(!!). Джиджи

Слегка заскрипела железная дверь на выход. Джиджи оставила после себя лишь две записки. Когда она хотела уйти вместе с Конни конечно был план, где они будут пережидать, отдыхать и в конечном итоге жить, но в темноте мало что можно разобрать. Особенно дезориентируют мысли о тех, кто может скрываться в тёмных кирпичных углах. Вычурные фигуры бывших друзей почти не издают звуков, может иногда булькают и стонут от боли,если у них есть рот, или хотя бы лицо.Здесь внизу свет работает как захочет, но в основном он есть в «дневное время». Неясно, от чего он работает до сих пор, возможно это одно из доказательств чужого присутствия наверху. Джиджи аккуратно закрывает ржавую дверь, да поплотнее,на всякий случай.От места жительства всей группы отходит три коридора:направо, прямо и налево. Когда пришли обе группы из всех была более потрёпанной именно группа Луи. Значит идти налево не очень хорошая идея. Джиджи ушла направо, по пути группы Ятты. Прямо не ходил почти никто, коридор слишком широк и без каких-либо объектов для укрытия. Этот вариант она даже не рассматривает. Идти быстро не получится, темнота тут странная, будто тяжёлая и густая. Можно аккуратно идти по стенке, и шума нет, и видно хоть чуть-чуть.

***

Лёгкое истощение и усталость берут вверх,да и топор в весе не теряет с каждым шагом. Пару лампочек на потолке начинают потрескивать, может быть и скрежетать, скоро должны включиться. Вроде бы облегчение пробирается к сердцу, но тут же всё тело цепенеет. Где-то совсем близко слышится такое страшное, знакомое бульканье. Из знакомых «друзей» булькать могут или Бокстен, или Блотт. Последний почти превратился в лужу, настолько долго он был здесь. Зачастую, заражение доводит до состояния разложения или полного растекания заражённого, где-то на полу или, если успеет, на стене. «Думаю можно осторожно выглянуть. Если это будет уродец Блотт я просто добью его,лишь бы это был он.» Джиджи медленно подбирается к злосчастному углу. В этот момент искрит лампочка где-то там же, но далековато, помощи не жди даже от старых светил. Бывший друг слышится все отчётливее и отчётливее. И вот она смотрит за угол. Там должен быть большой пустой зал.Он пуст, никого нет. Всё внутри упало куда-то вниз. Вторая лампочка заискрила и обнажила до ужаса кривую, совершенно отвратную фигуру ненавистного Бокстена. Вместо лица у него просто квадратная впадина. Вся правая часть нечеловечески искажена. Правая рука представляет собой конечность, покрытую заражённой плотью и чем-то, похожим на пузыри. На самом большом из них виднеется глубокий след от топора, возможно даже от её теперь собственного.У ноги нет ступни, вместо неё видна лужа густой тёмной массы, она непохожа ни на что ранее известное тунам.А кисть по степени худобы и обвисшей тонкой коже больше похожа на кость.На левой части не лучше. На голове красуется будто чуть заживший удар топора снизу вверх, по шкатулке пошли трещины. На ноге две раны, одна из них, что поперёк бедра, настолько глубокая, что бивший почти отсёк Бокстену ногу, видна полугнилая кость с трещиной.Вторая чуть помельче, поперёк первого удара. Но Джиджи это не сильно отвращает. Оставшееся пространство головы испещрено кучей маленьких дырочек, а вперемешку с ними группками разбросаны маленькие глазки,также непохожие ни на что ранее видимое. Шкатулочный медленно ковылял от дальнего угла в сторону,ближе к Джиджи. Монстры в разы больше и выше обычных, не заражённых тунов,Бокстен тому пример:раза в два выше былого размера. При заражение что-то страшное происходит внутри, это то понятно. Может каждый заражённый и отличается друг от друга, но их обобщает одна вещь–накопление в одной части тела этой неясного происхождения жидкости. Помимо размера заражённые приобретают и неимоверную силу, независимую почти от их состояния(разве что лужицы почти ничего не могут). Заискрила ещё одна лампочка позади самой Джиджи. Внезапно Бокстен как-то заактивничал, будто бы заметил что-то. Это заметила и Джиджи, но слишком поздно:лампочка позади неё создает блик света об её прозрачную часть прямо перед носом у Бокстена. Он повернулся прямо на неё. Шкатулочный хрипло заревел, брезжаще забулькал и как мог быстрее ковылял до источника блика. И здесь всё опустилось ниже некуда. Убежать она не сможет, сил не хватит. Джиджи взяла в руки топор. Страшно было всегда, и страшно сейчас, но она не даст себя убить какой-то гнилой фиолетовой шкатулке. Она твёрдо встала и замахнулась оружием. Раздался хруст. Бокстен,как ожидалось,не побежал прямо, вытянув руки, а так же ,как и Джиджи,замахнулся правой культёй и ударил её по голове. Часть капсулы треснула. Он навис над ней, клокоча и булькая, десятки маленьких глазок смотрели на неё. Но пока из дыры исходили вопли Джиджи успела разглядеть на стенках дыры пару обычных,измученных глаз, закатанных наверх.Непонятно, от усталости ли или по-настоящему,но ей показалось что они устремились на неё, с таким же испугом, даже жалостью, смотрели прямо в душу, сожаления о том, что они сейчас делают. Из ступора Джиджи вывела жуткая больно в правой руке. «Неужели этот урод наступил мне на руку» И вправду, помимо удара по виску Бокстен повалил капсулу на спину и уже успел наступить левой ногой, давя её руку. Чем дольше он клокатал на неё, тем сильнее вес его тела наседал на тонкую конечность. Раздался второй, более глухой хруст. Джиджи истошно закричала от боли. Он раздробил ей кость. В голове всё путается, нельзя же так умереть, правда? Остатками мыслей Джиджи смогла заставить себя взять лежащий рядом топор. Закашлявшись она замахнулась и вдарила прямо по голове монстра. «Получи, урод» Тон рычания быстро сменился почти на визг, ему явно не понравилось. Джиджи снова замахнулась, ударив уже по руке. А это уже в край не понравилось Бокстену. Он закричал, медленно отступая от тела Джиджи, а она в то же время тоже начала медленно вставать, держась за изуродованную часть тела. Нападавший будто впал в ступор на пару секунд, а после окочуривания начал медленно отходить назад. Джиджи перевела взгляд на него, он тоже держался как умел за раненую конечность. Шкатулка вдруг начал тихо булькать,в этом бульканиье на миг были слышны будто вздыхания плача, дрожь в стонах боли. –Бокстен? Ты тут? В ответ он забулькал лишь ещё тише. –Я поняла, извини меня. Заражение взяло вновь вверх. Снова раздался глухой клокот,но Бокстен никуда не уходил, совсем не двигался. Джиджи сама начала пятиться вдоль стены зала, не сводятся него глаз, аккуратно двигаясь по углам. Бокстен лишь следил головой, трясясь и дрожа. Джиджи рывком из последних сил ушла из зала в соседний коридор. Там была дверь, и Джиджи молилась чтобы там никого не было. Она медленно приоткрыла дверь. Никого, совсем. Только куча бывшего реквизита, коробок и ящиков. «Слава.. а кому слава то? блять» Джиджи буквально заползла в комнату, успев лишь заставить дверь чем попало. Она отрубилась как только села у стены средь коробок, медленно сползая в ближайшую.