если мне не изменяет память, её звали Жюли. - граф окидывает меня таким ледяным взглядом, что я невольно представляю как лед покрывает меня всю. - Извините, мне надо отлучится. Я трогаю несколько раз графа за рукав, но он совершенно не обращает на меня внимания. Я даже начинаю умолять его глазами, но он упорно смотрит на своего помощника Яна, как будто я уже ушла и здесь ничего нет. Сбитая с толку я выхожу, а затем слышу как граф приказывает Яну зайти в его кабинет и принести документы. Это ещё больше путает меня, но я пытаюсь скрывать своих чувств, когда мимо проходит Ян, но он то ли нечаянно, или специально, задевает мои волосы, когда проходить мимо меня в темном коридоре. Тут наши дороги должны разойтись, но я всё таки решаюсь пойти за ним и когда его догоняю, спрашиваю его почему мне нельзя было сказать про мой монастырь. Ян вдруг останавливается и с самым невозмутимым видом отчеканивает: - Госпожа, но мне надо идти. - и проходит дальше. Но я не отхожу и хватаю его за руку. - Но, Ян! Пожалуйста объясните мне! - Спросите вашего мужа, вы всё таки его жена. - и продолжает путь. - Но, Ян! Я ЕГО боюсь! - Своего мужа? Странно. - подходит к двери и подбирает нужный из связки ключей. - Он ведь вампир! - Тс-с! - он закрывает мне рот, совершенно игнорируя, что я жена его властелина. - Если вы умеете делать выводы в отличие от служанки, это не дает вам возможность не боятся этого клятого вампира. Надеюсь, вы понимаете про что я? - Я его и как мужа боюсь. - Не могу сочувствовать однако. - но всё таки улыбается своей хитрой улыбкой. - Так что у вас был за вопрос? А, вроде про женский монастырь. - Да. - Госпожа, вы умеете думать в обществе одних мужчин? - Вы меня обижаете. - Я должен быть сейчас лаконичен, потом если вас что-то не нравиться пожалуйтесь своему мужу. Думаю он согласится если вы будете постоянным источником такой святой крови! - Прекратите! - замахиваюсь на него перчаткой. - Что-то мне оно напоминает. Мне Иван рассказывал про одного странного молодого человека. Как видно, вы с ним больше, чем просто друзья. - На что вы намекаете? - я вспыхнула. - На то, что это или ваш брат, или вы сами. - но говоря это, он наклонился над дверью и я не видела его выражения лица. Неужели догадался? Нет, иначе он бы рассказал об этом графу, ведь без его позволения я не имею права покидать замок. - Но почему же нельзя было говорить о моем втором доме? Ян резко повернулся и по его виду было видно, что он удивлен настолько, что даже не скрыл удивления под своей маской безразличия. - Монастырь? - А вы думали что? - Ну… - но его лицо опять становится безразличным. - Ну ничего. Вы просто в следующий раз при Михаиле не упоминаете про тот монастырь, хорошо? - А можете сказать почему? - Нет. - Почему? - Простая мужская солидарность. - он жмет плечами и заходит в кабинет. - Желаю провести хорошо вечер. - Не надейтесь. - с самым заносчивым видом отхожу, но посмотревшись в зеркало понимаю, что мое лицо всё равно показывает эмоции, как бы я не хотела быть с каменным и красивым выражением лица. И тут же корчу себе рожицу, которую я очень любила корчить своей собаке Жюли. Захожу в зал, долго привыкаю к свету и замечаю, что граф не мигая изучает пришедшего Яна. Но Ян как будто этого не замечает и рассказывает графу что-то про земли. А вот Иван и Михаил продолжали есть. Меня начало клонить в сон и я вдруг поняла, что бедному Яну нелегко весь день стоять на ногах, когда вампир постольку выпивает. Надо будет его расспросить как себя хорошо чувствовать при такой слабости и тут же вспомнила, что он-то думает, что больна служанка, а не я. Надо быть с этим предельно осторожно. С улыбкой подхожу к графу, но он меня опять охватывает ледяным взглядом и с самым бесцветным голосом говорит, что скоро будет свободен и чтобы я шла в спальню. Это сначала сбивает меня с толку, но потом я понимаю что речь идет о супружеском долге и мне становиться ещё хуже, чем если бы он открыто сказал “ Я этой ночью выпью у тебя пол литра крови”. Но вот Иван как-то странно посмотрел на меня, что мне захотелось опять лишиться перчаток и превратить его лицо в одну кровоточащую рану, но вспомнив слова настоятельницы, с силой лишаюсь всех злых мыслей и с одним лишь оставшимся страхом иду в спальню. Но дождаться графа мне не хватает сил, я сама того не хотя засыпаю. Через несколько недель графу понадобилось отправиться в другую местность и он пригласил мою настоятельницу в замок. При виде обращенной в скромное мешковатое платье женщины с заметными чертами старости служанка фыркнула, всем видом показывая, что такие женщины ничтожны. Но зато я при виде этой женщины, оттолкнула графа и бросилась к ней в объятия. Она сдержанно обняла меня и поцеловала в лоб. - Как мои уроки? Не пропали даром? - Вы не представляете сколько раз за день я вспоминаю Жюли! - Это всего лишь собака. - У каждого должны быть свои слабости. - Надеюсь, вы уже поговорили? - голос графа учтив, но во мне вдруг загораются угольки злости и обиды. - Да, ваше высочество. - настоятельница присаживается в точном реверансе. Мне хочется сказать “нет”, но рука служанки прикасается к моему рукаву и я понимаю очень быстро – сейчас не до радости от встречи. И почему-то мне становиться ещё больней в сердце, когда настоятельница даже не поворачивается, когда я ухожу. Как будто Богу что-то надо доказать, я опять встречаю Яна. Он выглядит строго, но весь на взводе. - Как себя чувствуете, госпожа? - Превосходно. А вы? - Чудесно. - но в его голосе звучит издевка и я, обиженная на настоятельницу, что она проигнорировала мою радость и желание общаться, начинаю разговаривать. - Что-то не так? - С чем? - С вашим самочувствием? - Слушайте, вы конечно вправе обидеться, но я сейчас не расположен к беседе. - А я очень даже! - Что с вами, высочество? Вчера выпили слишком вина? - Нет. - мне становиться странно, что меня подозревают в пьянстве. - Почему вы так решили? - Вчера вы меня молили, когда я не обязан с вами разговаривать, о чем-то там. Сегодня вы также пытаетесь разговорить меня, когда сейчас самое пасмурное утро и мне хочется спать. - Ах, вот в чем ваша проблема! - А по моему поведению не видно? - По вашему виду видно лишь то, что вам всё безразлично, даже вера! - Черт! Вера по-вашему самое нужное в этой жизни? - Она держит человека на плаву. - Значит, я уже утонул. Но почему когда человеку нужно общение все так не хотят с ним говорить? - Слушайте. А вы случайно не обиделись на то, что Маргарита пришла устраивать свои порядки? - Что это за женщина Маргарита? - Вы не знаете? - Это так зовут эту женщину? - Не эту женщину, а настоятельницу Православного Иристонского женского монастыря. - Как будто в моих глазах она повысилась. - Она хороший человек! - По её поведению с вами видно, что она явно не разделяет вашей радости. - Это по тому, что она только с дороги и ей надо решить вопросы с графом. - А то, что сейчас вы едва стоите и не прикасались к еде из-за тошноты, это уважительная причина относиться к вам так отчужденно? - Она могла не заметить. - Такое ощущение, что я сидел с вами за одним столом! В этом Ян прав и я с чувством киваю. - Огромное спасибо за то, что вы все-таки разговариваете. - Мне просто самому иногда не хватает простого разговора без упоминаний о любовных похождениях Ивана. - Да? - но интонация всё равно стоит проигрышно по сравнению с моим настоящим удивлением. Но Ян всё равно не обращает на это внимание. Слава Богу! - Да, такой он Иван. Но он вполне хороший человек. - Как моя настоятельница? - Это верно. Но не будем слишком заговариваться, а то я подозреваю, ваша Маргарита может начать подозревать меня в одном не очень хорошем грешке. - Ян тут же отходит и с самым невозмутимым видом спускается по лестнице навстречу своим друзьям. При виде их наглых рож мне становиться жаль, что я не имею своих близких друзей даже с их недостатками. Вскоре когда граф уезжает, настоятельница чуть ли не каждое утро проводит со мной напоминая мне о том, как надо правильно ходит, стоять, есть и говорить. Радость от её прибытия улетучивается так быстро, что я уже начинаю откровенно скучать по графу. Во время одного из одного приемов еды я неверно взяла ложку и вилку. Маргарита сначала молча смотрела на меня, но когда я, голодная от продолжительной прогулки, совершенно легко продолжила есть еду, Маргариту прорвало и она выхватила у меня ложку и вилку и при этом больно ударив меня по голове. От неожиданности я вскрикнула и вскочила. Кроме неё и меня, никто не обедал в огромной столовой. Маргарита решила, что женщины должны есть отдельно от мужчин и каждый прием пищи превратился в урок повторения правил поведения за столом. Сейчас мне хотелось накричать на настоятельницу, но вспомнив про мораль христианства, быстро спрятала свою злость в себе и просто встала со стола, объяснив это своим плохим самочувствием. Настоятельница проводила меня подозрительным взглядом и продолжила трапезу. Меня тошнило уже от одного взгляда на еду рядом с Маргаритой и я уже не раз задумывалась пригласить друзей моего семейства, с которыми я никогда не разговаривала предпочитая молча склоняться по отцовскому дому и присматривать за прислугой. Но отправной точкой стало одно происшествие. Маргарита изнывала меня продолжительными прогулками, но в я изо всех сил скрывала, что после них я засыпаю намного стремительнее, чем успевала прикоснуться к ужину. Чтобы скрыть это от строгой Маргариты я позволяла своей служанке съедать все без зазрения совести. Служанка вначале по много раз спрашивала разрешения, боясь, что у меня может случится помутнение памяти и я могу разозлиться на неё из-за того, что она есть мою еду. Но вскоре вошла в вкус и мне стоило лишь махнуть рукой вместо долгих объяснений, чтобы служанка уже садилась в кресло и тихо ела. Но один раз во время одной из таких тяжелых прогулок, Маргарита заметила что-то странное на горизонте и схватив меня за руку без объяснений привела домой. Я конечно очень пыталась заметить что так встревожило настоятельницу, но она не давала мне и шанса. Поэтому я не устала и поужинала в кругу настоятельницы и нескольких бояр и их жен Когда трапеза подошла к концу, я решила перекинуть вопросы с ночевкой гостей на привередливые плечи Маргариты и ушла в свою комнату. Но голоса гостей так и не утихли, а моя голова начала подавать признаки боли и я, пытаясь игнорировать боль в стопах, прошла по коридору и подошла к двери гостиной. Из двери слышались громкие голоса настолько, что я невольно стала подслушивать. это никакая не тайна. Я был другом Марии Эласонской, да и всего семейства. Через слабое здоровье Мария и обеднение этой семьи её отправили в женский монастырь, чтобы она имела возможность жить и, если заболеет, лечиться бесплатно. Иногда она приезжала к семье. И скажу вам такого Бога послушного и кроткого существа я не видел! Она знала на память все молитвы к Богоматери, вставала и читала молитвы. Ложилась и не забывала помолится. Настоятельница называла её самой старательной из монахинь. А как она вообще приметилась графу . Слова вдруг остались в гортани так и не вырвавшись. Взгляд графа приковал и убил. Опять головокружение сбило с толку мою систему аналитики и противострессовости. Я упала в обморок…