Часть 146

Глава 146

— Эй, какой приятный взрыв. Из клубов густого дыма вылетели несколько тёмных силуэтов, оставляя за собой хвосты из чёрного дыма. Капитаны различных дивизий Пиратов Золота наконец-то смогли разглядеть лица пиратов, которые на них напали. — Этот парень... выглядит так странно. Он что, пользователь Дьявольского Фрукта? Их взгляд в первую очередь упал на Сукуну. Его облик с двумя лицами и четырьмя руками был слишком необычным. — Внимание, они идут в атаку! Вырвавшись из дымовой завесы, Барбосса, Сукуна и остальные немедленно устремились к ближайшему пиратскому кораблю. Хотя пушечные ядра нанесли им минимальный урон, дым и пыль, которые они вдыхали, вызывали неприятные ощущения. — Эй, куда вы смотрите?! Сукуна взмахнул двумя руками, и ужасающая разрывающая сила вырвалась из его ладоней, обрушившись на пиратский корабль прямо под ним. В мгновение ока огромный корабль был расколот надвое. Пираты, стоявшие на пути этой атаки, были задеты ударной волной и, не успев среагировать, оказались разрезаны на куски. Отрубленные конечности падали на палубу. В одночасье крики боли и мольбы о помощи наполнили воздух над кораблём. — Проклятый монстр, что ты такое?! Из толпы вылетела фигура и преградила путь сеющему хаос Сукуне. Выражение его лица было серьёзным. Мышцы на его теле вздулись, от него исходила аура дикой, необузданной земли, но даже он, столкнувшись с безумным Сукуной, почувствовал огромное давление. Когда взгляд этого монстра скользнул по его телу, ему показалось, будто по коже скребут маленькие ножи. — Похоже, ты капитан этого корабля. Что ж, ты довольно слаб. Сукуна раскинул четыре руки, словно для объятий, и посмотрел на пирата сверху вниз, как божество на муравья. Почувствовав себя униженным, здоровяк сжал кулаки. С тех пор как он присоединился к Пиратам Золота, его ещё никто так не недооценивал. Даже сам Мистероли никогда не смотрел на него таким взглядом. — Я — Берсерк Раймонд! Едва прозвучали его слова, здоровяк оттолкнулся ногами и мгновенно исчез с места. В следующее мгновение он уже был рядом с Сукуной, занеся кулак для удара. Огромный кулак, несущий с собой яростный порыв ветра, с неодолимой мощью обрушился на голову Сукуны. — Умри! Здоровяк мысленно взревел. По мере того как его кулак приближался к голове Сукуны, в его глазах появился жестокий блеск. Он уже представлял, как голова этого проклятого монстра взорвётся, разбрызгивая мозги. Бам! Внезапно Сукуна вытянул одну руку и крепко схватил кулак здоровяка. Раймонд тут же почувствовал, будто его кулак придавила гора, и он не мог сдвинуть его ни на миллиметр. — Силы маловато. Сукуна медленно повернул шею и с улыбкой сказал Раймонду: — Муравей остаётся муравьём. Сколько бы ты ни кричал, это не изменит того факта, что ты — муравей! Сказав это, рука, державшая кулак Раймонда, резко сжалась. От огромной силы лицо Раймонда мгновенно побагровело. Ему показалось, что этот монстр просто раздавил его кулак. — А-а-а! Острая боль заставила Раймонда закричать, но он не собирался сдаваться. Он поднял свободную руку и, сжав кулак, ударил Сукуну. Он надеялся, что пока противник будет защищаться, его правая рука сможет освободиться. Но, к его удивлению, его левый кулак также был мёртвой хваткой схвачен. Глядя на безумную и жестокую улыбку на лице противника, Раймонд внезапно ощутил страх, и его сердце невольно похолодело. Он хотел молить о пощаде, но противник, казалось, разгадал его намерения. Сукуна взмахнул оставшимися двумя руками, превратив их в невидимые размытые линии, и обрушил на грудь Раймонда шквал ударов, подобный урагану. Непрерывные удары, наполненные ужасающей силой, буквально раздробили грудную клетку Раймонда. Грохот! В следующий миг одна из рук Сукуны пронзила грудь Раймонда. В этой руке он держал парящее, всё ещё бьющееся сердце. Глядя в расширенные от неверия глаза Раймонда, Сукуна вытащил руку из его груди и поднёс сердце к своему рту. — Кх... кх... Раймонд хотел что-то сказать, но кровь хлынула в горло, не давая издать ни звука. Он мог лишь беспомощно смотреть, как противник открывает рот и впивается зубами в его сердце. — Гадость какая. Сердца женщин и детей вкуснее. В последний миг перед потерей сознания Раймонд увидел, как монстр, откусив кусок его сердца, с отвращением выбросил его в море. Бросив тело, Сукуна посмотрел на пиратов внизу, которые уже были в полном смятении. Внезапное разрушение их корабля и жестокое убийство их капитана вселили в этих пиратов, привыкших убивать, грабить и жечь, огромный страх. — Это демон! Кто-то крикнул, и остальные пираты, охваченные ужасом, подсознательно согласились с этим определением. Они хотели бежать отсюда, подальше от Сукуны, чьё лицо было залито кровью. Некоторые пираты даже прыгали в море. — Ха-ха-ха-ха, бойтесь, бегите! Это доставляет мне ещё большее удовольствие! Сукуна совершенно не чувствовал дискомфорта от крови на себе. Наоборот, ему нравился этот резкий, но восхитительный запах. Однако пираты, прыгающие в море, его немного раздражали. Ему не нравилось, когда его одежда намокала от морской воды. Он небрежно шевельнул пальцами, и барахтавшиеся в море пираты мгновенно превратились в кровавое месиво, которое растворилось в океане, окрасив воду в красный цвет. Пока Сукуна наслаждался этим приятным занятием, на другом конце поля боя Барбосса тоже вёл свою резню. С пистолетом в одной руке и саблей в другой, Барбосса двигался по пиратскому кораблю, словно по своей территории. Его пистолет непрерывно стрелял, и каждая вспышка у дула сопровождалась падением очередного пирата. Если какому-то пирату и удавалось подобраться к Барбоссе, его ждал безжалостный удар клинка. Острое лезвие, лёгкий взмах — и голова пирата взлетала в воздух, а кровь била фонтаном. Барбосса был подобен демону, купающемуся в крови, и безжалостно пожинал жизни окружающих пиратов. Дзынь! Вспышка меча отбила пулю, выпущенную Барбоссой, а затем заблокировала его саблю. Погружённый в азарт битвы Барбосса наконец немного остыл. Его глаза сфокусировались на враге, отразившем его атаку. Перед ним стоял худощавый мужчина со спокойным лицом, холодно смотревший на него. — Злодей Барбосса, твоё путешествие подходит к концу. Богиня Судьбы сказала мне, что сегодня ты останешься здесь! — Ха-ха-ха-ха, Богиня Судьбы тут ничего не решает! Моя судьба в моих руках! Богиня Судьбы? Пусть разденется догола и ждёт меня в постели, я окажу ей честь! Его слова заставили доселе невозмутимый взгляд мечника дрогнуть. На его спокойном лице проступил гнев. — Смеешь хулить Богиню Судьбы? Ты сам напросился на смерть! Сказав это, он перестал обращать внимание на грязные ругательства Барбоссы и, крепче сжав меч, начал наносить удары. Быстрые взмахи клинка, даже не касаясь тела, создавали ощущение его остроты. Однако сейчас он столкнулся с одним из офицеров Пиратов-Злодеев, Злодеем Барбоссой. Как бы ни был быстр и остёр его меч, Барбосса полностью блокировал все атаки. В спокойных, но гневных глазах мечника промелькнуло удивление, если не сказать ужас. Он не ожидал, что этот небритый, даже несколько неуклюжий на вид мужчина окажется таким сильным фехтовальщиком. Острое чутьё мечника подсказывало ему, что этот человек ещё не показал всей своей силы. Он... словно играл с ним? Эта внезапная мысль наполнила его разум гневом. Как гордый мечник мог стерпеть, чтобы враг с ним забавлялся? Его скорость становилась всё выше, аура меча покинула его тело и полностью слилась с клинком в его руке. С каждым взмахом из меча вырывались потоки режущей энергии. На этом этапе даже Барбоссе пришлось стать серьёзнее. В конце концов, если один из этих режущих потоков попадёт в него, это как минимум оставит рану. Барбосса любил кровь, но только если это была кровь врагов. Он не хотел купаться в собственной. — Стиль одного меча: Безумный Танец Хаоса! Понимая, что его обычные атаки не достигают цели, он решил использовать свою технику, которая казалась хаотичной, но была полна смертоносного намерения. В одно мгновение палуба покрылась порезами от его атак. Даже пираты на корабле разбежались в поисках укрытия. Ничего не поделаешь, эти атаки не различали своих и чужих. Если бы они не были осторожны, они тоже могли бы погибнуть от них. Барбосса, находясь в эпицентре атаки, испытывал наибольшее давление. Техника противника в его глазах стала беспорядочной, но при этом способной нанести ему огромный урон. Это заставило Барбоссу на мгновение растеряться. Именно в этот момент Джек на его плече громко закричал и бросился вперёд. Его когти, покрытые Волей Вооружения, воспользовались брешью в защите противника и оставили на его плече две глубокие раны. Прежде чем враг успел контратаковать, Джек вернулся на плечо Барбоссы. Эта атака окончательно сбила ритм противника. Чувствуя острую боль в плече, мечник помрачнел. Кровь, текущая из раны, была странного тёмного цвета. Более того, сама рана приобрела сине-чёрный оттенок. Очевидно, когти обезьяны были отравлены. — Проклятый ублюдок, использовать яд в бою! Он не ожидал, что такой сильный боец, как Барбосса, прибегнет к яду. — Ха-ха-ха-ха! Его слова заставили Барбоссу расхохотаться так, что из глаз потекли слёзы. Смахнув слёзы, Барбосса с насмешкой посмотрел на мечника. Его голос был полон презрения: — Мы пираты! В бою с врагом любые средства хороши, главное — убить! Хочешь поиграть в рыцарские поединки — беги домой и играй со своей мамочкой! Сказав это, он снова бросился в атаку со своей саблей. Теперь мечник, и так уступавший Барбоссе, после того как Джек сбил его ритм, оказался в ещё более затруднительном положении. К тому же, под действием яда его голова начала кружиться. Под влиянием всех этих негативных факторов его клинок утратил былую остроту и стал медлительным. Вжик! Раздался тихий звук, и его голова взлетела в воздух. В глазах застыло сложное выражение, словно он что-то понял в последний миг. А тело мечника осталось стоять на палубе, застыв в позе для удара. — Неплохой противник. Глядя на его не падающее тело, Барбосса с одобрением кивнул. Хоть он и был коварен, ему на самом деле нравились такие противники, как этот мечник. Ведь в бою с ними не нужно было беспокоиться о грязных приёмах. Так же, как многие злодеи, хоть и будучи злыми, в душе любят хороших людей. Более того, чем больше хороших людей, тем они счастливее. — Жаль. Покачав головой, Барбосса пробормотал что-то себе под нос и перестал обращать внимание на остальных пиратов на этом корабле, переключившись на другие суда. Неподалёку, кроме могущественного Сукуны, который уже убил своего противника, Буллет и Мория вели тяжёлые бои. Оба были ещё слишком молоды и не достигли своего пика. Поэтому, каким бы огромным ни был их талант, если он не был преобразован в реальную силу, от него не было никакого толка. К счастью, у Буллета были способности Фрукта Вампир-Вампир. Как бы тяжело он ни был ранен, ему достаточно было схватить любого пирата и использовать его кровь для лечения, чтобы немного восстановиться. А вот у Мории дела обстояли куда хуже. Его противник был пиратом того же типа, что и он сам, полагающимся на огромную физическую силу и размахивающим оружием. Более того, он даже превосходил Морию. Сила и скорость противника были выше, чем у Мории. К этому моменту Мория уже тяжело дышал, всё его тело было покрыто большими и малыми ранами, и он выглядел так, словно его только что вытащили из лужи крови. Прежняя уверенность, присущая ему как представителю Расы Демонов, испарилась. Увидев это, Барбосса нахмурился. Он уже собирался вмешаться и вытащить Морию из боя, но тут в радиусе его Воли Наблюдения появилась чья-то аура, и он отказался от своего намерения. Вместо этого он продолжил выбирать себе следующего противника. Он не хотел, чтобы Сукуна слишком сильно его опередил. — Хх... хх... Тяжело дыша, Мория прищурился, глядя на врага. Его глаза полностью заплыли. — Неужели это мой предел? Как же это бесит. Он чувствовал, что руки, сжимающие оружие, начали слабеть и дрожать, а в носу стоял запах собственной крови. Но он всё равно не хотел отступать ни на шаг. Он не хотел отставать от Буллета и стать единственным кандидатом в офицеры на корабле. Ему ведь ещё нужно было создать свою собственную пиратскую команду.