Глава 5.1 «Добрые люди». Бонус-отступление

*** Глава, в которой лениво и нехотя решаются вопросы жизни и смерти. *** Атмосфера в рабочем кабинете командующего стояла ленивая. Причин тому имелось несколько. Во-первых, закончилась тяжёлая трёхсуточная тренировка, цель которой, подготовить Аринтона к встрече с заведомо более сильным врагом. Во-вторых, собравшиеся уже успели обсудить все важные вопросы, вроде неожиданной гибели главы Серой фракции и того, что Жёлтая фракция будет усилена примерно на шестьдесят тысяч гноллов. Зелёной фракции сулило значительно меньше, вероятно и пяти тысяч не наберётся. Но даже то, что она умудрилась хоть что-то получить, выглядело как чудо. Выходило, Система засчитала доставку телепортировавшего Эллегию артефакта на счёт Зелёной фракции. В-третьих, новость о выходе из игры Серой фракции была признана сугубо позитивной. Шансов выстоять против усиленной Жёлтой фракции имелось куда больше, нежели, если бы в гости к Аринтону полным составом заявилась Серая. Также выяснилось, что доставка обещанного Системой подкрепления будет происходить постепенно, в течении месяца. Далее свежих монстров необходимо будет натренировать и вписать во фракционную жизнь. На что, по самым скромным прикидкам, уйдёт месяца три. В том числе и у Жёлтой фракции. И вот, собравшиеся, а сейчас в кабинете Аринтона присутствовал сам хозяин, Кассиопея, Кейн и Шайна, придавались занятию, которое считалось в этом мире несолидным. А именно, вспоминали всякие-разные моменты из своей прошлой жизни. При этом Шайну никто не звал. Заявившись телепортом, дьяволица заявила, что ей скучно и что в кабинете стоит столь чарующий аромат потных мужиков, что она попросту не имеет сил ретироваться. Сказанное являлось не совсем шуткой. Дьяволы женского пола были заточены на похоть как внешне, так и внутренне. Устроившийся в кресле Кассиопея разглагольствовал: - Молодым цивилизациям присуще романтизировать космос. На деле же это холодное мрачное место, где тебе никто не рад и никто тебя особо не ждёт. Смысл имеет лишь автоматизированная добыча ресурсов, для которой вовсе не обязательно заталкивать себя в космическое судно и куда-то лететь. - Ну ведь заталкивают же и летят. Порой целыми бродячими колониями, - прокомментировала сексуально развалившаяся на диване Шайна. Впрочем, какую бы позу дьяволица не приняла, она обречена была быть сексуальной. Занявший подоконник Кейн усталым голосом произнёс: - Как мне объясняли, таким образом решается вопрос перенаселения. Хотя сам факт, что у цивилизации способной вырваться в глубины космоса возникло перенаселение, указывает на какие-то нездоровые моменты. Кассиопея хмыкнул: - Ага, а потом на другом конце галактики эти набитые сушеным мясом «гробы» находит «плесень», которая вскрывает систему навигации и летит в гости по полученным координатам. - Что за «плесень»? - поинтересовался Кейн. - Это моя личная классификация, – пожал плечами Кассиопея. – Я разделяю цивилизации во вселенной на четыре типа. Первый тип - те, кто не оторвался от поверхности родной планеты. Второй тип - которые оторвались, разобрались что к чему и теперь сидят тихо, старательно маскируя свою солнечную систему. Третий тип – «плесень». В отличие от рассылателей «гробов», действительно развиты технически. Расползаются по вселенной ища и занимая пригодные для жизни миры, которые заселяют собственным видом. От нормальных переселенцев отличаются тем, что перегоняют в Эссенцию всех разумных конкурентов. Четвёртый тип - «старцы», они же, цивилизации вышедшие за предел технологий. Эти самодостаточны и замкнуты на себя. Соседями интересуются редко. Служат естественным ограничением «плесени», ибо при встрече, дают ей просраться по первое число. - Не слушайте его, - открыв глаза, устало проворчал развалившийся в кресле Аринтон. – Это всё программа «Кровь и пепел». Он её прямой продукт. Ещё из утробы матери не вылез, а у него вокруг уже были одни враги, - без наезда, по-дружески прокомментировал орк. - Ну вообще да, всякие встречаются, - не стал спорить Кассиопея. – «Старцы», например, могут установить автоматическую корректирующую станцию, чтобы помочь молодняку проскочить опасные этапы. Горячие парни жмут большие красные кнопки, а ничего не происходит. Лептонный резонанс протух. - На лептонном резонансе кнопки уже никто не жмет. Идиоты до лептонного резонанса не добираются. Кнопки жмут на этапе термоядерного оружия, - опять проворчал Аринтон. - Что за «Кровь и пепел»? – в свою очередь поинтересовалась Шайна. Неохотно открыв глаза, пребывающий в полудрёме орк потрудился разъяснить: - Синтларский проект по взращиванию адмиралов космических ударных флотов. Зачинали детей - мальчиков, которых по мере развития плода вели медиумы, задавая параметры мозга и энергетического тела. Суть проекта проста: создать людей способных максимально творчески подойти к вопросу тотального уничтожения схожего вида, обладающего подавляющим техническим превосходством. - И как, получилось? – с любопытством спросила Шайна. - Даже слишком хорошо, - проворчал сонный Аринтон. - И вы не превратились после в «ползунов»? – поинтересовался Кейн. - Этот вариант просчитывали, - пояснил Аринтон. Кивнув на Кассиопея он добавил: - Для его избегания во всех ему подобных был встроен механизм самоликвидации, включающийся после выполнения основной задачи. - Не самоликвидации, а осознанного оставления своего физического тела, - без тени драматизма поправил орка Кассиопея. - Да какая разница, - пробормотал болтающийся между сном и явью Аринтон. Шайна, а задавала вопросы в основном она, хотела спросить что-то ещё, но не спросила. Уставившись на дверь, дьяволица громко произнесла: - Ты будешь стучать или нет? Стоило ей обратиться к невидимому собеседнику, как в дверь нерешительно постучали. Отворив её, в кабинет заглянул серый от страха гоблин-адъютант. - Там, это… - замялся он. Аринтон открыл глаза и пристально посмотрел на позабывшего выучку гоблина. Под недовольным взглядом командующего монстр подтянулся и словно автомат протараторил: - К лагерю пришла женщина – местная. Она говорит, что ей нужно увидеть Кассиопея. Точнее, Юршу. И это… - замялся гоблин. - Что, это? – нахмурился командующий. - Ну, она плачет, - пробубнил монстр и сам расстроился. В отношении местных жителей, в монстрах было прошито несколько формирующих отношение закладок. Основные - не вредить и держаться подальше от местных. В отношении женщин и детей имелась дополнительная закладка в виде сочувствия и желания помочь. - Так ведите её сюда? – буркнул Орк, после чего вопросительно посмотрел на Кассиопея. - Может всё же разбудим нашего героя? Пусть сам разбирается со своей пассией? – прокомментировал Кейн. - А с чего ты решил, что это Эрита? – поинтересовался Кассиопея. Шайна не удержалась пошловато пошутить: - Ну да, ну да. Эрита бы для начала оценила состояние своего героя и лишь после, убедившись в его «негодности», пришла бы плакаться к нам. - Злые вы – старичьё 300 летнее, - не открывая глаз, проворчал Аринтон. - Я попрошу. Мне всего 154, - хмыкнул Кейн. Во всё той же ленивой и расслабленной атмосфере присутствующие принялись обсуждать заработавшего штраф Юру. Обсуждение это через какое-то время прервалось новым стуком – тактичным и настойчивым одновременно. Стоило стуку прозвучать, как дверь открылась и в кабинет вошла довольно любопытная женщина. В практичной дорожной одежде, она была высока, стройна и обладала вьющимися чёрными волосами. Но любопытно в посетительнице было не это. Несмотря на красоту и подтянутость, женщина была немолода. Средний заблудший наверняка бы дал ей лет тридцать пять, однако, куда более опытные присутствующие моментом смекнули, что гостья давно разменяла пятый десяток. В том числе она относилась к тому редкому типу женщин, которые с возрастом лишь набирали привлекательность. Войдя в кабинет, Жаклин, а это была она, растерялась. Пусть присутствующие и вели ранее дурашливую беседу, все они являлись весьма могущественными сущностями. И пусть друг с другом, да и с посторонними, они старались вести себя легко, упомянутое могущество это никоем образом не отменяло. И гостья, как женщина чувствительная и опытная, сразу же поняла с кем имеет дело. Взглянув на Кассиопея, принявшего заинтересованный вид, Жаклин какое-то время молчала с видом человека, которому надо что-то сказать, но сказать при этом совершенно нечего. Ну а как ещё, ведь странная компания всё одно помочь ей ничем не сможет, пусть помощь эта требовалась сейчас как никогда. Прерывая неловкую и даже тягостную паузу, Кассиопея представил женщину окружающим. И не только представил, но и снабдил довольно подробным пояснением: - Прошу любить и жаловать, Жаклин Терано - один из Юриных наставников, пусть, к моему величайшему сожалению, наставников успевших провести с ним до обидного мало занятий. Но лично её вины в этом конечно же нет. Главным образом виноват я, Система и обстоятельства. Первоначально Жаклин не хотела браться за огранку нашего юного бриллианта, - продолжал демон, - но поддалась моим уговорам. Точнее, я обещал поучавствовать в судьбе её находящегося в заключении мужа. И, кстати, поучавствовал… На этих словах стоявшую у двери женщину словно дёрнуло током. Кассиопея же как ни в чём не бывало продолжал. - Через гильдию искателей приключений я предложил тайной службе королевства Виллария внушительную сумму. И не бумажными векселями, а самой что ни на есть ходовой настойкой карцибела. На столь заманчивое предложение мне подозрительно быстро отказали. Тогда я подкрепил предложение готовностью оказать ценную услугу, например, решение проблем связанных с монстрами. Но и здесь, представьте себе, мне было отказано. На этом моменте дело я бросил. Порой полезно подождать пока сменятся люди или содержимое их голов. Но, как я вижу, ситуация не только не разрешилась, но и усугубилась. Закончив говорить, Кассиопея вопросительно посмотрел на Жаклин. Женщина кивнула и произнесла: - Меня нашли. Ума не приложу как. Если я не вернусь, Терано будет очень плохо. Это мой муж, - зачем-то пояснила она то, что и так было понятно. Если на земле женщины брали фамилию мужа, то здесь, правда не всегда, фамилией становилось его имя. - Виллария? Это же королевство на Орингеле? – то ли констатировал, то ли поинтересовался Кейн. - Именно, а наша гостья – провалившаяся Дризенская шпионка. Точнее, их было двое. Она и её муж. Первоначально их скооперировали по заданию, исключительно по рабочим качествам, но в процессе работы они втрескались друг в друга по уши. Даже не знаю, завидовать такой любви или сочувствовать, - голосом проводящего вскрытие патологоанатома объяснял Кассиопея. – Люди их раскрывшие, об этой их слабости знали и решили её использовать, отправив эту прекрасную женщину в Дризен в роли двойного агента. Само собой, мужа её придержали в роли заложника. Прикинув, каковы её шансы и куда со временем заведёт ситуация в целом, Жаклин пошла ва-банк и умудрилась добыть компрометирующие Вилларскую знать документы, после чего сбежала на Гинтарион и затаилась. План её был прост, глуп и верен одновременно. Прежде чем воплощать угрозу, её необходимо предъявить. А если предявить угрозу некому, то и воплощать её вроде как смысла нет. А тут ещё эти подвесившие ситуацию документики… Закончилось же всё, судя по всему тем, что всё-таки нашли и предъявили, - закончив, демон наградил гостью новым внимательным взглядом. Женщина кивнула. — Это всё понятно, но при чём здесь мы? - сделав своим красным гибким хвостом то движение, каким пользуются недовольные чем-то кошки, поинтересовалась Шайна. - Мы-то может и ни при чём, а вот наш уважаемый работодатель взял на себя определённые обязательства, которые, как мне кажется, выполнил, - с холодным интересом разглядывая Жаклин, произнёс Кейн, после чего обратился к гостье: - Вы, я надеюсь, знаете, что мы существа в каком-то смысле подневольные. Я бы сказал, свободу нам приходится зарабатывать. Для нас она ценный ресурс, который такие как мы не станем тратить на таких как вы, - с прохладным сочувствием в голосе, подытожил глава информационной гильдии. - Я знаю, - кивнула женщина. - Но мне просто не к кому пойти и я не знаю, что делать. Никто мне ничего не должен. И даже возникни у кого желание мне помочь, реализовать его нет никакой возможности, - произнеся это, Жаклин искренне и самоотверженно разрыдалась. Аринтон открыл глаза, недовольно посмотрел на плачущую гостью и что-то крикнул на языке монстров. Дверь открылась, в проёме показались два мнущихся тролля. Тролли испытывали как страх перед высокоуровневыми присутствующими, так и неуверенность от вида рыдающей женщины. - Отведите её в гостевой кабинет и дайте что-нибудь выпить, - приказал командующий на языке монстров. – И крепкого тоже предложите. Но не гоблинскую сивуху, а ту, что гремлины гонят, - коснулся орк запретной темы. Тролли со всей возможной и невозможной тактичностью и аккуратностью, выпроводили Жаклин из кабинета. Дождавшись пока её уведут, командующий с интересом посмотрел на Кассиопея, после чего вопросительно произнёс: - А как же Пятая доктрина? Пожав плечами, демон сухо пояснил: - Извини, мой зелёный друг, но все свои баллы Славы я слил до дна и слил исключительно на тебя. Монстрам и заблудшим Система начисляла так называемую «Славу», доступ к которой открывался на высоких уровнях. И делала она это в год по чайной ложке. Впрочем, иногда славы удавалось хапнуть солидно, подняв большую движуху или засветившись в публичном деле. Требовалась «слава» главным образом для двух вещей – нарушать правила Системы и получать то, что системным субъектам получать не полагалось. Например, имей побольше славы почивший Синти Ко, у него имелись бы все шансы откупиться от претензий Системы. Демоны пожелавшие завести в этом мире детей, покупали данное право именно за Славу. То же, но по куда более драконовским расценкам, Система предлагала и монстрам. Монстры же копили славу для смены тел. В свою очередь Кассиопея расплачивался славой за право остаться в этом мире подольше. Немало её было потрачено за эти три дня. Пусть за возможность помочь Аринтону Система взяла по-божески, но всё-таки взяла. Если разделить свод системных правил на формальные и неформальные, за славу Система позволила высокоуровневым монстрам нарушать последние. - Что за Пятая доктрина? – не дождавшись разъяснений, спросил Кейн. - Это из нашей родной религиозной системы, - охотно взялся объяснять Кассиопея. – Синтларская религия не одобряет стремления помочь всем и каждому. Человек обязан сам решать свои проблемы. Но и превращение в бездушного эгоиста наша религия не одобряет также. По нашим традициям ответ на вопрос стоит помочь или нет, находится в сопутствующих обстоятельствах. Если хотите, в знаках. Каковы шансы того, что, придя сюда эта женщина застала бы здесь меня? Они невелики. А каковы шансы, что она застала бы нас всех? Примерно нулевые. Однако, она нас застала. По Пятой доктрине мы должны ей помочь, ведь на такую необходимость ясно указали обстоятельства. Есть, правда, одна оговорочка. Помогать мы обязаны лишь при наличии возможности, которой у нас вроде как нет. - Куда не плюнь, везде религия и сектантство. Люди – религиозные животные, - проворчала с дивана Шайна. - Похотливые религиозные животные, - шутливо добавил Кейн. - А чему она учила Юру? – полюбопытствовала дьяволица. - Общей психологии и культуре взаимодействия с людьми. Кстати, она избивала его, будучи при этом обнажённой. Так выглядит один из приёмов обучения местных специальных служб. Его цель, научить мужчину воспринимать женщину как источник смертельной опасности, - ответил Кассиопея. - Так вот почему он не обкончался, когда я прощупала его «похотью», - задумчиво произнесла Шайна. Не открывая глаз, Аринтон бросил присутствующим: - Мы можем использовать Юрину славу… Кейн удивился: - И каким же это образом? У него даже 50 уровня нет. Аринтон объяснил: - Через фракционную Систему. Все старшие офицеры могут передавать свою славу на счёт фракции. И они это делают по моему приказу. Все, кроме Юры. Ему я даже доступ не открывал. - Ого, а у тебя стальные яйца, мой великодушный друг, - уважительно прокомментировал полученную информацию Кейн. - Дело не в моих яйцах и даже не в великодушии, а в том, что он приказал мне этого не делать, - кивнул Аринтон на Кассиопея. - Забери мы Юрину славу обманом, нас наверняка накажет Система. А разъясни мы ему что к чему, наш сообразительный малый быстро смекнет, что существует возможность обналичить личную славу через меню фракции. Например, усилить свою собственную команду. Которая из заблудших, в смысле. Оно такое Аринтону не надо, - внес ясность Кассиопея. - Объясните Юре что к чему, попросите у него Славы и потратьте взятое на помощь этой женщине. Всё по-честному, - предложила вышедшая из задумчивости Шайна. - Ты заболела, солнце моё? Если нет, то я сейчас поверю в женскую солидарность, – делано поразился Кейн. - Кого вы обманываете, «детишки»?! – презрительно хмыкнула дьяволица. - Вы решили всё в тот момент, когда эта женщина переступила порог. А сейчас ломаете комедию, размышляя в процессе как именно провернуть дело. И втянуть меня заодно! Зовите Юру, у него наверняка куча Славы. Как минимум сотня за Айшарана, - прикинула она. - Не люблю умных женщин… - с осуждением посмотрев на Шайну, вздохнул Кейн. - А вы не забыли, что Система не выпустит меня из зоны фракционного противостояния? – напомнил Аринтон. – К тому же, я не могу потратить славу на ваши задумки. Вы не есть часть Зелёной фракции, – добавил он. Кейн уверенно произнёс: - Это не проблема. Ты формируешь задачу через фракционное меню и возлагаешь её выполнение на подчинённого, после чего «финансируешь» взятой у Юры славой. Мы же сопровождаем подчиненного и помогаем ему в выполнении задания. Понятливо кивнув, Аринтон опять что-то крикнул на языке монстров. В дверном проёме возникли всё те же растерянные тролли. - Юршу сюда. И скажите, чтобы поторопился. А ещё скажите, что это ненадолго, - строго произнёс командующий. Засопев, тролли дверь закрыли и бросились исполнять. Заспанный Юра открыл дверь кабинета минут через десять. Из-за пояса его холщовых брюк торчал край плохо заправленной рубахи. Поленившись зайти в кабинет, молодой человек по-царски зевнул, прислонился к дверному проёму и недовольно уставился на присутствующих. Юра, как и вымотанный Аринтон, спал на ходу. Но, в отличии от Командующего, в его случае причина сонливости была другая. При наличии телесных повреждений дебафф [Потеря сил] обнаруживал дополнительный штраф в виде почти непреодолимой сонливости. И пока ты, задание не выполнивший, полностью не восстановишься, то будь добр вот так вот спать на ходу. - Всем доброго… А у нас, кстати, утро? – зевнув ещё раз, поинтересовался попаданец. - Полдень, - ослепительно улыбнувшись, сообщил Кейн. - У нас к тебе важное дело. Ты помнишь Жаклин? – обратился к Юре Кассиопея. - Ну конечно же, я помню Жаклин, - усилием воли заставляя себя не провалиться в сон, ответил попаданец. - Так вот… - начал Кассиопея. Как оказалось, про ненадолго, это Аринтон очень зря. На то, чтобы разъяснить молодому человеку суть ситуации, а после объяснить, что-такое слава, о которой Юра уже кое-что слышал, ушло полчаса. Следом потребовалось ещё минут десять на настройку необходимых параметров во фракционном меню. Не успел Аринтон закончить, как Юра, разлепив глаза, сообщил: - Готово. А сообщив, отлип от косяка с твёрдым намерением идти спать дальше. - Что готово? - не понял Аринтон. - Я перевёл всё что есть, - зевнув, ответил молодой человек. – Жаклин хорошая женщина и лучшая подруга Колиной жены. Постарайтесь там ради неё… Произнеся это, Юра развернулся и на автопилоте поплёлся обратно в офицерское общежитие. Кейн, Кассиопея и Аринтон какое-то время задумчиво смотрели на открытую дверь. - Вот теперь гадайте, мы «обманули ребёнка» или «ребёнок поимел нас», - прервав молчание, хмыкнула Шайна. - Кстати, всё – это сколько? - повернувшись к Аринтону, поинтересовался Кассиопея. Закрыв глаза, командующий какое-то время копался во фракционном меню. Когда же он глаза открыл, они выглядели удивлёнными. - 1536… И её невозможно вернуть, - удивлённо сообщил Аринтон остальным. Присутствующие переглянулись. - Когда он успел? – поразился Кейн. – И я уверен, нам бы хватило и сотни. Теперь же придётся тратить всю. Уговор есть уговор, - заметил он. - Давайте для начала начнём, а там и поймём хватит взятого или нет, - покачал головой Кассиопея. На непонятливые взгляды остальных, он пояснил: - Всё что связано с Юрой, может иметь удивительные последствия... *** Кассиопея с нескрываемым любопытством разглядывал сидящего напротив него мужчину. Объект изучения чужому вниманию рад не был и очень хотел вызвать охрану. Но, по причине того, что при помощи телепортации гости заявлялись в его кабинет исключительно редко, никого звать хозяин кабинета всё же не стал. По крайней мере, пока. Человека, которого столь пристально изучал Кассиопея, звали Теодор Мигран. Выглядел Теодор лет на пятьдесят и напоминал мрачного бульдога – чисто выбритого и поседевшего. Изучив хозяина кабинета, Кассиопея пришёл к выводу, что между Жаклин и Теодором имелось сходство – оба выглядели значительно моложе своих лет благодаря развитому контролю над энергетическим телом. Теодору, как знал демон, уже стукнуло восемьдесят. Из этих восьмидесяти тридцать лет он возглавлял тайную службу королевства Виринтел. - Вас не должно здесь быть… - с видом человека, владеющего ситуацией, чётко произнёс Теодор. Кассиопея не врал Жаклин, когда утверждал, что предпринимал активные действия, направленные на освобождения её мужа. В процессе он наводил о Теодоре справки, отчего знал его полное имя и то, как выглядит интересующий его субъект. Без перечисленного, по правилам Системы, была невозможна адресная телепортация. Заодно демон знал, что пытается вести диалог с умным, памятливым, но крайне упрямым человеком. - Молчите? – спустя полминуты с вызовом обратился хозяин к незваному гостю, который, о верх наглости, взял стул и уселся напротив стола. - Вы не даёте мне возможности ответить, - с беспечным видом парировал Кассиопея. Сказанное прозвучало странно. Никаких препятствий к диалогу вроде бы не имелось. Наоборот, разъяснений от демона как раз-таки ждали. Оценив возникшее на лице собеседника непонимание, Кассиопея пояснил: - Какой смысл говорить слова, которые заведомо встретят в штыки? - Всё, я зову охрану, - поднял свои мохнатые брови Теодор. - Зовите, зовите. Только предупредите, чтобы не брали с собой револьверы. У вас, я надеюсь, в стол вмонтирован звонок, а не голосовая связь? – со всё той же показной беспечностью прокомментировал демон. Рука Теодора замерла, так и не нажав смонтированную под столешницей кнопку. Руку остановила голова, которая заработала. Порывшись в памяти, глава тайной службы извлёк некоторое количество информации. В том числе и об инциденте, который года три назад его очень порадовал. Ну а как ещё, когда столица вражеского королевства в секунды перестала существовать. А сколько народу погибло. Караул! Он тогда за это дело даже выпил. Далее голова припомнила из-за чего произошло столь знаменательное событие. Настроение резко испортилось, так как произошло оно из-за столь любимых его организацией запрещённых технологий. Не лишним будет заметить, что то событие – крайность. Обычно столь жёстко за запрещёнку не наказывали. Ограничивались предупреждением и требованием нарушение устранить. За процессом устранения следили монахи Культа вознесения, сильно реже заблудшие. А ведь действительно, в столе вмонтирован не какой-то там простенький звоночек. В столешницу встроены самый настоящий динамик и микрофон. Подобного на планете давно не должно существовать. Но оно существует, так как большого ума для своего изготовления не требует. Особенно при том, что электричество частично разрешено. Именно под его действием происходит растворение карцибела. - Напоминаю вам как это работает, - сдержанно зевнув, заговорил демон. – Хранители смотрят на мир глазами заблудших, демонов и монстров уровня 100+. Монстров касается не всех, а лишь обладающих высоким интеллектом. Главную роль в этом вопросе играет зрение. До момента обнаружения нарушения, слух, осязание, обоняние и мысли фиксации не подлежат. Если я увижу что-то запрещённое, то, вероятнее всего, получу задание нарушение устранить. Может вмешаться Администратор, но это, скажем так, нежелательный сценарий. Откинувшись на спинку стула, Теодор взглянул на гостя по-новому. - Монахи культа утверждают, что магия вознесения пронизывает весь наш мир. Неужели врут? – поинтересовался он. - Скорее не лезут в подробности, - ответил демон. - Да и опять же, «магия» - крайне расплывчатое понятие. Я бы сказал, что в рамках блокирующего планету барьера, Хранители влезли в базисные законы реальности. Что до их отношения к запрещённым технологиям? Думаю, таковы «правила игры». Они безусловно могут вычистить всё и сразу, но тогда чем, скажите на милость, народ занимать? - По какому поводу вы меня посетили? – обдумав сказанное, спросил Теодор. - По поводу Терано Леанора и его жены Жаклин Терано. Первая в бегах, второй находится у вас в заключении. Чуть более года назад я предлагал вам Терано выкупить, но вы ответили мне категорическим отказом. Острое восприятие Кассиопея уловило, что в первую секунду собеседник напрягся. После же, усилием воли взяв себя в руки, придал себе мрачновато-виноватый вид. Несколько секунд помолчав, Теодор с нотками осторожности произнёс: - Вам необходимо было первым делом представиться, это бы всё упростило. Видите ли, мы, точнее я, отказывался передать вам Терано по причине весьма банальной – он мёртв. А так как мы опасались разглашения некоей неудобной информации, то тщательно скрывали факт его гибели. Ладно, не буду темнить. Я имею ввиду сведения, которыми владеет сейчас его жена. Прошу отнестись к ситуации с пониманием… Разглядывая начальника тайной службы, Кассиопея вынужден был признать, что не знает, врёт собеседник или нет. В целом впечатление говорило в пользу искренности, но, когда имеешь дело с подобными людьми, общее впечатление - плохой советчик. Пожалуй, ответ могли бы дать системные навыки, но демон, увы и ах, не владел подходящими. «Надо подключать Кейна. Кстати, как там у них дела?» - подумал Кассиопея. Как это порой бывает, стоило о ком-то подумать, как этот кто-то немедленно объявился. Стоило только додумать мысль, как в разум Кассиопея поступил системный запрос на ментальное соединение. Чуду, впрочем, имелось разумное объяснение. Вот примерно сейчас, Кейн и компания должны были получить предварительные результаты. И они их, как выяснилось, получили. «Как успехи?» - с весёлыми нотками поинтересовался у демона глава Информационной гильдии. «Старый пёс утверждает, что Терано умер», - по каналу ментальной связи ответил Кассиопея. «Врёт. Мотылёк прошерстил их базу. Тушка Терано на нижних уровнях. Живая, но замороженная до хруста». «Замороженная? Это то, о чём я думаю?» - насторожился Кассиопея. «Умножь то, о чём думаешь на сто и отправляйся к нам. Точнее, телепортируйся. У нас тут просто праздник какой-то!» - не в свойственной ему восторженной манере заявил Кейн, после чего разъединился. - Ну что же, я вас понял, - обратился демон к хозяину кабинета. – Человек смертен и с этим мало что можно поделать, - с печальным видом заметил он. Вздохнув, Кассиопея достал из отделения на поясе многоразовый расходник на телепортацию. Не потрудившись с хозяином попрощаться, он из кабинета устранился. Какое-то время Теодор молча пялился на пустой стул. В глазах его читалась смесь облегчения и недовольства. Нахмурившись, глава тайной службы принялся напряжённо размышлять, за какие бы нити дернуть, чтобы подобный визит не повторился. Триста лет они прекрасно жили без всей этой чёртовой Системы и заблудших. Точнее с ней, конечно, но всё оно «цвело и пахло» где-то там, за морем. И очень неплохо бы было жить так и дальше. Особенно, когда имелись кое-какие неудобные секреты. Дверь кабинета резко и без стука отворилась, на пороге замер запыхавшийся подчинённый. - Мой лорд, беда! – выпалил он. На вопросительный взгляд начальника, подчинённый выпрямился и в уставной форме доложил: - Две минуты назад прибыл гонец с сообщением. На «Архив» напали. На текущий момент враг остановлен у входа на подземный уровень. Нахмурившись, глава тайной службы нажал на скрытую под столешницей кнопку. - Да, сэр? – раздался из невидимого глазу динамика голос дежурного. - Выяснить и доложить ситуацию с «Архивом», – приказал Теодор. Секунд через тридцать поступил ответ. - Извините сэр, связь с архивом отсутствует. Вероятно, технические неполадки. «Неполадки, да вот только не технические», - мрачно подумал мужчина, после чего обратился к замершему в дверном проёме подчинённому. - Экипаж в «Архив», быстро! «Лишь бы оборудование не пострадало», - спешно покидая кабинет, тревожно подумал глава тайной службы. *** Теодору нравилось посещать «Архив» - символ былой мощи их цивилизации. Свидетельство того, что когда-то они были к «Эдему» ближе других, и, в отличие от большинства, их знать имела своё, продляющее жизнь оборудование. Впрочем, после Вознесения оно частично потеряло свою ценность, ведь настойка карцибела позволяла оставаться в тонусе до глубокой старости. И все же, возможности вырваться за пределы отпущенного, карцибел не давал. И вот здесь приходило на помощь упомянутое выше оборудование, информацию о котором сумел разнюхать этот чёртов Терано. Всё это, похоже, летело в тартарары. Глядя на погнутые створки гермодвери, глава тайной службы нервно хмыкнул и поймал себя на мысли, что он не хочет знать, чем именно били по листу сверхпрочного сплава в полметра толщиной. Створки, кстати, удар выдержали и лишь слегка прогнулись. Ударив один единственный раз, нападающие изменили тактику. Оставив в покое металл, они обратились к стене из супербетона. Неизвестно, навык или магию натравили на сверхпрочный материал, зато визуально зафиксировано, что очень прочный и устойчивый к агрессивным воздействиям материал рассыпаться в пыль. (Кассиопея применил что-то из своего широкого арсенала магии хаоса). Обойдя ставшие бесполезными двери, Теодор пропустил мимо себя людей несущих носилки. На носилках лежали пострадавшие сотрудники «Архива», бессознательные лица которых были перекошены отталкивающе-похотливой гримасой. (Шайна жахнула по площади [Похотью], отчего защитникам комплекса резко стало не до защиты чего-либо). Следующая порция разрушений обнаружилась в конце ведшего на второй уровень коридора. В конце его, перед спуском на третий уровень, были установлены две спаренные автоматические турели. Раньше, как знал мужчина, сам коридор заполняло поле аннигиляции запрещённых предметов, однако, после Вознесения, его банально стало нечем питать. Сейчас же, было совершенно неясно, чем разнесло турели и что вынесло двери за ними расположенные. (Кейн использовал расходный предмет «Призыв Короля троллей». Ума «зверушке» не доложили, зато ломать она умела от бога). Ответ на эти, да и многие другие вопросы, можно было получить посетив находящуюся на третьем уровне пультовую. Древняя система видеофиксации до сих пор работала без нареканий. Увы, как уже доложили главе тайной службы, пультовая, как и расположенная за ней серверная, стали историей, превратившись в серую, очень похожую на пепел пыль. За пультовой и серверной начинались помещения очень удобной тюрьмы. Встречаются люди, одно существование которых лишает хорошего сна. И всё бы ничего, но убивать их по разным причинам было нежелательно, а то и нельзя вовсе. Подобная проблема решалась здесь, на третьем уровне. Неудобные индивиды лежали замороженными в специальных капсулах. Их не надо было кормить, мыть, водить на прогулки, париться о побеге. Зато всегда можно разморозить и пообщаться, предварительно выкачав из вен заменяющий кровь хладоген. Увы, столь полезные капсулы превратились во всё ту же серую пыль. И было бы прекрасно, если бы они стали пылью вместе со своим содержимым. Увы, в подобное счастье верилось слабо. Содержимое, вероятнее всего, уже передано в руки Культа вознесения. Надежда на то, что содержимое это не заговорит – очень слабая надежда. Ведущий на четвертый уровень лифт не работал: напоследок нападающие уничтожили питающую комплекс энергоустановку. Пришлось спускаться по лестнице. Благо, она имелась. Попав в просторный подземный зал четвёртого уровня, глава тайной службы, как говорится, выдохнул. Капсулы для клеточного ребилдинга и прилагающееся к ним оборудование, оказались нетронутыми. И все же, нарушители здесь побывали. На противоположной от входа стене, большими синими буквами была выведена совершенно непонятная надпись: «Наградите Юру. Юра лучший!» (Творя данное послание, разошедшиеся Кейн и Кассиопея хохотали словно умалишённые. Узри их в этот момент молодой человек, они бы наверняка потеряли солидности в его глазах). В голове Теодора забегали волнительные мысли: «Немедленно демонтировать и переправить в южную лабораторию. Или всё же оставить в столице? Пожалуй нет, опасно, мы и так потеряли слишком многое». В этот момент сопровождающие Теодора подчинённые дружно охнули. Обернувшись, мужчина чуть было не охнул сам. С боку от него стоял непонятный франт в чёрном костюме, белоснежной рубашке и почему-то в коричневых, запачканных свежей грязью сапогах. Поймав взгляд начальника тайной службы, франт обаятельно улыбнулся: «Заблудший? Телепортация?» - завертелось в голове Теодора, который спешно соображал, как именно ему выкручиваться. - Хотите, я раскрою вам одну неприятную тайну? – лучезарно улыбнувшись, произнёс Хастел. На беду руководителя тайной службы, к ним заявился собственной персоной Юрин куратор из числа Администраторов. Не успел Теодор опомниться, как был по-приятельски схвачен франтом под локоть. Словно желая что-то ему показать, франт потянул добычу к уцелевшим капсулам. - Вижу, не хотите вы тайн и напряжённо думаете, как бы выйти из ситуации, - заметил улыбающийся Хастел. – Представьте себе, выхода нет, - уверенно заявил он. - Но тайна моя вовсе не в этом. Она в том, что все вы здесь, в смысле местные жители, имущество. - Что значит, имущество? – с нотками возмущения, переспросил глава тайной службы. - Да вот это самое и значит, - пожал плечами Хастел. – Видите ли, во вселенной нет бесхозных планет. Обитаемых планет много, но бесхозных среди них нет. Каждая обитаемая планета – плод чьего-то кропотливого труда. Обычно, разумного плазменного организма по имени «солнце». Если религия наделяет солнце божественностью, это вовсе не значит, что она примитивна. Вполне вероятно, её адепты знают как всё устроено. Или же проницательно догадываются. - Что за бред вы несёте? – возмутился Теодор и попытался вырваться, направив в это действие внутреннюю энергию. Ничего не вышло. - Я веду к тому, что триста лет назад эта планета должна была погибнуть по закону причин и следствий. Стать облаком пыли и остывающих обломков, на которых как вы, я надеюсь, понимаете, невозможна разумная биологическая жизнь. Но она таким облаком не стала, так как планету переместили в другую, подходящую для дальнейшего существования часть космоса. - Всё что вы мне рассказываете, есть в Книге вознесения, - ещё раз попытался вырваться из чужой хватки Теодор. - Очень плохо, что вы это знаете, - заметил Хастел. – Если бы не знали, вас бы оправдывало невежество. - Ну ладно, перейдём к делу, - наконец отпустил Теодора странный франт. – Расскажите мне пожалуйста, где находятся остальные - подобные вещи, - кивнул он на саркофаги из стекла и металла, к которым свою добычу подвёл. Оценив метания на лице собеседника, Администратор потрудился разъяснить: – Видите ли, приходится действовать точечно. Система запланировала на землях вашего королевства некоторое количество событий. Их, строго говоря, немного, но на них потрачено большое количество творческих сил. В том числе сил моей группы. А так как я уважаю чужой труд, то не хочу целиком уничтожать ваше проштрафившееся королевство. «Неужели?!» – вздрогнул про себя Теодор, внимательно посмотрев на франта. «Да нет, вряд ли», - решил он. Не сказать, что франт выглядел совсем уж несолидно, но, по мнению главы тайной службы, богам полагалось выглядеть по-другому. - Ну и ладно, - оценив реакцию собеседника, вздохнул Хастел. - Кто сказал, что будет легко, - добавил он. Взглянув на надпись на стене, Администратор ухмыльнулся и щёлкнул пальцами. В следующий миг несговорчивый индивид оказался над столицей, насладиться восхитительным видом которой он не сумел. Неудобно, знаете ли, чем-то наслаждаться, падая с высоты около километра. На то, чтобы освежить память и стать на редкость сговорчивым, Теодору хватило всего два таких падения… *** Проснувшись, Юра осознал, что ещё пять минут и произойдёт катастрофа. Катастрофы не хотелось вот прямо совсем. Особенно когда в последний раз подобное случилось с ним лет в пять, ну может в семь. И то, он тогда, помниться, арбуза переел. Большим усилием воли заставив себя подняться и сесть на кровати, молодой человек продрал глаза. Ночной горшок или, если по-простому, ведро стояло в углу у двери. И вот оформился выбор – ведро или поход в туалет на первом этаже. Ошибочно будет сказать, что между Юрой и ведром стояли преграды вроде, «Ну это же неприлично», «Что люди подумают?», «А на пол налью». Не было у текущего Юры таких комплексов. Просто ведро это придётся кому-то выносить и мыть. И он, как человек перетаскавший килотонны говна, знает, что занятие это своеобразное. Ко всему, прогуляться до первого этажа не такая уж и большая задача. А ещё солидность и пусть маленькая, но гордая победа над собой! Телом, однако, владела большая слабость, из-за которой идти вниз было ну просто чудовищно влом. Пресекая мысленный перебор аргументов, мочевой пузырь бескомпромиссно заявил, что ещё минута и выбор отпадёт за ненадобностью. Вздохнув, молодой человек закрыл глаза и на автопилоте поплёлся к двери. Дойдя до туалета под лестницей, он сделал своё дело и поплёлся обратно в комнату. Подлюка-бок всё ещё болел. По словам Кассиопея, сонный режим исчезнет лишь после того, как тело полностью восстановится. Добравшись до места дислокации, молодой человек хлопнул стакан воды, забрался в постель и обнаружил, что ему не требуется закрывать глаза, по причине того, что они уже закрыты. В голове возникла резонная мысль: «А как это я умудрился попить воды? Но ответа на заданный вопрос не было. Понимая, что он вот-вот заснёт, Юра скорее по привычке вызвал системное меню, которое бегло просмотрел, не обнаружив в нём ничего нового, важного или интересного. Решив напоследок пройтись по подразделам, он зашёл в меню фракции, откуда исчезло подменю [Расходные предметы] (Расходники перекочевали в системный магазин), зато появилось подменю [Дополнительные возможности]. Зайдя в него, попаданец чисто ради посмотреть, зашёл раздел «Слава». [Доступно для использования славы: 1536] «Блин, так я, выходит, ничего не перевёл Аринтону!» - моментально взбодрился разум. «Надо сходить уточнить», - предложил он. Увы, но на ещё одно волевое действо Юры не хватило. Да и неправильно, знаете ли, требовать от себя слишком много. «Надо будет, разбудят», - рассудил попаданец, заснув тремя секундами позже. Следующее пробуждение случилось лишь через двое суток и ничего интересного, строго говоря, не принесло.