Глава 12: Утро с Юмой

Утро. Опять. Потрясающе. Я проснулся от звука, как будто кто-то пытался заварить чай, используя фен и сковородку одновременно. Это был Фума. Он тренируется и, почему-то, заваривает зелёный чай в термосе. С солью. Он говорит, это «для баланса тела». Я говорю, это преступление. Я сел. Посмотрел в пустоту. Подумал: зачем мы вообще придумали утро? Расчесал волосы. Пошёл на кухню. Таки уже там. Он ест хлопья из кружки с Лабубу, сидя на столе. — Доброе утро, Юма-хён! — говорит он. Я молча включаю чайник. Это максимум общения до 10:00. — Маки жарит тосты. У него фартук с надписью «Mac’n’Chef». Он счастлив. Это подозрительно. — Ты хочешь авокадо или яйцо? — Я хочу тишину, — отвечаю я. Он кивает, как будто это пункт в меню. — Появляется Харуа. У него пижамные штаны с пандами, тапки с крылышками и, конечно, Лабубу в рюкзаке. — Хён, ты знаешь, что у панд нет голосовых связок? — Я этого не знал. — Теперь ты знаешь! Уходит. Теперь я знаю. И мне хуже. — Я сажусь за стол с чашкой чая. Мой ритуал: чай. Тишина. Взгляд в окно. Ненависть ко всем. И немного — к себе. Для баланса. Кей заходит и поёт. ПОЁТ. На весь дом. На пустой желудок. — Доброе утро, цветы мои! Ваша жизнь — как песня~ Я: — Кей. Утро. Без мюзиклов. Он смеётся. Уходит. Ему весело. Как. Он. Это. Делает? — Николас сидит на подоконнике. В халате. С телефоном. — Я делаю пост. Тебя тегнуть? — Только если ты напишешь «утомлённый, загадочный гений в депрессии». — Подойдёт. — Джо входит. Садится напротив. Молчит. Просто смотрит. Мы молчим вместе. Это… приятно. — Ты в порядке? — спрашивает он. — Пока не трогают — да. Он кивает. — Я рисую тебя. Только мысленно. — Спасибо… я думаю? — 08:43 Ыйджу заходит. С планшетом. Весь в графиках. — Сегодня уборка. В 10:00 репетиция. В 12:00 встреча в HYBE. Все запомнили? Я: — Мы не забываем. Мы вытесняем. Он делает вид, что не услышал. Но я вижу — губы дрогнули. Почти улыбка. — Я допиваю чай. В доме — шум, смех, кто-то поёт, кто-то спорит, кто-то тащит Мимсона в ванную (надеюсь, не Харуа). А я просто… сижу. Смотрю в окно. И в какой-то момент, в этой утренней какафонии из счастья и головной боли… я думаю: А ведь хорошо, что я с ними. Даже если они все… абсолютно… невозможные. Я бы не поменял их. Ни на кого. Ну, может, кроме Фумы с его солёным чаем. Это слишком.