Часть 207

Глава 207

Видя, что у этой компании, похоже, не было других просьб, бармен несколько робко спросил: — Господа, тогда я, с вашего позволения, пойду? — Иди-иди, не мешайся тут под ногами, — в голосе человека в плаще послышались нотки нетерпения. Получив разрешение, бармен поспешно развернулся и ушёл, словно спасаясь бегством. Когда все вокруг отошли на приличное расстояние и перестали обращать на них внимание, тучный человек в плаще слегка приблизился к своему спутнику, миниатюрной фигуре, также скрытой под плащом, и тихо спросил: — Доффи, это то самое место, о котором вы договорились с господином Морией. — Угу, — раздался из-под плаща довольно незрелый голос. — Судя по тому, что говорил Мория, это именно здесь, но... В юношеском голосе прозвучало сомнение: — Но почему-то самого Мории не видно? — Возможно, у господина Мории ещё есть какие-то дела. Мы можем и подождать здесь. Подождать человека, тем более сильного, — в этом нет ничего страшного. Этими людьми были не кто иные, как Донкихот Дофламинго и его спутники, только что покинувшие Норд-Блю и прибывшие в первую половину Гранд-Лайн. Получив от Мории адрес, они без промедления отправились в Королевство Карнавала. К их недоумению, прибыв в назначенное место, они не обнаружили и следа Мории. Вскоре бармен принёс напитки, почтительно поставил их на стол и торопливо удалился, будто спасаясь от чего-то ужасного. Однако Дофламинго не обратил на это никакого внимания. Всего лишь чернь, недостойная его взгляда. — Кстати, Доффи, кажется, вышли наши листовки о награде, — внезапно произнёс Требол, сделав глоток выпивки. — Ну и что с того? Чему тут удивляться? Появление награды за его голову не только не разозлило Дофламинго, но даже вызвало в его душе лёгкую радость. Несмотря на свою показную зрелость, в душе он всё ещё был ребёнком. Особенно после того, как он определился со своей целью, он понял, что мирное сосуществование с Мировым Правительством для него невозможно. Поэтому он решил, что чем выше будет его награда, тем лучше — это будет своего рода прощанием с местом, где он когда-то жил. Да, перед уходом Дофламинго вместе с Треболом и остальными устроил резню среди жителей того города. Он не мог забыть, как умерла его мать. К тому же, значительная часть страданий в его жизни была вызвана именно этими людьми. Это они угнетали и издевались над его семьёй. Дофламинго, и без того не отличавшийся добротой, получив силу, естественно, решил отомстить. Хотя Росинант и испытывал некоторое сострадание к жертвам кровавой бойни, устроенной его братом, он не стал ему мешать. Напротив, он и сам приложил руку, лично убив нескольких простолюдинов, которые когда-то издевались над ними. В результате мести Дофламинго почти половина зданий в городе была разрушена способностями фрукта Требола в сочетании с некоторыми хитростями. Число погибших и раненых было неисчислимым. После всего содеянного, объявление Дофламинго в розыск Дозором было вполне закономерным. Однако, возможно, из-за того, что Дофламинго всё-таки был Тэнрюбито, награды за него и его брата Росинанта оказались не слишком высокими — всего лишь по десять миллионов Белли. Стоит понимать, что размер награды во многом зависит от степени угрозы, которую человек представляет для мира, а сила — лишь один из факторов. В будущем, в эпоху Луффи, так называемое Худшее Поколение, самый высокий ценник был у мальчишки, игравшего с магнетизмом, и то лишь потому, что он любил убивать мирных жителей, из-за чего его награда и превзошла награды других Сверхновых. Что касается силы, то он был в лучшем случае наравне с Луффи. А после двух лет тренировок Луффи и вовсе оставил его далеко позади. Даже после пробуждения его фрукта Дзики-Дзики, чья разрушительная мощь была невообразимой, он всё равно оставался тем, кого можно было одолеть в ближнем бою. Это лишний раз доказывает, насколько важен хороший наставник для развития силы. Пока они обсуждали это, дверь таверны снова распахнулась с ноги, и внутрь ворвалась большая толпа. Среди них были и те пьяницы, что ранее преградили путь Дофламинго. Войдя, пьянчуги оглядели таверну и быстро остановили свой взгляд на компании в плащах, сидевшей на диване. — Это они! — выкрикнул один из них и с наглым видом направился к Дофламинго. Остальные посетители таверны тут же расступились, освобождая им дорогу, и с опаской перешёптывались: — Всё, этим ребятам в плащах конец. Они нарвались на «Свирепую банду», сегодня им отсюда не уйти. — «Свирепая банда»? — Да, ты что, не знаешь? «Свирепая банда» — крупнейшая группировка в наших краях, а те, что во главе, — родные братья босса, Свирепого Волка Лилля. — Тогда этим ребятам точно крышка. — Кто бы сомневался. — Говорите тише, не привлекайте их внимание. Шёпот постепенно стих, и все посетители, затаив дыхание, с опаской, но и с любопытством, следили за происходящим. Предводитель пьяниц встал перед компанией Дофламинго, закинул ногу на стол и свысока посмотрел на них: — Ах вы ублюдки, посмели перечить мне, да ещё и убили моих людей! Похоже, вы и вправду смерти ищете! Затем, словно что-то придумав, он злорадно ухмыльнулся: — Давайте так: вы все встанете на колени и вылижете мне ботинки дочиста, и тогда я, может быть, вас пощажу. Как вам такое предложение? Ха-ха-ха-ха! Больше всего на свете он любил унижать других. Особенно когда видел, как его жертвы, с лицами, искажёнными от гнева и унижения, вынуждены подчиняться его приказам — вот тогда его сердце наполнялось чистым восторгом. — А выпивка здесь неплохая. Требол и остальные, казалось, не замечали ни свирепого взгляда пьяницы, ни десятков дюжих головорезов за его спиной, и продолжали вести свой разговор. — Сойдёт, но я всё же предпочитаю благородные вина Норд-Блю. Вот это — настоящее наслаждение. Видя, что его игнорируют и совершенно не воспринимают его угрозы всерьёз, пьяница рассвирепел ещё больше. Он оглядел стол, схватил бутылку и с размаху ударил её о край стола. Бутылка разлетелась вдребезги. Осколок, оставшийся в его руке, зловеще блеснул. — Проклятые ублюдки, похоже, вы действительно хотите умереть! — прорычал он, убирая ногу со стола и отступая обратно в толпу. — Вперёд! Убейте этих ублюдков! По его команде толпа ринулась на Дофламинго и его спутников. — Вы, проклятая чернь, как же вы... достали! Внезапно из-под, казалось бы, хрупкого плаща раздался голос, и Требол, уже собиравшийся действовать, замер. Вслед за голосом из-под плаща вырвалась жестокая и свирепая аура, которая захлестнула всю таверну. Под натиском этой ужасающей Королевской Воли все посетители, не успев даже ничего понять, рухнули на пол, потеряв сознание. Требол и остальные, которых эта волна задела лишь краем, не только не рассердились, но, наоборот, с восторгом и гордостью зааплодировали: — Хе-хе-хе-хе, Доффи, отлично сработано! — Вот это наш Доффи! — добавил Диаманте. — Хм. Дофламинго, хоть и был польщён похвалой, лишь слегка кивнул, чтобы сохранить авторитет юного господина: — Всего лишь кучка черни. Требол, сожги это место потом. Смерть нескольких человек его не волновала. Были ли среди них хорошие люди — не его забота. Главное, чтобы он сам был доволен. — Хе-хе-хе-хе, не волнуйся, Доффи, задание будет выполнено. Теперь, когда все здесь без сознания, поджечь таверну, пока они не очухались, проще простого... Требол, только что расхваливавший себя, внезапно замолчал и уставился в тёмный угол. Оттуда доносился пронзительный смех: — Ки-ши-ши-ши-ши. — Мория? — неуверенно позвал Дофламинго. Этот смех показался ему знакомым. — А ты неплохо себя показал, малец. И действительно, раздался знакомый голос Мории, и из тени медленно вышла крепкая, намного превосходящая ростом обычного человека фигура. Это был тот самый Мория, которого искал Дофламинго. — Не ожидал, что ты так быстро прибудешь, малец. Мория с удовлетворением кивнул, глядя на повзрослевшего Дофламинго, который уже снял свой плащ. — Раз уж пришёл, то готовься в путь. Нам предстоит долгая дорога. Это было всего лишь Королевство Карнавала в первой половине Гранд-Лайн. До Архипелага Сабаоди ещё далеко, а сколько времени займёт путь в Новый Мир и успешное прибытие туда — неизвестно. — Да, я понял, — кивнул Дофламинго и с улыбкой посмотрел на Требола. — Сожги здесь всё. С этими словами он подошёл и встал рядом с Морией. Требол взглянул на Морию, который уже почти вышел из таверны и, казалось, не собирался его останавливать, и тихо рассмеялся. Он чуть не забыл, что этот человек — тоже великий пират, не моргнув и глазом убивающий людей. Чего ему было сомневаться? Как только Дофламинго и его спутники покинули таверну, её поглотило бушующее пламя. … — Милашка, мне кажется, ученики уже достаточно натренировались. Пора бы им выйти в море, познать вкус крови. Едва Каро вошёл в кабинет Харли в Академии Онигасима, как та тут же обняла его и повалила на диван. Ощущая нежное тепло на своём лице, Каро усмехнулся, придерживая её за бёдра и слегка сжимая их: — Перестань дурачиться, эти дети ещё слишком малы. Пока не время, поговорим об этом, когда они подрастут. Его голос звучал приглушённо — под мягким напором было трудно не то что говорить, но и дышать. — Но я же буду их хорошо защищать, — надулась Харли, прижимая голову Каро к своей груди и капризно извиваясь. Что мог поделать Каро, чьё лицо утопало в её груди? Сопротивляться он не мог, оставалось лишь молча наслаждаться. — Будь умницей, — он снова погладил упругие ягодицы Харли и легонько шлёпнул по ним, вызвав лёгкую дрожь. — Пусть дети продолжают тренироваться. Но я могу пообещать, что возьму тебя с собой в море развеяться, как тебе такое? Этот неожиданный поворот мгновенно вывел Харли из уныния, и её лицо просияло. Она наклонилась, её большие глаза с восторгом смотрели на Каро, а затем она сама подарила ему страстный поцелуй. Неизвестно, сколько они целовались и сколько раз обменялись слюной, прежде чем наконец оторвались друг от друга. Тонкая ниточка слюны соединяла их губы. Глядя в затуманенные страстью глаза Харли, Каро тихо рассмеялся, поднял её на руки и направился в небольшую комнату отдыха, примыкавшую к кабинету. Там стояла большая кровать — этого было более чем достаточно. Вскоре раздались томные стоны. К счастью, комната была специально оборудована, и звукоизоляция была превосходной. Даже стоя у двери кабинета, нельзя было услышать ни звука. После того как их любовные утехи подошли к концу, Каро наконец отпустил Харли, которая обмякла, словно лужица талого воска. Он быстро ополоснулся, оделся и, толкнув дверь, вышел. Снаружи его ждал Асура Додзи. Увидев вышедшего Каро, он тут же подошёл: — Господин Каро, корабль готов. Отправляемся сейчас? — Подожди ещё немного, не все собрались, — покачал головой Каро. — Пойди пока перекуси. Не все собрались? Асура Додзи с недоумением посмотрел на удаляющегося Каро. Разве не должны были быть только господин Каро, госпожа Квинн, он сам и несколько подчинённых? Кто ещё? Впрочем, он не стал задавать лишних вопросов. Раз Каро так сказал, значит, нужно подождать. Это несложно. Когда Каро закончил с едой и сделал несколько кругов по Онигасиме, перед ним появилась уже пришедшая в себя Харли: — Милашка, я здесь. — Угу, — кивнул Каро. — Сначала поешь, а потом ещё немного подождём, и можно будет отправляться. — Хорошо. Ради возможности развеяться Харли была готова выполнить любую просьбу Каро. Пока они ели, на Онигасиму высадилось ещё несколько человек. Во главе была главная горничная Каро — Флёр. Вместе с ней были русалочка Бланни, бывшие личные горничные Каро, а ныне командиры отрядов Каролина и Вероника, а также их отряды. Хоть это и была увеселительная поездка без основной команды, необходимый персонал всё же стоило взять с собой. Рядом с ними, с тыквой для сакэ и мечом на поясе, молчаливо стоял Асура Додзи, похожий на телохранителя. Ему вдруг показалось, что возможность отправиться в плавание с Каро — не такая уж и хорошая идея. Слишком уж много женщин было на корабле...