Часть 1

Аристия трёт виски, морщась от головной боли, и залпом выпивает кружку мятного чая. Господи, где были мои мозги, когда я на это соглашалась? — спрашивает у Аллендиса. Влюблённая дура, — сразу же сама себе отвечает. Руфелис смотрит только на иномирянку, лелеет и нежит проклятую девчонку, к Аристии за всё время придя лишь три раза — два раза посраться из-за своей супруги, один пытаясь дойти до постели. Ла Моник его тогда максимально вежливо послала, объязвила и обхамила так, что банально не встало. Аристия тащит на себе все обязанности Императрицы и немного — Императора, у Аристии глаза над кругами от недосыпа, Аристия устала. Ал молчит, Ал выслушивает всё, Ал привык — и к жалобам Аристии, и к своим неразделённым чувствам, и, да простит Вита, к идиоту-правителю с его дурой-супругой. Аллендис по собственному желанию и из любви к империи разгребает половину обязанностей охреневшего и влюблённого императора, Аллендис тоже устал. Аристия допивает десятую кружку чая и предлагает: давай уничтожим империю или устроим переворот? Аллендис привычно подталкивает к ней пирожное и отвечает: нельзя Ла Моник фыркается и приваливается к костлявому плечу. Явно намеревается снова отрубиться у него под боком, чтобы утром сразу же приняться за бумаги. Когда династия слаба, советникам покою нет, — тянет на манер похабной песенки засыпающая маркиза, королевой он её считать не может и не будет. Скажи уж прямо: коль император охренел, империя падёт на наши плечи, — высокопарно откликается де Веритас, поправляя ошибку в расчётах и поправляя сползшее декольте её платья. О Вита, забери уже своих недодеток куда-нибудь, они с Тией действительно устали разгребать все проблемы, не железные и не вечные чай.