Часть 1. Очень странные дела в этой школе.

      Устраиваться в новую школу она не особо хотела, ведь в старой у неё осталось много хороших друзей, но работать там было ужасно. Низкая зарплата и неравноценность среди работников убивали всю атмосферу. Но в новой школе она была не одна; с ней была её лучшая подруга Аой, которая работала школьным психологом. Нэнэ же досталась роль учителя математики. С учениками у неё шло всё хорошо: прекрасные дети и их родители, которые хотели познакомиться с новым учителем. С коллегами она также нашла общий язык. В медкабинете обычно сидела Яко, попивающая чай и раздающая справки детям для освобождения от физкультуры у учителя Мисаки. Мисаки — добрый мужчина и хороший учитель, правда, он любит гонять детей за мячом по всему полю. Учитель Рюдзиро Цучигомори — учитель литературы, прекрасный собеседник, правда курящий, из-за чего в его кабинете скапливался клубок дыма. Директор лишь просил его не курить при учениках и в классе. Уволить его не мог, всё-таки он впрямь был превосходным учителем. Ещё был учитель Минамото Коу, активный и очень добрый парень с золотистыми волосами и голубыми глазами.       Часто за чашечкой чая во время перерыва он общался с Ясиро, рассказывая ей о своём друге Мицубе Соскэ. После многих рассказов от блондина девушке самой захотелось хоть раз увидеть этого юношу. Её желание исполнилось, и в один из дней он пришёл в школу. Зайдя в класс математики, он спросил молодую учительницу, знает ли она, где прямо сейчас проводится урок учителя Минамото. Получив ответ, он сразу же ушёл, но в памяти всё ещё остался его образ: парень чуть ниже Коу с розовыми волосами, которые были связаны в пучок, очки на волосах и большие полные глаза. Также она успела заметить в его руках фотоаппарат, и Минамото рассказал ей, что Мицуба работает в агентстве фотографом, а в школу приезжает иногда, когда забывает свои ключи дома и просит запасные у блондина. Факт того, что они оба живут в одной квартире, удивил девушку, но Коу быстро объяснил, что они просто снимают одну квартиру на двоих, так как это очень удобно жить вместе, ведь их работа совсем рядом с домом.       Среди всех есть ещё один коллега, Юги Аманэ, с ним Нэнэ так и не смогла поговорить. В первый её день в школе она подошла познакомиться, пока он мирно потягивал горячее кофе. Увидев её, он поперхнулся своим напитком и быстро убежал прочь. И так было каждый раз. Он всячески избегал её, но потом ходил за ней, не решаясь подойти ближе. Он наблюдал за ней издалека, что её раздражало. По рассказам Коу и Цучигомори, Аманэ — парень неплохой, но слегка застенчивый. Также от них она узнала, что у него есть младший брат-близнец, который раньше тоже работал с ним в этой школе, но из-за множества несчастных случаев его уволили. Случаев было много: взрыв в лаборатории, разбитые окна, двери, выбитые с ноги, и многое другое. Последней каплей стало то, что в столовой младший брат Цукаса облил директора краской с ног до головы. Аманэ долго извинялся за брата, и директор сказал, что ему вовсе не нужно извиняться за брата, не он же натворил всё это. Директор — мужчина добрый и терпеливый, но Цукаса смог довести его до точки взрыва. Слушая крики директора, учитель Цукаса лишь улыбался, будто это и был его план — довести доброго директора до криков. Хорошо, что сейчас в школе полный порядок и больше никто не устраивает шоу на показуху.       Нэнэ шла по коридору школы, направляясь в свой кабинет, но не успев войти, она услышала чей-то голос из-за двери и решила не мешать, а подождать их ухода. Также её любопытство взяло верх, и краем уха она слышала разговор коллег.       — Юги, ты снова рубашку в кофе испачкал. Сколько можно!? Я устал Мицубу просить купить тебе новую.       — Прости, Минамото, я когда увидел её сегодня, то снова подавился своим же кофе...       — Не понимаю, чего ты бегаешь от неё? Она ведь пыталась с тобой подружиться. Она уже совсем здесь дружит, но лишь ты убегаешь от неё! — возмущался блондин. Нэнэ кивнула, услышав его слова, и услышала чьи-то шаги. Потому она быстро отбежала от двери своего кабинета, убегая в кабинет школьного психолога.       — Не знаю. Просто когда вижу её, она... ну... Она похожа на щенка! Такие глаза большие и приставучая, — краснея, ответил он и отвёл взгляд в сторону. — Я не знаю, как мне с ней заговорить. Слова будто съедают, когда она просто мимо проходит.       — Нихера, так ты влюбился что ли?       — Что? Нет! Конечно же нет! Я её даже не знаю, это было бы странно. — На телефон пришло уведомление о времени, высвечиваясь на весь экран. — Время перерыва скоро кончится. Пошли скорее, а то она скоро придёт.       — Как скажешь. — Пожав плечами, отправился он за коллегой в коридор.       Аой внимательно слушала историю своей подруги, что-то записывая в свой блокнот и кивая. Нэнэ рассказала о всех побегах Аманэ и о том разговоре в своём классе, что тоже Аой записала на страницы, листая одну за другой. Затем она вздохнула и протянула его подруге, но та лишь пожала плечами, не понимая записи психолога.       — Нэнэчка, по твоим рассказам я могу сказать лишь две свои догадки. Лично я с ним никогда не разговаривала и не могу судить о нём, но... — сделала она паузу, задержав взгляд на подруге. — Либо он тебя боится, либо он....       — Боится!? — воскликнула она, подскочив со своего места. — Но почему!? Лично спрошу его! Спасибо, Аой-чан!       — Нэнэ! — от неё и след простыл, так быстро она убежала из кабинета психолога, что самому психологу стало страшно. — Я хотела сказать... либо он влюблён в тебя, Нэнэ-чан... — с неловкой улыбкой на губах закончила она свою фразу.       Ясиро уверенно шла по коридору, взглядом ища своего коллегу. И нашла она его у кабинета Коу. Он стоял, облокотившись на подоконник, с книгой в руках, поправляя свои очки на кончике носа. Чтобы не упустить его, Нэнэ подошла так близко, как только могла, и закрыла ему побег с двух сторон руками. Такого юношу точно не ожидал, и единственное, что он мог сделать в этой ситуации — сдаться. Сняв очки вместе с книгой, он убрал их в глубокие карманы своего белого халата и посмотрел на девушку, что была ниже его ростом, что для него было удивительно. Он не был таким высоким, как Минамото, и с далека Нэнэ не казалась ему столь низенькой девушкой.       — Юги-кун, почему ты избегаешь меня? Ты боишься меня!? — на крики девушки выбежал Коу с Мицубой, а по коридору бежала Аой, рядом с которой были Яко с Цучигомори, что просто хотели взять стаканы для кофе из кабинета блондина.       — Я не избегаю. То есть... избегаю, наверное, но не боюсь! — нервно отвечал он, густо краснея лицом. — Ты чего так резко набросилась? Ты больная...?       — Ничего и не больная! Со дня моего перевода в эту школу ты избегал меня, я даже имя твоё узнала лишь через Минамото! Почему так? — тише спросила она, пока Юги медленно брал её руки в свои ладони, чтобы убрать её чуть дальше от себя.       — Я не особо разговорчивый, в этом проблема. Уж прости, но у меня скоро урок астрономии. — махнул он рукой, убегая в свой кабинет.       Яко лишь посмеялась с этой картины, пока Цучигомори покачивал головой. Мицуба хихикал за спиной блондина, за что потом получил по голове. Аой хотела поговорить с Нэнэ, но в это время прозвенел звонок, отправляя всех по своим урокам. Ясиро спокойно вела математику, вызывая учеников к доске для задач, но чаще всего отвлекалась на свои мысли, которые были связаны с Аманэ. Он точно её избегал, но не признавал этого. Это её так бесило!       Аманэ с интересом рассказывал своим ученикам о звёздах и планетах в космосе, получая много вопросов и отвечая на них. Также во время урока он бывало шутил с ребятами, а они громко смеялись, что доставляло Юги удовольствие. Цучигомори часто видел это; он обожал эту черту Аманэ в преподавании урока: никто из учеников не выходил с его класса недовольным. Всем всегда нравились его научные факты, шуточки и фокусы во время перемен. «Разве тебя не радует, когда твои ученики улыбаются?» — смеясь, говорил Юги своему коллеге.       Вспоминая, с какой улыбкой говорил ему эти слова Юги, Рюдзиро и сам улыбался, наблюдая за ним за дверью кабинета, просто проходя мимо. Любовь Аманэ к ученикам бесценна, но недавно и Цучигомори стал замечать странное поведение Аманэ. Задумался он об этом лишь после сцены в коридоре между ними двумя. После учитель литературы задумался о словах Ясиро, сам не зная почему, и понял, что Аманэ впрямь стал очень странным в последние недели. Каждый день он мог несколько раз поперхнуться кофе, пролив горячий напиток на рубашку, и это происходило всегда, когда на горизонте появлялась новая учительница по математике. И, кстати, до этих дней он беспокоился о теле Юги, ведь после кипятка на нём мог остаться ожог, но сейчас он беспокоится лишь о его деньгах, которые он отдаёт Соскэ за каждую новую рубашку. Но ещё больше ему жаль розоволосого парня, что с воплями может приехать в школу с новой рубашкой и кинуть её прямо в лицо юноши. Ради такого он мог пробежать по всей школе в поисках учителя, но клялся, что точно кинет рубашку прямо ему в лицо.       Уроки закончились довольно быстро, и Аманэ решил как можно быстрее убежать из стен школы, чтобы точно не встретиться с учительницей, что преподаёт математику. Выйдя на крыльцо школы, он застыл и молча смотрел на снежинки, что падали к асфальту, покрывая его одеялом снега. Однако быстро же время летит. Лишь недавно он был одним из лучших учеников этой самой школы, а сейчас он состоит в педагогическом составе. Сделав глубокий вдох, Юги поспешил к воротам, но чья-то рука потянула его назад, и парень с грохотом упал на спину. Лицо скривилось от боли, а из уст вырвался визг. Открыв глаза, он увидел фигуру, что стояла прямо над ним.       — Юги-кун, ты меня избегаешь! — кричала она, сжимая руки в кулаках.       — А ты меня чуть не прибила. Тебе нормально людей на кафель бросать? Ты правда больная... — отряхиваясь, сказал он, бросая на неё растерянный взгляд.       Растерянный? Да, именно такой, ведь перед ним вновь была Ясиро, что гонялась за ним последние недели. Щёки предательски порозовели, как и костяшки рук, что от холода проявились на бледной руке парня. Лишь секунду назад он уверенно говорил, что новая учительница — та ещё больная психопатка, но вновь увидя её большие малиновые глаза, что были напитаны злостью, его собственная злость пропала. Оставалось лишь неловко смотреть в пол, не поднимая взгляд на девушку.       — Хватит называть меня больной! Я поговорить хочу, а ты вечно убегаешь от меня! Почему ты такой грубый? И ведь ты такой только со мной. Что я уже сделала не так!?       — Слишком много криков. И... ничего ты не сделала, я просто такой человек, прими это. Не все собираются дружить с тобой и быть добрыми. — вновь надел он маску холодного человека, стараясь скрыть своё волнение.       Быстрыми шагами он направился к выходу из территории школы, оставив девушку одну. Идя домой, он вновь наблюдал за снежинками, что приземлялись на его чёрное пальто. В голове вновь всплывал её образ, её гранатовые глаза с ноткой мёда, светлые волосы, что были обычно заплетены в косу до пояса, и её наивная улыбка. Её образ всё никак не выходил из его головы, пока кто-то не позвал его. К нему подъехала машина тёмного цвета, приглашая сесть внутрь.       — Почему ты сегодня пешком? Снова забыл, где тормоза в собственной машине? — с ноткой смеха сказал парень, аккуратно ведя машину по снежной дороге.       — Тормоз здесь только ты, Цукаса. Ты чего вообще здесь делаешь? Ты ведь должен быть на работе или ты... — узнав хитрую улыбку брата, он всё понял и лишь закатил глаза. — Опять уволили? На какие деньги ты вообще живёшь?       — В этот раз я не виноват. Клиент глупый попался, вот я и вмазал ему по роже. Он заслужил!       — Что такого мог натворить клиент? Слишком большой кредит захотел брать? Это ведь глупо. — на лице младшего близнеца больше не было привычной улыбки, и тогда Аманэ заметил раны и синяки на другой стороне лица брата. — Это он тебя?       — Ага. Утром я заполнял его документы, и в это время подошла молодая девушка. Мужик стал распускать руки, вот я и врезал ему.       — Ладно, это ты сделал правильно. Нехер старым мужикам к девушкам лезть.       — Кстати, позади тебя шла девушка. Она с тобой в одной школе работает? Она тебя будет взглядом убить пытаться. Что ты уже сделал, Аманэ?       Он не ответил и лишь закатил глаза в сторону окон. Разговаривать с кем-либо он совсем не хотел. Он не был расстроен или зол, но что-то ему казалось не тем.       Утром Ясиро встретилась с директором, что слёзно умолял её заполнить множество документов, которые нужно было сдать к концу дня. Доброе сердечко девушки ёкнуло, и она не смогла отказать. Во время уроков она давала ученикам письменные задания, а сама занималась работой над документами. Подходил конец второго триместра, и потому отчётов о школе, классах и самих учениках было больше обычного. Но среди прочих листов она наткнулась на папку о своих коллегах. Любопытство взяло верх, и лишь глазком она решила взглянуть на документ Аманэ. Первым делом она обратила внимание на небольшую фотографию в правом углу; его обычная фотография, будто он никогда и не менял рабочую форму, не хватало лишь его белого халата. Также рядом была информация о его дате рождения, возрасте, весе и так далее. Ничего интересного, и потому она отложила папку документов подальше, продолжая работать над остальными. Их было много. Очень много. Подошёл конец учебного дня, и дети разошлись по домам, но не учителя. Минамото бегал по этажам, пытаясь найти свою папку отчётов, за ним же бегал и Цучигомори, чью папку Коу также потерял. Как оказалось, директор всем раздал документы на оформление к концу дня, и потому все сегодня были довольно сильно нагружены. Минамото и Рюдзиро так и не смогли найти свои папки с листами, пришлось оформлять всё по новой. Они сели в библиотеке, с ними была и Нэнэ с Аманэ, что также выполняли свою работу, а рядом были Аой и Мицуба, что ждали своих друзей. Аой эта работа совсем не касалась; оба были лишь школьным психологом. Мицуба не хотел возвращаться домой пешком, но права на вождение были лишь у Минамото, и потому ему пришлось ждать. Он то и дело скулил, пытался торопить Коу, ведь уже совсем стемнело. Блондин лишь нервно почёсывал затылок, мужчина постарше также сидел в напряжении, не любил он иметь дела с рабочими документами. Привычная причёска Нэнэ растрепалась, а Аой, стоя позади неё, пальцами бережно перебирала её пряди, заплетая их вновь в красивый высокий хвост. Аманэ сидел рядом с ней и всеми силами старался не смотреть на неё, но всякий раз его взгляд вновь падал на неё, отвлекаясь от документов. В чувство его приводил лишь Цучигомори, что мог разок ударить по голове или сунуть ему в рот сигарету, что юноша ненавидел.       — Я придушу этого придурка. Почему именно мы должны делать всю грязную работу? — всё больше возмущался мужчина, поджигая сигарету, что предварительно закусил меж зубов.       — Ты можешь не курить в помещении? Меня тошнит от одного лишь запаха табака.       — Не пизди, Юги, эти сигареты с запахом горького шоколада. Так что блевать не будешь. А если захочешь, то ты знаешь, где находится окно. А лучше в кабинете директора, подарок от меня будет.       На слова учителя литературы Аманэ вздохнул и уставился на смеющегося Коу, что прикрывал улыбку рукой. Извинившись, он продолжил заполнять документы, слегка улыбаясь своей обычной дружелюбной улыбкой. Вскоре учителя закончили со своей работой и отправились по домам. Аманэ тоже совсем недавно доделал свой отчёт и оставил его в кабинете директора. Собирая свою сумку, он писал сообщение брату, чтобы тот забрал его с работы. Идя по коридору, он остановился у входа в библиотеку. На диване около окна спала Аой, что ждала свою подругу, а Нэнэ продолжала сидеть над отчётами. Естественно, директор дал ей больше всех работы; над новенькими он частенько так издевался, а после просил извинения, когда утром видел уставшие лица новых учителей. Смотря на усталый вид новой коллеги, в груди что-то ёкнуло, и тело само зашагало к столу. Сев на стул рядом с Нэнэ, он взял половину её работы и стал помогать с заполнением листов.       — Юги-кун, ты и так сделал много отчётов. Свои я сама заполню, — устало произнесла она. Аманэ глянул в её пустые от работы глаза и лишь цокнул, продолжая вести ручкой по листу.       — Директор специально дал тебе работы больше, чем остальным. Он всегда так с новенькими. Мы все через это проходили. В моё время мне помог Цучигомори. Коу он тоже помогал с этой работой. Это... будто наша традиция среди учителей — помогать новеньким с отчётами. Понимаешь? — спокойно объяснил он, глядя на неё с некой нежностью, что Ясиро сильно удивило.       — Понимаю... Спасибо большое, Юги-кун, — ответила она с лёгкой улыбкой, продолжая заполнять документы.       Документы... документы... перед глазами были теперь не только они, но и слегка заметная улыбка Аманэ, что разговаривал с ней без злобы и растерянности. Он больше не убегал от неё. Он сам пришёл к ней на помощь, и сейчас сидит рядом с ней, быстро ведя ручкой по бумаге. Атмосферу прервал неожиданный для Нэнэ человек; он был точной копией Аманэ, но глаза были более хитрыми. Парень подбежал к брату, обняв его за шею со спины.       — Я вообще-то приехал сюда сразу же, как ты мне написал! А ты всё ещё здесь сидишь? Какой ужас, Аманэ.       — Цукаса, я на работе! Прекрати себя так вести. — злость юноши вновь проявилась в его голосе, и обычные спокойные глаза слегка засверкали, смотря на близнеца, но он быстро смог успокоиться, что удивило младшего. — Разбуди Аой-чан и отвези её домой. Я помогу Ясиро-чан и приду. Жди около входа на территорию школы.       — Как всё сложно у тебя. Ну и ладно, зато покатаюсь на машине, — с энтузиазмом он зашагал к спящей красавице и смог вскоре её разбудить.       — Аой-чан, это мой брат Цукаса. Он отвезёт тебя домой, хорошо? Документов ещё слишком много, так что Ясиро-чан ещё задержится.       — Ох, правда? Тогда ладно, мой дом не далеко отсюда. — Цукаса кивнул и скорее повёл даму к своей машине, отвезя её к дому.       Юги с Ясиро продолжали заполнять документы и наконец закончили! Аманэ победно протянул руки вверх, а после заметил, как Нэнэ уснула на своих последних листах. К его счастью, она успела их заполнить, и оставалось только отнести папку в кабинет директора, что он и сделал. Ясиро всё ещё спала, тогда юноша решил собрать её вещи в сумку сам, а после разбудил её, приведя в чувства. На улице снова шёл снег, и Нэнэ представляла то, как ученики будут со смехом лепить снеговиков и играть в снежные игры. Аманэ сопроводил её к машине Цукасы, предложив подвести её домой, на что она согласилась и уже ехала с близнецами на заднем сиденье авто. Цукаса поглядывал на полусонную девушку, а после на своего краснеющего брата, что сидел как на иголках. Всё-таки, он не понимал своего брата.       Как и ожидалось, дети весело играли в снежный бой, но кто знал, что к нему подключатся учителя. Мисаки обходил препятствия из снеговиков и ловко бросал мячи из снега в лицо Цучигомори, что вышел покурить сигарету. Мужчина молча схватил шар из рук ученика и также точно закинул его в задницу Мисаки, что старался скорее убежать в укрытие. Аманэ убегал от Коу, который специально для него слепил самый большой снежный ком, чтобы отомстить за все те прошлые рубашки, что приходилось для него покупать. Нэнэ же убегала от Аой, пытаясь спастись от игривой подружки. Спрятавшись за снежной стеной, она заметила своего коллегу, что, смеясь, сделал знак быть тише, приложив палец к губам. Янтарные глаза сияли, будто отражая белизну снега; казалось, что Ясиро никогда и не замечала этого оттенка в его глазах. От раздумий её прервали Минамото с Акане, что бросили на них большой снежный ком. Ребята были полностью в снегу, и оставлять это дело просто так они не собирались. Вместе с детьми они слепили новый ком и бросили его в своих друзей. Рядом с ними находились Цучигомори с Мисаки, которые тоже были осыпаны снегом с того самого кома. Между учителями развязалась война! Аманэ с Нэнэ стойко держали оборону, будто готовились к этому всю жизнь, Коу прикрывал Аой, пока та лепила новые шары, а Мисаки с Цучигомори бросали уже готовые снежки, что давали им их ученики. Яко наблюдала за ними около входной двери, прикрывая зевок ладонью, но после получила мяч прямо в лицо. Это был вызов. Она так же принялась лепить шары и искать того, кто осмелился кинуть снежный комочек в лицо прекрасной медсестры.       Вести уроки было довольно тяжело; одежда была пропитана влагой от снега, а руки всё ещё были ужасно красными от холода, что бегал по телу. Горячий чай не спасал, но каждому учителю было весело; все они вновь почувствовали себя детьми. А ученики увидели то, что даже взрослые могут на миг стать маленькими ребятами, вновь погрузиться в детство и весело играть с друзьями в снежный бой. На переменах учителя, встречаясь друг с другом в коридорах, кричали друг другу о реванше, на что слышали громкий смех и согласие на ещё один бой. Ученики с интересом наблюдали за ними, с желанием посмотреть на новый бой между учителями.       Наступал конец триместра, и уже совсем скоро настали бы зимние каникулы, что дети так ждали. Ясиро тихо вздыхала, сидя за своим столом. В последнее время она стала замечать изменения в поведении Аманэ. Он больше не убегал от неё, а наоборот, сам начинал общение и предлагал проводить её до дома. Она радовалась, что холодное сердце парня растаяло перед ней, и они, наконец, стали друзьями. На столе перед ней лежала листовка с объявлением о фестивале в честь Рождества, на который она собиралась сходить с Аой и Акане, что, кстати, и пригласила их. Тогда в голове пробежала мысль о том, чтобы встретить Рождество с коллегами, а точнее с двумя. Ясиро пригласила Минамото пойти вместе с ней; тот с охотой согласился и пообещал притащить с собой Мицубу, чтобы тот хоть немного отвлёкся от своей работы. Аманэ она также пригласила, на её удивление, он согласился, ударив её нежной улыбкой. Бесподобная улыбка, Нэнэ не могла это отрицать.       Настали каникулы, а за ними и фестиваль, на который ребята собирались уехать. Нэнэ опаздывала, но всё же пришла. Уже стояла группа из Аой, Акане, Мицубы с Коу и близнецов Юги. Цукаса старался скорее утянуть всех на фестиваль, будто желая что-то показать. Он привёл их к сцене, где были три девушки в прекрасных традиционных нарядах, что танцевали танец бога снега. Цукаса смотрел лишь на одну из них, зелёные волосы которой слегка приподнимались от её движений.       — Это моя девушка! Сакура, ты лучшая! — кричал он громче всех, громко хлопая в ладоши.       Нанамине даже не обратила внимание на него, будто его и нет, но он продолжал любоваться её танцем, не обращая внимания на Аманэ, чьё лицо перекосило от стыда за брата. Купив горячий кофе, ребята пошли дальше исследовать данный фестиваль, останавливаясь у ларьков с едой и сакэ, что Нэнэ выпивала и ела. После работы в школе и испытания директора ей срочно нужно было расслабиться под действием алкоголя, что бывало сильно бил её по памяти. Акане собирался купить Аой всё, что она только захочет со всех ларьков, но девушка всё время будто специально не замечала его ухаживания и продолжала ходить рядом со своей подругой. Ясиро лишь смеялась, смотря на ревность общего друга ещё со школы. После очередного отказа Аой, Акане и сам стал налетать на выпивку, по пьяни рассказывая слегка напуганному Мицубе о своих чувствах к прекрасной Аой.       Так проходила вся их прогулка: ребята наедались до отвала, каждый по немногу выпил сакэ, выигрывали мягкие игрушки и собирали бумажки разных цветов, на которых позже написали свои желания и повесили на большой бамбук. После фейерверков многие ушли по домам. Нэнэ решила дойти пешком домой одна, но за ней увязался Аманэ, что не хотел уходить домой с братом и оставлять девушку одну. Ясиро это напрягало, будто маньяк за ней крадётся. Но возражать не стала; всё-таки, когда Аманэ Юги был рядом, становилось гораздо спокойнее на душе, будто он её охранял. Стоя на пороге у её дома, они наконец попрощались, но Нэнэ не смогла уйти. Её заточили в крепкие объятия, с которых невозможно было выбраться. Он сжимал её так сильно, будто до этого момента сдерживался, чтобы не разрушить барьер между ними, который он и построил своими руками. Отстранившись, на лице обоих появилась предательская румяна, что выдавала их чувства. Юноша махнул рукой и поспешил скорее удалиться, но девушка схватила его за руку, удержав на месте.       — Постой! А... Аманэ-кун, скажи... — колебалась она, отпустив его руку. — Скажи... Я что, нравлюсь тебе!?       Аманэ обернулся и с лёгким шоком посмотрел на неё. Красное от алкоголя лицо девушки становилось всё краснее. Ей не могло показаться. Когда он обнимал её, она будто чувствовала биение его сердца; это чувство она и сама испытывала так часто.       — Попался, да? — с улыбкой сказал он, и янтарь в его глазах засиял. Полностью повернувшись к ней, он стал подходить ближе, сокращая между ними расстояние. — Долго же ты не могла понять, — сказал он тише, и девушка перебила своими словами.       — Ты это... Прости уж, но утром я ничего не буду помнить! После алкоголя я всегда всё забываю и...       — Тогда утром я приду к тебе и вновь признаюсь тебе в любви. Но чтобы на этот раз было всё правильно, Нэнэ.