Часть 1

В центре большого зала, под лучами сапфиров и чëтким взором видеокамер, сидела хрупкая женщина в чëрной водолазке и таких же чëрных брюках. Она хулиганисто встрепенула свои такие же чëрные, короткие волосы и направила свой чëткий взгляд в объектив камеры. Земфира была готова к интервью в одной из студий Москвы. Скрытная певица давно не говорила ничего на камеру, так что ей было что сказать. — И очень бы хотелось затронуть тему одной вашей песни — после многочисленных «однотипных» вопросов, которые Рамазанова ненавидела, девушка берущая интервью перешла к другой теме — исходя из ваших намëков, ваши фанаты стали утверждать что хит «Ромашки» и песня группы «КИНО» — «Восьмикласница», как-то взаимосвязанны. Что вы можете сказать по этому поводу и так ли это? Зе приопустила глаза, немного улыбнувшись. — Я никогда ни на что не намекаю — начала остроумить певица — могу предположить что они догадались, ведь от части это так и есть. —То есть эти песни взаимосвязанны? — Песня «Восьмикласница» посвящена мне. — Земфира вновь улыбнулась, углубившись в воспоминания. *** Был конец учебного года, а на улице жаркая весна. В этом году весна по особенному была тёплой, словно лето уже наступило. — У меня по географии трояк, если я завалю годовую мне конец! — Земфира, оценки это не самое главное в жизни — пыхнул парень с гитарой на плечах — Лучше пошли сегодня в кабак. — Тебе лишь бы играть и в кабаки ходить — девушка возмутилась, но словив на себе зоркий взгляд Вити — улыбнулась. — А если я тебе ромашки подарю,придёшь? — Цой мило и даже немного застенчиво улыбнулся. В ответ Земфира стала на носочки, ведь немножечко не дотягивалась до Вити, и поцеловала парня в щечку, оставив след нежно-розовой помады. — Приду — уходя смеялась она. *** — А потом летом моя семья переехала в другой город и нам пришлось растаться — рассказывала она дальше. Земфира никогда не была так откровенна под прицелом камер, для неë это было чем-то неприпустимым и ненавистным. Еë часто называли скептиком, а сама певица считала открытость и оптимизм всех вокруг странным и искусственным. Но в этот момент певица не замечала камер , она словно вела монолог сама с собой, давно было пора дать отчёт своим воспоминаниям и чувствам, котрые мучали многие годы. *** Молодая,до этого никому не известная певица сидела в одной из лучших звукозаписывающих студий Москвы, в лучах внимания и комплиментов. — Этот альбом настоящий прорыв! — восторженно говорил продюсер, который так же приложил руку к этой работе. Земфира улыбнулась, держа в руках диск — было странное чувство, которое было более приятным чем неприятным, ведь каждая строчка была авторской. — И самое главное — восторженно продолжил он — Сам Виктор Цой оставил это письмо лично для тебя. — Цой? — от неожиданности переспросила Рамазанова, с лёгкой дрожью в руках забрав письмо. Здравствуй, Земфира. Я очень рад что у меня появилась возможность написать тебе это письмо. Я слышал твой альбом и искренне рад твоим успехам, ведь всегда знал что ты всё сможешь. Все эти пять лет я думал и вспоминал о тебе и очень хотел увидеть. Ближайшие несколько дней я буду в Москве, поэтому буду рад увидеть тебя если ты не откажешь. Вторник, ресторан «Красная мельница» в 19:00. Твой, Витя Цой. Читая каждую строчку дух захватывало, ведь она узнавала его почерк, в каждом написанном слове. Да и сама девушка часто вспоминала о Вите, как бы сильно себя обмануть она не пыталась. Без малейший сомнений Земфира была готова увидеться с Цоем, ведь она сама так сильно мечтала об этом, обнять его ещё хотя бы раз. На встречу девушка решила одеть светлую футболку, джинсовую юбку с чёрными чулками и дефицитные «найки», о которых Рамазанова мечтала ещё со времён школы и наконец-то смогла себе их позволить. На плечи она накинула чёрный, лаковый плащ, в кармане которого всегда были «Столичные» с фильтром. Приехав на место встречи, из далека девушка увидела слишком знакомый и такой родной силуэт — это был родной Витя Цой из пятой школы, слава, деньги ничуть не изменили любителя дворовой гитары. Только-только встретившись взглядами, лица обоих начали блистать, разогнав тучки на небе. — Я очень рад, что ты пришла — его хрипловатый бас ни с чем нельзя было спутать. От улыбки на лице,Земфира ничего не могла сказать, она просто смотрела на него, влюбчиво. Неуверенно но Цой взял её за руки. «Такие же холодные» — подумал он. Руки Земфиры всегда были подобны лёдышкам, которые согревал Цой в своих больших ладонях. Они млели словно подростки, как тогда в школе, хотя совершенно такими не являлись, а строки «… А ты не такой как все и не любишь дискотеки …» и «…Я курю, а ты конфеты ешь…» говорили все сами за себя — они писали друг о друге даже на расстоянии, не видясь столько лет. Чувства совсем не остыли, даже укрепились. Земфира нежно обхватила лицо солиста «КИНО» руками, столкнувшись с ним лоб об лоб и только тихое — « Я тебя люблю» и небеса словно содрогнусь: начал лить сильнейший дождь, но он был тёплым, ведь был май, такой же май как и тогда в жаркую школьную пору. Расплывшись в крепком поцелуе они ощущали капельки дождя как дар. — Я люблю тебя, Земфира, я обязательно заберу тебя. — сказал он на прощание. Оставив вслед лишь свой родной, узнаваемый силуэт. *** — И… — Земфира тяжело вздохнула, закурив — через два месяца всю страну настигла новость о его гибели. Рамазанова ни чуть не изменилась в голосе, да и вот она давала представление сильной женщины, но в душе она была той самой «девочкой с плеером», которая до безумия любила такого же простого парня Витю. Даже сейчас, будучи взрослой женщиной ей казалось что сейчас она выйдет и встретит его, как тогда, ведь то письмо было неожиданностью, даже мечтой. — Мою первую и самую сильную любовь звали — Виктор Цой.