Начало.

Пролог

Из утраченной хроники Башни Северного Ветра Много столетий назад, когда первые свидетели тумана были ещё совсем юными, мир существовал иначе. Не было разрывов, сама реальность казалась сплетённой, тонкой, невидимой нитью. Она тянулась сквозь другие измерения. Иные пространства, иные течения. Нити эти были древнее самой магии и удерживали равновесие. Учёные Башен — те, кого позже назовут Перворушителями, узнали об этих нитях. Один из них, Рун, считался величайшим умом своего времени. Он верил, что может изучить саму ткань мира, прикоснуться к истоку, проникнуть в те места, куда никогда не ступала нога простого человека, увидеть ту силу, из которой рождаются законы природы и магии. Вместе с избранными он отправился на поиски храма, где по рукописям мудрейших находился узел, защищающий реальность от сплетения с другими мирами. Шли они долго, многих пришлось оставить по дороге, кто-то устал, кто-то потерял веру, а некоторые падали замертво. Но в конце концов они дошли, и там в одном из пыльных, самых дальних залов они нашли его. Узел. Конечно, выглядел он не так, как они себе его представляли, это не было похоже на узел в привычном нам понимании, да и название тут скорее было символическое… Но он был, прямо перед ними, крохотный поток самой энергии, такой хрупкий на первый взгляд. Он думал, что притронется с осторожностью. Он думал, что за этим странным свечением лишь знание. Но стоило узлу разорваться как всё содрогнулось. Из раны, что осталась, полились не знание, а нечто иное. Тихое, бесформенное. Без крика. Оно несло с собой не гнев, а пустоту. Забвение. Оно убивало сразу. Всё чего коснулось это бесформенное облако в тот же миг разрушалось, словно под воздействием коррозии… Так появился Чёрный Туман. Он разрушал, поглощал и оставлял после себя лишь гибель Рун исчез, как и все, кто был с ним. Храм рухнул. Но Туман остался и стал ползти. Медленно. Неумолимо. С тех пор прошло много веков. Люди строили стены, создавали барьеры, рождали ритуалы. Но Туман никогда не исчезал. Он каждый раз появлялся в новых местах, разрывал ткани мира и проникал, разрушал, убивал, а потом снова исчезал и никто не знал, когда и где он появится вновь.

***

Глава I. Колодец

Где-то по заброшенным землям, среди холмов и полян, давно сожжённых солнцем, бродил один человек. Хотя, вернее сказать, не просто бродил, а искал. Алекс, простой археолог жаждущий сделать открытие, которое спасло бы их мир от страданий и разрушений, которое приносил с собой туман. Он посветил этому всю свою сознательную жизнь, хоть лет ему было немного, и вот спустя столько времени, он был так близком к очередной подсказке. Он понимал это, понимал, что нельзя так быстро победить то, что существует уже несколько веков, но чем больше он находил, узнавал, тем ближе он был к самой разгадке. Прошло несколько дней бесплодных поисков, которые, казалось, длились вечность, и вот он наткнулся на город-призрак, отсутствующий на всех известных картах. Разрушенные здания, торчали из пыльной, потрескавшейся почвы. Алекс брёл по растрескавшейся мостовой, уже не питая особых надежд на успех, просто следуя своей привычке искать. В центре руин он увидел колодец: старый, без ведра и верёвки, но с удивительно ровно и точно обработанной каменной кладкой. Он не понимал, что его заставило приблизиться, почему его сдавило в горле, почему вдруг возникло ощущение, что кто-то смотрит на него из глубины колодца. Поборов некое неопределенное чувство тревоги, он заглянул внутрь и увидел там глаза.

***

Шок его был такой, какой невозможно передать словами, на дне этого колодца, в заброшенной деревне, в которой до него не появлялся ни один другой исследователь и правда кто-то был. Первоначально Алекс подумал на животное, возможно какой-то зверек по собственной неосторожности свалился туда и теперь не может выбраться. К его удивлению, дна у колодца было почти не видно, оно казалось глубже, чем у других колодцев, поэтому, перед тем как спустится туда он решил просветить его с помощью фонаря. Он боялся, что там может быть голодный хищник, который раздерёт его ещё до того, как он коснется дна. Поэтому Алекс снял фонарь с пояса, старый, закопчённый. Внутри, под железной крышкой, покоился высохший фитиль. Археолог опустился на одно колено, прикрывшись от легкого ветра складкой плаща. Из сумки извлёк маленький кожаный флакон, закупоренный пробкой. Открыв, аккуратно наклонил над чашей фонаря и из узкого горлышка вытекло густое, пахнущее прогорклым салом масло. Он сжал пальцами фитиль, давая ему впитать тёплую влагу, и лишь когда ткань потемнела, отложил флакон обратно. Следом шла трутница. В ней была береста, клочок трута, немного пакли. Он выбрал сердцевину трутовика, уложил её на свёрнутый берестяной лепесток. Затем достал огниво. Несколько отточенных движений и острый каменный край лизнул металл. Искра. Маленькая вспышка пробежала по труту, вспыхнула, затаилась тлеющим огоньком. Он прикрыл её ладонями, дуя медленно, осторожно. Сначала был лишь дымок, затем показался маленький огонек. Поднеся тлеющий трут к мокрому фитилю фонаря, он выждал и пламя вспыхнуло, озаряя его лицо и ближайшие кусты тёплым, дрожащим светом. Затем он достал из сумки кожаный шнур, надёжный, крепкий, тот самый, которым иногда привязывал котелок или охотничий крюк. Протянул через кольцо на фонаре, обвязал, дважды проверил узел. Затем, осторожно перегнувшись через край, начал медленно опускать фонарь в темноту. Свет озарил замшелый булыжник из которого были выложены стены колодца, и лицо.. Лицо маленькой девочке, которой на вид было лет семь, она щурилась от неожиданного света, резко ударившего ей в лицо. Волосы у нее были короткие, кудрявые, глаза он разглядеть не смог.. Одежда помятая, рваная в каких то местах, сама девочка дрожала то ли от холода, то ли от страха перед неизвестным ей человеком. И тогда он понял, медлить нельзя, не известно сколько ребенок просидел в этом колодце, может она голодала, или была на грани смерти от мороза, который пробирал всю скважину. Алекс достал из колодца фонарь, снял его с троса, поставил на землю. Обвязал себе пояс, пропустил верёвку через старый крюк, затем проверил на прочность. Камень под ним скрипел, но выдержал. Фонарь он зажал в зубах, как делал, бывало, с ножом. Свободной рукой начал спуск. Камень за камнем, медленно, аккуратно. Свет фонаря плясал на стенках. Колодец пах гнилым камнем, плесенью и чем-то... старым. Спустится было тем ещё испытанием, колодец казался бесконечно долгим, словно в нем вовсе не было дна, но в конечном итоге он почувствовал под ногами твёрдый, такой ледяной пол. Девочка сжалась в углу, она не ожидала, что он начнет спуск и кажется не имела желание идти с Алексом или даже подойти к нему. Тому пришлось долгое время сидеть вместе с девочкой, чтоб переубедить её. Спустя время она позволила накинуть на себя его плащ и после долгих попыток, которые отнимали время у археолога наконец-то получилось...

***

И вот они оба оказались снаружи колодца, легкий ветер обдувал их лица, девочка посильнее зарылась в плащ, а Алекс разжигал костер, для приготовления еды, чтоб накормить ребенка. Его лагерь был далеко от этого места, а малышка выглядела так словно не ела последние несколько недель. А ещё она была тихой, хотя правильнее будет сказать немой. Она не произнесла ни звука с того момента, как их взгляды пересеклись первый раз. Но Алекса это не смущало. Пока костер набирал силу, он достал из рюкзака скатанный в тряпицу котелок, а затем мешочек с провизией. Сушеное мясо, горсть чечевицы и немного соли, долька лука, ещё таких же сушеных грибов и корешки с травами. Найдя по близости ручей он собрал с него воды, через самодельный фильтр и принялся готовить. Когда девочка открыла глаза, в нос ей ударил приятный запах чего то сытного, а в животе предательски заурчало. Тогда она поднялась и подошла поближе, а он уже протягивал ей тарелку с супом, и девочка, уже более менее доверяющая ему аккуратно взяла и принялась есть. Уже после обеда, Алекс решил двинуться обратно к лагерю, откуда он сможет добраться и до своего родного городка. И девочку он решил взять с собой. Вокруг на несколько тысяч километров не было ни одной живой души и мысль, что её кто-то случайно потерял, стала казаться неправдоподобной.. Поэтому он собрал все свои вещи и взяв девочку на руки, они двинулись в путь.