Часть 1

— Это меч твоего отца, — Оби-Ван добродушно улыбался, глядя на светловолосого паренька. Юность. Все еще немного неуклюжая и наивная. Как давно он был таким же. И был ли? Тень застарелой боли омрачила хрупкую красоту момента и Кеноби зачем-то добавил, глядя на ярко-голубое лезвие, зажженное в опасной близи от юного фермера. — Элегантное оружие. Его тронул чистый восторг в голубых глазах при виде смертельной красоты древнего оружия. Может, его миссия не будет такой запредельно сложной, как казалось недавно. Все-таки Люк Скайуокер явно любит приключения и тайны, как и любой мальчишка. Он справится. Старый отшельник осторожно подошел к Люку, показывая, как отключить лезвие. Все же это боевой меч, мало ли что… Юноша улыбнулся в ответ. — Вы знаете, что случилось с моим отцом? Дядя не хочет говорить о нем, — наконец мальчик заинтересовался! Оби-Ван привычно прищурился в улыбке, вызывая доверие. Немного Силы и много дружелюбия — вот секрет успешных переговоров. Один из них. — Твоего отца убил Дарт Вейдер. Мой ученик. — Сердце слегка кольнуло. Столько лет прошло, а он все еще не может до конца принять в эту правду. Несмотря на многочисленные доказательства. Бывший джедай поспешно отгородился от страшных воспоминаний, не позволяя им влиять на него. Сейчас это не важно. — Твой отец был джедаем, как и я. Он посмотрел на Люка. Юноша странно хмурился, обдумывая какую-то мысль. Ему что-то не нравится? — А почему его меч находится у вас? Если его убил Дарт Вейдер? Неожиданный вывод неприятно поразил старого отшельника. Действительно, он никогда не задумывался, как все может выглядеть со стороны. И что теперь сказать? Да, он отдал его — это будет правдой с определенной точки зрения — но совсем неправильно может восприниматься. Нет, не отдал — и как меч тогда оказался в его руках? И Оби-Ван совершил грубейшую ошибку переговорщика — он растерялся. Неокрепшее доверие не прощает ошибок. Люк по-своему понял установившееся молчание и крепко стиснул в руках рукоять меча. Острейшее лезвие вырвалось наружу и пронзило первое, что попалось ему на пути — корпус Оби-Вана, который неосторожно встал как раз на пути. «Не надо было давать меч», — промелькнула запоздалая мысль. Он видел, как Люк с криком разжал руки и бросился прочь из пещеры. А затем отшельник грузно осел на пол, чувствуя нарастающую пульсацию боли. И мир померк. *** Люк Скайуокер все же вернулся к пещере старого Бена через два дня — повзрослевший и заледеневший внутри от горя, после похорон дяди и тети. Но обнаружил только кровавые пятна и рукоять отцовского меча. Ни самого Бена, ни того, кто предположительно унес его тело, видно не было. Да и следов не было — как будто тело просто растворилось в воздухе. «Неужели я все-таки убил его?» Люк с внезапным ознобом посмотрел рукоять меча, которую снова держал в руках. Держал орудие убийства… Осознание совершенного жгло невыносимой болью. И дело было не в самом Бене — он фактически не знал этого человека и не испытывал положительных чувств к тому, кто мог участвовать в убийстве его отца (если он правильно понял). Но Люк не был и убийцей, которого совершенно не интересовали чужие жизни. — Все бессмысленно, — он невольно вздрогнул, когда произнесенный вслух слова прозвучали неожиданно громко в пустой пещере. Кажется, он слишком долго здесь находится. Пора. Он вышел наружу, непроизвольно глубже вдыхая сухой воздух Татуина. Что ж, он по крайней мере точно знает, что Бена Кеноби больше нет. И то послание, которое они вместе смотрели — дроид, кстати, исчез — тоже не имеет смысла. Да он и не хотел ввязываться в непонятную авантюру. Ему вполне хватило ощущений от общения с Кеноби… Люк сел в спидер, положив рукоять отцовского меча на сидение рядом. Это будет его память — и об отце и о совершенном преступлении. И о том, что не стоит повторять прежних ошибок. Но самое главное Люк решил — он проживет эту жизнь так, чтобы его дядя мог им гордиться. Фермером на Татуине или звездным пилотом, неважно. Прежде всего, он будет человеком с чистой совестью. Именно так его воспитывали и именно так он и будет жить дальше.