Часть 1

Мягкий шлепок по заднице, чтобы девушка не сильно кричала. Внутри капитана Власовой вздрогнула каждая мышца, и она украдкой посмотрела на Сергея. Она прекрасно понимала и чувствовала, что они хотят и желают друг друга до последнего вздоха, на последнем исходе сил, каждую секунду, но адекватная сторона девушки изо всех сил твердила ей, что сейчас они возвращаются с допроса подозреваемого, надо заезжать в контору и отдавать вещи, и вообще рабочий день начался только пару часов назад. В кои-то веки, разум одержал победу над желаниями, и Рита мягко убрала руку майора со своей пятой точки, аккуратно прикусив губу, несколько злостно на него посматривая, ведь то место всё ещё пульсирующе ныло. Ну ничего, сегодня вечером будет время поиграть. Если, конечно, дело будет более щадящее. На это и надеются опера. Всё время. Тем же вечером: Вот они уже на заключительном собрании Рогозиной, и Майский совершенно выходит из строя. Стрелки часов уже перевалили за полночь, а его фантазия явно за пределы нормы. Его рука находится под столом периодически нажимая на клитор. Он явно наблюдает за каждой эмоцией. То, как он ловит моменты, когда рот Власовой открывается в немом стоне, и тут же старается закрыться, беспрекословно отвечая на вопросы начальства — вызывает ухмылку на лице мужчины. Она бьёт локтем под ребро, но он не собирается заканчивать игру. Это какая-то пытка на выдержку. И капитан явно её проигрывает, всё чаще и чаще дыша, закрывая руками самые сокровенные места. Положив свою руку поверх его, она жестом просила его закончить это, но майор в ответ запустил свою руку ей в джинсы, перед этим оглядевшись, что бы их никто не застукал. Она была мокрая с самого начала, как бы не пыталась это скрыть. Чуть подразнив указательным пальцем комок нервов, он быстро вошёл средним пальцем в её горячее лоно. Рита пыталась не издавать звуки, из-за которых все в этой комнате точно бы узнали, чем они тут занимались вместо внимательного слушания благодарностей о конце дела, которое высказывали все сидящие здесь кроме них. Оперативник добавил второй палец и ускорил движения рукой. Внутри всё разрывалось от желания вскрикнуть. Увидев, как ей несладко, Май добавил третий палец и ускорил движения до невозможно быстрого, ещё и при этом добавляя движения на бугорок. Девушка закусила губу. Чувствуя что пик близко, она натянула свои распущенные кудри на пальцы, до боли их оттягивая, делая вид, что поправляет причёску. Через секунду что-то сжалось внутри. Власова опрокинула голову назад, шипя сквозь зубы. Он заставил её кончить прямо здесь. На её любимых джинсах теперь мокрое пятно с которым ей отсюда уходить, на лице ярко-выраженный розовый румянец стыда. Галина Николаевна окликнула этих двоих: — А вы что скажете? Ри интенсивно закивала головой, понимая, что другого выхода нет, ведь её мысли были абсолютно не там где надо. А Серёжа просто пожал плечами делая невозмутимый вид. Галя скептически приподняла бровь, но указала всем на дверь, предварительно объяснив, что ещё ненадолго здесь задержится для разбора завтрашних бумаг. Перед уходом Майский снял свою джинсовую куртку, что тут же завязал на ягодицах девушки, скрывая следы преступления. Что бы подыграть Маргарита сделала вид, что замёрзла, но незаметно для всех, пихнула молодого человека ещё раз. Он лишь рассмеялся от её безысходности. По дороге Рита несколько раз зарядила подзатыльник за проделку, но в целом они спокойно доехали домой. На входе Сергей без особых церемоний сразу избавил капитана от лишней одежды. Глухой рык, и он опрокинул её на кровать Девушка немного опешила, но всё-таки отвечала взаимностью, вспоминая, что игры на собрании совершенно не успокоили её грязные фантазии с этим мужчиной. С головой ныряя в новые, неизведанные ощущения. Невероятно яркие, невыносимо сладкие. Власова извивалась под ним как кошка. Ри явно никогда не думала, что можно чувствовать так остро. Каждым нервом, каждой клеткой. Её тело страстно выгибалось от его прикосновений, сжимая в кулаках простыни, и совершенно забывая, что хотела поговорить. С губ сорвался не то стон, не то вздох. Он томно ласкал её шею поцелуями и неразборчивым шёпотом, ещё больше вжимаясь вместе с ней в простыни. Внезапно девушка ощутила резкую боль, будто внутри лопнула туго натянутая струна. Тело пробило на мелкую дрожь. Сергей на миг замер и отстранился, он явно не ожидал такого поворота событий. Власова лишь кратко мотнула головой, когда боль немного спала, давая возможность приступать к новым действиям. Майскому нравилось их доверие. Оно было всегда, но в свете луны за окном в такой деликатный момент — оно было чертовски прекрасно. И невероятно необходимо. Долгий взгляд глаза в глаза, и он вторгается в неё вновь, аккуратно чмокая в лоб. На лбу капитана выступили маленькие капли пота, но зажмурившись при ощущении его внутри, она была согласна продолжать начатое. Плавное скольжение внутри. Стирающее боль, оставляющее после себя лишь упоительное единение. Они ускорялись, всё быстрее приближаясь к пику удовольствия. Пульсирующий член вторгался всё резче и резче. Она же старалась помогать, поддаваясь бёдрами в ответ. Стоны с каждой секундой громче заполняли квартиру. Ему нравилось, что такая податливая и беспомощная сейчас, обычно стальная и мощная Капитан Власова была только с ним. И самое главное, они оба это хорошо знали. Майский резко, одним движением заполнял её лоно собой, от чего Рита каждый раз вскрикивала, а потом делала всё, чтобы принять его глубже. Схватив Риту за попку, он прижимал её к изголовью кровати и начинал врубаться в неё безумно быстрым темпом. Девушка впивалась ноготками в спину Серёжи, от чего тот непроизвольно дёргался. По началу, девушка пыталась сдерживать стоны, но увидев, что его это только заводило, она кричала во весь голос от приятной боли, а он ускорялся до невозможности быстро. Ко всем ощущениям майор хотел добавить клитор, решив, что недостаточно подразнил его на допросе, но как только он слегка надавил — Власова вскрикнула и обильно кончила последний раз, обесиленно падая с Майского на постель. Каждая волна кайфа накрывала их с головой, и в эти моменты они дарили друг другу самые сладкие поцелуи в этой Вселенной. Он развернулся, и, направив, движениями «вверх-вниз» свой член, излился девушке на грудь. Она обмакнула свой пальчик в эту тёплую жидкость на ней, демонстративно слизывая. Поддавшись к нему, она соединила их губы воедино. В этом поцелуе не было ни капли похоти, страсти, или чего-то подобного. Лишь любовь и самая тёплая благодарность за эту ночь.