***

"Мертвые не возвращаются". Так говорили все, кого только не спросить. Да и сама Руми убеждала себя в этом столько раз, что ей не хватит и сотни пальцев. Те, кого уже нет в этом мире, не могут вернуться назад. Им закрыта дорога. Но странное чувство неправильности никак не покидало. Джину был демоном. Демоном, у которого была душа. И, быть может, он способен на такое, что не подвластно обычным людям. Быть может, он способен вернуться. Призрачная надежда не могла покинуть сердце Руми. Она делала вид, что с ней все отлично, что она вовсе не скучает. Но на деле… Руми видела его в каждом прохожем. Джину стал для нее будто тень, вечно следующая по пятам. Его отражение девушка ловила в витринном стекле, видела его лицо в лицах незнакомцев, слышала его имя в разговорах. Она бы соврала, если бы стала отрицать, что это стало для нее кошмаром, следующим за ней по пятам. Когда-то она бы сказала, что скучать по тем, кто не вернется, бессмысленно. Но теперь… Она скучает, потому что уверена, что он вернется. Осталось лишь подождать и самой отыскать его. Руми часто возвращалась на те крыши, где они встречались по ночам с Джину. Звезды яркой россыпью на небе занимали собой все пространство. Приятный ветерок дул в лицо и развевал волосы. Девушка лежала на черепице, подложив под голову руки. Она снова и снова приходит сюда, ища несуществующее спасение, что-то, что облегчит ее боль. Но здесь не было ничего, кроме звезд, тишины и редко проезжающих где-то внизу машин. Был август. Пора звездопадов. Небо особенно отчетливо предстает перед наблюдателем, будто специально показывая свой наряд из миллионов звезд. И звезды падали. Когда-то редко, когда-то чаще. Красиво. Руми не верила в то, что они исполняют желания. Такое звучит, как выдумка для детей, чтобы развить их усидчивость. Что-то совершенно нелогичное. Но в этом мире много всего того, что не поддается логике и здравому смыслу. Возможно, звезды одни из них. Руми пождала губы. Ее взгляд зацепился за маленькую искру, стремительной кометой проносившейся по небосклону. Ей суждено сгореть, не пролетев и пяти секунд. — Пусть Джину вернется. — вдруг прошептала девушка вслед потухающей звезде. Ничего не произошло. Она терпеливо ждала. Секунду, минуту, а затем и полчаса. Все также тихо. Здесь все также нет того, кто так сильно захватил ее сердце. И это разочаровывает. Ужасно разочаровывает. Руми стиснула кулаки и сильно стукнула ими по черепице, издав при этом звук, с которым обычно трескается керамика. В месте удара ладони покрывали маленькие ранки, но ей было абсолютно наплевать. — Как же это глупо! — крикнула она в тишину ночи, надрывая голос. — Я идиотка! Разве можно верить в падающие звезды?! Никто не отозвался. Девушка встала, намереваясь уйти. Ее переполнял гнев, который ей хотелось бы на ком-то или на чем-то выместить. Вот бы сюда хотя бы одного демона… Но стоило ей обернуться, как ее желания так и остались несформулированными. Перед ней стоял человек. Будто из ее кошмара. Или из самого счастливого сна. Человек смотрел на нее в ответ, не сказав ни слова. На его губах играла легкая улыбка, карие глаза сверкали знакомым блеском. — Джину?.. — прошептала Руми, едва сдерживаясь, чтобы не зарыдать. Это ведь сон, так? Это галлюцинация? Она точно выдает желаемое за действительное! Этого просто не может быть. Улыбка на лице Джину стала шире. Он сделал один шаг вперед, не смея при этом оторвать от девушки взгляда. Он будто был привязан к ней, прикован самыми крепкими из существующих цепей. — Привет, Руми. — почти шепотом, еле слышно, ответил он. Но это был ответ. Настоящий, слышимый ответ. Его ответ. — Джину! — вся хваленая выдержка Руми треснула после всего двух слов Джину. Ее голос был таким надорванным, таким полным настоящей боли и неверием в действительность происходящего. В глазах стали слезы, которым хватило всего несколько секунд, чтобы начать стекать маленькими дорожками по щекам. Она бросилась вперед, крепко прижимаясь к Джину. Он и правда здесь. Стоит вместе с ней и так же прижимается в ответ. Между ними столько слов, что не хватит и целой ночи, чтобы высказать хотя бы десятую часть. Но этого и не нужно. — Ты вернулся… — всхлипнула Руми, безуспешно пытавшаяся сделать свой голос ровным. Ее осторожно поглаживали по голове, запуская руки в волосы. Джину это делал так, как не делал никто. Он протянул руку и приподнял ее подбородок, заставляя посмотреть себе в глаза. Глаза, полные разных эмоций. Глаза, наполненные любовью и радостью, сожалением и болью. Парень мягко провел большим пальцем по щеке Руми, стирая слезы. — Прости меня… — прошептал он. — Я так виноват, что не пришел раньше. Прости меня, Руми. Прости. — Не извиняйся. Ты все же пришел. И этого достаточно. Они не знали, сколько простояли в объятьях друг друга, греясь взаимным теплом, залечивая свою израненную душу. Казалось, ничего не может быть лучше, чем этот самый момент. В нем столько спокойствия, столько гармонии и столько любви. Тысячи слов вертелись на языке Руми, но она даже не знала, с чего ей начать. Что нужно сказать. Но, казалось, Джину знал все то, что она хотела до него донести. В его взгляде читалось безмолвное понимание и сопереживание. И слова здесь были лишними. — Я так рада, что ты вернулся. — только и произнесла девушка, понимая, что этого достаточно. — Я тоже, Руми. — с мягкой улыбкой отозвался Джину. — Я тоже… Они лежали на крыше и вели тихую, спокойную беседу, не обремененную всем тем, что доставляло им боль. Руми рассказывала счастливые моменты своей жизни, ловя на себе теплый взгляд темно-карих глаз. Джину тоже говорил. Он повествовал о людях, которые жили еще задолго до рождения Руми. О людях, которых он повстречал на своем пути, наполненном не только неудачами и чувством вины, но и маленькими кусочками чего-то хорошего. Чего-то, за что стоит бороться. В мире всегда будут люди. Хорошие и не очень. Поступающие по велению собственного сердца и в корыстных целях. И не так уж и важно, что ты за человек. Любой достоин спасения. Перед их взором было бескрайнее ночное небо. Небо, которое и правда умеет исполнять самые сокровенные желания. Нужно лишь хорошо попросить. Теперь Руми и правда верила в чудо. Чудо существует в этом мире, полном жестокости и несправедливостей. Внезапно одна из ярких звездочек начала свой путь, сгорая на глазах. Не дав ей догореть, девушка зажмурилась и загадала: — Пусть мы с Джину теперь всегда будем вместе. Руми открыла глаза. Осознание неправильности, будто огромная волна, накатило на нее. У нее затекло тело от долгого лежания на холодной черепице. Девушка покрутила головой по сторонам. Она была совершенно одна. Немедленно соскочив с места, Руми побежала вперед, будто пытаясь ухватиться за все еще не остывший след того, кого так желало ее сердце. — Джину! — крикнула она так громко, что чуть не сорвала голос. Это был крик отчаянья, больше походивший на вой забитого волка. Никто ей не ответил. На небе занимался рассвет. Многие звезды пропали, а горизонт приобретал голубые и розовые оттенки. Это был лишь сон. Такой же, как и сотни других до него. Такой реальный, но такой невозможный. Мертвых не вернуть.