Часть 1

Иногда легче иметь врага, чем такого соседа по архивной комнате.

Он не нравился ей. Не после всего, что было в Хогвартсе. Не после слов, не после взгляда, которым он провожал её, когда были детьми на противоположных сторонах поля. Не после войны. Даже несмотря на то, что теперь он не напоминал того самого Драко Малфоя. Он почти не говорил. Не спорил. Не цеплялся. Но всё равно раздражал. Раздражал тем, что был здесь. Каждый его шаг по полу — точно выверенный, осторожный, будто он боялся потревожить воздух. Каждое его движение — сдержанное, холодное. Он не позволял себе сорваться. И Гермиона не доверяла этому. — Снова не туда, — сказала она однажды, не глядя на него. — Снова не туда — это вполне подходит как жизненный девиз, — сухо бросил он. Она едва заметно приподняла бровь. Он не посмотрел в её сторону. Никаких резких сцен. Просто напряжение, тихое, но стабильное, как натянутая струна. Иногда их взгляды встречались. Не специально. Когда она поворачивалась, чтобы подать свиток, а он в этот момент поднимал глаза. Секунда — и снова вниз. Он будто изучал её — не в поисках красоты, не с интересом, а... с сомнением. С настороженностью. Она смотрела на него так же. В этих взглядах не было желания. Было что-то другое. "Ты ещё тот, кто ты был?" "Можно ли тебе хоть немного доверять?" "Ты такой же сломанный, как и я?" --- Когда Гермиона приходила на работу и видела, что он уже на месте, это вызывало у неё лёгкое раздражение. Будто он перешёл невидимую границу — снова и снова. Однажды она случайно уронила кипу бумаг — и он молча наклонился, чтобы помочь. Они одновременно потянулись к одному свитку. Пальцы соприкоснулись. Мгновение. Оба тут же отдёрнули руки. Он быстро поднялся, ничего не сказав. Она злилась, что почувствовала этот контакт слишком остро. --- Дни шли. Они почти не общались. Но она знала, что он не спит. По лицу. По мешкам под глазами. По тем жестам, когда он сидел, уткнувшись в ладони, задерживая дыхание, будто пытаясь не взорваться. Он знал, что она плачет. Иногда. В уборной, когда думает, что её не слышно. И не потому, что хотел знать. Просто потому что. И он слышал её. Слышал её всё. Слышал все её мысли без слов. Даже через стены Они не спрашивали. Они ничего не предлагали. И всё же — каждое утро он оставлял на её столе ручку с исправным пером. Потому что знал: она её снова сломает. И она однажды без слов переложила его бумаги по порядку. Чтобы он не запутался. Они не говорили об этом. Они вообще почти не говорили. Но взгляды стали немного дольше. Чуть тяжелее. Чуть... ближе.