Фарфоровый рыцарь

      Её тело было создано из тончайшего фарфора, но она обнесла его непробиваемым слоем стали.       Бледная кожа, аккуратные персиковые волосы, нежного бирюзового оттенка глаза, тонкие ноги и ещё более тонкие руки, и всё это в милом лёгком платьице светлых цветов, — чем не кукла? Прелестная куколка с изящным телом, как сотни других фарфоровых куколок. Хочется поставить её перед собой на полку и смотреть на это маленькое чудо.       Она не носит платья, её волосы растрёпаны, всё тело испещрено царапинами, а в глазах горит бешеный огонь. С мечом в руке она летает по полю боя, не щадя никого и сметая, словно неистовый ураган, всё на своём пути. Коренастые аметисты и кварцы на коленях молят её о пощаде, а она, не внимая их просьбам, с яростью пронзает их тела мечом.       Она бросается на оружие снова и снова, позволяя врагу в клочья разодрать её грудь, а потом растворяется в горьком воздухе, но не успеет белоснежная жемчужина коснуться земли, как она снова здесь и мчится прямо на противника.       Она была создана украшением, но превратила себя в воина.       Над полем боя, усеянным бесчисленными самоцветами и самоцветной пылью, среди гор поломанных топоров, мечей и щитов возвышается флаг, и она стоит, плечом к плечу с той, ради кого она всё это делает, и с триумфом окидывает взглядом пейзаж вокруг, на её лице не дрогнет ни один мускул.       Ночь напролёт она стоит на страже, не шевелясь и не смыкая глаз ни на миг, стоит, превратившись в слух, способная уловить малейший шорох за несколько метров он неё. Пускай другие отдохнут, поговорят о проблемах, порассуждают о будущем, поплачут о погибших — но она будет стоять, неподвижной статуей, каменным изваянием, будет стоять столько, сколько потребуется.       Среди клубóв чёрного как смоль дыма и с ещё звенящими в ушах криками она снова встаёт, чего бы ей это не стоило, как бы ей не хотелось лечь на холодной земле и заснуть там навсегда. Она встаёт сто раз, тысячу, две тысячи, сбивается со счёта, но продолжает вставать, и с прямой спиной идёт по рытвинам, переступая через осколки самоцветов и обломки оружия, идёт к своей госпоже, чтобы встать перед ней на колено и услышать услаждающую похвалу из её уст.       Она была создана для того, чтобы радовать глаз, но здесь она для того, чтобы сражаться.       Она дерётся с врагами в часы битв, с дикими животными в лесах, с голограммами самой себя в немногочисленные свободные минуты. Она повторяет одно и то же сотни раз, пока у неё это не получается идеально. Она борется долгие часы до самого конца, она борется даже когда конец наступает. Она сражается, когда мир вокруг рушится и жизнь превращается в настоящий ад. Она отчаянно воюет с самой собой, заставляя умирать и снова возрождаться, словно феникс из пепла.       Она выковала себе броню из стали и крови и стала рыцарем ещё до того, как людям удалось придумать это слово. Она стала быстрее ветра, крепче камня и сильнее Атласа, она удерживает над собой груз гораздо более тяжёлый, чем небо, груз боли, тайн, ненависти и любви.       Для неё раны стали наибольшей наградой, поле битвы — наилучшей сценой, а острый меч в руке — наиудобнейшей кистью, которой она писала своё будущее после боя на затвердевшей земле.       Её тело было создано из тончайшего фарфора, но она обнесла его непробиваемым слоем стали.       Но металл не помешал ей однажды расколоться, как фарфоровая чашка.