-

      В его жизни был всего один светлый луч. Его девушка. Когда он её встретил в первые, посчитал, что она — ангел, спустившийся с небес на грешную землю, дабы отогнать мрак его души. Такая чистая и невинная. Но выбравшая из всех его, наследника клана, росшего, чтобы убивать и держать в страхе. Ей было всё равно. Она была готова разделить все его тяготы. Он же, в свою очередь, поклялся её защищать, и приставил личного телохранителя, чтобы его величайшая драгоценность осталась нетронутой и незапятнанной.       Но задача была провалена. Он узнал об этом, когда ему позвонили из больницы, и помчался к ней, вскочив посреди важного собрания. Она лежала в палате в кислородной маске. Её белоснежное платье было покрыто пятнами крови, а сама она еле дышала.       — Кто это был? — он встал на колени возле койки и дотронулся до её тонкого запястья. — Скажи, и они заплатят.       За названным именем прятался член новообразованной банды, пытавшейся отхватить кусок его территории. Их характерным знаком был треугольник на задней стороне шеи. Напавшего поймали его люди и устроили допрос. Оказалось, они хотели использовать её в качестве рычага давления, но просчитались. Она оказалась сильнее, чем они думали. Убедившись в том, что это нужный человек, приказал от него избавиться. Также как и ото всех носивших ту же метку. В назидание.       Она быстро шла на поправку, и через несколько недель её выписали. Теперь она жила в его доме в статусе невесты наследника. Ещё прекраснее, чем прежде. Ей смотрели вслед, ему завидовали, когда они были вместе, и никто не осмеливался помешать их счастью. К сожалению, временно.       Лишь один раз он позволил ей оказаться в обществе без его сопровождения, и она вернулась с царапиной на лице, порванным платьем и порезом на ладони. Он лично обработал ссадины и замотал бинтом, после чего снова прозвучал вопрос:       — Кто это был?       Названный был ему хорошо знаком. Даже слишком. Лучший друг отца и верный союзник. А может, он им лишь притворялся? Узнав о его причастности, он ворвался на чужую территорию в разгар празднования дня рождения в сопровождении десятков своих людей. Наглец пытался отрицать обвинения, но пуля оказалась быстрее слов. Клан был уничтожен полностью. Без остатка. Остались только горы трупов с кругом на передней поверхности шеи.       Он хотел усилить охрану, но она не позволила. Сказала, что ей проще быть рядом с ним, что ей так спокойнее. Он был счастлив. Они стали неразлучны, везде появлялись парой. Он  продолжал видеть в ней прелестного ангела, в то время как другие неодобрительно косились и шептались по углам. Он этого не замечал, не хотел замечать, и не видел, что белоснежный уже давно стал чернее ночи.       В один из вечеров она поделилась опасением, что за ней следят. Не телохранители, тенью следующие за ними, а кто-то другой.       — Кажется, среди них были люди твоего отца, — тихий шёпот поселил в нём сомнения. Не в девушке и не в её словах, а в единственном живом родственнике. И он стал внимательнее смотреть по сторонам, выискивая подтверждение.       Люди отца действительно крались за ними по пятам, докладывая о каждом шаге. Он не знал с какой целью, но счёл нужным нанести личный визит. Место, которое он считал домом, те, кого он считал друзьями, встретили его враждебно. Не позволяли ему подойти к нужному человеку и задать интересующие его вопросы. Он не хотел убивать, но они не останавливались. Когда он дошёл до кабинета, коридор был покрыт телами. Отец сидел в кресле и казался бледнее пергамента. «Я считаю, что поступил правильно. Давно нужно было это сделать». Пуля пронзила голову говорящего, и он вернулся в свой особняк.       Вот только было слишком тихо. Ни привычной музыки, ни тихого смеха, ни света, ни приветливой улыбки. Только белый конверт на тумбочке возле двери, требующий своим видом, чтобы его открыли. Внутри была открытка с её фотографией и приглашением на празднование годовщины со дня смерти. Ровно год назад он услышал первое имя в списке.