Несовместимые протоколы

*Где-то на просторах Сети* Пот стекал по искусственной коже Лены. Капля за каплей.  Как утекающие данные из повреждённого процессора. Её последний взлом в нейросети "Эйдоса" оставил в теле странное жжение — будто кто-то прожигал тропинку вдоль позвоночника. С каждым движением по сети это жжение уносило её в путешествие по сенсорным датчикам, а в имплантах лёгких места становилось всё меньше. — Ты перегрелась, — грубый голос Рика материализовался в темноте, возвращая Лену в Реальность. — Держись за меня.   Его кибернетическая рука обхватила ее талию, металлические пальцы впились в бедро. Лена застонала — импланты реагировали на его прикосновения как на ток. Она из последних сил зацепилась за его шею, чтобы избежать перегруза всех систем. — Не здесь… — прошептала она, но ее биоусилители уже запустили выброс гормонов.   Холодный металл его бедер врезался в ее мягкую плоть, оставляя цифровые синяки на полимерной коже. — А где тогда, малышка? В твоей капсуле? Или в его клинике?   Рику нравилось играть в ревность, заставляя чувствовать Лену, будто бы она ему действительно нужна. *Позже в баре "Ржавый транзистор"*  Бар кишел подпольщиками, но Лена видела только своего вечного спасителя — Кая, сидящего в углу. Его настоящие, жилистые руки перебирали старый медицинский сканер.   — Твой нейроинтерфейс разрушает тебя, — он провёл пальцем по её запястью, и она вздрогнула — его прикосновения не жгли, как у Рика, а лечили. Лена знала, что медленно умирает, но по другому она бы не выжила в этом мире, где груды металла становится больше, чем человеческой плоти. Хакерские рейды, которые она организовывала с Риком, были одновременно её хлебом и протестом против системы. — Может, мне нравится, когда больно? — она прикусила губу, заглядывая Каю в глаза, и ей показалось, что его зрачки расширились. Лена смущённо отвела взгляд. Она знала, что Кай не такой. Его медленная нежность, от которой волны тепла разливались по экзоскелету, дарили ей гармонию. Но сегодня его пальцы задержались на её интерфейсе дольше нужного — будто сканировали не повреждения, а её реакцию. Слишком аналитично. Слишком... голодно.  Голодно... Голодные взгляды Рика, его отпечатки железных клыков на шее, команды, которые не обсуждаются...  Нейромедиаторы сводят Лену с ума. Кажется, пора закончить импровизированный приём в баре. *Ночь. Лена в своей капсуле*  Её тело всё ещё помнит и Рика, и Кая. У Лены не хватает духа, чтобы стереть из памяти хотя бы одного из них, чтобы не разрываться между двумя пропастями. Лена сжала веки, пытаясь заглушить память. Первый чип, вживлённый в 16 лет — плата за побег из корпоративного приюта. Первый взлом — чтобы стереть своё досье. Первый раз, когда позволила Рику прикоснуться — потому что после цифрового ада его стальные пальцы казались хоть какой-то опорой.   Но теперь она понимала, это была первая петля замкнутого круга.. Голограмма города мерцает, на экране — два сообщения:   «Жду. Ты знаешь, что будешь непослушной» «Приходи. Я сниму боль» *Позже* Он приковывает её к холодному столу, его импланты синхронизируются с её системой. Он смеётся, когда пересматривает её воспоминания с Каем. Боль и удовольствие смешиваются — она кричит, но не просит остановиться. «Ты моя», — он в который раз вгрызается ей в плечо, оставля след. А она в сотый раз получает свою дозу адреналина, от которого не в силах отказаться. *Позже* Он находит её дрожащей у своего порога.  Его пальцы - живые и теплые - осторожно распутывали узлы проводов, будто развязывая ленточки на подарке. Его губы целуют следы от Рика. «Ты заслуживаешь не только боли», — он ведёт её к кровати, разбирая тело на молекулы терпением.   *Через n часов* Лена просыпается одна у себя комнате. На столе два предмета. Чип для нового взлома, который жужжал, как разъяренная оса. И настоящий анемон, который молчал под стеклянным куполом в своём идеальном микроклимате. Ее пальцы замерли в сантиметре от обоих предметов. Чип и цветок. Два протокола. Один выбор.