28. Всемирные Магические игры. Часть 3.

Прошло уже два дня после начала Магических игр. И вот, всеми долгожданный финал. Победитель получит 3 миллиона долларов. Вышли представители Эрюндониэля и Минамото. И тут началось мессиво. Они будто пытались убить друг друга, хотя в правилах запрещалось убивать противника. Конечно, это можно было объяснить враждой Эрюндониэля и Минамото на политической арене. Но на спорт это распространяться не должно. Все зрители затаили дыхание. Боец Минамото уже еле стоял на ногах и судья должен был объявить победу Эрюндониэля, но этого не произошло. Вместо этого, Эрюндониэлец использовал смертельно опасную технику. Сначала гробовая тишина, кажется, что Юдзи Накахара умер. Но зачем? Смысл игры просто победить, а не убить. Адольфа Кайзера схватили и обезвредили специальными наручниками из минерала, блокирующего ману. Эрюндониэлец пытался сопротивляться, но против таких наручников ни у одного мага не было и шанса. Труп Накахары унесли с арены. Никто из зрителей не понимал, что происходит. – Это что было... – подал голос Санэми. – Я не знаю, – ответил ему Гию. Эрюндониэлец ещё пытался кричать что-то, "это не я! Меня заставили!". "Что он несёт?" – подумала Кочо. Это были его действия. Это все видели. Всех зрителей быстро и организованно вывели из здания. Спустя пол часа Академия добралась до отеля. – И почему когда мы куда-то идём, получается так, – пробурчал Сабито. Он давно мечтал попасть на магические игры. – Совпадение наверное... – рядом сидящий Гию, ковырялся вилкой в тарелке.

***

Афанасий Петрович, мужчина средних лет, крепкого телосложения. Он занимал должность майора военно-морского флота армии Гриндаль. Сейчас перед ним сидел ублюдок Эрюндониэлец, который убил Юдзи Накахару. Афанасий замахнулся, делая вид, что сейчас ударит, но он лишь схватил за шкирку привязанного к стулу подсудимого. В сыром подвале было плохое освещение, по углам бегали крысы, а в коридорах глубже находились другие подсудимые. Кто-то в карцере, кто-то в обычной клетке, а кто-то в комнате для допросов и пыток. – Зачем ты убил его...кто дал приказ. Сукин сын! Отвечай! Удар, потом ещё и ещё. Афанасий избивал Эрюндониэльца. Он даже не звал его по имени, для него это очередной преступник, мразь, убивающая людей. В целом он видел всех Эрюндониэльцев, как не людей, а животных, не заслуживающих даже шанс на искупление и жизнь. Тяжёлая, железная дверь распахнулась. В помещение вошли трое: господин Убуяшики, канцлер Карл и министр Хикару. – Он что-то говорит? – спросил министр, смотря на Эрюндониэльца, лицо которого покрыто слоем свежей крови. – Молчит. Молчит, уже час пытаюсь выбить что-то. Но не волнуйтесь, у меня ни одного не было, кто не говорил. И этот заговорит, – Афанасий помыл окровавленные руки и как ни в чём не бывало сел на стул, делая глоток чая. – Ясно. Я хочу забрать его на Родину. Точнее, это приказ от короля. – Нет. – Это приказ самого короля Фрица, – попытался возразить канцлер. – Мне насрать. Он останется под моим присмотром, пока мы не решим этот вопрос. А мнение короля меня не интересует. Я бы даже сказал...не ебёт. – Хамло! – канцлер скривился, а потом со злобой прошипел, – и не смейте так пренебрежительно говорить о Его Величестве! Вы никто по сравнению с ним! У Афанасия не было желания спорить с этим безмозглым Эрюндониэльцем. Он в курсе, что за оскорбление высшей власти любого из королевств можно получить наказание, но сейчас это его не интересовало. Эрюндониэль и его жители, их предводитель – это исчадие ада, которое он поклялся когда-то истребить. Ему хотелось прямо здесь и сейчас задушить этого высокомерного канцлера, но не мог. Хочется, да колется. Афанасий лишь стукнул кулаком по столу, от чего рядом стоящий канцлер, вздрогнул. После чего последний с пренебрежением посмотрел на другого. Конечно, для высокопоставленного чиновника Афанасий был никем. И осознание этого, вид брезгливой рожи, бесил мужчину ещё больше. – Что вы хотите? Смотреть, как я буду избивать преступника? Уходите. – Всего хорошего. Я передам королю, что власти Гриндаля не хотят передавать нашего соотечественника на Родину, – канцлер с непроницаемым лицом вышел из подвала, протухшего и сырого. На последок лишь попрощался с Убуяшики и министром Хикару. Афанасий перевёл взгляд в сторону пострадавших, которые всё это время наблюдали и ждали, когда придёт их черёд говорить. – Что вам. – Мы бы хотели поучаствовать в расследовании. Всё таки убит был наш соотечественник, у которого, между прочим, есть семья. Жена и двое детей. И они попросили нас лично проследить за этим делом и сообщать что-то. Тело мы уже отвезли в Минамото, на малую Родину Накахары, – дал отчёт господин Убуяшики. Его голос, как всегда спокоен, безмятежен. Будто никого не убивали, будто войны не существует, и это показалось Афанасию странным. Он много всяких людей повидал, но такого видет впервые. – Хорошо. Но на полный доступ полномочий можете не просить. Царь Владимир отдал приказ заняться этим мне лично. Но я буду докладывать вам всё новое, что мы выясним. Это всё, что вы хотели? – Пока что, да. Но мы ещё придём, – министр попрощался с Афанасием и ушёл, за ним вышел и закрыл за собой дверь господин Убуяшики.