Пролог

"Большая сила - большая ответственность". Не этого я ожидала, желая иметь бесконечные и со всего мира сладости. Пролог. 2010. 06.06. День. На улице стояла хорошая, солнечная погода. Впрочем, как и всегда летом в мире драконов, потому что это место практически всегда имеет умеренный климат. И именно поэтому здесь построен один из королевских замков, а также и дома приближенные к Королю. — Эмма! Подойди сюда, — не очень громко позвала свою дочь молодая женщина. На вид ей было примерно тридцать лет. волосы были очень тёмного цвета - чёрные, чуть ниже плеч, а глаза самые простые, возможно, сравнимые только с глазами кошки, с жёлтыми радужками. Одета же она была просто: в светло-жёлтую толстовку, темно-синие джинсы и чёрные кроссовки. Она сидела на кухне, за столом, закинув нога на ногу, и пила чай, попутно общаясь на банальные темы со своим супругом, который сидел рядом, прямо напротив неё. Он же выглядел примерно на сорок лет. Его же глаза не имели зрачков, что делало их чисто-белыми. А кожа имела лёгкий светло-фиолетовый оттенок. В мире драконов иметь такой цвет кожи в образе человека – нормально, поскольку когда драконы применяют магию превращения, то у них не всегда выходит это сделать полностью как надо. То есть в итоге выглядеть не совсем как человек. А так за этим исключением он выглядел хорошо. Его волосы были фиолетовые и имели короткую длину, но сзади, на затылке, они доходили почти до пола и были завязаны с помощью маленькой и тонкой чёрной резинки. Из-за того, что таких длинных волос было мало, то он был крайне тонким, а из-за того что его волосы вообще были тонкими, то, пожалуй, даже большее их наличие изменило бы мало чего. По крайней мере для него. Одет же он был в чисто-фиолетовую футболку, которая была немного темнее его волос, бриджи защитно-зеленого цвета, которые имели по бокам карманы и серые сандалии. Он являлся отцом Эммы и самым сильным драконом, после короля, в одном из королевств, а точнее первым. Он сидел, просматривая новости в газете, которая как обычно была наполнена очень разной информацией об мире людей, об конкретном городе. Для того, чтобы быть хорошим человеком, надо многое знать о том, что их окружает. Эмма же, та кого позвала женщина, была их дочерью и в данный момент рисовала в своей комнате. На вид она была детсадовского возраста и по расе была человеком, как и её мать. Услышав свое имя, она напоследок сделала пару штрихов, встала и пошла на кухню. У неё были светло-голубые волосы, завязанные в низкий хвост, как и у отца, с ровной чёлкой до глаз, которые имели зелёный цвет. Она была одета в белую рубашку, которая была ей немного велика, из-за чего от рук было видно только концы пальцев, а пояс низа был достаточно длинным. Единственным узором рубашки был разрез посередине воротника, зашитым для вида на две чёрные нитки, ради красоты. И обычные светло-голубые джинсы, которые, судя по виду, были ей тоже велики. Она выглядела как обычный ребенок, за исключением её покрашенных волос в голубой. Всё же очень уж он ей нравился, как и розовый, но тот был более любим. Быстро дойдя шагом до кухни, потому что она находилась недалеко от её комнаты, девочка, остановившись около порога и стала ждать дальнейших слов матери. – Поскольку ты со Смертью немного в дружеских отношениях, — начала говорить мать Эммы, как только увидела ту, — то она хотела бы тебя поздравить с тем, что тебе исполняется пять лет. — Её голос звучал очень спокойно, несмотря на то, что она только что сказала. Хоть Смерть и была полностью нейтральной личность, то не каждый был способен с ней разговаривать и тем более даже видеть, из-за её нелюдимости и бесперерывной работы. — Если тебе страшно, то я могу пойти с тобой, — тоже спокойным голосом предложил отец с лёгкой улыбкой, кажется, понимая, кто такая Смерть во плоти, и тихо усмехнувшись своим мыслям. — Нет, - коротко ответила Эмма тихим голосом, слегка покачав головой, и уточнила: — Прямо сейчас? — Да, — уже теряя терпение, ответила мать. — Она хочет видеть тебя прямо сейчас, пока у неё есть время. Ну что? идёшь? Даже во время короткого разговора она могла с лёгкостью перестать быть спокойной, обретая гнев. Можно назвать это самой важной и выделяющейся фишкой её характера, но для тех, кто с ней более-менее хорошо знаком, это давно стало обычным делом. И из-за этого им также приходилось быстро заканчивать разговоры, а лучше и не начинать, максимум, стараясь, перекидываться парой слов, которые могут быстро дать все ответы. И прекрасно зная по собственному уже какому опыту про эту особенность матери, Эмма кивнула, и женщина тут же открыла портал. Магический проход в другой мир овальной формы с преобладанием светло-синих оттенков, в котором прокручивался по часовой стрелке белый свет. Хоть он и выглядел завораживающим, для Эммы он был обыденной вещью. Она не впервые видела такое, так как уже пару раз посещала Смерть, поэтому привыкла к такой красоте. И стоило невинной душе перейти через него, оказавшись по другую его сторону, то переход между мирами тут же исчез. Так же легко, как и появился. Просто возник на мгновение из воздуха и так же исчез. Эмма оказалась в мире обитания Смерти. В мире, который был почти полностью покрыт камнем и похож на очень большой коридор под открытым небосводом. Но так было только в начале. Весь пол был из множества гладких камней, которые часто, хоть и местами имели трещины. Небо было светло-голубым, солнца нигде не было видно, однако местность была очень хорошо освещена, как будто небо и было им. Конечно, здесь было ни холодно, ни жарко, но для более приятной атмосферы капля тепла не помешала бы. Очень большое множество лиан спускалось с верхушек каменных стен, заставляя местами их исчезать и не выглядеть такими уж голыми. Эти стены были крайне толстыми и высокими, примерно три метра в высоту, а все потому что они на самом деле были ровной местностью со скудной растительностью. Да, эти три метра находились в земле, а не на ней. Когда ей впервые показали рисунки, на которых было показано то, как многие представляют Смерть, Эмме больше всего запомнилась та картинка, где было все вокруг из камня, а девочка за столом пила чай со Смертью, которая была изображена в облике человеческого скелета в темной мантии. Однако растительность все же присутствовала, но немного. И именно из-за того, что ей запомнилась и больше всего понравилась такая картина, то мир Смерти и её саму, она видела таким образом. И даже пила вместе с ней чай, за похожим маленьким круглым каменным столом. Тёмное время суток ей всегда напоминало и означало конец дня, конец времени, осознание, что пришло время спать, а не продолжать играть в игры, из-за чего это место всегда имеет светлое небо. Но без солнца, поскольку если на него посмотреть, то будет больно глазам. А Эмма, как и многие, очень не любит боль, если не больше их всех. Эмма не спеша направилась вперёд, наслаждаясь своим творением. Мир Смерти, Ад и Рай каждый видит по-своему, что даёт возможность создать ему облик какой только захочешь. «Что может быть лучше, чем прийти в мир, которому ты создал вид, так ещё и живет твой знаменитый и хороший знакомый?» — задумалась Эмма. — «Хм… Конечно же исполнение желаний! Желания в том, чтобы иметь гору конфет.» — Смерть? — тихо и неуверенно позвала своего приятеля Эмма, пытаясь подавить начало своей бури радости, из-за волнения внутри себя, которое было вызвано ожиданием от предвкушения этой встречи. У неё были тёплые отношения со Смертью, так что она нравилась ей. Она была лучше матери, которую легко разозлить и вечно работающего отца. А достаточно было просто играть с ней и выслушивать всё, что она говорит. — О, — внезапно и гулко послышался голос Смерти, который был хоть и нейтральным, но больше похожим на женский. — Сейчас приду, — где-то далеко впереди ответила Смерть. От туда, где раздался тихий звук стука костей. Эмма, услышав эти слова, остановилась и начала осматриваться. Поскольку голос Смерти хоть и исходил откуда-то спереди, то никого не было видно, кроме продолжения этой очень длинной каменной тропы, окружённой по бокам стенами из того же камня. — Эмма, — произнесла Смерть, неизвестно от куда появившись в нескольких метрах от того, кого она назвала. Владелец или владелица этого обитания выглядела как скелет, но это не мешало ей свободно стоять и тем более говорить. Одета она была в темно-синюю очень длинную мантию. Вся эта ткань закрывала её тело, кроме лицевой стороны черепа и руки, в которой она несла что-то, завернутое в чёрное полотно. Как и полагалось черепу - у него не было глаз, поэтому в них царила чёрная пустота, но Эмма бы и с глазами у Смерти, смотрела бы только вниз. — Привет, — поздоровалась Смерть хрипло-нейтральным голосом, который слегка раздавался гулом, хоть и звучал вполне тихо. На этот раз к её звучанию слов нельзя было подобрать женское или мужское определение. Её голос хоть и был нейтральным по оттенкам эмоций, но даже так Эмма смогла услышать, что он стал дружелюбнее. Эмоции в голосе проскакивают, но тихо и почти незаметно, однако для драконов чувств почти ничего не стоит их заметить. И, наверное, это объяснение больше всего подходит к тому, почему впервые встретив Смерть, Эмма продолжает и по сей день с ней общаться. Царящее спокойствие отовсюду и не негативные эмоции - ей это очень нравилось. Эмма ничего не ответила на приветствие, а лишь кивнула в ответ. На это Смерть еле слышно усмехнулась, но это было более похоже на слабый и протяжный хрип. Девочка к этому привыкла, поэтому на мгновение улыбнулась краешками губ, потому что уже знала, что это и есть её смех. Смерть решила первая сократить их расстояние, поэтому направилась вперёд к своей гостье, попутно поздравляя её с праздником: — С днем рождения, — без эмоций радости, лишь с как всегда спокойным голосом начала Смерть. — Я позвала тебя, чтобы подарить одну вещь. Прости, но я просто не смогла больше ждать. Дойдя до именинницы, она протянула ей подарок, то самое завернутое в черную ткань. Эмма взяла его и начала аккуратно освобождать вещицу от чёрного полотна, когда Смерть продолжила говорить: — Как мне известно, их глаза должны иметь разные цвета, — поведала Смерть. — Я видела лишь эти бесцветные и ещё красные, поэтому не пугайся таких перемен. Это просто их особенность. Дай-ка сюда. К этому времени юное драконье дитя успело развязать подарок, который оказался довольно большим золотым ножом для размера её детских ручек, вся рукоять которого была обмотана тонкой и длинной коричневой тканью. Так же в самом верху рукоятки, по её бокам, были два маленьких черепа, тоже золотые и с драгоценными глазами вместо глаз, котные имели бесцветно-белый цвет. Ничего не имея против такой просьбы, Эмма послушно отдала свой подарок обратно Смерти. — Не знаю как ты, но мне в нем это нравится, — сказала Смерть и потянула за один из концов от коричневой ткани, который был доступнее для развязывания. Немного развязав эту ленту, она показала Эмме то, что это была не совсем обычная ткань. На ней красивым почерком были написаны предложения блестяще-золотым цветом, возле которых были цифры - их номера. — Это его правила, — объяснила Смерть. — Слушайся их или хотя-бы иди посередине, никуда не оступаясь. Главное не игнорируй, если будешь им пользоваться. Это важно. Эмма рассмотрела эти правила и неуверенно сжала губы, как будто уже понимала их смысл. Всех 28 правил. 1. Не предавай своих и себя. 2. Будь верен себе и своему пути. 3. Храни и защищай свою любовь. 4. Кроме других слушай и себя тоже. — Но самое главное - это… — продолжила Смерть. — Смотри внимательно. Она нажала большим пальцем на череп, и нож мгновенно превратился в ещё более опасное оружие. Его лезвие значительно выросло и в конце слегка изогнулось, а рукоятка стала более округлой и стала иметь ещё что-то вроде дополнительной защиты от выпадения оружия в качестве изогнутого золотого лезвия. — Так же можно это сделать просто захотев, но так может только его хозяин, — уже с радостью продолжила объяснять владелица этого мира. — Поэтому он такой особенный, — и отдала подарок обратно Эмме. — Ещё ему нужно имя. Как ты его назовёшь? — Золотой клинок Смерти, — сразу же ответила Эмма, услышав вопрос. И, как всегда, спокойно, несмотря на получение такой интересной и важной вещи. Она хоть и была очень спокойным ребёнком, а также понимающим, но получив такую важную вещь ведь сложно не испытывать сильные эмоции, так что это была необычная реакция. Хотя зная её родителей, то абсолютно нормальная. — Интересно, — задумчиво с и лёгким восхищением протянула Смерть. — Но знай: назовёшь его однажды, придётся называть его так и дальше. Ты уверена? — Эмма кивнула. — Вот и хорошо. А почему ты так решила? — Он золотой. Клинок - нравится, как он звучит. Это красивое имя для ножа. Смерти - потому что ты его мне подарила. Смерть снова так же хрипло рассмеялась и предложила попить чай. Эмма согласилась и они пошли вперёд, откуда проводница из жизни пришла. «Надеюсь, он не сведёт её с ума», — с тревогой пронеслись мысли у Смерти. Возможно, подарив такую важную вещь пятилетней Эмме, она с гордостью объявила свою любимую цифру и стала любить цифру пять. Однако это были лишь её самой догадки, поэтому она пока думала над этим и ещё о чем-то, когда Смерть уже который раз удостоверялась насколько её решение верно. Чуть старше Эммы мальчик со светло-коричневыми короткими волосами и темно-зелеными глазами. Ему она подарила красную ленту, которую малой стал носить, то на руке, то в кармане, то завязывал на лбу. Он любил бегать по лугам и лесам в вечернее время, из-за чего этот мир был такой же обширный и свободный. Он имел почти уходящее солнце с лёгкой синевой в небе, а потом покрывавшейся многими звездами, вместе с темнотой, когда солнце совсем уходило. И был полон разными лугами с лесами и даже скалами с горами, и малыми пустыми деревнями. Он был хорош во многих лёгких делах и не очень лёгких, таких как: единоборства, скалолазание, бег и первая помощь. Смерть не раз была свидетелем всех его таких дел и начинаний, с решимостью в этих зелёных глазах. Однако кроме этого она видела в них и полную противоположность. Неуверенность, страхи, сомнения – всё, что его терзало, он получал от людей, которые хотели, чтобы у него всё получилось. Однако как раз из-за этого это “всё“ шло не так, как они хотели. Из-за растерянности и нервозности от их просьб и желаний, он терялся и не мог делать вещи так хорошо, как умеет. Их ожидания его побед давили на него тяжким грузом, несмотря на то, что он принимал их как нечто хорошее. Но именно их высокие и частые ожидания давали отрицательный на него эффект, из-за чего Смерть стала его единственным спасением. Никакой поддержки, подтверждения того, что он делает что-то правильно, кроме Смерти, которая старалась наставить его на правильный путь. Только одни ожидания и ничего более, из-за чего ему пришлось проводить многое время со Смертью, которая и давала ему то, что было поистине нужно. Смерть давно смирилась со многими странностями людей, когда драконы её до сих пор интересовали. Однако ко всем она относилась одинаково, ибо по другому её сущность не могла, но натура вполне да. Она помнила, как он умер и как с безумной энергией сражался со всеми подряд этим оружием, который теперь принадлежит Эмме. Тогда его радостное и доброе лицо вместе с глазами, стали пустыми и воинственными. Естественно, досталось Смерти это оружие от ангелов, поскольку это один из способов помогать миру, как и у демонов, но наоборот. Падшие же ангелы сами выбирают свою судьбу. Кем-то они из них становятся и дальше, как всегда, неизвестное загробное. Быть посланником вещей Смерти не впервые, даже с отправлением без имени, где всё решает она, поэтому такое задание для неё ничего не стоило, но беспокойства почему-то были. — А обязательно им следовать? - поинтересовалась Эмма. — Что будет если нет, а если да... — О... — поняла Смерть и закончила разливать чай. — Это просто наставление. Понимаешь, есть же правила мира. Если мир будет им следовать, то всё будет хорошо, а если же нет, то поминай его как звали. Мир, где одна гибель, да страдания мало кому интересен. Всем хочется счастья, этого хорошего чувства тепла. А идя своей дорогой, можно грамотно наткнуться на то и то и это будет правильно, ведь не существует полностью чего-то хорошего или плохого. Даже в Аду кому-то может понравится. Хоть немного. — А своё оружие и правда так долго ищут? — не верила Эмма, смотря на две полные чашки чая. Ей хотелось выпить его, говоря о более лёгких вещах. — Конечно, — спокойно продолжала отвечать ни мертвая, ни живая душа. — Всё не только из-за собственного желания, умений, но и магии. Это очень важно. Даже у нас проводников разные предметы для нашего дела. У кого-то коса, у другого посох, кто-то вообще без ничего. Но так только в начале. Дальше мы постепенно теряем чувства, угасаем и уже без разницы что, а потом, когда наша жизненная энергия иссякнет, то мы умираем. И, конечно, кто-то из моих помощников становится на моё место. — Да... — согласилось драконье дитя, припоминая, что когда-то раньше Смерть была более дружелюбной и её голос имел больше эмоций, а аура из чувств более яркой.