Часть 1

1. Диана из корабля-ковчега «Диана» В день, когда в космическую пустоту спустили корабль-ковчег "Диана", человечество получило шанс на существование. Император 4.10.1714 от В.И. 06:56 по наручным часам Императора Диана проснулась от глухого звука, изданного упавшим баллончиком с духами. Удар об пол раздался так громко и противно, что она не могла и не хотела далее спать. Повернувшись, девушка посмотрела на своего молодого человека, который продолжал собираться. Без интервидов она неуверенно себя чувствовала, потому повернувшись к подставке, сняла с зарядного устройства и одела прибор, внешне напоминающее очки. Сразу перед глазами появились голографические панели, дата, время, и всё важное, что произошло за эту ночь. И девушка снова почувствовала себя в своей тарелке. Снова обернувшись к своему парню, Диана сонно проговорила: - Что, ты уже уходишь? – Анатоль обернувшись, презрительно посмотрел на неё, и высокомерно ответил: - Ну, в отличие от некоторых, мне, все же, нужно работать. - Ха! То есть, я не работаю, по-твоему? – С ухмылкой ответила Диана. - Ну, не сказал бы. - Хм… То есть, ты хочешь в очередной раз начать спор о том, что механизатор-автоматизатор дорожек намного важнее, чем работа журналиста? Журналиста, который, между прочим, освещает все самые важные события, которые происходят у нас на корабле. Не думаю, что механизаторы принимают более важное участие в общественных делах. Анатоль грубо посмотрел на неё, и сказал: - Диана, удачи, думаю, сегодня встретимся. – И автоматические раздвижные двери открылись и закрылись, скрыв за собой парня. Диана разочаровано посмотрела на закрытый проход, потом переметнула грустный взгляд на GTS-7, которого она мило называла Джет. Прикрыв лицо руками, девушка откинулась на подушки, и томно выдохнула. «Чем бы мне заняться? Сегодня, всё же выходной.» Девушка легла набок, подперев голову рукой: - Джет, пошли, погуляем. И вообще, мне нужно подготовиться к завтрашнему интервью. - Встав и потянувшись, Диана направилась в ванную. Собственное отражение никак не порадовало девушку. Целый день работы в интервидах, всё же, дал о себе. Образовавшиеся мешки под глазами сложно было хоть как-то скрыть. Чёрные распалённые волосы имели короткую длину и еле доставали до плеч. Брюнетка хотела оставить всё, как есть, но здравый смысл преобладал, и она принялась расчёсывать волосы. Диана, закончив свои утренние процедуры, направилась к отсеку с едой. В нём уже лежал теплый завтрак, который доставлялся службой корабля-ковчега «Диана». Покончив с едой, Диана одела серый облегающий костюм, поверх которого она накинула свою излюбленную синюю куртку, завершив этот наряд чёрной юбкой чуть выше колен. Взяв с собой Джета, девушка отправилась погулять по кораблю. Прогулка не столько нужна была физически, сколько духовно, ибо уже много времени девушка не могла поймать вдохновение, которое жизненно необходимо для её работы. Брюнетка очень волновалась из-за завтрашней встречи с первым проснувшимся аристократом, одного их тех людей, ради которых и существовал корабль-ковчег «Дианы». На этот раз Диана решила не пользоваться привычным способом перемещения, а именно передвижными дорожками, и пошла пешком. Времени у неё было достаточно, к тому же она не хотела прикасаться ни к чему, связанному с Анатолем. Джет послушно следовал за девушкой, его механический марш, отдалено, напоминал человеческую ходьбу. - Да что он о себе возомнил? Мало того, что разбудил с самого утра, вместо того, что бы тихо собраться на свою бесполезную работу, так еще и успел затеять дурацкий спор. – Ворчливо продолжала девушка. – Жаль, Джет, ты не можешь меня понять, потому что сон тебе заменяет подключение к электрической сети. Металлическая конструкция все так же молча продолжала идти за Дианой. - Знаешь, Джет, ведь он из благородной аристократической семьи, у которой даже есть такой чудный робот, как ты. Подумай, он же мог со своей родословной учувствовать в правлении корабля, заниматься общественной деятельностью. Но нет! Он хочет быть механизатором! Потому как, это, намного интереснее. Знаю я его механизацию. Помнишь, у тебя рука сломалась? – Диана обернулась, ожидая ответа от Джета, он лишь автоматически поднял голову на девушку. – Я ему говорю, посмотри, ты же механизатор, может, исправишь эту поломку. А он что? Говорит, не имеет права тебя вскрывать и чинить. И что теперь? Ты так и ходишь с этой болтающейся во все стороны рукой. И все потому, что на всем этом чёртовом корабле нет ни одного человека, который разбирается в роботах. Да как люди, построившие такое сооружение, - Диана развела руки в стороны, - как наш ковчег, не могут исправить банальную механическую поломку? Рука Джета, все так же, паралитически свисала вниз. - Хм… Может тебе её скотчем перевязать? – Всё никак не унималась брюнетка, с тоской оглядывая робота. – Ох… Странное дело, но в любом случае, ему стоило бы об этом задуматься и предпринять хоть что-то, а не рассказывать мне, что он не может ничего сделать. Знаешь, что он ответил, когда я предложила ему ошеломительную идею? Говорю: «Давай исследуем новые земли Ксеона». А он мне что? «Кто же тогда будет заниматься поддержкой транспортной системы?» И вправду, действительно, Джет, кто же будет этим заниматься? Понятия не имею. Он же один у нас такой на белом свете. Охх.. Джет, не понимаешь ты меня. Была бы у тебя роботесса! Она была бы такой красивой, металлической, твердой – ну, все как ты любишь. Вот, прожил бы ты с ней лет так восемь. И посмотрел бы на неё, что она стала малоподвижной, да и процессор барахлит. Но в таком состоянии, она еще может рассказывать тебе о твоих недостатках, что рука твоя болтается и так далее. Наверное, только тогда ты бы понял меня, по-настоящему, а не просто шел бы себе сзади, будто тебе нечего добавить. Тем временем Диана вместе с Джетом добрались до оранжереи – сектор в корабле, где росли чарующие глаз деревья, а воздух наполнен сладким ароматом цветов. Такой себе живой островок посреди металлической пустоты корабля. - Вообще, Джет… - Диана сидела на лавке, которая была обвита цветущими кустарниками, которые приятно пахли. Девушка, не задумываясь, продолжала свой грустный монолог роботу, который в принципе, никак особо не реагировал на неё. – А помнишь, мы с тобой отправились в приключение? Ты, я и Анатоль. Мы взяли контейнер с едой и пешком отправились к носу корабля. А когда, спустя больше четырёх часов, добрались, мы сидели и смотрели на панораму звёзд, наслаждаясь привычным для нас обедом, что стал на вкус совсем иным. Никогда ли ты не задумывался, что корабль-ковчег «Диана» напрасно поделён на сектора? Подумай, как было бы хорошо, если с одного конца корабля можно было бы увидеть противоположный конец, и ничто не преграждало взор, как красиво было бы посмотреть прямо на звёзды. Ох, Джет. – Девушка повернулась к металлическому другу. - Так, ладно, скажи мне какая температура? - Температура двадцать два градуса по Императору. – Ответил механическим голосом Джет. - Ну, да. Мог бы хоть как-то поддержать разговор. А влажность какая? - Относительная влажность семьдесят пять процентов - Ответил робот без малейших колебаний. - Да, а когда спрашивала раньше, то влажность была ниже. Интересно, но и ладно. О, мой любимый вопрос. А через сколько, ориентировочно, подлетит корабль-ковчег «Диана» к планете Ксеон? - Ориентировочное прибытие корабля-ковчега «Диана» на орбиту планеты Ксеон составляет менее тринадцати дней и двенадцати часов. Более точные данные будут получены ближе к пункту назначения. - Ах… Жду не дождусь. Я бы очень хотела поучаствовать в колонизации. Это ж первая колонизация звёздной системы в истории человечества! Не понимаю, почему Анатоль против. Это же так романтично, отправиться в неведомые земли, покрытой… Чем там говорят? Серой? Да… Покрытой серой. Увидеть этих тварей. Дивных существ, что жили тут все эти годы. Хорошо, что планета не пустая. Говорят, что первые люди, которые поселились там, привезли с собой жизнь из Солнечной системы, которая была адаптированы под местную атмосферу Ксеона. Потому интересно… О, вот, провоцирующий вопрос! А какие существа живут на Ксеоне? - Такими данными база данных не располагает. - Ответил кратко Джет. Диана прикусила губу, откинулась на спинку лавки и посмотрела вверх. Её глаза взором пронзили тысячу ветвей, что складывались в причудливо красивый зеленый узор над головой. - Что я вообще делаю, мне же нужно готовиться к интервью. Ладно, давай. – Диана вызвала синие полупрозрачные панели на своих интервидах, которые сразу же престали перед её глазами. Она умело перебирала зрачками, вызвала консольное меню и, водя руками по воздуху, набирала какой-то текст. – Вот часто думаю, что со стороны люди так забавно выглядят, пользуясь интервидами. Вроде когда ты сама это делаешь – выглядит нормально, но со стороны – крайне глупо. Хорошо, что приспособилась управлять зрачками, это очень помогает не выглядеть глупо в обществе. Потому, как только у Анатоля спрашивают время или еще что-то, типа, кто такой механизатор или тридцать шестое уравнение Императора, то ему приходится хаотично размахивать руками для поиска информации. А ты только потешаешься со стороны. Именно потому, нужно иметь что-то, а не только интервиды. Правда? 2. Лицо под маской Не понимаю, почему многие сомневаются в том, что я создал машину времени? Ринтаро Кадзума 05.10.1714 от В.И. 7:52 по наручным часам Императора "Это будет как дежавю, но наоборот." - Подумала Диана. - Ха, почему бы мне не взять этот баллончик и... Как хрястнуть об землю! - Раздался пронзающий звенящий звук. Анатоль вскрикнул: - Диана! Если ты намерена мне мстить, то, пожалуйста... Ах... - Он отмахнулся от неё, кинул подушкой и, закутавшись в одеяло, продолжил спать. Диана знала, что сон уже нарушен и свою порцию зла она вернула своему вчерашнему обидчику. - Что, сегодня моя очередь рассказывать, кто ничего не делает в этой каюте? - Анатоль ничего не отвечал и продолжал делать вид, что спит. - Джет! А ты знаешь, что сегодня снова отправляешься со мной в приключение? Анатоль высунул голову из под одеяла и посмотрел на девушку злобным взглядом: - Почему это он снова? В смысле снова? Какое приключение? - Ха! Он будет помогать мне на интервью. - Эмм... Мне кажется это неразумно. Зачем его брать? Он и так уже еле дышит. Я думал его передать своим детям или внуками. Если ты будешь его постоянно таскать по всему кораблю, то он в какой-то момент развалится. - Анатоль, ты ничего не понимаешь. Я вообще-то буду встречаться с человеком, у которого тоже будет робот. Представь себе, тоже, да. Не у одного тебя есть телесный контакт с машинами. Как он будет на меня смотреть, не будь у меня робота? - Спросила девушка. Молодой человек продолжал злиться и пожирать Диану взглядом. Смотря на нее, он пытался понять: " Что же в этой маленькой голове постоянно происходит? " - Я думаю, он будет на тебя смотреть одинаково, с роботом или без робота. Будет смотреть как на обычного журналюгу, который ничего полезного не делает. - А... Ну ты решил повториться. Мы тут в такие игры не играем. Джет, за мной! - Диана вылетела в раздвижную дверь, потянув за собой механического друга. Игнорируя крик Анатоля, доносящийся сзади, она отправилась в криогенный сектор, хранящий более миллиарда спящих людей в камерах Кадзумы. Этот место не вызывало у Дианы приятных эмоций. Ведь для неё это не было простым хранилищем замороженных, это было местом её рождения, которое навивало плохие мысли. В этот раз она решила отправиться на передвижных дорожках, потянув за собой робота. Сегодня на дорожке был аншлаг, свободного места почти не было. Девушка протиснулась к поручню, наличие Джета давало ей явное преимущество, ибо люди относились к брюнетке с почтительностью. Такое количество людей было не случайным, всему причина в том, что сегодня первая волна разморозки, разморозки самых важных чинов, у которых как раз Диана и собиралась брать интервью. - Джет, представляешь, этот, охх... Аристократ, герцог, Дэрек де Орз Брюнтс Ремгвард, орбиты Земли. Представь, вот каких людей мне придется опрашивать. Охх... Это будет, не знаю, символом моего повышения в должности, может мне даже дадут целый этот, как его, отдел! Хотя до прибытия... Сколько до прибытия на орбиту Ксеона? - До прибытия на орбиту планеты Ксеон в системе Цеппелин осталось менее двенадцати дней и шести часов. - По-моему мы стали двигаться быстрее. Но... Хотя подумай. Если мы через двенадцать дней прилетим к Ксеону, то все размороженные люди отправятся на колонизацию. Я думаю, обитателям ковчега тоже разрешат отправиться, ведь бессмысленно нам тут оставаться. Ковчег будет стоять на орбите планеты... И в чем смысл тут оставаться? Короче нет мотивации становится главой какого то отдела на судне. Но сегодня всё равно стоит хорошенько поработать. Ведь человек, которого мы будем опрашивать - и вправду велик. Послушай, что в моих сведениях: он - один из зачинщиков в восстании против самого Императора. И вообще, представь, Дэрэк де Орз Брюнтс Ремгвард, в одиночку смог снабжать более тридцати семи станций подпольными роботами. Тут есть ещё несколько его цитат, вот, послушай одну: " Я не вижу смысла в использовании напрасных человеческих ресурсов, все могут сделать роботы, а я сделаю их. " Подумай, насколько гениальный человек, самостоятельно построил космическую станцию по производству роботов! Еще тут говорится, что он стал герцогом, просто вслушайся в эту цифру, в двадцать семь лет! – Диана вздохнула. - Я мало встречала в своей жизни герцогов, ну разве что нашего капитан нашего чудесного ковчега. Это будет второй герцог, которого я вижу! Молодой еще... Ха! Анатоль, моя обаятельность очарует этого господина, и он увезет меня в далекие края колонизировать Ксеон, а ты так и останешься тут автоматизировать, и механизировать! Джет, мы почти добрались до места встречи. - Девушка с роботом прибыли на пропускной пункт. Диана неоднократно тут была по семейным обстоятельствам. Вокруг выстроилась большая очередь людей, пришедших поглазеть на знатных особ. Диана грустно стала в колонну, как вдруг к ней подбежал один из сотрудников криогенного центра: - Ой, простите, уважаемые. - И провёл сквозь толпу людей. Диана не сразу сообразила, что её приняли за аристократку из-за наличия робота. Девушка ехидно улыбнулась, окинула взором на Джета, который волочился за ней, тряся своей парализованной рукой, и с чувством нетерпения вошла в криогенный центр. К Диане подошла женщина с короткими серебряными волосами. Девушка прекрасно ее знала, ведь это была ее мать, с которой у Дианы были связаны очень неприятные воспоминания о трагическом детстве. Женщина холодно на нее взглянула: - О, здравствуй. Сейчас к тебе подойдет другой лаборант. - Сказала она и ушла. Мать Дианы является одним из важнейших сотрудников криогенного центра, она заведует огромным отделом и является уважаемым человеком. Через несколько минут ожидания к девушке подошел парень лет тридцати в очках, с седыми волосами, как и у большинства жителей корабля. Мужчина, с серыми глазами, пустым взглядом и уставшей сгорбленной спиной, окинул девушку оценивающим взглядом. При помощи интервидов он определил, кто такая Диана и предложил ее провести. Девушка улыбнулась и пошла вслед за своим проводником. Он вызывал у Дианы лишь отвращение, не только потому, что был мерзким и некрасивым, а и потому что всё, что находилось в этом месте, её жутко раздражало. Проходя через огромное количество камер Кадзумы, на неё смотрела тысячу лиц, но почему то только одно врезалось ей в память: у него были длинные черные волосы, которые, как слизни, свисали на его лицо. Мужчина был громадный, явно не помещался в камеру, хоть и был худощав, его длинные руки доставали аж до самых колен, а сам он чем-то напоминал паука. Диана долго не могла выбросить его из головы. Через некоторое время, девушка уже сидела в комнате ожидания и ждала своего респондента. Спустя пару минут, в комнату зашел аристократ, одетый в красное прилегающее к телу кожеподобное одеяние. Вместо лица у него красовалась черная с красными вставками маска. Глаз не видно, его зрачки закрыты черными непроглядными пластинами. С головы торчали какие то красные перья. «Видок у него пафосно-помпезный». - Подумала девушка. – «Так напоминает капитана корабля, но все равно намного пофаснее. Капитан тоже носит маску, как и все аристократы из Земли. И не сложно им всю жизнь проводить в этих костюмах? Насколько мне известно, костюм может и мыть человека, и отвечать за естественные нужды». Диана слышала историю, что ранее такой костюм был не просто признаком величия или знатности, а прямой необходимостью. В прошлом в Солнечной системе, системе из которой как раз и летел корабль-ковчег "Диана", был ужасный катаклизм, связанный с бушующим вирусом, вирусом, что унес девяносто пять процентов населения человечества. Ни карантин, ни медицина не помогали, лишь человеческий иммунитет смог победить ужасного врага. Ну и эти костюмы, ибо они не пропускали ничего к своему носителю. Прошло много времени, вирус исчез, но знатные люди так и продолжили ходить в этих необычных одеяниях. Герцог Дэрек де Орз Брюнтс Ремгвард, орбиты Земли сел перед ней. Диана как будто потеряла дар речи на несколько мгновений, но тут же опомнившись, быстро протарабанила: - Здравствуйте, очень приятно с вами увидится. Меня зовут Диана Лангранж, я репортер из центра массовой информации корабля-ковчега "Диана". Я хотела бы задать вам несколько вопросов. - Очень приятно, - поклонился аристократ, - буду рад побеседовать с вами, о чудесная Диана. Меня зовут герцог Дэрек де Орз Брюнтс Ремгвард, орбиты Земли, но для простоты общения называйте меня Дэрек. - Просто Дэрек? Спасибо большое, почту за честь. - У Дианы в интервидах высветились панели с заранее заготовленными вопросами. Девушка включила свой диктофон, который всегда и так был включен, но она хотела видеть время разговора, для спокойствия. Выдохнув, она начала задавать свои вопросы. Это были стандартные и скучные для Дэрека темы. После ответа «Двадцать три» на вопрос: «А в каком месте Солнечной системы вы жили дольше всего?», Диана начала подозревать, что аристократ не имеет никакого интереса общаться с ней. Но это не остановило ее задавать заготовленые вопросы, пока Дэрек внезапно не перебил девушку: - А не хотите ли вы прогуляться по этому прекрасному кораблю? Я помню его лет семьсот назад. Мне кажется, что многое изменилось. Вам так не кажется? - Спросил он. Диана ошеломлённая смотрела на аристократа: - Да, да, наверное. Я, правда, не была здесь семьсот лет назад, интересно будет узнать, что было семьсот лет назад. - Неловко ответила Диана. - Тогда давайте прогуляемся к носу корабля, и вы мне все расскажите, точнее, зададите все ваши непредсказуемые вопросы. - Но... Вы понимаете, что к нему идти так-то, где то полдня... Он же далеко... - Тут где-то километров двадцать, если мне не изменяет моя память. Я думаю, что мы справимся. Не знаю как тут сейчас, но я садился на портативный коттер, семьсот лет назад, и добрался менее чем минут за десять. - Ну, если у вас есть портативный коттер, то это меняет суть разговора. - Ну, он же есть у всех, кто принадлежит к благородному роду. А как же ваш робот? Я думал, что вы уважаемая миледи. - Ну, я не уважаемая миледи, просто со мной ходит робот... - Диана запнулась, но вдруг выпалила. - Так, да, я согласна, давайте сядем на ваш коттер и отправимся к носу корабля. Неловкий разговор уводил Диану в еще более неловкое положение, и ей было все сложнее разговаривать с таким человеком, как Дэрек. Через несколько минут она уже сидела на месте пассажира, посадив рядом с собой своего верного спутника Джета, удивившись, что во всех коттерах есть специальные места для роботов. Дэрек смотрел на девушку изучающим взглядом: - Так я вижу, что у вас робот. Я сразу приметил, что у вас такая осанка и аристократические черты лица, и даже не думал... Вы говорите, что вы простолюдинка? Никогда бы не сказал такого. Так откуда у вас этот замечательный механизм? - Дэрек глянул на Джета, ехидно улыбнувшись. «Я думала, что я буду задавать вопросы, но видимо все сложилось не так как планировала». - Пронеслось у девушки в голове. И Диана своей обычной несвязной речью поведала, используя много слов и бессмысленных вставок, что живет с парнем. А живет, потому что ее выгнали из дому, а его родители были аристократами, а он вроде аристократ, а вроде не аристократ, она и сама не понимает, он тоже. В наследстве у него был робот, но сейчас он переживает не лучшие времена, указывала она на поломанную руку. Аристократ слушал, и ему намного интереснее было вникать в бессмысленное лепетание Дианы, чем в еë не менее бессмысленные вопросы. Вдруг Дэрек, не изменяя своему стилю, перебил Диану: - А как так получилось, что вас выгнали из дому? Этот вопрос видимо задел Диану, что было видно по появившейся красноте на ее лице, так как тема эта была такой сложной и непонятной ей самой, а тут еще и объяснить незнакомому человеку. Она порой и сама себе не могла ответить на многие вопросы, касающиеся этой проблемы, но в волю своего добродушного характера, и не имея возможности устоять перед столь сильным обаянием Дэрека, она продолжила своë лепетание: - Ну, понимаете... Дело все в том... Ну, это очень длинная история... - Мы никуда не спешим. Хоть мой коттер и быстрый, но не настолько, чтобы довезти нас в мгновение ока к носу корабля, где вы сможете продолжить задавать свои чудные вопросы. А пока давайте поговорим о вас. «Интересно, зачем ему обо мне знать? Я же такая простая, а он такой... Ну, такой великий, красивый. Хотя откуда я знаю, что он красивый? Я даже лица его не видела. Может он страшный такой, прыщавый и вообще отвратный...»- Подумала Диана – «Та не, ну не может такого быть, он наверняка даже под маской красивый». Девушка почувствовала себя еще более неловкой, сильнее покраснела и продолжила свой тяжелый рассказ. 3. Семисотлетний человек Восстание против Императора подобно восстанию против законов физики, не именуемо ведёт к падению, и не важно откуда. Прокофья де Рай Хор Горкос, императорский теофилолог 05.10.1714 от В.И. 10:20 по наручным часам Императора - Говорите, ваш отец работал уборщиком? Я думал, это работа присуща клонам… - Ну как уборщиком, он работает управителем клонов, которые занимаются уборкой. Ну, я называю это уборщиком, это он по-модному себя называет «Управляющий центра отдела, отвечающий по вопросам чистоты на корабле-ковчеге «Диана»». Понимаете, насколько глупо это звучит? А моя мама, ну вот женщина, может вы видели, такая с серебрёнными волосами, закрученными такими в форме сферы, она ещё, наверное, вас размораживала. - Кажется, припоминаю, она ещё так красиво представилась, достаточно достойная женщина. Так, а что она нашла в управляющем центра отдела по вопросам чистоты? - Ну, дело было так: значит он молодой такой, активный парень, стремился к успеху, иметь высокооплачиваемую работу, ну он мне так рассказывал, хотел быть учёным. Но как у нас все учёные – это те, кто занимаются криогенным сном, то это в основном медики. – Лепетав, Диана заметила, что Дэрек очень внимательно её слушает. – Так вот, и что происходит? Мой отец устраивается в криогенный центр на должность ассистента, а его руководителем становится Клер, моя мать. Ну и как это иногда бывает, между начальником и подчинённым часто заводятся странные половые отношения, которые приводят к беременности. Понимаете? - Понимаю, понимаю. – Кивнул Диане её собеседник. - Так вот. А беременность приводит к рождению детей. А рождение детей приводит к тому, что они не просто руководитель и подчинённый, а они что-то больше. Но моя мать не хотела ничего больше с моим отцом и предложила ему неплохую альтернативу. Лично я считаю её тоже неплохой. Альтернатива такая: заморозить ребёнка, послушайте, заморозить в криогенной камере Кадзумы, подождать пока мы долетим до Ксеона и вот сейчас бы меня разморозили. А потом по её плану меня нужно было присоединить к одному из колонизационных групп. Она считала, что если я с младенчества буду расти и развиваться на Ксеоне, то стану более приспособленной к этой опасной планете. Ну, короче хотела она меня всучить кому-то и отправить на все четыре стороны. Но мой отец принимает решение, что он - против. «Как это так ребёнка морозить? Я сам его воспитаю». В итоге отец забрал меня к себе. Вроде система корабля имеет всё для детей, вроде это не должно было сказаться на его работе, но в конечном итоге мать, в общем-то, выжила его из криогенного центра. И отцу пришлось стать управляющим центра отдела чистоты на корабле-ковчеге «Диана». Вот такая вот коротенькая история. – Глупо заулыбалась аристократу девушка. - Так я не понимаю в этой истории главного, почему вас всё же выгнали с дому? – Спросил Дэрек. - Ну… Из-за меня его карьера получается пошла на дно, и он стал уборщиком. Соответственно, я – плохая. Как бывает у людей, мы вмещаем злобу на детях. Потому жила я несчастливо, убегала с дому, не нравилось мне там. Ну и в конечном итоге я сама и ушла. Нашла парня себе и живу у него. Ну как нашла, мы с ним с самого детства знакомы, а потом он жил один, я жила несчастливо, вот он меня к себе и забрал. - Так я не вижу момента, где вас выгнали. - Ну как… Ну не выгнали, я как бы ушла, но не просто так я ушла, а потому что вот жизнь такая грустная и несправедливая. - А он издевался над вами? - Я не знаю… Честно, я не знаю, что вам сказать. – Диана уныло посмотрела вниз. - Ладно, не хотел вас расстраивать. Простите меня. – Извинился Дэрек. Но в этот момент коттер остановился и Диана, радостно взглянув на аристократа, спросила: - Ну что, приехали? – Девушка очень обрадовалась тому, что коттер остановился, так как это освобождало её от неловкого разговора. Дэрек уверенно кивнул и они все вместе вышли: Диана с сопровождающим её Джетом и аристократ со своим механическим спутником, который явно выделялся на фоне GTS-7. Робот Дэрека более роскошен, выделен разными вычурными узорами, с красными яркими перьями, как у самого аристократа, та и в принципе он работает более плавно и грациознее. Немного пройдясь по плацу, они дошли до носа корабля: это была прозрачная панорама темного космоса с бесконечной россыпью звёзд. - Видите вон ту звезду, которая больше остальных? Мы вошли в систему Цеппелин, но пока находимся лишь на периферии. Это голубой карлик, звезда в два раза превышающая размеры Солнца и во много раз горячее. Планета Ксеон находится на отдалении в четыре астрономически единицы. Скоро мы прибудем на орбиту этой чудной планеты. Вы рады? - Да… Как-то всю жизнь живёшь и готовишься к этому. Вот наше поколение, это как раз те люди, которые смогут своими глазами увидеть планету и конец нашего путешествия. Мой дедушка и ещё дальние родственники очень сожалели, что они никогда не увидят Ксеон. Это как-то так грустно. – Ответила девушка. Аристократ печально улыбнулся, пожал плечами, и они вместе подошли к космической панораме. - Ну что ж, теперь можете задать ваши вопросы, я постараюсь на них… более заинтересованно ответить. Но не спрашивайте, пожалуйста, что-то скучное. Вам же эти вопросы просто выдали, чтобы вы их просто задали? Не думаю, что такая прекрасная леди смогла бы сама написать такую скуку. - Ну да… Выдают… Хорошо. – Диане почувствовала стыд и решила сымпровизировать, задав вопрос, который интересовал её: - А как вы вообще оказались на корабле-ковчеге «Диана»? - Теперь, наверное, мне нужно рассказывать длинную и очень затянутую историю. Ну что же, слушайте, ваше право. Я уверен, вы знаете мою биографию, но также уверен, что история эта с моих уст очень отличается от вашей. – Дэрек пригласил Диану на небольшую лавочку, которая была направлена к звёздному простора. Присев рядом с ней, он продолжил свой рассказ: - В веках, далёких от времён вашего рождения, была жестокая и неумолимая война. Джень-Шеньская революция. Причиной сего мероприятия было недовольство аристократической знати действующей системы распределения производства и прибыли. Видите ли, думаю для вас это не секрет, хотя кто его знает, ведь вы уже семьсот лет, как не часть Империи. Всё производство, которое созидалось на лонах нашей великой Империи в Солнечной системе, сходилось в одном месте, а именно в императорском управлении. К примеру, я, производитель роботов, создаю роботов, которые нужны каждому знатному человеку во всей Солнечной системе. Моих роботов покупает Император, так как кроме него я больше никому не могу их продать юридически, а сам он продаёт по завышенной цене, а именно в десятки раз выше моей цены. Звучит как-то несправедливо, ведь я самостоятельно могу продавать этих роботов. Но нет, всё обязательно должно проходить через руки Императора и он получает огромный процент в результате этой торговли. К тому же это ограничивает многих людей, человек не может просто так купить себе робота. Ну, я о своей стезе понятно, но это касается и всех товаров тоже. Никому кроме аристократов Император роботов не продаёт. Если бы я сам мог продавать роботов кому захочу, то смог бы увеличить производство в сотни раз и стать сказочно богат. Для того чтобы расширить своё производство, которое аристократ всё так же будет продавать только Императору, ему нужно показать, что он благосклонен Империи, служит ей. Хотя все аристократы и так служат ей, и так благосклонны ей. С какой радости, - Дэрек прямо поднял голос, и звонко прокричал – вот с какой радости, мне ещё это чем-то доказывать, вымаливать, будто это что-то нереальное. Так же я никак не могу менять технологическую схему, и должен производит, по чётко выверенному Императором алгоритму. Отступление от любого из выше перечисленных пунктов карается отлучением и лишением аристократского титула. По данной причине мы начали свою кампанию. Наш план заключался в воровстве боевых суден, хотя я не считаю это воровством. Это когда производитель боевых кораблей сам решает, куда и на что он отправит корабли, произведённые на своих верфях, своими людьми, да и впрочем, своими заслугами. Вот так вооружившись боевыми кораблями, которых ни у кого, кроме Императора нет, мы выступили против него. Вот ты, Диана, ты журналист? А вот представь, что система написания была бы только у главенства, а у тебя не было. Вот как бы ты себя чувствовала, не обделённой? – Громким голосом и с жестами спросил аристократ. Диана не очень поняла сравнение, та и половины рассказа Дэрека тоже. – Ну и как ты понимаешь, наша чудная революция не удалась. Мы были тяжело разбиты, нас всех должны были тяжело покарать, отлучением и лишением титула. Но у нашего Императора есть такие вещи, которые его интересуют, а именно – это колонизация. Он прямо горел мыслей о том, чтобы у человечества появилась хотя бы одна колония за пределами Солнечной системы. Ксеон находится не очень то далеко, и более, но скорее менее пригоден к жизни. Потому, вследствие был заключён мирный договор, что мы отдаём все свои ресурсы и имущество на то, чтобы достроить этот ковчег, и как его пассажиры – отправится на колонизацию нового мира. Мне выдели незримое количество материалов и техники, и, заморозив, отправили сюда. Ну что ж, такова судьба проигравших, но Император, как по мне – поступил благородно. Ибо я после восстания стал бы никем. К тому же, честно говоря, я даже рад, рад быть свободным, ведь в какой-то мере мы тоже победили. Цель войны – смена экономической системы. Правильно? А нас отправили в мир, в котором нет никакой экономической системы. Подумайте, я своими руками могу создавать что-то новое, то что будет намного лучше и продуманнее, того что было в Солнечной системе. Так что я отношусь к этому как-то философски, с долей позитива. – Аристократ закончил свой рассказ. Диана смотрела на него таким взглядом, как смотрят на что-то такое красивое, сладкое и завораживающее, она особо даже не слушала, что он говорил, ей просто было весело и забавно наблюдать как маска, что скрывала его лицо, двигалась, что-то бормотала, как он жестикулирует, ведая свою историю. - Да, в родной системе у меня выдалась необычная жизнь. И я бы не отказался от такого мемуариста, как вы. – Позитивно заключил Дэрек, чтобы как-то развеять обстановку. Они ещё долго сидели на той лавке, сравнивали жизнь, его и её мир. По расставанию, они договорились о встрече в будущем и продолжению сбора интервью Дианы для её статьи. Девушке казалось, что она уже достаточно собрала материала, но Дэрек был ей попросту интересен, потому она решила, что нет смысла отказывать предложению встретится ещё раз. 4. Альтиус Интеллигентия Самое глупое что может сделать жизнь - это создать более совершенного конкурента на свою жизнь. Император 07.10.1714 от В.И. 14:23 по наручным часам Императора - Такое приятное покалывание после этого криогенного сна. Как будто всё тело ноет, так сильно оно хочет на Ксеон. – Проговорил, картавя парень шестнадцати лет с русыми кучерявыми волосами. Стальные стены каюты были усеяны зелёными знамёнами, на которых красовалась серебряная сова, в лапах которой была небольшая колба. В комнате было несколько дверей-шлюзов, много вещей, которые уже упакованы и как будто готовы к отправке. Вся мебель сделана из стали и имеет обтекаемую форму. - Это называется – побочные эффекты криогенного сна. Очередное доказательство того, что Империя не владеет совершенными технологиями. Потому она не может быть компетентна во многих вопросах, в которых считает себя истинно верной. – Проговорил старый мужчина с вытянутым, как фасоль лицом, окутанный в кожаное пальто с зелёными вставками и со сверкающей с переливами серебряной брошью совы. - Может оно и верно, магистр Диониум. Забавно так, такое чувство, что говорил с вами совсем недавно, а прошло целых семьсот лет. – Проговорил картавый парень. - Да, в этом есть своя доля ироничности… - Диониум задумался. – Гелеод, ты один из моих лучших учеников, даже не смотря на свои странные взгляды на подходы к нашей работе. Я тебя позвал не просто так. Я решил определить тебя в ту бригаду, которую считаю наиболее подходящей. – Диониум снова задумался. – В Центрум. Она самая безопасная и как по мне – подходит к твоему уровню развития. Под развитием я имею ввиду твой уровень инженерных навыков. О психологическом развитии мне стоит умолчать. – Диониум сделал паузу. Так как она затянулась, то Гелеод решил продолжить: - Извините, великий магистр, но почему именно в Центрум? Может быть в Дальниум? – Магистр, насупившись, посмотрел на молодого человека. – Или в Ближниум? – Магистр насупился ещё сильнее. Гелеод выдохнул: - Ну вы понимаете, всю свою жизнь я мечтал о колонизации неизведанных миров, чтобы мои дети могли бороздить просторами Нового мира. Это же первая в истории человечества колонизация другой звезды! Никогда ранее не отправлялись ковчеги подобно нашему. Мы же пионеры человечества в освоении Галактики. А сейчас вы говорите, что я буду в самой безопасной точке. Ну как это так? Ну, душа же рвётся! Романтика и бой, и всё сплетается… - Гелеод начал читать стихи. Магистр продолжал смотреть на сие действие, и когда у юноши не вышло подобрать рифму к слову «Виктория», прервал его: - Гелеод, мне с прискорбием нужно тебе кое-что сообщить. Хоть может быть и забыл это, но Орден Эгократии идёт от слова Эгос – ум. Ты это должен знать, хоть мне кажется, что ты забыл. Эгос – ум, кратос – власть. Власть ума. И лишь умный может иметь власть. Мы отличаемся от Императора и всем ему подобным тем, что взяли за вершину не титул и происхождение, а наш ум. Не позорь наш магистрариум. Мы преодолели брешь семиста лет не просто ради веселья и какой-то там колонизации, как ты говоришь. Мы прибыли сюда с высшей целью. В твоих речах я слышу сомнение, сомнение в этой цели, вернее я не слышу в твоей речи ничего о нашей цели. – Зорким взглядом посмотрел Диониум на картавого парня. – Семисот лет мы путешествовали для создания высшего разума – Альтиус Интеллигентия. Нас не остановил имперский гнёт, запреты и всё, что преграждало путь к нашей великой цели. Каждый эгократ должен понимать, что он здесь не просто так. И явно не ради глупой цели Императора о колонизации. Это лишь преграда, что стоит между нами и Альтиус Интеллигентия. – Магистр задумался. - Немыслимо! – В следующее мгновение воскликнул магистр. – Сотни лет притеснения, более пятидесяти лет тайной работы. Сейчас семьсот! – Громко прокричал Диониум. – Семьсот лет сна. И всё ради одной цели. И что же? Мои лучшие ученики будут говорить мне, что они хотят колонизировать? – Магистр задумался. - Вы должны быть теми, - неожиданно проговорил он, - кто идёт в авангарде нашей цели, а не чужих идей, которые за нашим движением пытаются совершить свои мирские побуждения. – Магистр задумался. Гелеод всё выжидал и тут он понял, что сейчас может ответить: - Это всё так… Извините, я не хотел вас расстроить. Да, может быть я не прав. Я дал волю эмоциям и своим глупым наивным мечтам. Да, вы часто меня за это ругаете. – Картавя, проговорил юноша. Неожиданно в помещение зашёл мужчина, одетый в форму, в которой привычно ходят сотрудники корабля. Это серый мундир, защёлкнут на левую сторону, по центру на правом плече красовалась эмблема корабля - нос корабля, обведённый кругом, по длине которого надпись «Корабль-ковчег Диана». Человек проговорил: - Извините, пожалуйста, великий магистр, мне срочно нужно сообщить вам некоторые новости. – Диониум рукой подозвал человека к себе. Тот начал шептать магистру на ухо. - На целых пять дней раньше высадка? Вопросительно. – Пробормотал себе под нос Диониум и движением руки показал Гелеоду на выход: - Мы с тобой позже поговорим. Этой фразой он проводил Гелеода, но тут же продолжил говорить с мужчиной. - Чей-чей труп? Какая мерзость. – Прошептал себе под нос магистр. Пройдя несколько поворотов, Гелеод подошёл к краю левой стороны четырнадцатого сектора. Руками спёрся об периллы и посмотрел вниз на необитаемую расщелину, которая простиралась на пару километров. Он вздохнул: - Центрум, так Центрум. Что ж поделать? Надеюсь хоть небо там чистое, и я смогу увидеть это так называемое сопряжение спутников. 5. «Яра. Путь домой.» И даже ты, горбатое чудовище, не сможешь остановить меня, так как у тебя нет главного - веры в себя! - Выкрикнула Яра и ринулась в бой, размахивая графитовым мечём. «Яра. Путь Домой.» Диана Лангранж 11.10.1714 от В.И. 17:23 по наручным часам Императора - Представь, он, самолично, захватил станцию Империала! А ещё он умеет создавать механических животных. Представь, мы могли бы взять себе электронного кота! А ещё он сказал, что смог бы починить Джету его руку. – Восторженно и счастливо говорила Диана, лежа на кровати, откинув руки назад. - Диана, прошу тебя, мне эта тема отвратительна и неприятна. Я уже на протяжении недели прошу, чтобы ты меня этим не донимала. – Презрительно бросил ей Анатоль. - Но ведь это моя работа… Я просто хотела с тобой поделиться. За всё то время, что я прожила на этом корабле, я не встречала никого интереснее Дэрека. Это фантастический человек! - Довольно, Диана! Я не хочу тебе напоминать, но видимо придётся: я ненавижу всю эту аристократскую шваль, этих людей, которые решают, что они лучше других только по праву рождения. - Но Дэрек, мне кажется, Дэрек и вправду лучше других. - Вышла вон! – Глаза Анатоля наполнились яростью, волосы встали дыбом, а лоб намок. - Что? – Непонимающе спросила девушка. - Я повторяю ещё раз: покинула моё жилище! Глаза Дианы наполнились слезами. Она схватила Джета и бросилась в коридор, не собирая ни вещей, ничего. Девушка бежала без оглядки, не обращая внимания на людей, а Джет, плелся рядом как марионетка. Девушка остановилась посреди моста, соединяющий правый и левый борт. Немного погодя, она села и свесила ноги вниз, просунув их между перилами. Заплакав, Диана начала изливать свою душу роботу. Она осознавала, что механизм не сможет её понять, но он был последний, кому девушка могла выговориться. - Что я такого сказала? Такой он умный, аристократов ненавидит, а сам от своего имени не отказался, свои тысячу империалов он получает, мог бы и тебя сдать, Джет. Он же, видите ли, не хочет быть аристократом, а если не аристократ, то и робот не полагается. – Со слезами на глазах наговаривала на Анатоля Диана. Этот поток не совсем логичной и последовательной информации длился больше часа. Диана постоянно оглядывалась, не ищет ли её парень, но когда поняла, что ему абсолютно без разницы что с ней, то девушка приняла для себя нелёгкое решение: отправится в последнее место, которое она могла бы ещё назвать домом. - Так, Джет, мы с тобой отправляемся колонизировать земли Ксеона, я не собираюсь оставаться в этот ужасном мире, тут меня все ненавидят, а всё, что я говорю - считают вздором. Я стану первопроходчицой! Та, что откроет новые места для будущих поселенцев. Про меня будут слагать легенды: Диана из корабля-ковчега «Диана»! – Под этой эгидой и закончился путь девушки к дому отцу. На самом деле дорога была не длинной, можно даже сказать, что она вернулась назад, так как каюта родителя являлась соседней с жилищем Анатоля. Девушка нажала на звонок, зная, что отец, скорее всего дома. Как бы она его не презирала, но расписание Диана знала на память, ведь в её понимании оно было скучным и неинтересным: в восемь отец вставал, в девять отправлялся на смену, проводя около шести часов, командуя клонами, он возвращался домой и читал, больше ничего не делал. В детстве девушка грезила надеждой удивить как-то отца, написав какой-то небольшой рассказ, который смог бы его впечатлить. Сама Диана читать не любила, так как считала это занятием отца, а если он читает, то она должна писать. Ей удалось осуществить своё намерение в четырнадцать лет. Диана уже была знакома с Анатолем, которому тогда было шестнадцать. Почти всё свободное время девочка проводила у него, занимаясь работой, которую скрывала от отца – написанием своей повести. Больше месяца девочка писала своё произведение, получилось около сотни страниц. Для её детского ума это было – нечеловеческое свершение. «Путь домой, Яра» - так назвала она своё творение. Больше всего на свете девочка хотела, чтобы отец, прочитав, сказал: «О да, Диана, ты стала настоящей писательницей, ты такая молодец, сможешь писать настоящие книги!» Отец частенько критиковал её писанину, но это произведение, как девочка думала, должно было поменять его мнение. И вот, дождавшись отца с работы, Диана вручила ему своё творение, ну как вручила, передала по внутреннему каналу связи. Усевшись на своё затёртое кресло, отец открыл интервид и принялся читать. Он был истинным мастером в управлении виртуального устройства. За всё то время, что отец читал, Диана не отводила от него своего взгляда. Справившись за пару десятков минут, которые показались для девочки вечностью, он отложил панель и сказал с добродушной усмешкой: - Ну что сказать тебе, доченька моя, к Гектору или Ракулу ещё далековато, не хватает глубины, ещё бы я добавил раскрытие героев, ну и я не понимаю конца. Что ищет Яра? Почему концом дороги является её начало? Слишком много лишних описаний, ещё внешности некоторых персонажей описаны слишком сумбурно. Глаза Дианы наполнились слезами. Она решила, что больше никогда не будет писать, ведь потратив больше месяца, целого месяца, целой вечности, как ей тогда казалось, в результате получила только одну критику. Девочка взревела и побежала прочь. С этого момента её жизнь превратилилась в вечный побег в поисках истинного дома. Отец её вернул, на словах они даже помирились, но между ними образовалась глубокая пропасть недопонимания. И как только ей стукнуло шестнадцать лет, она мигом покинула дом отца и стала жить с Анатолем. Дверь открылась перед Дианой, и она увидела человека, который ей был неприятен, но выбора у неё не было. Перед ней стоял мужчина средних лет с короткими чёрными волосами, гладковыбритым лицом и горбатым носом. Молча кивнув головой, она зашла внутрь. Его жилище ничем не отличалось от других подобных: состояло из двух комнат – ванной и спальной. - Привет, доченька. – Сказал ошарашенный отец девушке, которая успела развалиться на кровати, которая некогда принадлежала ей. Он сел рядом и добродушно посмотрел на неё. – Что-то случилось? Выглядишь не очень. - Да, случилось. – Недовольно бросила Диана и гордым взглядом глянула на него. – Я стану колонистом! - В смысле колонистом Ксеона? Доченька, что случилось? Почему ты не у Анатоля? Ты так давно тут не была. - Он такой же, как и ты, дряхлый старикан, считает, что этот корабль – венец творения человечества. - Я так никогда не говорил. Но зачем тебе покидать это судно, в честь которого ты названа? - Чтобы не быть похожей на вас! – Яростно вскрикнула Диана, казалось, её гневу не было предела, хотя и причин у него тоже было мало. Отец настолько её раздражал, что даже малейший упрёк с его стороны казался чем-то отвратным. Девушка была готова снова сорваться и убежать, но перспектива ночевать неизвестно где не очень её радовала, потому усевшись, пытаясь совладать с собой, продолжила свой рассказ: - Я познакомилась с одним великим человеком. Его зовут Дэрек… Дэрек де… де Орз… - Диана достала интервид, быстро прожала нужные ссылки и проговорила: - Дэрек де Орз Брюнтс Ремгвард. Этот человек аристократ, герцог, живший в Солнечной системе. Он, самолично, возглавлял восстание против Императора! – Диана более часа рассказывала насколько Дэрек величественный. Отец всё время слушал и только наблюдал за рассказом и интонацией дочери. Диана водила руками, рассказывала, где был Дэрек, что делал Дэрек, чего достиг Дэрек. И только она успокоилась, отец промолвил: - Доченька, а как же Анатоль? Ты собираешься его тут бросить? Вы ведь столько времени провели вместе. Я думал, вы поженитесь. - Кому нужен тот Анатоль? Пусть сидит себе на своём дряхлом корабле. - И ты сама отправишься в такой опасный путь? Доченька, могу ли я пойти с тобой? Там опасно, ты никого не будешь знать среди поселенцев. К тому же ты ещё совсем юна… - Ты ничего не понимаешь! – Вскрикнула девушка. – Я не хочу твоих наставлений, я могу всё сама, сама могу за себя отвечать, я уже взрослая, поверь мне, взрослая. - Хорошо, я тебя понял, прости, пожалуйста. Я понял, что мне с тобой нельзя. - Да, ты правильно понимаешь. Я хочу сама устраивать свою жизнь. Ты вот свою жизнь себе сам устроил? Устроил. Вот и я хочу сама себе её устроить. Может было бы намного лучше, если бы ты послушал мать, я была бы сейчас совсем младенцем, смогла бы стать настоящим уроженцем Ксеона, а так буду обычным колонистом. Отец опустил взгляд и более не смотрел на свою дочь. Девушка поняла, что разговор окончен и начала читать разную информацию в интервиде. К ночи, отец застелил кровать Диане, и сказал ей: - Прошу тебя, доченька, делай что хочешь, можешь быть вольна, ты уже взрослая, я согласен, что я не тот отец, который вправе указывать, но прошу тебя, выполни одну мою просьбу: не выходи завтра из дому, прошу тебя, чтобы не случилось, оставайся тут. Диана яростно посмотрела на него и завернулась в одеяло. Наутро её уже не было. Девушка с роботом пропали без следа. 6. Через сколько мы прибудем на Ксеон? По самым минимальным подсчётам срок службы "Дианы" превышает жизнь любого из её конструкторов в десятки раз. Так кого я потом буду спрашивать, если она развалится раньше? Император 12.10.1714 от В.И. 7:49 по наручным часам Императора - Хух, по-тихому сбежала. Да, Джет? Прямо как эти, шпионы. – Восторженно отметила Диана. – Джет, я вот смотрю на тебя и думаю, что если я тебя с собой увезу, то это будет воровством. Какой бы ты мне не был друг, но я не твоя хозяйка, к сожалению. Придётся оставить тебя Анатолю, как это ни печально, но ты - его имущество. А мог бы и уступить, ты же это, отродье, как оно там, остатки былого строя. Ха. Смешно. Дурак он. Так и сделаю. Отдам тебя Анатолю, заберу вещи, а сама арендую каюту. Правильно, так и сделаю. – Продолжала свой бесконечный монолог Диана. - А ещё стоит… - И тут речь брюнетки прервалась, от того, что плечом она ударилась об давно знакомую себе особу, девушку с яркими, как лампа волосами, переливающимися от оранжевого к красному. Многие обитатели корабля-ковчега завидовали Диане, так как та имела от рождения чёрные как смола волосы. Большинству приходилось довольствоваться пепельными, серыми, белыми, седыми, серебренными и другими цветом из этой гаммы, потому они приходили к покраске в более красочные цвета. Столетия, проведённые на борту корабля, не дались популяции без последствий. - О, Диана! – Воскликнула девушка. Диана и Китти были знакомы ещё с самого детства, вместе даже проходили курсы журналистики. Но ярковолосая подруга так и не стала журналистом и отправилась искать успеха в инженерии. Но это не сильно повлияло на их дружбу, девушки изредка видятся и проводят вместе время. - Диана, не хочешь где-то посидеть? Так давно не виделись. Я так соскучилась по тебе. До встречи с аристократом было ещё много времени, которое Диана как раз не знала куда деть, потому предложение Китти было очень даже кстати. Сидя на небольшой террасе в садовом секторе корабля девушки попивали кофе и делились последними новостями своей жизни. Диана с восхищением рассказывала о своём новом знакомстве с пришельцем с далёких времён, который увезёт её в неизведанный мир. - Ну не знаю, Диана, я бы не доверялась первому встречному. - Как это он первый встречный? Он не первый встречный. Он… Он мой последний шанс сбежать с этого ужасного корабля. - Ты настолько не любишь ковчег? Я думала тебе хорошо в нём, не помышляла, что ты его покинешь после того, как он прилетит в систему. - Ну я всегда размышляла над этим, ведь мы поколение, которое долетит к пункту назначения! А ты Китти, что думаешь? - Не знаю, сейчас так много работы с распаковкой оборудования для колонистов, честно говоря, сколько времени работала тут, то такого никогда не было. Сейчас у меня единственные свободные часы за очень продолжительное время. Я и сплю, и ночую на работе, так что то, что я тебя встретила – это большая удача. И вообще, я так и не поняла, почему меня отпустили с работы. Просто приходит начальник и говорит: «Ой, Китти, может, прогуляешься? Так много работаешь в последнее время.» И чуть ли не с полной бестактностью выгнали меня из склада. И вот я здесь, шла домой, полежать, отдохнуть, а тут ты. Но ничего, я очень счастлива, что тебя встретила. - Да, странно это. И вообще сегодня какой-то очень шумный день, переполох. – сказала Диана. - Ну как, преддверие колонизации, самое знаменательное время для нашего корабля и человечества в целом. – Улыбнулась Кэт. – Стоп, а если ты уйдёшь колонизировать, то Анатоль с тобой? - Ой, Император упаси его брать, он такой скучный. - Странно ты о нём отзываешься. Вы же так давно были вместе. – Утвердила Китти. - Ой, та чего вы все спрашиваете за него? На нём что, весь мир сошёлся? Так девушки проболтали более двух часов, пока будильник на панели Дианы не уведомил её, что пора идти к аристократу. Так как Джета отдать она не успеет Анатолю, то побежала на место встречи прямо с механическим другом. Китти решила сопроводить подругу, так как ей было по пути. Диана посмотрела на ярковолосую девушку грустным взглядом и спросила: - Сможешь присмотреть за Анатолем? Вы же работаете вместе. – В этот момент произошёл какой треск и всё зашатало. Никогда прежде ничего подобного не случалось с кораблём-ковчегом «Диана». Всё полетело вверх и вниз, искусственная гравитация на какой-то момент отказала. Диана с ужасом на глазах, упала на колени, Джет стоял рядом, а Кэт вцепилась в поручень и замерла. Ничего подобного никогда не переживали ни они, ни все предыдущие обитатели корабля-ковчега «Диана». Диана даже представить себе не могла, что что-то подобное может произойти. Весь корабль начало шатать, будто в улье, люди бегали со стороны в сторону, а стальные балки, скрепляющие сектора судна начали издавать душераздирающий визг метала. Диана не знала ни куда бежать, ни что делать, её дух полностью поглотил ужас и страх. Корабль трясёт, гнёт, выгибает, всё вокруг сыпется, с балконов падают люди со своими некогда важными вещами, а транспортёрами слетали со своего пути прямиком ко дну корабля. Ковчег трещит и выгибается, издавая свой последний визг. И в этот момент, Диана в ужасе, ухватывается двумя руками в ноги Джета, который даже не думает шелохнутся. Китти в ужасе убегает в сторону своего склада. Собрав все силы в кулак, Диана бежит. Бежит не к Анатолю, не к отцу, а к человеку, которого знает лишь какой-то день, но почему то она верит, что он её ждёт, он заберёт её с этого ада, заберёт на ровную землю, где ей не придётся будет бежать. На секунду Диану покинул здравый рассудок, но потом он воздался втройне. Девушка вскрикнула: - Джет, подготовиться к перевозке! – Ноги робота раздвинулись, одну из рук он сложил подобно сидению на спине. Вторая рука как была неподвижна, так и осталась, но Диане этого было достаточно. Она вмиг спрыгнула на робота и крикнула: - Вперёд, к панораме! Джет с ошеломляющей скоростью и сейсмостабильностью, что позволяло ему абсолютно игнорировать сотрясения корабля, помчался вперёд, помчался к месту встречи Дианы и её нового знакомого. Волосы девушки развивались на ветру, а её мир рушился на глазах. Они пробегали через трупы, поломанные дорожные пути, сквозь людей, что в ужасе бежали. Но куда? Куда бежать, если корабль рушится, а за оболочкой пустота, смерть? И вот та лавка, где они договорились встретиться, где неделю они провели весь вечер. Она пуста, рядом никого нет и только страх и ужас начал захватывать Диану. Двери выхода захлопнулись перед самым носом, крича про аварийную ситуацию. - Ну что ж, Джет, вот и наш конец пришёл. – Диана взяла робота за руку и повела к обусловленному месту, где её должен был ждать спаситель. Но его нет. Обвивши Джета руками, она смотрела на огромную панораму и видела жёлтую планету, настолько близко, что будто могла коснуться его. А корабль всё мчался в атмосфере планеты, обшивка уже начала плавится от температуры, всё перед окном было в огне. - Джет, ты когда-нибудь мог поверить, что мы умрём на Ксеоне? Мне почему-то не страшно, хотя я должна боятся. Чего ты молчишь? – Девушка глянула на робота. – Джет, через сколько мы прибудем на Ксеон? - Данные отсутствуют. – Механическим голосом ответил робот. Но Диана не услышала. Чья-то тяжёлая сумка упала на неё, и девушка бессознательно грохнулась на пол корабля-ковчега «Диана». 7. Слёзы «Дианы» Вы когда-нибудь задумывались, почему мы построили настолько большой ковчег? Наверное, потому что перед тем мы построили настолько большую верфь. Флидар де Аквит Гукон Жежор, лидер Джень-Шенской революции 16.11.1714 от В.И. Сезон спокойствия 2.42.217 от П.К.К.Е. 14:39 по третьему часовому поясу Ксеона - Юстас, как вы себя чувствуете? С вами всё хорошо? – Спросила женщина средних лет с серебреными волосами, одетая в белый халат с именем Клер. – Я прочитала ваше досье и мне кажется… - В этот момент руки мужчины взрывным броском схватили лицо женщины. Они были такими длинными, что казалось, что могли сойти за половину человека. Мужчина с длинными руками впечатал лицо женщины в камеру Кадзумы, отчего та разлетелась на мелкие осколки. По всей округе затрубили сирены. Женщина упала, истекая кровью, а летящие осколки отразили его лицо: пустое, кожа мертвенно-бледная, глаза без зрачков, волосы длинные черные мокрые спадали ему на плечи, сам он полностью нагой, высокий, до ужаса высокий, выше двух с половиной метров, с длинными тонкими паукоподобными конечностями. Говорят, в руках истинного убийцы даже чайная ложечка может превратиться в истинное оружие, но он был вооружён не ложкой, а осколком стекла. Длиннорукий шёл по коридору между капсулами и разбивал одну за другой, каждый удар сопровождался небольшим взрывом. Осколки разлетались по помещению, всё было усеяно стеклом и криожидкостью. Но убивал он не всех подряд, а выборочно, одаряя перед ударом пустым взглядом, что определял судьбу спящего человека, а всё это сопровождалось громом сирен. Когда с одним рядом было покончено, он проходил на следующий, монотонно продолжая свою работу. С каждым новым коридором, количество разбитых камер становилось всё меньше. На очередном ряду, он увидел мужчину в халате, который бежал и не понимал, что происходит, видимо он был сотрудником. Лаборант получил осколком, ровно в глаз, который прошёл сквозь его череп. Мужчина упал, обливаясь кровью, а длиннорукий просто поднял новое стеклянное орудие убийства и продолжил своё действо. Когда путь из загубленных жизней привёл его к недавней жертве, длиннорукий раздел мёртвого сотрудника. Хоть лежащий и был достаточно крупным для рядового обитателя корабля-ковчега «Дианы», с размерами длиннорукого это никак не вязалось. Ему пришлось довольствоваться тем, что есть, скрипом тугого эластичного костюма, что явно был не по размеру. Когда капсул, что не были одарены его взору, больше не осталось, путь был окончен. Осознав, что он мало кого заботит, длиннорукий принялся искать выход. Поиск, сопровождаемый сиренами, длился не долго. Подойдя к автоматическим раздвижным дверям пустоглазый несколько раз постучал, услышав при этом звонкий звук, он принялся вручную открывать неработающий выход. Открыв проход, ему тотчас в нос ударил резкий запах серы, и он машинальным движением закрыл перед собой двери, успев лишь увидеть трюм некогда великого корабля, теперь же ржавую руину прошлого. Длиннорукий, вновь вернувшись к своей жертве, забрал маску, некогда ей принадлежащую. Пустоглазый решил, что любой ценой должен покинуть это место. Выйдя наружу, запах серы больше не донимал его. Теперь, длиннорукий получил возможность осмотреть всё то, что не успел в предыдущий раз. Абсолютно всё было покрыто ржавчиной: перилла, автоматические дорожки, некогда сверкающие мосты. Чувство такое, что разрушалось оно прямо на глазах, на каждое дуновением ветра корабль отвечал последним возгласом мёртвого металла. Выйдя наружу, длиннорукий почувствовал, как что-то мокрое упало ему на голову. Присмотревшись, он увидел, как судно будто бы плачет от безысходности, это была нормальная реакция железа с оксидом серы. Падающие капли формировали целые потоки ржавчины, которые стекали вниз. Вдали длиннорукий услышал звуки толпы, пройдя чуть ближе, он увидел группу людей. Они взирали на человека, закутанного в красное одеяние. Противный вопль эхом проносился по кораблю: - Возрадуйтесь! Да сохранят наши мольбы Диану! – Кричал человек, напоминающий священника. Ещё некоторое время он продолжал свою молитву. Когда проповедник закончил, люди выстроились в очередь, и тот самолично насыпал каждому еду из казана, которого коррозия также не обошла стороной. Все, кто брали пищу, склоняли голову и отвечали: «Молюсь за Диану». И отходили. А всё это сопровождалось ужасными звука скрежета ржавого корпуса корабля. Люди не обращали внимание на длиннорукого, который будто призрак неуспокоившейся души ходил по кораблю. Поиск выхода не заставил себя долго ждать, ибо весь корабль будто был изрешечён выстрелом огромной дроби. Подойдя к расщелине в обшивке корабля, он увидел Ксеон – желтую планету. Вся земля усеяна мелкой травой, сквозь которую, изредка пробивались невысокие деревья, а на небосводе был виден клин пролетающих птиц. Если бы длиннорукий хоть раз был посреди океана, он непременно сравнил бы этот простор именно с ним. Посмотрев под ноги, он увидел, что расстояние до земли было около двадцати метров. Сгруппировавшись, он прыгнул, и даже если расстояние было бы больше на метров десять, пустоглазый бы всё равно это сделал, настолько сильно было желание покинуть это проклятое место. Приземлившись, он поправил свои чёрные волосы с таким выражением лица, будто это обыденное дело – спрыгнуть с такой высоты. Длиннорукий отправился в путь, в путь по бескрайным жёлтым просторам. На небе жарила звезда Цеппелин, но пустоглазый не чувствовал этого, он просто шёл прямо. После более чем двух часов пути, он добрёл до небольшой возвышенности, с которой смог оглядеть просторы вокруг себя. Оказалось, что Ксеон состоит не только с одной травы, тут есть и холмы, и горы. Ржавая громадная конструкция почти скрылась за горизонтом, лишь верхушка корпуса ещё виднелась вдали. Срок работы фильтрующей маски был на исходе, потому длиннорукий ускорил шаг, как будто пытаясь убежать от своих бесчинств, от самого себя. Он шёл дальше и дальше по бескрайним степям золотистой травы, а фильтр с каждым дыханием работал всё хуже и хуже. Лёгкие как будто воспалялись с каждым вдохом ядовитой атмосферы. Шаги становились тяжелее, появилсяя истощающий кашель. Огромное тело, что больше не в силах сопротивляться действию отравляющей серы, с грохотом упало на землю. 8. Начало новой жизни Не понимаю я этих людей. Постоянно требуют от нас нового более эффективного топлива для своих машин, но когда мы создаём новую ещё более питательную и полезную биомассу – они почему то жалуются. Джейк Джейк, заведующий факультета биотехнологии Ментального Университета Империи 16.11.1714 от В.И. Сезон спокойствия 2.42.217 от П.К.К.Е. 17:23 по третьему часовому поясу Ксеона - Так что вы делали посреди Рашкиля? – Спросил подросток с короткострижеными с русыми волосами. В ответ длиннорукий лишь томно вздохнул, лежа на заднем сидении внедорожника, что, судя по тряске, пересекал горную местность. - Ничего, сейчас мы вас подлатаем. Меня зовут Клотис, мой отец фермер, ну и я естественно тоже. - Меня зовут Вирго… Толоре… Приятно познакомиться. – Ответил длиннорукий, тяжело дыша. – Спасибо что спас меня. При первой возможности, я вас покину, не хочу приносить неудобства. - Держать вас насильно, мы конечно не станем, но позвольте спросить – куда вы пойдёте? Вернётесь на Рашкиль? Так я могу вас подвезти назад. – Ответил юноша. Длиннорукий молча посмотрел в окно, повернул голову и спросил: - Фермер? - Да. Это слово давно вышло из лексикона современного мира. – Заявил Клотис. - Интересно было бы услышать подробности этого ремесла. – Сказал человек, зовущий себя Вирго. - Это долгая история, но я люблю её рассказывать, потому слушайте. Так уж вышло, что в нашей семье специальность биотехнолога передаётся с поколения в поколение, и я не должен был стать исключением. – Автомобиль вышел на ровную местность, от чего его стало менее трясти. – Самой заветной мечтой моего деда было стать истинным фермером, старик зачитывался старыми трактатами, сообщениями, сводками о том, как раньше люди, когда Земля ещё не была одним большим мегаполисом, возделывали землю, удобряли почву, и собирали урожай. И всё это происходило на настоящей земле, а не в пробирках на гидропониках. Потому дед записал всю нашу семью добровольцами на колонизацию Ксеона, мы были одними из первых. Но, пока ковчег строился, дед успел умереть, а его мечта по наследству передалась моему отцу. Вот так мы и оказались на Ксеоне и теперь с гордостью называем себя фермерами, ибо с гордостью возделываем землю и выращиваем настоящие растения, а не синтетическую биомассу. Позволь спросить, откуда вы, если это не секрет? Сбежали от тех фанатиков? – Спросил юноша с интересом в голосе. Длиннорукий посмотрел на него пустым взглядом, ведь зрачков у него не было, и ответил: - Не секрет. Из станции Делириум, орбиты Юпитера. - Ого, так вы учёный? Понятно, это многое объясняет в вашем странном внешнем виде. - И да, и нет. Делириум очень древняя станция. Там отсутствует искусственная гравитация, в следствии я имею такой необычное тело. А многовековое существование моей семьи на этой станции только закрепило этот эффект. Ваша правда, большинство жителей Делириума – это учёные, изучающие Юпитер ещё с тех времён, когда о ковчегах даже помыслить не могли. Но я не отношусь к ним, сам я лишь пилот, водил отцовский газовый танкер, та ещё скукотень. Родители не считали меня особо важной частью семьи, потому, когда Делириум присоединился к Джень-Шенськой революции, я сбежал водить боевой штурмовик. Никому здесь не секрет, что наша кампания потерпела поражение, и меня выдали, как контрибуцию со станции Делириум. Вот так я и оказался здесь. Я так понял, корабль-ковчег «Диана» упал? – Спросил длиннорукий, смотря в окно, изучая бесконечные просторы нового мира, что предстал перед ним в столь необычном ключе. Дорога сопровождалась постукиванием охотничьей винтовки, что была плохо закреплена чуть дальше лобового стекла. - Я даже был свидетелем падения. Нас с семьёй разморозили ещё до начала этого всего, своими глазами видел, стоя на твёрдой земле, как всё произошло. Это выглядело настолько ужасно, что сложно описать словами, больше миллиарда людей погибло.– С дрожью в голосе ответил юноша. - Никогда не думал, что ковчег не расплющиться на планете в условиях гравитации. Такая исполинская конструкция должна развалиться под собственным весом. – Сказал через некоторое время длиннорукий. - Да, самое интересное, что будто сам Ксеон отторгает этот корабль. Вы то на себе заметили, что атмосфера планеты с небольшим содержанием диоксида серы не очень-то благоприятна для людей? Не менее она суровая и к железным строениям, потому не пройдёт и полугода, как этот корабль развалится на маленькие части. - А почему он, собственно, упал, а не остался на орбите? – Спросил длиннорукий, повернувшись к юноше. - Отец говорит, что это фанатики, в основном те люди, которые обслуживали корабль и летели вместе с ним. Скрывались за обычными механиками, инженерами и врачами. А в тот роковой день скинули с себя маски, захватили управление и разнесли корабль-ковчег Диану об атмосферу Ксеона. Вот теперь и сидят в своём ржавом корыте, проповедуя веру в то, что скоро развеется по полям Ксеона. Думают, если молиться на остатки ковчега, то это остановит как-то этот процесс. Смешные. Но там остались не только люди, которые верят в корабль, много других, что не смогли покинуть его покинуть после падения. – Парень развёл руками. - Фанатики захватили все источники еды и чистого воздуха, а также всё воду и энергоснабжение. Так как большинство из них как раз и работали на этих местах, то это не составило для фанатиков труда. Теперь размороженные люди вынуждены работать на этих чокнутых и верить во что-то странное, абстрактное и никак не вяжущееся с логикой. Наша ферма, кстати, расположена недалеко от места крушения. Наверное, потому вам и повезло, что я на вас наткнулся, тут всего сотня километров. – Парень посмотрел на человека, зовущего себя Вирго. – А как так случилось, что спустя месяц после крушения, человек выходит и отправляется просто в поле? – Спросил Клотис. - Меня разморозили буквально недавно, пару часов назад, не знаю. Увидев всё, что там творится, я непременно решил покинуть то место. Честно говоря, находится в обществе молящихся на корабль людей, меня никак не привлекало. Наверное, стоило лучше подготовится к этой вылазке, но всё хорошо, что хорошо заканчивается. – Поправляя свои длинные волосы, ответил длиннорукий. - А, тогда ясно как всё это произошло. Хорошо, что я ехал после бартера с фанатиками. При всём, при том, что на корабле-ковчеге осталось большое количество гидропоник, всё равно они испытывают крайнее затруднение в плане продовольствия. Большинство установок просто-напросто повредились во время падения, а остальные ржавеют и выходят из строя. Так и мало того, не все люди, которые вступили в ряды организации фанатиков, реально могут заниматься растениями. Я потратил многие годы на обучение этому ремеслу, слушая с детства рассказы деда, и при этом я ещё много чего не знаю. Так что немудрено, что у них всё не очень гладко, для этого нужно много умений и опыта. Потому фанатики часто к нам наведываются. Хотя кукуруза ещё не взошла, у нас есть целых восемь коров, которые производят молоко. Конечно немного, но для нашей семьи — это остаточно много, потому излишки мы продаём им. Ну как продаём, меняем на разные полезные устройства, механизмы, которые у них остались. А что я тебе про кукурузу рассказываю, вы ж её, наверное, никогда и не видели. – Юноша нагнулся к бардачку и протянул длиннорукому золотистый кочан кукурузы. – Вот, такой мы должны вырастить у себя! Выглядит намного более аппетитно, чем биомасса. Человек, назвавший себя Вирго, очень долго рассматривал невиданное до сего дня произведение природы. - Да, и вправду красиво. Никогда ничего подобного не видел. – Он поднял кочан и направил к свету. Лучи падающего Цеппелина озарили золотистый плод в руках мужчины. - Я вижу, вы человек хороший, хоть и выглядите странно. Оставайтесь у нас, всё равно вам некуда идти. Нам лишние руки сейчас не помешают. – Предложил Клотис и хлопнул мужчину без зрачков по плечу. 9. Семейство Грантов Семья - это устарелое понятие, потому что во главу ставится отец, отец семейства. Мне больше по душе другое - род, род человеческий, ибо во главу там ставится Император. Жезоль де Рай Лука Перыбанос, императорский теофилолог 2.12.1714 от В.И. Сезон спокойствия 2.44.217 от П.К.К.Е. 6:14 по третьему часовому поясу Ксеона - Так вот, Вирго, она живёт на станции Империал, знаешь, не знаешь такую? Там тоже гравитации нет, как и на станции Делириум. Так вот, и живёт она там с молодым человеком, но они там не женятся, и детей нет. Ну а я спрашиваю, мол, Кира, а когда племянники, то у меня появятся? А она мне отвечает таким истерическим голосом: «Джин, у нас на станции гравитации то нет, так что забеременеть не могу, хоть целыми днями: утром и вечером – ничего не произойдёт!» Так что вот племянников у меня и не будет. Хотя на самом деле сестрёнка моя умерла уже лет так семьсот как назад, но неважно, но всё равно это очень интересный вопрос. И самое печально, что когда я улетел, то ничего не поменялось, от неё наверняка ничего и не осталось. И вот когда кто-то из нас вернётся в Солнечную систему, не знаю, правда, как, ковчег то упал, но всё равно нет больше родной кровушки! А как ваша династия существует, если на Делириуме тоже забеременеть нельзя? – Спросил мужчина с золотистыми усами, которые были настолько пышные, что их можно было рассмотреть даже через маску. Связь осуществлялась через радиосигнал, потому все харкания, вздохи и всхлипывания, которые издавал Джин, происходили, будто у длиннорукого в ушах. Пустоглазый ответил: - На самом деле в этом нет никакой сложности. Когда станция Делириум была построена на орбите Юпитера, то случилась очередная хумадемия, после чего она была изолирована на срок более чем тридцать лет от всего мира. Потому наша колония должна была существовать самодостаточно и не зависеть от притока новых колонистов. Тридцать четыре года – достаточно большой срок для людей прошлого, и может быть, к смерти он не привёл бы, но к старости наверняка. Потому колонизационная команда была изначально снаряжена всем необходимым - целым корпусом специалистов. И поверьте – искусственное оплодотворение придумали намного раньше, чем выводить станции в космос. – Сказал длиннорукий, продолжая поправлять распылитель на транспортёре. - Вот скотина, думала, что я тупой и не догадаюсь! – Вскрикнул усатый мужчина. – Эхх, с этим падением. Нас, как только разморозили и сразу вот – падайте. Канал связи я так и не успел проверить. Интересно, что там с моей сестрой за семьсот то лет. Она, правда, больно предприимчивая была, так что не удивлюсь, если она до сих пор живёт, как ссохшийся скелет. – Засмеялся Джин. – За большие деньги на Земле можно о-го-го сколько прожить. - Хух. – Отдышался человек, называвший себя Вирго. – Нужно ехать. - Быстрее усаживайся и в дорогу. Побеги надо полить не позже, чем встанет Лин – так на ферме Грантов называют местное солнце. Мужчины одним движением забрались в кабину транспортёра, и Джин завел его. Машина загудела и воспарила над поверхностью Ксеона. Они принялись к нехитрому занятию по поливу своих огромных владений. Пустоглазый повернулся к усатому: - Вот не знаю, мы ходим в этих скафандрах, потому что в воздухе огромное количество диоксида серы, постоянно меняем эти фильтры, идут кислотные дожди. А вот кукуруза, как мы её будем есть? Вы мне говорили, что всё будет нормально, но почему – не сказали. – Перебирая панелями транспортёра, спросил длиннорукий. - Хмм, мы не просто так сажаем кукурузу. Именно кукурузу. Давай подробнее рассмотрим эту тему. У меня на складе: соя, огурцы, пшеница, тархмен, картофель, тельмон. Когда мы сюда летели, мы понятия не имели, что здесь настолько этой серы. Ну, понятно, планета серная, грунты с серой, все дела. Но насчёт атмосферы, нас уверяли, что к нашему прибытию, на Ксеоне можно будет дышать. А что в итоге? Приходится ходить в этих намордниках. Мы даже не готовились к этому. Повезло, что взяли маски для разных нужд, типа опрыскиваний, у нас был полный комплект. Но он явно не предназначался для этой атмосферы. Мне ещё пришлось потрудиться с этими фильтрами, чтобы переделать их для того, чтобы вылавливать диоксид серы из вдыхаемого воздуха. Потому хотя и остальные растения, которые я брал, имеют устойчивость к сернистым грунтам, но только кукуруза способна существовать в этой атмосфере. Если я посадил бы их, то, скорее всего растения погибли бы. Я пробовал, но результаты неудовлетворительные. Половина даже не взошла, а та, что взошла – больна и ни к чему не пригодна. – С какой-то долей печали проговорил мужчина. По его лицу прошла чуть заметная волна разочарования. – Но, когда кукуруза вырастет, то её можно будет есть. Это растение хорошо поглощает серу и делает её не токсичной для человека. Я уточнял эту тему, мы же готовились к отправке на планету, что на половину состоит из серы. – С восходом Лин работа плавно перешла от полива к распылению химикатов. А с его заходом, рабочий день и вовсе закончился. Сама ферма Грантов была усеяна большим количеством натяжных ангаров, что отдалённо напоминали теплицы, а впереди реял зелёный флаг с серебряной совой, которая держала небольшую колбу. Само жилище тоже состояло из пластика. Природа Ксеона не терпела ни металла, ни бетона, ни композитных соединений, потому большинство конструкций были полимерными. Дом чем-то тоже напоминал парник, разве что покрытие непрозрачное и стенки плотнее, чем в ангарах. Между улицей и домом находилась специальная комната, в которую, заходя снаружи, снимали верхнюю одежду и ждали, пока вентиляция сделает воздух пригодным для дыхания. После того, путешественник может свободно снимать маску и наслаждаться комфортным пребыванием без неё. С того самого момента, как длиннорукий и Джин прилетели, нечто принялось за ними пристально следить. Потому, как только они зашли в дом, оно кинулось на усатого Джина яростно и неистово. Это была его маленькая дочь Бетти - златовласая невысокая девочка лет шести с веснушками на лице. Вообще, всё семейство Грантов будто были выращены на самом Ксеоне и ни с какой Земли не летели, настолько сильно они были похожи на просторы этих мест. Только мать семейства отличалась и имела более темные русые волосы. В помещении витал приятный запах запечённого картофеля и тушеного мяса. - Папа, папа! – Воскликнула златовласая девочка. – Иди сюда, я тебе что-то покажу. - Бетти, отцу и Вирго нужно поесть после рабочего дня, не отвлекай их, пожалуйста. – Проговорила Лиза – мать семейства, скорчив недовольную мину. - Та ладно тебе, нужно посмотреть, пошли. – И Джин, ведомый дочерью, увлёк за собой длиннорукого. - Смотри, мы с моей куклой Доретти, посадили тут настоящий огород. – Девочка указывала на прямоугольный лоток, где была земля, которая была разрыта в виде грядок. – А вот там мы живём. – Девочка указала на пластиковый судок, что стоял рядом. - И что же здесь засеяно? – Почёсывая усы, спросил отец семейства. - Мама мне дала фасоль. – Воодушевлённо ответила дочка. - Фасоли требуется обильный полив и тщательный уход. – Отец похлопал дочь по плечу и отправился за стол, где уже сидели Клотис и Лиза. Джин с гордым лицом встал, поднял левую руку, сложил её в кулак и выпрямил указательный палец вверх. Руку же направил к небу и начал проговаривать: - Славим Императора за хлеб наш и кров наш. И пусть здравствует он вечно и вечно живёт наш род человеческий. И да не будет звезды такой во вселенной, что не озаряет человеческого лба. Слава Императору! – Прокричал Джин. Хором за ним повторило всё семейство. Лишь только пустоглазый молчал. Отец сел на своё место и приступил к еде. Жуя он спросил: - Вирго, ты уже больше двух недель с нами, а всё никак не можешь привыкнуть к нашим традициям? Длиннорукий хотел что-то ответить, но в одно мгновение он схватил в руки близлежащий к нему нож, а второй рукой подбросил обеденный стол ввысь. В этот же момент тот был изрешечён пулями, но нож уже знал свою цель. В голове длиннорукого на секунду промелькнула мысль о ребёнке. Ранее такого никогда не случалось, и он даже чуть удивился сам себе, но взглянув на Бетти, он видел лишь окровавленный труп ребёнка. В помещении царил хаос, со всех сторон слышался шум выстрелов. Могло показаться, что пустоглазому в закрытых помещениях очень трудно перемещаться из-за своего большого роста и длинных конечностей. Но тот, кто так подумал – сразу проиграл, ибо длиннорукому не составило никакого труда, как будто пауку, быстро и грациозно перепрыгивавая и прячась за некогда красивой мебелью, переместиться к ножу. Ножу, что некогда мирно разрезал мясо, а теперь был воткнут в глаз мужчине средних лет. В руках у него был охотничий пистолет Штраус сорок четвёртого калибра. Именно был, так как человек, зовущий себя Вирго, держал мёртвой хваткой это орудие убийства. Император любит повторять фразу – « Без орудий войны – нет войны. » Но что же тогда за орудие из которого были выпущены три пули сорок четвёртого калибра, после которых на ферме озарилась полная тишина? Лишь вдали были слышны крики Клотиса, который медленно и методично добивал ножкой деревянного стола последнего живого обидчика. Некогда уютный уголок, что так нравился длиннорукому – превратился в кромешный ад. Вся ферма была изрешечена пулями, как то сито. Если бы не снятая вовремя маска одного из нападающих, то человек, зовущий себя Вирго, закончил бы так же, как и на поле Рашкиль. Посреди пластикового дома лежала семья, любящая семья. Длиннорукий мечтал здесь остаться, найти хоть какое-то пристанище в этом мире, но теперь от него остались лишь трупы. Как в принципе и от всего к чему когда-либо прикасались длинные руки человека без зрачков. И в пучине этого хаоса единственным нетронутым местом остался мирный уголок в краю комнаты, где сидела кукла Доретти и всматривалась в игрушечную ферму. Но человек, зовущий себя Вирго, даже не собирался останавливаться после своего искромётного появления и ловкими тремя прыжками он оказался возле Клотиса. Взмахом своей огромной руки пустоглазый отбросил парня, хоть тот и сопротивлялся, но против нечеловеческой силы длиннорукого он не смог ничего сделать. Прижав к земле толстого мужчину из числа нападающих, он снял с него маску и локтём ударил обидчика по рёбрам, толстяк вскрикнул. Приблизившись к его лицу, длиннорукий посмотрел своим пустым взглядом на испуганного мужчину и спросил: - Кто тебя послал? 10. Рашкиль 3.12.1714 от В.И. Сезон спокойствия 3.44.217 от П.К.К.Е. 7:11 по третьему часовому поясу Ксеона - Я разорву их в клочья… - Истошно повторял Клотис, при этом методично постукивая по боковому стеклу автомобиля. Всё, так же как и в тот день, когда юноша впервые встретил длиннорукого, только на этот раз машину вёл так называемый Вирго. Винтовка больше не постукивала, а была ловко припрятана по правую руку пустоглазого. А на заднем сидении лицом вниз лежал связанный обидчик. Оказалось, что он не заядлый головорез, а обычный развозчик скотины, и зовут его Олистер. Когда-то в далёком прошлом толстый мужчина работал на самого Императора, присматривал за императорскими модифицированными птицами. Его туда пристроила любящая бабушка, Квадрика Вилья. Вилья – это древний баронский род с гербом в виде оленя с акульим хвостом, члены которого более четыреста лет присматривали за императорским заповедником. Но вот незадача, что молодой Олистер Вилья имел небольшую слабость, а именно к местному увеселительному. И как-то раз в один погожий день, Император, прогуливаясь по своему заповеднику и всматриваясь в вольер со своим любимым чешуйчатым павлином – птиц не заметил. Он увидел лишь молодого Вилья, который валялся посреди клетки. После чего Император решил показать всю свою милость к роду, который ему был безмерно верен столько лет, великодушно разрешив всей семье Вилья отправиться на колонизацию Ксеона. Кроме всей своей истории жизни, Олистер поведал, где находится их база, почему он приехал, почему он стрелял с ружья и в мельчайших подробностях рассказал о смене дежурств и расположении сторожевых постов. Единственное, что помешало Олистеру поведать все, что он знал и не знал – это сильная усталость, которая привела его к дремоте. Машину затрясло от смены ландшафта, а на горизонте завиднелись крыши вражеской базы, которые очень напоминали ферму, на которой ещё недавно длиннорукий вместе с Клотисом мирно поливали кукурузу. Единственное, что отличало это место от дома Грантов – то, что вокруг не росло привычных посевов, не было загонов для скота. База стояла в полной пустоши, будто некогда буйная растительность просто высохла, а на её месте осталось лишь степное кладбище. - Вирго, остановись, они нас заметят! – Прокричал Клотис. Олистер даже не пошевелился от громкой речи парня. - Нет. – Коротко отрезал длиннорукий. Клотис в недоумении посмотрел на человека за рулём. - Ты остаёшься в машине и не выходишь. – Утвердительно сказал человек без зрачков. - Как ты себе это представляешь? Они убили моих родителей! Они изрешетили мою сестру! Почему я должен просто сидеть и наблюдать!? – Истошно проорал Клотис. - Если ты выйдешь из машины, то тебя пристрелю я. – Холодно и твёрдо проговорил длиннорукий. В этот момент внедорожник врезался в ворота базы. Клотис сгруппировался и прикрыл лицо руками, пока остатки ворот разлетались в разные стороны. Машина въехала во двор логова врага и круто развернулась, остановившись. Её окружали несколько построек, что схожи с парниками, из того же белого пластика, что и ферма Грантов. Одно здание было огромным, сразу бросающимся в глаза и несколько небольших вокруг. Длиннорукий осмотрелся и увидел, что некоторые обитатели базы начали собираться на шум машины. Никаких сирен, сигнальных звуков не прозвучало. « Та и зачем они? » - Подумал длиннорукий. – «Ведь наше появление и так было достаточно шумным». Открыв двери внедорожника, пустоглазый с винтовкой в руках ступил на землю. Его уже окружили четыре человека, одетых в комбинезоны, похожие на одежду Олистера. В руках они держали двуствольные ружья, которые используются при охоте на местных птиц. Имперская гвардия имела на своём балансе деструкторы, но использовали их редко и лишь те выделяющиеся, чье звание было выше лейтенанта. Потому большинство кому в Империи в принципе было разрешено носить оружие – применяли старые добрые нитрокубановые ружья. – Бросай винтовку на пол. – Проговорил один из окруживших. – А то изрешетим. – Проговорил второй, при этом харкнув. Длиннорукий хотел сделать вид, что хочет бросить своё оружие, как двери с правой стороны неожиданно открылись. Из них выбежал Клотис, размахивая ружьём, но услышал громкий, пронзающий металлический звук – это был голос длиннорукого: - Стой! – Но Клотис не послушал и начал двигаться дальше. Ещё шаг и его расстреляли бы, ибо на него были направлены все орудия врага. Но вдруг скрипящий звук повторился: - Почему поле зовётся Рашкиль?! – Проорал человек без зрачков. - Что?! – Недоумённо спросил юноша, остановившись. - Да я вас сейчас всех… – Прокричал кто-то из мужчин, но не успел он договорить фразу, как пуля длиннорукого, будто из тумана, оказалась в его голове. На лицах восьми собравшихся человек возникло недоумение, им казалось, что оба нежданных гостя у них на мушке. Они разом выстрелили в длиннорукого, но ни одна из пуль не достала его худого тела, ибо пустоглазый в тот же момент прыгнул вверх. А пули, что должны были изрешетить его тело – лишь испортили обшивку автомобиля. - Почему поле зовётся Рашкиль?! – Прокричал ещё раз в воздухе пустоглазый и выстрелы посеялись из автоматической винтовки. Один, второй, третий – так и падали люди с ружьями. Пули трещали будто дождь, что льёт по тонкой крыше. В ужасе Клотис опустился на колени, он уже не рвался в бой, лишь слушая все крики и вопли, что доносились с другой стороны внедорожника. И вдруг он снова услышал скрипящий звук: - Почему поле зовётся Рашкиль?! – И затем снова серия выстрелов и воплей. - Эээ… Что? Потому… Что… - Мямлил юноша. И затем снова скрипящий звук: - Почему поле зовётся Рашкиль?! - Когда мы жили – истошно начал орать Клотис, – в Сильвия-Таун, у меня не было друзей, потому что в этом месте жили лишь старики, что доживали свой век после работы на плантациях! И родители завели мне собаку! И сколько я себя помню! – Град выстрелов и снова вопли. Парень перевёл дыхание. – И сколько себя помню – столько помню и мою собаку! И когда мы должны были отправляться! - Среди звуков выстрелов прогремел громкий взрыв топлива и Клотис заорал сильнее: - Перед самым вылетом, когда всё уже готовилось к отправке – у него нашли какой-то вирус! – Серия выстрелов. – Эпидемслужба запретила брать пса на борт. Пришлось лететь без него! – Ещё один взрыв донёсся по ту сторону внедорожника, и юноша заорал ещё сильнее. – Когда я пробудился после семисотлетнего сна, то я помнил про того пса, что уже давно умер там – в Солнечной системе. А отец предложил сделать мне так, чтобы на Ксеоне было хоть что-то, что имело память о моём псе. И мне может быть стало бы спокойнее! Этого пса звали Рашкиль! – Гул выстрелов затих. Клотис выглянул из-за автомобиля и увидел лишь кучи трупов, из которых струились ручьи крови, что собирались в реки и втекали в одно озеро посреди площадки, в которой стояли две фигуры. Худощавый человек ростом больше двух метров с черными волосами, промокшими от крови, что свисали ему на лицо, с глазами без зрачков, с непропорциональными длинными руками и широкими плечами. По всему этому телу струилась кровь, не его – чужая. А в руках крепко лежала автоматическая винтовка. Перед ним на коленях стоял мужчина средних лет с горбатым носом, и молил его о пощаде. Огромный человек склонился перед ним и проговорил: - Молишь для себя пощады на краю гибели? - Прошу, не убивай нас, тут ещё есть женщины и дети. - А где ж тогда справедливость? – Скрипящим голосом проговорил огромный человек. – Посеяв плод – готовь же будь пожать плоды. – Смотря в глаза, проговорил человек с длинными руками. - У нас не было выбора. – Дрожащим голосом ответил мужчина. - На краю гибели любой готов на всё. Стоишь ли ты на краю гибели? – Спросил побеждённый. Человек с пустыми глазами отшатнулся и посмотрел на него. Он отпустил свою винтовку и та грохотом упала. Брызги крови разлетелись по всем сторонам. Мужчина с горбатым носом продолжил: - Люди, что пришли к нам – потребовали слишком много. Потому нам пришлось просить у других. - А мне что с этого? – Холодным голосом ответил человек, зовущий себя Вирго, и развернулся к мужчине спиной. Он начал идти к своему внедорожнику, покинув в кровавую лужу и оставляя рубиновые следы за собой. Но позади длиннорукий услышал голос, что заставил его на миг остановиться. - А хватит ли тебе всей жизни, чтобы искупить свои грехи, Юстас де Имп Рэйна Ремгвард? 11. Эгократический союз 17.01.1715 от В.И. Сезон спокойствия 1.50.217 от П.К.К.Е. 8:51:17 по нулевому часовому поясу Ксеона - Уху. – От небольшого электрического удара тихо застонал Гелеод. Таким образом, ушной организатор сообщает о пробуждении. Парень нащупал эту небольшую металлическую конструкцию, которая была прикреплена к его уху, и нажал на одну из кнопок, что сообщала о пробуждению. Встав с кровати и сев на неё, он посмотрел на комнату. Это было небольшое помещение, в котором стены были заменены окнами. Вставая с кровати, Гелеод немного прошёлся, после небольшого взмаха руки его окружили три металлических щупа, которые в мгновение сбросили с него халат и нижнее белье. Если пройти немного далее, из пола появиться душевые стойки, которые равномерно распределяют воду и ровным потоком сначала омывают парня мыльной водой, а потом обливают чистой. После этого появляются новые щупы с губками, которые соскрёбывают с него любые остатки грязи. Потом появляется сушилка, которая тёплым потоком воздуха омывает Гелеода и тот становится сухим в несколько мгновений. Сушильное устройство пропадает и на его месте появляется три щупа, на одном из которых висит утренняя одежда в виде рубашки и штанов, а два других принимаются его одевать. Спустя двадцать секунд Гелеод уже одет. Повернувшись к кровати, правда, вместо кровати там уже удобненький диван, возле которого стоит стол с готовой едой. Гелеод садится кушать, ушной организатор напоминает ему легким покалыванием по уху, что на всё у него осталось две минуты. На тарелке можно заметить мелкоизмельчённый картофель в виде пюре и пареную рыбу без костей, по левую руку стоит стакан с фрэшем. Гелеод привык быстро питаться и мгновенно справился с едой, потому ушной организатор не успел ему напомнить, что приём пищи не бесконечен. Завершив все утренние процедуры, последним что осталось – надеть пиджак на Гелеода, и щуп с этим отлично справляется, застегнув на нём все заклёпки, парень готов к отправлению. На мгновение он подошёл к окну и взглянул на утренний город. В центре стоит огромный небоскрёб, настолько высокий, что прорезает тучи насквозь, а свет Цеппелина, что отбивается от него, слепит глаза. Вокруг башни, будто грибы рассеяны небольшие здания, но небольшими они лишь кажутся на фоне величия основного столба. ЦРВР – центр разработки Высшего Разума, так именовался гигант. Именно в этом здании творится всё самое великое, что созидается на Эгократическом Острове, от него расплетается множество металлических ответвлений, которые заплетают весь город. Гелеод не знает зачем, но говорят, что они нужны для создания Высшего Разума. И тут, в мгновение его задумчивости в ухо снова бьёт ушной организатор, настойчиво напоминая, что ему пора выходить. Гелеод заходит в полукруглое углубление в стеклянной стене, цилиндр закрывается и чудо-лифт, который находится в его апартаментах, поднимает его на самый верхний этаж. Так как Гелеод отвлёкся и посмотрел в окно, ему придётся садиться последним. А здесь, на верхнем этаже, светит яркий Цеппелин, слепит глаза, но парня уже ждёт транспорт – местная монорейка, которая отвезёт его на работу. Все уже заждались Гелеода, простой на целых четыре секунды неприемлем. В быстрой спешке он усаживается, и транспорт готов отправляться, ни одной остановки, только начало пути и сразу конец. Монорейка доставит его за две минуты сорок три секунды и у Гелеода есть немного времени почитать новости, но они его мало интересуют, потому парень осматривается по сторонам. В монорейке так же, как и у него дома – всё состоит из стёкол, и видно даже город под ногами. Стекла особенны, потому Цеппелин не слепит глаза, но он всё равно приятно греет. В монорейке, включая Гелеода, сидит шестнадцать подростков, возрастом и полом не отличающиеся от парня, одеты они все одинаково – те же пиджачки с зелёным обрамлением, на которых красуется серебряная брошь в виде Эгократической совы, чьи глаза сияют зелёными камнями. Ушной организатор снова ударил Гелеода током, чтобы тот не отвлекался и читал новости, так как знание последних событий имеет очень большое значение в Эгократическом обществе. И вот, ровно спустя две минуты сорок три секунды монорейка оказалась на месте работы Гелеода, а именно - в инженерном центре. Здесь его роль – это то, чем он занимался всегда на Земле, конструировать и собирать составные части автоматических механизмов. В Эгократии много конструкторов и инженеров, потому работу можно разделить, чтобы было удобнее. Гелеоду, как подающему надежду инженеру, выпала роль конструктора, его расстраивало отсутствие возможности собирать собственно придуманных роботов, так как сборка – это одна из самых приятных вещей, которыми он занимался в жизни. Спускаясь по лифту, подобному тому, что у него дома, парень оказывается в цеху, который мало чем отличается от его жилища, такие же стекла вместо стен. Вот только на месте кровати стоят инженерные столы для чертежей с расположенными рядом полями голограммной генерации. И вот, ровно девять ноль ноль, Гелеод должен приступить к работе. Интеллектуальный труд сложно разделить и структурировать по времени, потому определить точное количество нужных часов для создания того или иного проекта – очень сложно, поэтому ушной организатор на какое-то время оставляет контроль над Гелеодом. Так как парень очень талантливый и подающий надежды инженер, уже на своём третьем проекте он создаёт очень важный бытовой механизм. Гелеоду необходимо модернизировать четырёхпальцовый щуп, чтобы тот имел повышенную гибкость и высокий уровень моторики, при этом, не потеряв уровень прочности. К тому же проект должен включать, как и все другие проекты Эгократического союза, экономичность и эргономичность. Но для Гелеода это значит другое – это свобода на целые четыре часа, когда не будет произведён повторный приём пищи и небольшой отдых в течении пятнадцати минут, после которых Гелеод сможет снова вернутся в инженерный цех на четыре часа и отдыхать. Рабочий день окончен, после чего все сотрудники цеха собираются вместе в отдельном зале на верхнем этаже. Там каждому конструктору даётся ровно одна минута и тридцать секунд, чтобы высказать всё, что произошло сегодня с ним за день, указать важные моменты, рассказать, что не выходит и что получается очень хорошо. После проведённого ритуала инженерный магистр, который выслушивал своих подчинённых на протяжении двадцати четырёх минут, не более шести минут высказывает своё мнение о работе каждого, свои пожелания и возможные поправки по завтрашнему дню. После этого все сотрудники инженерного цеха садятся на монорейку, и на протяжении четырёх минут двадцати двух секунд едут к назначенному месту, имея возможность прочитать вечерние новости. Так как сегодня четверг, то это значит что время - кино. И потому центр разработки, центр оптимизации продовольственного производства, центр механических рекреационных разработок и центр бытовой инженерии направляются на просмотр фильма. Все киноплёнки в Эгократическом Союзе идут чётко определённое время, а именно – шестьдесят две минуты. Откуда же взялись эти две лишних минуты? Дело в том, что перед началом фильма все зрители должны спеть гимн. Именно столько времени в жизни каждого индивидуума Эгократии выделяется на пение – Гимн Эгократического Союза. Фильм посвящён важности времени в нашей жизни и о том, что не стоит тратить ни секунды напрасно, временной ресурс человека не менее важный, нежели материальный. После завершения просмотра фильма выделяется ровно четыре минуты для принятия пищи, еда подаётся сразу в кинотеатре, чтобы не терять время попусту. Поев, центр бытовой инженерии выходит из кинотеатра, поднимается на верхний этаж и садится на монорейку, после чего на протяжении двух минут и четырёх секунд они едут далее. В это время каждый пассажир может обсудить с соседом просмотренный фильм, подчерпнуть важные моменты, узнать, что понравилось собеседнику, а что не очень. После прибытия все пассажиры выходят и попадают в спортивный центр, в котором происходит небольшая тренировка для поддержания силы и духа, на всё это у них не более двадцати минут. Каждое упражнение строго регламентировано по времени: две минуты легкой разминки, четыре минуты бега, пятнадцать секунд отдышки, три минуты посвящается поднятиям тяжёлых предметов руками вверх, три минуты подкрепляются мышцы живота и так далее. После завершения тренировок, эгократы отправляются в душ на три минуты, где они автоматически моются и переодеваются. Чистые юные инженеры поднимаются на верхний этаж, садятся на монорейку и отправляются далее. На путь отводится тридцать секунд, где будущие великие конструкторы Эгократического Союза могут заниматься, чем хотят, в частности Гелеод смотрит в окно. Он видит два спутника на звёздном небе: Таина, огромная, будто второй Ксеон, и Мисти, бьёт своим ярким светом в Гелеоду в лицо. Под ногами большой город, в котором все монорейки будто одномоментно принялись в движение, а сам он сияет как флуоресцентная лампа. Но расслабляться нет времени – мы уже приехали. Сейчас будет небольшая лекция, которую проведёт Магистр Высшего Разума Эфиопиум Парбелиум. Тридцать минут придётся слушать безумно важную информацию для каждого жителя Эгократического Союза. - Это высшая цель, цель к которой мы идём – Альтиус Интелигентия. И больше ничего не важно, по сравнению с ней. Это главная цель Эгократического Союза, и каждый из нас, являясь членом Эгократического Союза, должен стремиться к этой цели. И всё, что он делает – ведёт Эгократический Союз к высшей цели Альтиус Интелигентия. После прослушивания пламенной речи, все поднимаются на верхний этаж лекционного зала, садятся на монорейку, и отправляются к месту, с которого всё началось, а именно – в жилой центр. Там, зайдя в специальные лифты, они возвращаются в свои комнаты. Юноши имеют целых пятнадцать минут на свои нужды, после чего им предстоит девятичасовой сон, чтобы отдохнув - снова отправится на работу, после работы отправится на культурное мероприятие, поддержать тело и дух, а затем узнать что-то новое и важное о будущем и наших целях. Своё личное время Гелеод тратит впустую – он пишет дневник. Последняя запись которого написана огромными черными буквами, подчёркнутая двумя линиями. «Я СБЕГУ ОТСЮДА!» 12. Лулу – почти человек 10.02.1715 от В.И. Сезон спокойствия 5.52.367 от П.К.К.Е. 15:04 по второму часовому поясу Ксеона Диана, идя по своему привычному маршруту, неожиданно остановилась возле стяга. На нём висел колыхающийся огромный зелёный флаг, на котором изображена серебряная сова. Девушка призадумалась о том, что она больше двух месяцев живёт на Ксеоне. За руку она держала своего металлического друга Джета, который безмолвно стоял рядом. Герцог с большим удовольствием починил сломанную руку робота. Как вдруг девушку в бок ударила Лулу. - Диана, почему ты тут стоишь? Уже пора есть! – Диана услышала детский крик, который пронзал уши. Но перед ней стояла взрослая девушка с пышной фигурой, волнистыми золотыми, как снопы волосами, которые спадали ей на ничем не прикрытые плечи. А остальная часть тела была одета в легко обвивающее полупрозрачное белое платье, под которым ничего не было. Лулу не была человеком, а являлась клоном. Потому ей не надо было носить маску и никакой защитной одежды. Её тело было искусственно подготовлено к условиям Ксеона. Диана, улыбнувшись, ответила ей: - Пошли, как раз туда и направлялась. – Всё то время, что Диана была на Ксеоне, она почти не покидала робостроительный завод герцога Дэрека де Орз Брюнтс Ремгварда, орбиты Земли, здесь же она и подружилась с Лулу. Девушки зашли внутрь купола, который именовался столовым. Здесь принимали пищу все сотрудники робостроительного завода и подчинённые лаборатории Шарона де Аквита Леона Ля-Флёра. Само здание представляло собой огромный полимерный купол, который в дневное время становился тёмным, что защищало от прямых солнечных лучей, а на ночь – прозрачным, чтобы увидеть звёздное небо и спутники, вращающиеся вокруг Ксеона. Сейчас как раз было время обеда, потому купол был тёмным и защищал от света Цеппелина. Подойдя к столу раздачи, Диана с Лулу указывали какую еду хотели на этот раз, разнообразие поражало глаз. Пищу накладывал один из клонов, подчинённый лаборатории Шарона. Хоть он тоже являлся псевдочеловеком, но явно отличался от Лулу: лицо пустое, кожа дряблая, на все вопросы ответами служили короткие «Да», «Нет». На фоне его, пышногрудая девушка в платье явно выделялась, её кожа была нежной, глаза полны жизни, и хоть по ней не скажешь, но она была не глупа. Шарон очень гордился Лулу, ведь она – один из его лучших экспериментов, но именно из-за таких смелых экспериментов он и оказался на Ксеоне. Много кто попал на эту планету, потому что его взгляды разбегались со взглядами Империи. Шарон де Аквит Леон Ля-Флёр был очень знаменит, одним из прогрессивнейших учёных, хоть и не вступал ни в какие исследовательские фракции. Его научные открытия в производстве клонов были весьма впечатляющими. Чего Шарон поистине пытался добиться – это сделать клонов людьми, а может даже лучше. Обычно псевдолюди проводят внутри суррогатного клона не больше двенадцати недель, после чего извлекаются и переводятся в материнский резервуар, где растут до физиологического возраста шестнадцати лет не дольше, чем за два земных года. В материнский резервуар вводятся специальные вещества для принижения интеллекта особи. Как утверждают императорские идеологи – это вынужденная мера, чтобы клоны не пытались занять место, которое им не положено. В процессе роста у них с помощью рекурсивного образования усваиваются все знания, которые нужны клону. После чего готовый товар извлекается, маркируется специальной меткой-номером, которая проходит от правой части лба до нижней щеки, в мочку уха вводится специальный чип, который показывает местонахождение особи, а специальные датчики, вживлённые в запястья, в случае неповиновения – могут ударить электрическим разрядом. По опыту Шарона это почти никогда не требуется, ибо клоны выполняют всё, что их просят, и делают всё, что в их силах. Граф имел же другие взгляды, потому, в частности Лулу, провела в суррогатной матери больше сорока недель. После чего была извлечена и переведена в материнский резервуар, где провела больше четырёх лет. Также, Лулу не была пронумерована, не снабжена специальными датчиками и чипами. Она, можно так сказать, - человек, выращенный искусственным путём. В некоторой мере Лулу даже превосходила человека, так как её тело было более приспособлено к тяжёлым нагрузкам и жизни на Ксеоне. От клона у неё осталось лишь глуповатое имя и некоторые недостатки ускоренного роста. Но всё же она не человек, она – клон. Девушки сели за один из пустых столов, а робот нашёл себе пластиковый стул и разместился рядом. Лулу разломала стик с бодрящим напитком и высыпала в воду, отчего жидкость запенилась и приобрела оранжевый цвет. Она посмотрела на Диану: - Как продвигается ваш роман? – Ехидным голосом спросила Лулу, закинув золотые волосы за плечи. Диана с натянутой улыбкой посмотрела на подругу, в присутствии Лулу она часто чувствовала себя неловко, ведь клон была намного красивее её, элегантнее, да и просто свободнее. - Ну… Неплохо. Правда, Дэрек, в последнее время, очень занятой. Я работаю в большинстве сама, потому мемуары без человека, чьи мемуары я пишу, выходят не очень, если честно. – С большой долей неуверенности ответила Диана и принялась за вегетарианский обед. Лулу откусила кусок свежего тармакама и закинула ноги на лавку. - Да, граф Шарон тоже часто стал пропадать. И вообще не навещает меня ночью, так что я очень тебя понимаю. – Ехидно улыбнулась златовласая. Диана покраснела и ничего не ответила. Темноволосой девушке в последнее время всё больше начинало казаться, что как бы она не любила корабль-ковчег, но там она была более в своей тарелке, нежели здесь. - И всё равно, повезло тебе. – Облизала губу Лулу после съеденного жареного окорочка. – Ты знаешь всё от начала до конца, даже на ковчеге была. А меня вот разбудили, когда колония уже была построена. Ску-ко-тень. Диана выдохнула, и ей стало легче, глупое выражение лица Лулу согрело девушке душу. - Было забавно наблюдать за выражением лица Дэрека, когда мы подъехали к месту высадки, хоть его физиономию и не было видно из-за маски. Он всю дорогу что-то проверял, бегал туда-сюда, какие то сигналы. Никогда его таким не видела, но когда мы приземлились, то перед ним стояла делегация из десяти человек, полностью обмундированных, с зелёными знамёнами. В его позе читалась одна фраза: « Я, герцог Дэрек де Орз Брюнтс Ремгвард, орбиты Земли, семьсот лет путешествовал на край вселенной для того чтобы прилететь на колонизацию необитаемых девственных земель, но по прилёту сюда узнать, что тут уже существует цивилизация со своей сложной экономикой, развитыми технологиями и всё у них и без меня хорошо». Лулу залилась истинно детским смехом. - А где ты была, когда это всё было? – Спросила девушка-клон. - Та рядом стояла. Я ж его мемуарист, должна присутствовать при всех важных моментах в его жизни. - Я вообще всё по-другому поняла, когда мне граф это всё рассказывал. - Ну так, они там себе сами понапридумывали, что они такие доблестные, надо же было успокоиться, им же Эгократический Союз выставил налоги. Ты не знала? – Спросила Диана. Лулу отрицательно покачала золотистой головой. – Ну, теперь знаешь, Дерэк не сильно любит об этом распространяться. У него, как он говорит, душа болит, он, видите ли, искал свободы, а теперь всё равно под кем-то. Вот тут недалеко есть месторождение каких-то металлов, вот герцог будет разрабатывать эту жилу, а полученный металл отдавать Эгократическому Союзу. – Лулу с открытыми глазами продолжала заинтересовано слушать, сложив руки под подбородком. Диана почувствовав, что её рассказ зацепил собеседницу, вдохновлённо продолжала: - А вот граф обязан поставлять клонов в размере двадцати единиц в год. И это, как они сказали – начальная проба. Вскоре, эгократы собираются массово закупать клонов, меняя их на товары, но я не думаю, что это будет равноценный обмен. - А почему наши аристократы не могли возразить? – Спросил Лулу, вытирая жирные руки влажной салфеткой. - Они, может быть, и хотели это сделать. Но когда с ними поговорили один-на-один, то, скорее всего им показали то, после чего все порывы к бунту резко пропали. Это я так думаю, мне ничего конкретно не рассказали. Хотя, я, как мемуарист – была очень заинтересована. Но, к сожалению… – Пожала плечами Диана. - А что ж это за цивилизация? Живу тут, а сама ни ху-ху. Общаюсь только со своими, а они только себе и знают, что там вот птичка пролетела, покушать надо пойти, больше ничего не знают. – Грустно сказала Лулу. Диана, усмехнувшись, почувствовав свою доминацию ответила: - Ну, суть в чём. Сложно, наверное, объяснить, я думала – ты знала. Мы семьсот лет летели на корабле-ковчеге «Диана». – Лулу кивнула головой. – А пока мы сюда летели, Солнечная система продолжала существовать. Я, правда, там никогда не была, но по рассказам герцога это тебе не Ксеон и не «Диана». Там, как я поняла, построили такой новый ковчег, что пока мы летели, то он долетел до Ксеона раньше нас на триста лет, и начал свою колонизацию. И как раз Эгократический Союз был на борту второго ковчега. Они построили тут свою цивилизацию и более трёх сотен лет живут здесь. Вот потому у них всё развито, инфраструктура построена, все дела. – Диана хоть и не знала значений половины слов, которые использовала, но уверенно объясняла всё подруге. – И живут они на острове. Вот, ну правда, как я поняла, то чтобы попасть на остров, то нужно пройти какие-то тесты и берут они на туда только тех людей, которые им нужны. Герцог говорил, что его приглашали, но он отказался и сказал, что будет заниматься развитием здесь. - А почему они живут только на острове, а на материке их нет? - Лулу резко перебила Диану. На что темноволосая девушка ответила: - Я слышала, пока они разговаривали, что герцог тоже задал этот вопрос. Ему ответили, что они знали, что через семьсот лет прилетит корабль-ковчег «Диана». И потому они решили оставить эти земли нетронутыми для нас, чтобы наша миссия не пропала зря. Ну и они очень счастливы жизнью на своём острове и никогда не планировали колонизацию материка. Ну, это то, что я знаю. – Выдохнула Диана. Лулу по-детскому подпрыгнула и взяла за руку подругу. - Вау, ты такая умная! Столько всего знаешь. Всегда поражалась, почему люди такие умные? А ты, Диана, особенно умный человек. Наверное, после герцога и графа, ты – самая умная в нашей колонии. – Диана снова покраснела. – Пошли в мой кемпер, я покажу тебе то, что мне сшила Це-38. В небольших общинах клонов было принято говорить первую букву серии и последние две цифры индекса. Это для клонов было как ласковое обращение. 13. Предрассветное вдохновение 15.02.1715 от В.И. Сезон спокойствия 2.53.367 от П.К.К.Е. 05:13 по второму часовому поясу Ксеона - Как же замучила эта бессонница. – Сама себе проговорила Диана, накрылась подушкой и попыталась снова уснуть. Через некоторое время она оставила свои глупые надежды, достав наощупь интервиды из тумбочки – надела на глаза. - Пять утра… - Простонала Диана. Девушка сняла инервиды и продолжила свои безуспешные попытки уснуть. Вскоре она поняла, что это ни к чему не приведёт и села на кровать. – А может это отличная возможность что-то написать? Стоит попробовать. Диана взяла с собой устройство, напоминающее очки, и отправилась прогуляться, чтобы найти, вдохновение. Она вышла со своего серебристого кемпера. Это было личное перевозное жильё Дианы, трейлер на восьми колёсах не больше четырёх квадратных метров, на которых помещалось всё, что девушке было нужно – небольшая кровать, стол, холодильник и туалет с душем, который со стороны напоминал шкаф. Так же в комнате находилось зарядное устройство Джета, отдалённо напоминающее стул, где он проводил свои ночи. Иногда по вечерам к Диане наведывался герцог, но видимо это был не тот вечер. На Ксеоне рассвет: Цеппелин выходит из под горизонта, вместе с ним и Мисти, а Таина, закончив ночное бдение – опускается за небосвод. Тучи, обычно нежно жёлтого цвета только утром бывают ярко фиолетовыми, отражая свет Фадея. Девушка, когда хотела побыть одна, любила ходить в одно интересное место. Всё вокруг завода было окружено золотистой травой, и лишь небольшой клочок земли не сдался под напором всепоглощающего жёлтого моря. Это была впадина, в которой ничего не росло, спустившись в её обитель можно было почувствовать себя далеко от Ксеона. Диаметр углубления был более сорока метров, и сама впадина была выложена серой землёй, что крайне несвойственно жёлтой планете. Диана очень любила проводить там своё время, ей казалось, что этом месте особенная атмосфера, которая благоприятно влияет на творческий потенциал, хоть и строки получались мрачноватыми. Так и в этот раз девушка решила направиться туда. Как же Диана удивилась, когда увидела на дне тёмной впадины доселе невиданных ей птиц. Ксеон был обителью пернатых существ, потому было обычным делом встретить одну из них, но таких девушка ещё не встречала: с длинными высокими лапами, туловищем сферической формы, головой на длинной шее. Вся птица покрыта небольшими перьями, крылья маленькие и, видимо, редуцировались в процессе эволюции, а вот окрас неописуемый –переливы от голубого к жёлтому и от жёлтого к красному, огненная голова плавно переливалась на синеватое туловище, а туловище переходило в золотой хвост невообразимым красоты градиентом. Диана жутко удивилась, когда увидела птиц на своём любимом месте, и ранее грустная впадина превратилась в сад изящных цветов. Их была уйма, все они бегали друг за другом, бились, изредка подпрыгивая вверх. Диана, присев, упёрлась в стенку впадины, и рассматривать невиданное доселе представление. В голове роились мысли, хотелось перенести это на электронный лист, написать что-то светлое и яркое, возможно сказку, Диана давно ничего не писала что-то для себя. Но в одно мгновение, будто в их головах что-то переклинило, птицы побежали прочь, порхая своими недоразвитыми крыльями. От пернатых осталась лишь пыль, что беспрерывно следовала за ними попятам. Сердце девушки наполнилось страхом, ей стало непривычно одиноко находиться в этой холодной ложбине. В следующее мгновение Диана успокоилась. «Птицы на то и птицы, что с них взять?». Девушка пожала плечами, надежды что-то написать оставили её, и она уже собиралась уходить. Как вдруг Диана услышала тяжёлый металлический свист. Повернувшись, она увидела огромную птицу с металлическими крыльями серебряного цвета - это была сова, которая поблескивала под светом восходящего Цеппелина, а Фадея отбивалась от неё фиолетовым свечением. Тело Дианы охватил ужас, сразу было видно, что птица не живая – это механизм. Девушка от удивления свалилась с ног и лишь последним мгновением успела схватиться за землю, её ноги не слушались, они никак не позволяли ей встать, потому Диана могла лишь смотреть на мифическое чудовище. Металлическая тварь приблизилась к ней ближе, Диана попятилась назад, её пальцы врезались в тёмную землю. Огромное чудовище воспарило вверх и принялось описывать круги над девушкой. Всё, что могла сделать Диана – это закинув голову молча смотреть за приближающейся смертью. Вдруг одно из перьев отпало от летучего монстра, и будто сделано не из метала – начало плавно опускаться вниз. Оно было огромное, как для пера, больше половины руки в длину. Когда перо приблизилось близко к девушке, она взмахнула рукой, чтобы отбросить его, но вместо этого оно облепило её руку и начало растекаться по ней. Диана почувствовала жжение и неприятную боль, металл, будто тающее масло впиталось в кожу девушки. Посмотрев на небо, она не увидела птицу, вместо этого на неё смотрел её отец. Вокруг Дианы шёл снег, холодный, падал на лицо, а отец рассматривает её огромными глазами, будто исполин. Оглянувшись, Диана видит деревянный домик, весь заснеженный, а из него идёт дым. Девушка побежала и открыла двери. Внутри кресло, человек в капюшоне, горит камин, на столе какие-то инструменты. Человек снимает капюшон – это её мать. - Дочь, присаживайся, покушаешь. – Говорит она. Девушка разворачивается, открывает дверь и видит перед собой белое пространство, оборачивается назад – матери нет. Вдруг земля под ногами пропадет и Диана начинает падать в пустоту. - Фух. – Диана подскакивает с кровати, на лбе холодный пот. Взяв интервиды, она надела их на себя. – Император милосердный, уже десять часов. Я проспала! Какой же бред приснился. – Со спокойствием сказала она. 14. Новые обитатели 21.02.1715 от В.И. Сезон спокойствия 1.54.367 от П.К.К.Е. 26:47 по второму часовому поясу Ксеона В окне кемпера было видно, как садится Мисти, с её уходом на небе появлялась россыпь звёзд. Стояла, как уже было принято говорить на Ксеоне – светлая ночь. Свет от спутника Мисти настолько сильно освещал землю, что ночь за окном казалась сумерками. Диана лежала на кровати и не хотела спать, она смотрела в потолок кемпера, разглядывая его изгибы и переходы. - Джет? – Повернув голову в сторону своего металлического друга, спросила Диана. - Да, госпожа Диана? – Ответил робот электронным голосом. - А ты скучаешь по кораблю? – Джет промолчал. Диана намерено отключила в нём возможность отвечать на риторические вопросы ответами по типу «GTS-7 не может скучать». – А я вот не знаю, когда я пыталась сбежать с корабля – всё казалось таким простым. Сбегу от Анатоля, от отца, от матери и моя жизнь наладится. – Вздохнула Диана и перевела взгляд в сторону окна с которого открывался вид на Мисти, что почти скрылась за горизонтом. - Какая на улице температура, Джет? – Спросила Диана, не поворачиваясь к нему. - Шестнадцать градусов за Императором. Внутри кемпера двадцать шесть градусов з Императором. – Комьютерным голосом продекламировал Джет. - Иногда, я даже скучаю по Анатолю. – Сделала паузу Диана. – Не, ты не подумай, мне здесь нравится. Герцог намного лучше Анатоля. Но… Но… - Диана вздохнула. – Анатоль, наверное, погиб, скорее всего. Герцог показывал мне снимки и всё, что осталось от корабля-ковчега. Поговаривают, что на нём случилось восстание или бунт. Корабль свели с орбиты и отправили в Ксеон. И где в этом смысл? – Риторически спросила Диана. – Расскажи, какая завтра будет ночь? - На звёздном небосводе будут замечены Мисти, Таина и Фадея. По причине высокой яркости звёзд не будет видно. Это будет одна из самых ярких ночей в этом квартале. – Электронным голосом ответил Джет. - Знаешь, я всегда думала, что как-то неправильно получилось. Я вроде как тебя украла. Но останься ты на корабле – ты разрушился бы, или погиб, не знаю, как правильно выразить, но явно бы сломался. – Вдруг в двери кемпера кто-то постучал, Диана вздрогнула от неожиданности. Взмахом руки она приказала двери открыться, за ней оказался граф Шарон и Лулу. - Можно войти? – Пискляво высоким голосом сказал граф, облачённый в белый костюм, который полностью закрывал его тело, а на лице была маска, обрамлённая золотыми узорами. От головы спускались вычурные отростки, которые напоминали огромные щупальца, они тоже были золотого цвета и блестели от вида Мисти. Лулу была облачена в голубое платье, которое явно отличалось от предыдущего ещё большей откровенностью. Когда гости зашли, то повеял неприятный серный запах, а вентиляционная система резко заработала. - Да, конечно. – Хаотично поправляя вещи, сказал Диана. - Ой, душечка, не переживайте. Всё хорошо! Мы с моей спутницей просто хотели зайти к вам и развеять вашу одинокую компанию. Ой, извините, вы с молодым металлическим человеком. – Захихикал граф с жутким акцентом, который не до конца понимала Диана. - Мы принесли тебе подарок. – Улыбнулась Лулу. - Таки да, это небольшое, но всё же великое произведение, в каком-то виде искусство. – В руках аристократа Диана заметила небольшой ящичек. – Я владею небольшими разработками созидания сложной биологической жизни вне суррогатного клона… - Не думай, что Диане интересно слушать это всё. – Перебила его Лулу и грациозным движением забрала из рук графа коробку, вручив его Диане. - Таки может быть, но всё же я продолжу. – Лулу с Дианой присели на кровать, а граф на небольшой пластиковый стул, что стоял подле двери. – Да, занимает оно больше времени, чем с суррогатным клоном, но это доказательство того, что мы способны созидать жизнь вне законов матери природы. – Продолжал пискляво с акцентом говорить граф. Диана не до конца понимала, что ей рассказывает. Герцог Дэрек говорил, что до совместного участия в восстании граф Шарон де Аквит Леон Ля-Флёр имел свои владения в районе Аквит и занимался генетическими разработками, имея свою лабораторию по производству клонов. Жители того района обладали специфическим диалектом и потому не все их слова были понятны. - Рост занял три месяца, то есть почти столько, сколько должен расти этот индивидуум. – Продолжал граф. Диана открыла коробку, а перед ней расположился мохнатый свёрточек, развернув который, она осознала, что держит в руках маленького котёнка. Котов она видела, но мало. На ковчеге имение домашнего животного было скорее привилегией знати или достаточно богатых и влиятельных людей. Лицо Дианы озарилось искренней улыбкой, и она прижала спящего котёнка к себе. Он проснулся, но не сопротивлялся её движениям и мило заурчал. Аристократ что-то продолжал рассказывать про генетические разработки, но Лулу снова прервала его: - Мы знаем, что герцог часто покидает тебя, потому мы решили, что тебе не будет так грустно и одиноко спать. - Большое спасибо. – Ответила Диана, продолжая играть с котом. - Мы принесли не только котёнка. – Захихикала Лулу и достала из сумки графа небольшой пакет с веселящим печеньем. Диана, недолго думая, взяла небольшую мисочку и высыпала туда содержимое свертка. Компания угостилась. -Ух-ты. – Удивился Шарон, даже не подозревая, что содержал пищепровод его маски. Для людей, носящих защитные костюмы, поедание пищи является целым ритуалом, так как процесс обработки еды происходит в самом костюме и только после того, как еда становится стерильной – она подаётся носителю. Хоть со стороны могло показаться, что это глупые традиции с тех времен, когда опасность заразиться смертельным вирусом была велика, но для людей, что проносили защитные костюмы много поколений, было сложно представить жизнь без них. Иммунная система носителей уже не приспособлена к суровому внешнему миру. - Диана, а как твоя рана на голове? – Спросила Лулу. - Ну, уже лучше. Рана затянулась, надеюсь, что крем поможет и шрама не будет. А то иметь шрам не особо приятно, я и так не самая симпатичная. – Застеснялась Диана. - Вы о чём? Вы прекрасна, Диана, не стоит на себя наговаривать. – С наигранной лестью сказал граф. – Но всё равно история герцога меня поразила до глубины души. Один человек против стихии людей, спасает потерявшую сознание возлюбленную с падающего корабля. – Размахивая руками, сказал Шарон. Диана залилась красной краской. - И правда, жуть полнейшая. Падение, суматоха, всё остальное. Многие погибли. В такие моменты я всё же благодарю судьбу за то, что была заморожена в тот момент. – Продолжила Лулу. - И правда, эти эмоции ни с чем не сравнить. Я лично думал, что погиб. Но герцог, благо ему, быстро сориентировался и вывел наш грузовой шаттл из ковчега. Так что не только вы, Диана, обязаны ему своей жизнью. – Говорил с акцентом граф. Но тут на улице услышался шум. Кто-то приехал. Диана, оставив котёнка на кровати, не зная почему, одела маску и резко выбежала с кемпера. За ней вышли Лулу и Шарон, на дворе стоял внедорожник Дэрека. Автомобиль остановился и с него вышел герцог, а за ним ещё кто-то. Увидев Диану, герцог быстро и динамично начал двигаться в её сторону. Подойдя, он, молча её обнял, девушка также его обвила руками. Через мгновение, отошёв от неё, он взмахом руку приказал Джету и О-15, которого Диана называла Опу, разбить шатро, те немедленно отправились за работу. Неизвестный человек, облачённый в накидку с прикрытым лицом, медленно приближался к графу. Когда он подошёл, вокруг него собралась вся компания. Человек скинул с себя капюшон и присутвующие увидели его лицо - лицо старца, которое обрамляли огромные надбровные дуги, края выпирающие с них имели настолько грубую кожу, что казались костями. Огромная челюсть с грубыми и острыми углами не могла вместить в себе не менее огромные зубы, что безобразно торчали в разные стороны. Волос на бороде и голове не было, как и бровей, вся кожа была покрыта белыми корками, которые в некоторых местах особенно отслаивались. На фоне почти белого лица с поодинокими синяками на правой щеке нельзя было не заметить неприродно синих глаз, которые будто светились в ночной пучине. Лицо закрывала дыхательная маска, мужчина был бледен, и видимо, очень уставший. Герцог представил человека: - Это барон Оурис де Дин Карден Лоуренон, вице-капитан корабля-ковчега «Дианы». 15. Путешествие продолжается 22.02.1715 от В.И. Сезон спокойствия 3.54.367 от П.К.К.Е. 18:18 по второму часовому поясу Ксеона Диана сидела упёршись в стенку на тщательно застеленной кровати и гладила пушистого котёнка, а глазами редактировала мемуары герцога. Её голову посещали разные мысли, новый человек в колонии не давал ей покоя. Она много чего хотела у него спросить, но больше двух дней герцог никого не подпускал к нему, ссылаясь на плохое здоровье вице-капитана. Ещё, Диану поражала его внешность, но Дэрек объяснял ей, что все люди, живущие на Европе, спутнике Юпитера, имеют такие особенности внешности. Всё дело в том, что содержание кальция запредельно велико, и хоть этот спутник был терраформирован и адаптирован к жизни, все жидкости содержат непомерное количество этого металла. Жители Европы имели такой необычный внешний вид, потому что их тела содержали большое количество кальция, в результате чего все кости и хрящевая ткань деформировались в попытках компенсировать переизбыток металла в крови. Да, это приносило обитателям неудобства в виде неловких движений и тяжелого тела, но в пределах низкой гравитации Европы они чувствовали себя абсолютно нормально. Так же их скелеты намного крепче и сильнее любого человека. Диану перестало беспокоить то, что герцог стал часто пропадать, с появлением пушистого друга её вообще мало стало это заботить. Котёнка Диана назвала Фенникен. Девушка продолжала заниматься книгой, как вдруг пришло сообщение от герцога. Сердце Дианы забилось сильнее. Открыв его, она прочла: «Не желаешь ли, встретится?» Девушку поразило это сообщение, Диана отправила несколько вопросов о времени встречи, сколько у неё времени на сборы, что они будут делать, но это была лишь пыль в глаза, так как девушка была уже собрана. Она одела один из своих красивейших костюмов, что состоял из чёрных лосин, такого же цвета гольфа, объемной джинсовой крутки поверх и длинной юбки с вырезом впереди сделанной из того же материала, что и курточка. Насыпав Фенникену корма, ожидая, что прогулка будет долгой, девушка отправилась к назначенному месту. Выйдя из кемпера, ей в лицо сразу ударил яркий цвет Цеппелина, долгое пребывание в помещение дало о себе знать. Вообще Диане крайне неловко часто находится на улице, так как всю свою жизнь она провела с небольших коридорчиков, уютных кают, открытого пространства там не было, потому девушка всегда с осторожностью выходила из своего жилища. Немного пройдя, Диана увидела герцога, облаченного в свой защитный красный костюм с черными вставками и золотыми узорами. Он стоял возле автомобиля, нервно пробуривал носком землю. - Здравствуй. – Коротко сказал он. Диана подошла и обняла мужчину, игнорируя всю напыщенность и серьёзность. Обнимаясь, они стояли несколько минут, пока он не предложил девушке пройтись. Герцог высвободился из объятий и, взяв ее под руку, они пошли гулять по колонии. - Как твои дела? – Неловко спросила Диана. Герцог показал на один из новых цехов и принялся рассказывать. - Сборка идёт отлично, я вижу большие перспективы в этой планете. Пока ещё далёко до массового производства роботов, но даже промышленное создание разнообразной самоуправляемой техники может принести свои плоды. – Лицо герцога было скрыто за аристократической маской, но даже через неё чувствовалась какая-то натянутость. Они молча продолжили путь. Через некоторое время герцог отозвался: - А чем ты тут занималась всё это время? - Да так, ничем. Писала. Правда, не о ком. Общалась с Лулу. Мне она очень нравится, она не такая как все. - Да, она меня даже пугает. – Перебил её герцог. - Теперь у меня есть кот. Фенникен. Он очень милый и пушистый. В последнее время стала плохо спать, но думаю, что это пройдёт. - Тебе стоит обратиться к нашему доктору. Она может что-то посоветовать. – Предложил мужчина. - Да-да… - Разговор не вязался. Они проходили через новые постройки, колония росла на глазах. Когда Диана сюда приехала, то стояло много кемперов и один огромный грузовой шаттл. Но через некоторое время вокруг него разрослась целая колония со своими правилами, политикой и даже законами, несколько складов, автоматических заводов и небольшой городок для людей, посреди колонии висело зелёное знамя с совой, знамя Эгократического Союза. Так же стояло порядка десяти кемперов, столовый купол, медицинское помещение, транспортёры и корабль графа, который по совместительству был его лабораторией, где он занимался своими исследованиями. Грузовое судно герцога уже покинуло колонию, отправившись на добычу полезных ископаемых, от него остался лишь выжженный след, за ним открывался вид на огромное пластиковое помещение – барак для клонов. Дальше простиралось всё то, чем занимался граф, он сделал целую плантацию, где работали клоны, а по другую сторону лагеря начал высаживать сады, которые как говорил Шарон, посвятит Лулу, чтобы та одинокими вечерами могла ходить по ним и вспоминать о нём. Всё это радовало глаз, но не радовало Диану, в последнее время она стала скучать по дому, который был уничтожен об твёрдую землю Ксеона. Диана продолжала меланхолично прогуливаться с герцогом, как вдруг увидела таинственного мужчину, который так её интересовал. Он стоял возле внедорожника, ремонтируя его, заметив Диану и Герцога, помахал им. Пара подошли к нему и девушка спросила: - Вы что, уже уезжаете? Покидаете нас? Я так и не успела с вами поговорить. – Мужчина повернулся, сделал правильный по всем традициям кивок головы. - Здравствуйте, госпожа Диана. Да, я покидаю, но ненадолго. Собираюсь разведать соседние земли. Кое-что мне там интересно. - Но вы в таком состоянии, может вам стоит остаться здесь? - Вы правы. Оному страшно ехать, но долг службы зовёт. Мне необходимо оказаться там. – Задумчиво сказал вице-капитан Оурис. - Может я смогла бы составить вам компанию? – С надеждой в глазах спросила Диана. - Не я несу за вас ответственность. – Он посмотрел на герцога. В тот же миг Диана повернулась к Дэреку, преисполненная радостью и надеждой. Герцог несколько секунд промолчал, а потом кивнул, этот кивок для Дианы означал многое. - Ждите, сколько у меня есть минут? Пять? Десять? Я сейчас буду. Я быстро! – Диана в одно мгновение сорвалась и побежала к своему кемперу, собирать вещи. По дороге она встретила Лулу, которая прогуливалась в то же время со своим графом. Подозрительно. - Диана! – Выкрикнула ей подруга. Брюнетка, запыхаясь, остановилась. - Меня берут! Я хочу поехать увидеть окрестности. Тут вице-капитан, барон, он едет на автомобиле и берёт меня в небольшую экспедицию. – С надрывом сказала Диана. - Вау, я тоже хочу. А можно? – Спросила, будто у Дианы Лулу, но вопрос обращался к графу, к которому она обернулась. Мужчина в растерянности ответил: - Ну да, наверное, можно. И обе девушки, наполненные радостью, побежали собираться. Диана собрала всё самое необходимое, что ей казалось, в экспедиции: несколько масок, картриджи для фильтров, защитную одежду, сух пайки на неделю, небольшой переносной конденсатор и интервиды. Загрузив всё это на плечи своему верному другу Джету, она отправилась в дорогу. Через несколько часов Диана с Лулу, которая так же быстро собралась, как и брюнетка, уже сидели внутри автомобиля. Диана попросила герцога присмотреть за котом, а Лулу графа, чтобы тот не забывал её. За рулём сидел вице-капитал, его одеяние уже более подходило на аристократическое. Он не носил защитный костюм, как все аристократы, на мужчине была рубашка, украшенная знаками отличия и серебряная фуражка, что светилась лиловым цветом под лучами Фадеи. Спереди, рядом с вице-капитаном сидела Диана и всматривалась вдаль, ей уже хотелось тронуться. Сзади развалилась её подруга и та тоже была в предвкушении нового путешествия. Рядом с Лулу смирно, не двигаясь, сидел Джет, неизменный спутник Дианы. Хоть глаз у робота не было, но скорее всего он тоже всматривался вдаль и о чём-то думал. О чём могут думать машины? О температуре, влажности, расстоянии до Ксеона? Снаружи стояли две знатные особы: герцог Дэрек де Орз Брюнтс Ремгвард, орбиты Земли и граф Шарон де Аквит Леон Ля-Флёр, стояли в недоумении, как эта вся ситуация вообще могла произойти. Машина тронулась, и пыль скрыла собой аристократов в защитных костюмах. Они ещё долго смотрели, как автомобиль скрывался за горизонтом, но Диана не оборачивалась назад, она жаждала покинуть то место, которое так мечтала назвать своим домом. 16. Встреча, что не должна повториться 22.02.1715 от В.И. Сезон спокойствия 3.54.367 от П.К.К.Е. 18:46 по нулевому часовому поясу Ксеона Посреди сцены стоит огромная кукольная женщина с розовыми щеками, одетая в жёлтое платье старого образца, её искусственное лицо поглотила грусть. Кукла со шляпой в виде корабля хватает её и уносит за кулисы. Весь зал плотно набит людьми, похожими друг на друга. - Хех, смешно. – Послышалось Гелеоду, отчего он от удивления повернул голову. Парень ещё никогда не слышал, чтобы во время театра механических кукол издавал какие-либо звуки. Рядом с ним по правую руку сидел мужчина с горбатым носом. Ранее Гелеод его не видел или не обращал внимания, так как человек ничем не отличался, вёл себя, так же как и все и был в той же непримечательной одежде. Парень стал присматриваться к незнакомцу, и его сразу озарило – мужчина не отсюда, вернее он не был рожден в Союзе, а значит – обычный человек. Гелеод подвинулся к неизвестному мужчине, ему стало безумно любопытно, откуда тот и кто он. Парень понимал, что другой возможности ему ждать не стоит, потому подвинувшись ещё ближе, он прошептал ему на ухо: - Извините, а кто вы? – Мужчина, недолго думая, повернулся и ответил таким же способом. - Я Пектор Лангранж, уборщик из корабля-ковчега «Дианы». – Ответил ему незнакомец с горбатым носом. Гелеод удивился. - Как человек, обычный человек, мог оказаться здесь? – Прошептал он мужчине на ухо. - Это долгий путь, но вкратце, с нашей базы эгократы потребовали огромный налог. Мы не способны были его заплатить, потому некоторые из нас начали грабить другие колонии. В конце концов, это закончилось очень печально. – Мужчина отшатнулся и начал хлопать, Гелеод повторил за ним, и через мгновение вернулся в прошлое положение. – Одна из баз решила отомстить нам. Пришёл безглазый мужчина и расстрелял половину нашей колонии. Когда Эгократический Союз приехал разбираться, то обидчиков уже не было. Вследствие разбирательства оказалось, что я технолог и мне предложили присоединиться к вам. В общем, так я здесь и оказался. – Закончил мужчина с горбатым носом. - То есть, вы добровольно поменяли свободу на вот это? – Спросил Гелеод, разводя руками и указывая на кукольное представление. - Свободу? Что? Лично я не называю свободой стояние на коленях в лужах крови и мольбы о пощаде. К тому же, мне сказали, что если мне что-то не понравится, то меня отпустят назад на материк. – Ответил мужчина. Гелеод удивлённо пялился на него. - Эмм, я не представился, извините. Меня зовут Гелеод Маргуниум. Я тоже летел на корабле-ковчеге «Диана». – Сказал юноша и протянул руку, мужчина крепко пожал её. - Тогда задам тот же вопрос: а как вы здесь оказались? – Большая кукла в красном камзоле с треуголкой проткнула синюю куклу с шапкой в виде корабля. Кукла с судном упала. Представление шло полным ходом. - Я… Ну, сложно наверное объяснить. Скажем так, я эгократ, родился в семье эгократов, всю жизнь был эгократом, но не вот этим. – С отвращением парень окинул аудиторию. – Я жил в Солнечной системе и нас отправили на миссию по созданию Высшего Разума. Мне сложно это объяснить, но я – архаичный вид эгократов, которые сидят здесь, но это совсем не то за что мы боролись в нашей родной Солнечной системе. – С негодованием ответил Гелеод. - К сожалению, Солнечная система мне не родная, ведь я родился на Корабле-Ковчеге «Диана» и всю жизнь там прожил. – Пожал плечами мужчина. - Я планирую бежать. Вы со мной? – Немного громко продекламировал Гелеод. Пектор удивлённо на него посмотрел. - Нет, ни в коем случае. Мне нравится тут жить. Тут есть возможность заниматься тем, чем всю свою жизнь я заниматься не мог. Да, моих знаний с корабля не хватает, чтобы работать здесь, но быть помощником технолога-криогенщика для меня большая честь. Да и к тому же, в смысле бежать? Ведь в любой момент можно отказаться. – Так же удивлённо сказал мужчина. - Звучит как полная подстава и провокация. Мне кажется, они меня просто разберут на маленькие части и пустят на переработку, как в принципе всё тут. – Сказал Гелеод. Мужчина рассмеялся. - А ты забавный парень. Ну, если ты собираешься отправиться вместо беззакония, хаоса и варварства, то я могу лишь пожелать тебе удачи. И, надеюсь, мы никогда не встретимся, чтобы каждый в конце мог найти то, что искал в начале. – Мужчина протянул руку. Гелеод пожав её, согласился: - И правда. Надеюсь, мы никогда не встретимся. - А теперь я хочу посмотреть представление. Немного пропустил. – Улыбнулся Пектор. Гелеод так же принялся смотреть действо, которое почти закончилось. Главный антагонист со шляпой в виде корабля вот-вот должен был победить, но нет. Кукла с треуголкой на голове вовремя парирует и побеждает злодея. Все хлопают и направляются каждый к своему выходу. Дороги Гелеода и Пектора расходятся. 17. Привычный темп нарушен 24.02.1715 от В.И. Сезон ветров 4.54.367 от П.К.К.Е. 17:23 по нулевому часовому поясу Ксеона Весь день голову Гелеода не покидала мысль, уже не о побеге, а о добровольном отказе от существования в Эгократическом Союзе. Он взвешивал все за и против. Каким бы ужасным и отвратительным ему не было существование здесь, но тут он живой, а там, по ту сторону Серного моря, никто не знает, что с ним может произойти. Гелеод всё думал и думал, во время помывки и переодевания, во время завтрака и чтения новостей, во время пятнадцатиминутного перерыва. Эта мысль не покидала голову юноши. Больше всего на свете, он боялся вечернего мероприятия, что снова встретит того человека, которому пообещал, что больше никогда с ним не встретится. А вернут ли ему его вещи? Его роботов, материалы, инструменты. По ту сторону, он бы ни дня без них не выжил. Выйдя на крышу спортивного центра, Гелеоду в лицо ударил сильный поток ветра, он закручивал струи воздуха, создавая небольшие вихри. Его коллеги собрались во что-то наподобие колоны и быстро забежали в монорейку. Это был один из тех редких вечеров, когда на небосводе не было ни одного спутника и всё небо было чёрным, как купол. Звёзд, которых уже так давно не видел Гелеод, не было видно, их засвечивали огни города. Парень подошёл к перилам на крыше спортивного центра, все на него обернулись и начали разглядывать парня. Никто не перешёптывался, а просто смотрел. Но через пару секунд Гелеод в ухе почувствовал удары электрическим током от ушного организатора. Юноша снял устройство, в это же мгновение все те, кто глядели на него быстрым темпом забежали в монорейку и принялись читать новости, будто ничего не произошло. По прошествии пяти секунд двери транспорта закрылись, и вагон двинулся в путь. Монорейка не была похожа на ту, что обычно, ведь в ней не хватало одного человека, Гелеод, как и пассажиры – никогда такого не видели. Когда вагон скрылся из виду, отправившись в культурный центр, чего так сильно боялся парень, юноша стал в позу и громко выкрикнул: - Я больше не буду эгократом! – Он снял с груди серебряную брошь с инкрустированными зелёными камнями, и бережно положил на перила. Хоть Гелеод и был склонен к пафосным речам и громким заявлениям, но сейчас он чувствовал страх, ему было не по себе от того, что будет дальше. Парень успел несколько раз пожалеть о своём решении. « Этот Пектор всё это, наверняка, придумал или ему просто соврали, чтобы тот согласился, а если он и скажет, что хочет покинуть это место – его просто убьют и скормят ему подобным». - Подумал Гелеод. Он стоял и ждал, больше пяти минут ничего не происходило. Парню не нужно было никуда бежать, он никуда не опаздывал, такое приятное чувство – просто постоять и посмотреть на огни города, на чёрное небо. Всего этого Гелеод был лишён на протяжении более пятидесяти недель. Он наслаждался этим пейзажем, будто в последний раз, ощущая свою свободу, глотая её всей глоткой, не пропуская не один домик, ни одну монорейку, всё это так красиво со стороны и так ужасно внутри. Как вдруг кто-то коснулся плеча парня, Гелеод отшатнулся и увидел перед собой человека. Он появился совсем тихо и незаметно, Гелеод даже не мог предположить, как тот сюда попал. Мужчина был облачён в тёмно-синее пальто, а к голове были прилизаны русые волосы, бороды не было, создавалось такое чувство, будто волосяные фолликулы были намерено удалены. На груди красовалась серебряная сова, рядом с ней зелёная брошь – символ магистерской власти, рядом с ним семиконечная звезда – символ архимагистерской власти. Знаки отличия в Эгократическом Союзе хоть были незначительны, но та власть, которая приходила с ними – была весьма существенна. Такая скромность исходила из желания в очередной раз подчеркнуть важность экономии в Эгократическом Союзе. - Гелеодиум Маргуниум. – Обратился архимагистер. - Да, это я. – Утвердительно кивнул юноша. - Вашему магистру в нашем чудном мире очень даже понравилось. – Сказал гладковыбритый мужчина, ставя ударения на предпоследний слог. – Что конкретно вас не устраивает в нашем обществе? – Продолжил архимагистр. Гелеод, в растерянности, что перед ним стоит столь уважаемая персона, немного задумавшись, выпалил: - Я не могу так жить! Это как колесо безумия! – Архимагистр смотрел на него. Когда запал юноши приутих, он более спокойно продолжил. – Потому я не могу у вас находиться. - А, так вас не устраивает темп Эгократического Союза? Не беда. Наверное, это была наша ошибка присоединять неподготовленного человека к такому стремительному руслу жизни. Эта ошибка произошла из-за неверных рекомендаций, скорее всего. Вас позиционировали как истинного эгократа, потому мы посчитали, что вы с радостью искренно и беззаветно присоединитесь к нашему обществу. Но это не беда. Мы готовы предоставить вам все блага и достойные условия труда, но в более свободном темпе жизни. Я хочу, чтобы вы понимали, что нам ценны ваши разработки и вы – как инженер. – Продекламировал архимагистр. Этот ответ сразил Гелеода. Ещё пару секунд назад он был твёрд в своём решении покинуть Эгократический Союз, а теперь в его сердце зародилось сомнение. - Возможно… Но я хотел увидеть материк, почувствовать дух колонизации, не знаю. Ну, явно не жить в мире, похожем на автоматические часы. – Собравшись с духом, ответил Гелеод. - А… Так вот ваши истинные намерения, молодой человек. Вы зря так просто разбрасываетесь нашим знаменем. – Мужчина подошёл к перилу и взял в руку, снятую Гелеодом, брошь. – Когда вам было бы угодно отправиться в вашу экспедицию, и что вам для этого понадобится? – Спросил архимагистр. Гелеод удивился ещё больше. Несколько секунд он стоял в недоумении, а потом неуверенно проговорил: - Завтра? - Завтра, так завтра. На этом и решили. Ждите сегодня вечером, я отправлю вам план экспедиции и список снаряжения. Вы сможете повести правки. Всё необходимое будет ждать вас в девять тридцать на крыше вашего жилого центра. Это же никак не стеснит ваш график? – Спросил архимагистр. Гелеод в полном недоумении отрицательно покачал головой. В этот момент он увидел свет приближающейся монорейки. – И да, не забывайте, что это разведывательная миссия, потому мы ожидаем подробного доклада обо всём интересном, что вы найдёте по ту сторону Серного моря. – Монорейка подъехала и остановилась. Перед тем, как уйти, архимагистр подошёл к Гелеоду, поправил ему пиджак и самолично закрепил брошь Эгократического Союза. – Нас с вами разделяют эпохи, культурные веяния, да и банально время рождения, но я верю, что мы в любом случае будем идти всегда к одному. – Безбородоый мужчина похлопал Гелеода по плечу, развернулся и ушёл в темноту. Обернувшись, юноша, сел по привычке в вагон монорейки, ожидая, что та тот час же тронется. Но только через пару минут в ней небрежно закрылись двери, и она не спеша отправилась к дому Гелеода. Он знал, что от спортивного центра не больше двух с половиной минут езды, на этот раз он ехал дольше – целых пятнадцать. Как будто весь темп, что был задан здесь – тут же остановился, чтобы дать подумать чего парень по истине хочет. Он был безумно рад, что смог с кем-то поговорить, ибо за все пятьдесят недель это был его второй разговор с адекватным, как ему казалось, человеком. Архимагистр явно отличался от всех тех людей, которых Гелеод встречал здесь, все они говорили лозунгами и рассказывали, что строят Высший Разум, при том, что занимались постройкой дозаторов пищи. Когда едешь с такой скоростью, замечаешь всю красоту этого места. В душе Гелеоду казалось, что появилось новое чувство – чувство стыда. Ему было стыдно, что он как будто бы предал этот город, что он не оправдал надежды магистра, того магистра, что привёз его сюда с Солнечной системы. Но монорейка привезла его домой, и пришло время готовиться к новой жизни. 18. Экспедиция началась 25.02.1715 от В.И. Сезон ветров 5.54.367 от П.К.К.Е. 9:33 по нулевому часовому поясу Ксеона - Флория, получается… Вы стрелок? – Неловко спросил Гелеод, посмотрев на свою новую спутницу. Голову девушки обрамляло каре с чёлкой, покрывающей лоб, русого цвета, подобно потускневшей траве. Сама она была одета в боевой костюм Эгократического Союза строгого пошива, подчёркивающий её стройное крепкое тело. Серебряной броши не было, но присутствовала нашивка в виде совы. Девушка посмотрела на Гелеода и сухо ответила: - Да, вы правы. – Вновь наступило неловкое молчание, вокруг был слышан лишь шум пропеллеров квадрокоптера, на котором летели Гелеод и девушка с чёлкой. Парень стал просматривать материалы миссии. Полёт так и прошёл под звуки пропеллеров. Когда квадрокоптер сел, то возле места его посадки уже стоял автомобиль. Посадочная площадка располагалась на берегу Серного моря. По правде говоря, это было выдолбленное в камне место, окруженное скалами. Никаких признаков жизни вокруг – только огромные птицы пролетали вокруг. Гелеод и Флория принялись разгружать вещи, и сразу стало ясно, кто в команде отвечает за физическую силу. Когда девушка справилась с вещами – всё было готово к отправлению. Флория села за руль автомобиля, а Гелеод рядом с ней на пассажирское место спереди. Повернувшись к нему, девушка спросила: - Всё готово к отправлению? Мы можем выдвигаться? – Гелеод утвердительно кивнул, и машина поехала вперёд. Перед парнем с каждым пройдённым километром раскрывались чудесные пейзажи гор, сменяемых полями жёлтой травы. Как человек, который всю жизнь прожил на верхних этажах Земного района Догии, он никогда не видел землю, как таковую, а лишь тучи, что проходили сквозь здания. Гелеод не мог отвести взгляд от ново увиденных просторов. При этом, посмотрев на Флорию, он не заметил на её лице ни капельки эмоций. «Наверное, она всё это уже видела». – Вздохнув, подумал Гелеод и решил, что грустное молчание необходимо изменить каким-то вопросом, может она ответит, и он хоть что-нибудь о ней узнает: - А вот тут в сводках указано, что уже начался сезон ветров? – Спросил Гелеод. - Пока мы находимся в машине – нас это не касается. – Ответила Флория. Ксеон из-за своих астрономических особенностей имел такое свойство, как смена времён года, их нельзя рассчитать, а только предположить на краткое время. Всё дело в том, то ось наклона планеты не является стабильной вследствие того, что его окружают три спутника. Положение этих небесных тел относительно Ксеона является хаотичным, потому их движения слишком трудно рассчитать. Масса одного из них, Таины, настолько велика, что занимает четверть от массы Ксеона. Вследствие этого, наклон оси планеты пропорционален местоположению этого соседа. Но не стоит забывать про два остальных спутника, так как они вносят свою лепту, созидая хаос и влияя на погодные условия. Потому, рассчитать, как измениться погода далее – очень сложно, можно предположить лишь на несколько месяцев вперёд, но имеются определённые типы природных условий: сезон спокойствия, сезон ветров, сезон кислотных дождей и сезон засухи. При этом для каждого полушария необходимо отдельно рассчитывать сезон и его длительность. Сейчас грядёт сезон ветров, сезон опасностей, который поджидает на каждом углу. Ураганы и вихри – всё это может в один момент явиться и сразу пропасть. Одно из самых опасных времен года на Ксеоне. Разговор не вязался, потому Гелеод оставил все надежды и продолжил мирно наблюдать за сменяющимися пейзажами. Вскоре, парень решил разобраться с картой. Ему выдали голографический планшет для разбора местности и дополнительной информации. Разглядывая карту, Гелеод заметил одно интересное место. - Флория, смотри, тут недалеко есть селения. А мы можем поехать туда? – Спросил Гелеод. - Исключено. – Резко и твёрдо ответила Флория. - Почему же? Я так хотел увидеть хоть краем глаза как проходит колонизация. Точно нельзя? – Расстроенным голосом спросил Гелеод. Флория уже хотела повторить свой предыдущий ответ, но тут же кое-что вспомнила: - Хорошо, но наблюдать мы будем только с расстояния двух километров, и только в бинокль. – Так же твёрдо ответила она и повернула руль. Гелеод улыбнувшись, продолжал смотреть в окно. Он был в нетерпении увидеть новых людей. Не больше, чем через час, как и было, обусловлено, машина подъехала на расстояние двух километров от неизвестной колонии. Гелеод, вооружившись биноклем – стал рассматривать, что происходит. По всей видимости – это было небольшое торговое поселение, которое занималось перепродажей товаров, выменянных у Эгократического Союза. Вокруг колонии стояло небольшое количество грузовых автомобилей и палаток. За пятнадцать минут наблюдения, Гелеод успел изучить все товары и всех тех кто ими промышляет. И когда парню всё это наскучило, и он собирался вернуться к своей важной миссии, юноша заметил, что к торговому лагерю подъехало несколько автомобилей. Все они оснащены пулемётами, а внутри сидели полностью экипированные вояки. Из одного внедорожника, который очень напоминал машину, в которой сейчас сидел юноша, вышло три человека: один – короткостриженый блондин с кучей оружия, второй – толстяк, третий - огромный с безобразно длинными руками и худым телом. За ними сразу вышли люди с других автомобилей. Остальных сложно было разобрать, но началась какая-то потасовка. Приезжие люди толкались и срывали флаги Эгократии, некоторые начали стрелять. Тут же мотор внедорожника взревел, и Флория нажала на газ. - Стой! – Прокричал Гелеод. Флория посмотрела на него недоумевающим взглядом и только прибавила оборотов. – Стой, тебе говорю! – Снова вскрикнул Гелеод. – Я должен помочь этим людям. – Твердым голосом сказал юноша. - Ты? Чем? – Удивлённо спросила Флория. - Кучка бандитов для моих стрекоз – это ничего, так, пустяк. Останови автомобиль! – Флория проигнорировала и продолжила движение. Перед ними надвигалась огромная песчаная буря. Шум от неё был настолько сильный, что порой он перекрывал звук автомобиля. Поняв, что Флория не собирается останавливать внедорожник, Гелеод одним движением открыл дверь и выпрыгнул с машины. Со стороны могло показаться, что он просто сейчас упадёт и потеряется в пучине песка, но из ранца юноши наружу вылезли две лопасти, которые в мгновение ока начали вращаться и подняли его на несколько метров над землёй. После нескольких нажатий на ручном браслете – из внедорожника, словно из улея, вылетели три стрекозы, жёлтые металлические роботы, что сияли чистотой и ухоженностью. И в тот же час, эта команда полетела к торговому лагерю, а за ними неутомно и стремительно следовал поток песка и пыли, поглощая всё на своём пути. Флория осталась наблюдать, как три металлических стрекозы, ведомые парнем с летающим ранцем, скрываются за огромной песчаной бурей. 19. Собеседование 25.02.1715 от В.И. Сезон ветров 5.54.367 от П.К.К.Е. 15:04 по нулевому часовому поясу Ксеона - Весьма похвально. – Грубым низким голосом проговорил мужчина, лицо которого крайне напоминало фасоль. Он продолжал рассматривать панели интервидов и что-то бормотать себе под нос. – Вы многое освоили за этот короткий период. – Продолжал Диониум. – Переквалифицироваться, ещё и за такое короткое время. Да-да, это явно заслуживает похвалы. – Покачивая головой, говорил магистр. – Магистрариум назначил меня ответственным за новоприбывших. Видимо, они считают, что если я один из вас, то это поможет мне вас понять. Так, у меня тут есть… – водя руками по интервиду, старик отчаянно пытался что-то найти, – стандартный список вопросов. Итак, начнём. – Доброжелательно посмотрел Диониум на собеседника. Это был мужчина средних лет с горбатым носом и чёрными, как смола, волосами. Под глазами у Пектора виднелись десятки недосыпанных ночей. – Так, это уже был, это уже говорил. Ах, вот здесь. Почему вы считаете, что ваш перевод, позитивно скажется на работе Эгократического Союза? - Наконец спросил старик. - В первую очередь, будучи человеком вне системы, человеком, который прибыл совсем недавно относительно существования Эгократического Союза, мне будет дана уникальная возможность посмотреть всё с той стороны, с которой ещё ни один эгократ не мог посмотреть. И потому, моя субъективная оценка помогла бы оптимизировать нашу с вами работу и послужить для высшей цели. – Внятно ответил Пектор. Чувствовалось, будто бы он уже в сотый раз отвечает на данный вопрос, хотя, скорее всего так и было. Как не Диониуму, так себе. Раздался кашель старого мужчины, который было слышно по всей стеклянной комнате. Их там было двое, но если посмотреть вниз на стеклянный пол или вверх на стеклянный потолок, то можно было увидеть таких же людей: одного магистра и второго – просящего о переводе. Они так же сидели на металлических обтекаемых стульях, у них так же был металлический стол, который выполнял одну задачу – помогать рукам подпирать бесконечно мудрую голову очередного магистра. - Как ни посмотришь на вас, сразу видишь человека серьёзного и ответственного. Как ни забавно то, что уроженец Солнечной системы, где коэффициент полезного действия от человека около пяти процентов, и то – это ещё огого, будет заниматься оптимизацией процессов. – Расхохотался старик. - Простите, но так уж вышло, что я родился на корабле-ковчеге «Диана» и всю свою сознательную жизнь прожил там. – Смех старика тут же был прерван кашлем, и он тотчас принялся что-то искать при помощи рук в своих интервидах. - Дадада, здесь так и написано. Простите, простите. С другой стороны, что Солнечная система, что «Диана» - одна культура и менталитет. Сравнить с тем, как здесь работают люди с их расписанием и образом жизни. – Магистр похлопал себя по дряхлым рёбрам. – Я никогда не жил по их расписанию, ведь я старый. Скорее всего, помер бы через несколько месяцев. Мне дали более спокойный график. Но всё же, когда я был молодым, то работал я на станции Джень-Шень. Я занимался там нудной работой, составлял схемы для электрокабелей. Во времена были. – Старик выдохнул. – Эгократический магистрариум был тогда очень почётным местом, и Император достаточно лояльно относился к нам. Потому, на каждой начинающейся строится станции, которую только вывели в эксплуатацию или собираются добавить дополнительный сегмент – брали вот такого члена эгократического магистрариума. И, знаете, чем я там десять лет занимался? – Старик прочистил горло. – В мои обязанности входило поддержание культурного и научного уровня команды. То есть, десять лет я занимался ровно ничем. Но послушайте далее. На корабле-ковчеге «Диана» я такого не видел, но у нас на станции на каждого человека на смене был подменный сменьщик. И у каждого такого работника был свой подменный работник, который выходил на службу, если первый выполнять свою работу не может. И вот так они менялись местами: один работает, второй подменяет. И конечно появляется логичный вопрос: а что делает подменный работник, если подменять не нужно? А ничего. В регламенте написано, что в этот момент он должен поднимать свой уровень знаний Императорской философии. А теперь добавьте, что отпускные на станциях приравниваются к половине рабочего года. – Магистр пожал плечами и развёл руки в стороны. – И представьте себе, что так работает вся Солнечная система, ведь такие правила записаны в технологическую карточку всего производства. Империя – это страна лентяев! Единственное, что на моей памяти, делалось в свою полную мощность – это корабль-ковчег «Диана». Такое чувство, будто единственной целью Империи является колонизация. Поражает ум, что за такое короткое время был создан второй ковчег, который в несколько раз быстрее предыдущего. – Старик возвёл руку верх и сжал её в кулак, будто пытался кому то пригрозить. – Двести лет дороги – это не семьсот. При такой скорости можно даже пробовать наладить коммерческие отношения. Не думаете? Ах да, я отклонился от нашей темы. Мне явно больше нравится это место, чем наш Солнечный край. Так приятно смотреть, что человеческий ресурс не расходуется зря. Каждый винтик механизма… - Магистр поднял руки и истошно закашлял. Потом перевёл дух и продолжил. – Каждый винтик механизма работает налажено. Вам, наверное, этого не понять. Я был у истоков основания нашего магистрариума, в те времена он создавался с расчёта на то, что люди, которые хотят заниматься наукой и развитием – могут это делать свободно. Понимаете? – Старик снова закашлялся. – Понимаете? Даже наукой в Солнечной системе можно заниматься только ИНТЕГРу, этим старикам в саркофагах, что подвинуться даже не могут без помощи механических устройств, или ордену безумных рыжих клонов, которые даже не люди. Задумайтесь, где справедливость? Почему клон может заниматься наукой и развитием, а человек – нет? Чтобы заниматься, публиковаться и получать за это какие-то деньги – нужно состоять в какой-то организации, всегда нужно быть под чьим-то контролем, ждать чьих-то заказов. А чтобы поступить – необходимо больше сорока лет обучаться в ментальном институте. Вы знаете, чтобы там учиться, нужно купить, - мужчина сплюнул, - нужно купить специальной техники на больше чем сорок тысяч империалов! – Старик так громко завопил, будто желал, чтобы его услышал сам Император. – Время твоего обучения длится по восемнадцать часов на день, тело находится неподвижно, а в голову приходит образование. Что случиться с телом человека, который поддал себя таким истязаниям? Да оно ссохнется! Смех, да и только заключается в том, что я родился в семье простых корабельных рабочих. Я вам рассказывал, как работают рабочие в Империи. Мой отец был достаточно образованный человек, научил меня многому. Я занимался обычными кабелями, руками соединял провода, помогал ему. И тогда меня заинтересовала природа кабелей, природа тех летательных средств, которые я своими глупыми и неотёсанными руками привожу в действие. – Старик рукой протёр пот со лба. – И я стал изучать это всё. Времени то у меня достаточно, но источников информации мало, всё закрыто шифрами и паролями университета. В поисках знаний я нашёл людей из магистрариума, а они с радостью поделились со мной всем тем, что мне было интересно. Тогда я и присоединился к Эгократии и стал носить эту сову. – Диониум указал на небольшую серебряную брошь. Пектору за всё время, проведённое в союзе, удалось повидать огромное количество сов, но такой он никогда не видел, от неё так и веяло старостью. – Я стал образцовым служителем магистрариума. Наверное, потому что поддерживал все идеи, которые он воплощал. На седьмом десятке, на сборе магистров, я услышал истинную цель нашего общества. А именно – создание Альтиус Интеллигентия! – Старик, что есть мощи, ударил по металлическому столу. – Ни минуты, ни секунды не сомневался, что это именно та цель, к которой мы должны двигаться. И как же я рад находится здесь – на новой земле, на которой уже столько лет люди, подобные мне, может они и изменили общие концепции, но цель осталась одна, и она с каждым днём становится всё ближе. – Диониум развёл своими дряхлыми руками в стороны, будто бы указывая на светлые металлические балки, которые опутывали весь город, стремясь вверх, лишь высота здания Центра Разработки Высшего Разума не покорилась им. – Ой, о чём это я? Совсем заговорился. – Магистр почесал затылок. – Да-да, вы приняты. 20. Мне осталось четыре года 25.02.1715 от В.И. Сезон ветров 5.54.367 от П.К.К.Е. 17:24 по первому часовому поясу Ксеона Диана проснулась от толчка, что прошёлся по машине. Спросонья, она потеряно огляделась по сторонам, но через несколько секунд, вспомнив, где находится, устало выдохнула, и стала смотреть в окно. Вице-капитан с серьёзным видом вёл машину, сжимая своими огромными руками руль автомобиля, а Лулу сзади спала у Джета на коленях, предварительно положив свёрнутую одежду под голову. В дороге они были уже несколько дней, потому темы для разговоров успели иссякнуть, к тому же вице-капитан был крайне неразговорчив, отвечая на все вопросы лишь короткими фразами. Как оказался на Ксеоне – не помнит, помнит лишь как его, лежащего в капсуле, нашёл герцог, а на вопрос «Куда направляемся?», отвечал лишь, что нужно посетить одно место, чтобы кое-что проверить. Любопытную Диану эти ответы мало устраивали, но она ничего не могла с этим поделать. Сменяющийся пустынный пейзаж приводил девушку в раздумья. Перебирая интервиды, Диана задумалась, стоило ли вообще отправляться, бросать котёнка и герцога. Как вдруг кто-то ладошками закрыл ей глаза, а вместе с ними и весь интерфейс, в котором Диана пыталась что-то отчаянно найти. - Угадай кто! – Прозвучал тоненький детский голос. Диана прикоснулась своими руками к очень мягким ладошкам. - Наверное, Джет. – С наигранной задорностью ответила Диана, в её голосе чувствовалась усталость. Ладошки тотчас же отпустили глаза брюнетки, и та повернулась назад и увидела хихикающую Лулу. - А вот и не угадала. – Смеясь, проговорила златоволосая девушка. Диана улыбнулась и повернулась назад. Некоторое время они ехали молча, как вдруг темноволосая нарушила молчание: - Лулу, а ты когда-нибуть видела лицо герцога? – Спросила Диана. - Герцога – нет, а вот моего Шарона – видела, и не раз. – Ухмыльнулась Лулу. – На самом деле - ничего особого. То же я думаю и про герцога. - Почему же? – Спросила девушка с тёмными волосами. - Ну, как тебе это описать. Кожа белая, волос совсем нет… - Почему волос нет? – Вдруг Диана перебила подругу и удивлённо спросила. - Ну, видишь ли, для ношения таких костюмов, им нужно удалить все волосы, иначе им будет неудобно их носить. Ну, так мне сказал граф. – Лулу махнула рукой. - Это он так оправдывается. - А как это у вас было? – Продолжила свой допрос Диана. Лулу с улыбкой посмотрела на неё. - А что, у вас никогда не было без костюма? – С небольшим удивлением спросила блондинка. - Я его даже никогда без него и не видела… - Тихо ответила Диана, опустив глаза. - Странно. Ну, в общем-то, процедура не из приятных. Чтобы снять костюм, нужно разбить специальную палатку, обработать там всё десять раз специальной гадостью, чтоб он только мог раздеться. А перед этим, самое интересное, нужно целую неделю пить какие то непонятные препараты. Как говорил граф – против микробов, чтобы не было. – Лулу начала говорить чуть тише, прямо Диане на ухо. – В костюмах они явно порезвее будут. Смотришь и вылитый нэтрик. – Так в простонародье называли Нэтров Обычных, одна из немногих классифицированных птиц, обитающих на Ксеоне. Так сложилось, что ни один другой вид животных, кроме птиц, не прижился на этой планете, потому все ниши были заняты именно пернатыми. Нэтер представляет из себя птицу с длинным клювом и огромным глазами, которые приспособлены для ночного существования. Напугать Нэтера не составляет труда, и, завидев небольшую опасность – он сразу улетает, но этим птицам очень полюбились людские поселения, так как там есть чем поживиться, а их цепкие и ловкие лапы только помогают им в этом. - Так что, Диана, ничего ты не потеряла. – Протяжным голосом сказала Лулу. Брюнетка хотела что-то добавить, как вдруг, неожиданно, в разговор вмешался вице-капитан: - Прости за бестактность моего вопроса, но мне кое-что интересно в тебе, Лулу. – Девушка пристально посмотрела на барона. – А сколько тебе, Лулу, лет? – Привычная улыбка, которую всегда носила блондинка, тотчас же развеялась, и она холодно ответила: - Мне шесть. А что? – Вице-капитан, как ни в чём не бывало, продолжал дальше ехать. Через некоторое время он снова заговорил: - Никогда не видел клонов такого типа. А какое у тебя стандартное время эксплуатации? – Спросил барон Оурис. - Никогда не интересовалась этим, потому ничего не могу вам сказать. – Кротко, смотря прямо в окно, ответила Лулу. В автомобиле наступила гробовая тишина, и её нарушал лишь стук гальки о дно машины. Так продолжалось несколько часов, пока вице-капитан не остановил транспорт возле небольшого холма и сказал: - Мы сделаем здесь привал, поедим, и продолжим путь. – По ту сторону автомобиля бушевал ветер. То, пропадая, то снова появляясь, он приносил с собой волны песка, что не способствовало приятному времяпровождению. Ещё Диана нашла ещё одну функцию своих интервидов – они неплохо защищали от пролетающих песчинок. Вскоре после того, как барон оказался снаружи автомобиля, он, изменил свои указания и сказал, что придётся остаться здесь на некоторое время, потому что вечер сильно разгулялся. Далее он приступил к разгрузке вещей, что необходимы для установки лагеря. Сама Диана решила, что будет разбивать тент, не без помощи Джета, конечно. Вместе они натягивали укрытие. Вдруг Диана, что у неё не достаёт колышка для разбития палатки. - Лулу! – Закричала брюнетка. Девушка-клон только вчера разбивала тент, и Диане показалось, что та может знать, где найти колышек. Но на восклицание никто не ответил, потому Диана пошла искать подругу. Как вдруг, подойдя к машине, она увидела Лулу, державшую в своих руках табельный пистолет вице-капитана, сам же хозяин оружия стоял в трёх метрах напротив неё с поднятыми руками. Услышав Диану, Лулу повернула пистолет в её сторону. - Бросай ключи, дряхлый старик! – Надрываясь, крикнула девушка. Мужчина стоял неподвижно. - Что случилось!? – Воскликнула Диана. - Закрой рот, лицемерная сука! – Взревела Лулу. – Если ты сейчас же не отдашь мне эти чёртовы ключи, то я прострелю тебе ногу! – Крикнула Лулу и судорожно перевела пистолет на капитана, который продолжал стоять неподвижно.- Я предупреждала.- Лулу выстрелила, но пуля не достигла своей цели. Она выстрелила ещё раз, и ещё раз, и лишь третей пулей, она пробила насквозь правое плечо Оуриса, из руки хлынула алая кровь. Но тот не проронил ни слова. - Я не понимаю! – Истерично закричала Диана. – Что происходит!? – С её глаз начали течь слёзы. – Всё же было хорошо, что на тебя нашло, Лулу? – Продолжала девушка. - Всё было хорошо? У тебя как раз и хорошо! Сколько тебе? Двадцать? Человеческое дитя! Во сколько люди умирают? В сто? Сто двадцать? Мне шесть лет! – Истошно завопила Лулу! – Мне осталось максимум четыре года, пока моё тело не начало стареть и портиться. А знаешь, что будет дальше? – Лулу наставила пистолет на Диану. Упав на колени, брюнетка продолжала рыдать. - Нет. – Отрицательно помахала головой Диана. - Так вот, доношу к сведенью. Нас убивают, а наши тела – утилизируют. А самая большая досада в том, что за все свои шесть лет жизнь самое великое, что я увидела – это голую задницу клятого графа! - Провопила Лулу. - Но он же так тебя любит, он скучает, скорее всего. – Плача, сказала Диана. - За шлюхой своей он скучает, ага! Думаю, не расстроится. Сделает новую – покрасивее. А ты, отдавай мне ключи. – Лулу крепче охватила пистолет наведённый на Оуриса. Вице-капитан продолжал неподвижно стоять, а вся его одежда пропиталась алой кровью. Капли одна за другой разбивались о землю.- Не даёшь, так я пристрелю эту суку! – Она вновь перевела пистолет на Диану. Увидев это, капитан одним мгновением бросил ключи под ноги Лулу. Диана, вскочив и сделав несколько шагов в сторону блондинки, споткнулась и упала с криками: - Лулу, не покидай меня! - Не называй меня этой кличкой! – Вскрикнула Лулу. - Прости, но… - Не зная, что сказать, прервалась Диана. - Что но? Ты человек и понятия не имеешь, что значит быть клоном, что значит быть чьей-то собственностью, что значить умереть, не успев родиться! – Продолжила вопить златовласая. – А знаешь что, у меня тоже есть мечты! – Надрывно сказала Лулу и отвернулась. Её глаза покраснели. – Я тоже хочу что-то увидеть, что-то почувствовать. – По щеке девушки-клона побежала слеза. Последний раз, посмотрев в лицо Дианы, она открыла двери и села в автомобиль. Мотор взревел и стоящих окатила волна пыли. 21. Я устала ничего не понимать 01.03.1715 от В.И. Сезон ветров 7.54.367 от П.К.К.Е. 9:04 по первому часовому поясу Ксеона Диана, уже без дрожи в руках, перевязывала рану Оуриса. Больше двух дней они были без Лулу, большую часть этого времени вице-капитан провёл без сознания. Интервиды, которые Диана никогда не оставляла, имели в наличии автономного диагноста. Он мог поставить несложный диагноз из данных, которые мог видеть или тех, что вводил пользователь. Но для лечения необходимы медикаменты. В путешествия часто использовали автономный медицинский блок, коротко называемый АМБ. Но так уж случилось, что это жизненно необходимое сейчас устройство уехало вместе с Лулу. Потому Диане, которая никогда в жизни ни с чем подобным не стыкалась, пришлось на неопределённое время стать доктором для вице-капитана. Буйные ураганы, которые бушевали вокруг, не давали покоя всё это время, палатку, в которой жила команда, то и дело сотрясало. Перемещаться в таких погодных условиях невозможно и Диана уже в сотый раз пожалела о своём решении покинуть герцога. Всё это время она провела в полном одиночестве. Даже Джета, с которым девушка часто проводила беседы, пришлось отключить с целью экономии энергии, которой оставалось всё меньше и меньше. Потому, в меру своей эмоциональности и жажды общения, ей приходилось общаться самой с собой. Диана часто грешила этим и считала это своим небольшим недугом. Девушку поражало то, что рана не заживает, но и не гноится, хотя ничем получше воды ранение не было обработано. Но помимо этого повреждения, тело барона имело много других: синяки, которые преимущественно находились на спине. И вот, снова промыв рану водою, она вновь перемотала её белыми тряпками, которые сделала с рубашки барона. Неожиданно Оурис схватил Диану и истошно задышал. Глаза его открылись, как будто всё это время он был в стазисе, а теперь пробудился. Мужчина посмотрел на неё своими большими синими глазами, которые, как Диане показалось, горели. Он, выдохнув, как ни в чём не бывало, поднялся и начал что-то собирать. Диана лишь удивлённо наблюдала за человеком, который пару минут назад не подавал признаков жизни. Придя немного в себя, девушка проговорила: - Приляжьте, вам нельзя вставать. – Но Оурис молчал. – Куда вы вообще собираетесь? – Удивлённо спросила Диана. После этого вопроса мужчина остановился и повернулся в сторону Дианы. Его огромный лоб, обрамлённый нечеловеческими скулами, сморщился. - Мы должны с тобой выдвигаться. Прямо сейчас. Осталось мало времени. - Грубым старчески голосом проговорил барон. - Куда выдвигаться? Зачем? У вас сквозная рана. Вы два дня были в отключке. Куда? – Удивлённо спрашивала Диана, разводя руками в стороны. - В пути я всё расскажу, отвечу на любой, заданный тобой вопрос. Но сейчас мы должны идти. – Твёрдо и уверенно сказал мужчина, глядя в серые глаза девушки. - Нет уж. Мне осточертело ничего не понимать, ничего не знать, идти куда-то, не зная куда, искать, не зная что. Из-за таких вот недоговорок и непонимания я потеряла Лулу. Если этого места вам нужно достигнуть вместе со мной, то я не сдвинусь ни на шаг, пока мне всё подробно не объяснят. – Сидя на небольшом табурете, ответила Диана. В эту фразу она пыталась вложить всю твёрдость и силу, которую имела. - Но… Я не могу вас здесь бросить, Диана Лангранж, войдите в моё положение. – Уже более спокойно сказал вице-капитан. - А вы в моё. – Резко ответила Диана. Оурис пристально посмотрел на девушку. - Хорошо, я отвечу. Но прошу. Задавайте меньше вопросов. – Мужчин присел на табурет рядом, сложив руки. Диана выдохнула. -Тогда начнём сначала. Как вы здесь оказались? Я имею в виду на Ксеоне. Как вы встретили герцога? – Спросила Диана. - Я был вице-капитаном корабля-ковчега «Дианы». И как мне казалось, я доблестно и праведно нёс это звание. Но ещё, в те времена, когда я был простым штабным матросом, на корабле появилась организация, секта. В себе она не несла ничего воинственного. И то, что ни на территории Солнечной системы, ни на нашем корабле не преследуются иноверцы, то по всем законам, они должны были быть нетронутыми и продолжать спокойно жить. Но наш несменный капитан пригрозил нам и приказал уничтожить эту организацию. – Барон вздохнул. – Себя они называли «поборниками Дианы», и они считали, что нет ничего другого, кроме «Дианы». Ведь корабль давал им и кров, и еду. Мне сложно было постичь глубинный смысл их религии, но факт оставался фактом, верили они в корабль-ковчег «Диану». Наши силы постоянно пытались их остановить, сорвать сборище, не дать увеличению секты и уничтожить существующих членов. Но всё то время, что я служил на корабле, мы так и не смогли достичь этой цели. И вот эта секта мирно себе существовала до того дня, пока корабль-ковчег «Диана» не приблизился к Ксеону. После этого, первый корабельный инженер, Эшвард Эшкир со своим помощником Анатолем де Ди Пьером Фейрисом устроили восстание. - Анатоль? – Перебила его Диана. Но Оурис продолжил. - Пользуясь своим статусом, они пробрались в покои капитана и убили его. Используя спасательную шлюпку, я бежал. Так я и оказался здесь. – Закончил вице-капитан. Диана молчала, и он продолжил. – И всё бы так и было, но не сходится одна вещь. С чего же людям, которые беззаветно почитают и искренно любят своё божество – разрушать его об поверхность Ксеона? Зачем вести корабль на верное крушение, когда для тебя он является всем? Сюда я пришёл, чтобы выяснить, что произошло в тот день. – Вице-капитан задумался и посмотрел вверх. – На корабле были люди, которые там не летели… А сейчас нам стоит поспешить. 22. Лупия 01.03.1715 от В.И. Сезон ветров 7.54.367 от П.К.К.Е. 11:13 по первому часовому поясу Ксеона Гелеод проснулся от того, что его сильно подбросило. Открыв глаза, парень осмотрелся вокруг. Оказалось, что он лежит на заднем сидении внедорожника. Гелеод не мог рассмотреть, кто ведёт машину, лишь кончики золотистых прядей выглядывали из-за сидения. Руки и ноги у него затекли, парень подумал, что уже не один час лежит, не меняя положения. Попробовав пошевелится, он почувствовал сильную боль в правой ноге. Осмотрев её, Гелеод увидел, что та была перебинтована, а по сильной боли, заключил, что была повреждена мышца. Он уже набрал воздух, чтобы что-то сказать, но ком в горле не дал ему этого сделать, и вместо слов получилось лишь хрипение. - Что, проснулся, наконец? – Прозвучал приятный, почти детский, женский голос. Гелеод ничего не ответил, так как продолжал кашлять, отхаркивая чёрные сгустки мокроты, которые, видимо, образовались, от того, что он надышался пыли. - Ой, можешь не утруждаться. Я о тебе много всего знаю. Ты под обезболивающими столько о себе рассказал, что мемуары писать можно. – Девушка захохотала. Наконец Гелеод заговорил: - Ты же не Флора? – Умирающим голосом спросил парень, чьё тело ещё не избавилось от действий обезболивающего. Машину сильно затрясло. - Ах, да. И про эту сильную девушку, с твёрдым характером, как ты говорил, и суровым взглядом, который напоминает тебе отца – я тоже слышала. Но нет, я не она. Меня зовут Лупия. – Протяжно проговорила Лулу. - Что произошло? – Прохрипел Гелеод. - Ты пытался там кого-то спасти. Не знаю. Ну и ты попал в песчаную бурю. Я так поняла, что твой аппарат не выдержал нагрузки, и ты врезался об землю. Тебе сильно повезло, но нога всё равно пострадала. Это то, что я поняла с твоих слов. – Девушка выдохнула. – А вот на вопрос «Как я оказался в этой машине?» - ответ совершенно другой. Так вот, слушай. Я себе просто путешествовала по Ксеону, наслаждалась просторами, как вдруг я увидела парня, лежащего на земле. Мне стало интересно, и я решила подъехать. Выйдя, я осознала, что он ранен, и попыталась помочь. Хотела я идти на спасение, но жужжащие стрекозоподобные роботы, начали крутиться вокруг тебя, защищая. – Девушка неровно зашла поворот и машину подбросило. - Мне стало страшно. Но когда я решила, что поеду дальше наслаждаться просторами, то ты что-то прокряхтел, поднял руку – и стрекозы успокоились, перестали жужжать. Ну а дальше всё понятно. У меня был медблок, автоматический диагност… - А где стрекозы? - Неожиданно перебил девушку Гелеод. Парень уже смог сесть. - Ну, они прицепились к автомобилю. Наверное, на крыше. – Ответила девушка. - А сколько их было? - Две. Одна, правда, очень косила в полётах, но летала. - А где третья? Где? Я не могу найти свой дистанционный контроллер. Такой браслет, висел у меня на руке. – Сказал парень, хаотично похлопывая себя в надежде что-то найти. - Мне кажется, ты про вот эту вещь. – Девушка достала из бардачка браслет серебряного цвета с цифровым дисплеем. Парень тут же выхватил его из рук, и принялся что-то клацать и настраивать. - С-2 находится недалеко. Тут буквально двадцать километров ехать. А куда мы вообще направляемся? – Спросил Гелеод. Машину снова подросило. Девушка повернула к нему голову. - Та вообще никуда. Просто каталась. - В смысле… Лупия, извини за вопрос, но что ты делала посреди пустыни? А, ты, наверное, ехала к тому небольшому поселению, с рынком? А потом увидела меня? Правда? – Сам ответил на свой вопрос Гелеод. - Да, где-то так всё и было. – Неуверенно ответила девушка с золотистыми волосами. Неожиданно автомобиль начал тормозить. Гелеода чуть не выбросило вперёд, но он успел упереться руками. Парень на мгновение увидел лицо девушки, чистую кожу и неестественно красивые зелёные глаза. - Так, где лежит эта стрекоза? – Спросила девушка, называющая себя Лупия. - Может, дашь мне повезти? Мне кажется, что у меня это получится лучше. – Неуверенно предложил парень. - Нет уж, везти буду я. Это моя машина. – Недоверчиво сказала, златовласая девушка. - Ну, как знаешь. – Сказал Гелеод и начал показывать направления движения. Но через пару минут девушка сдалась. - Ладно, пересаживаемся. – И тотчас открыла двери автомобиля. Гелеод тут же закричал: - Маска! Где маска? – Златовласая мгновенно закрыла двери. - Ой, точно, забыла. – Неуверенно сказала девушка, называющая себя Лупией, порыскав в автомобиле, нашла пару штук, одну из которых Гелеоду. С непривычки, девушка, тоже одела маску. После того, как все приготовительные процедуры были соблюдены, Гелеод открыл дверь и попытался пройтись. Но это вышло крайне нелепо, ибо правой ногой он почти, что не мог шевелить. Златовласая на какой-то момент не выдержала, подошла к парню, подняла его над землёй, словно младенца, и посадила за водительское место. Гелеоду только и оставалось, что удивлённо смотреть на новообретённую подругу, которая с такой легкостью подняла его над землёй. - А травма не будет мешать тебе ехать? – Спросила Лулу, усевшись на переднее сидение. - Я надеюсь, что всё будет хорошо. – Ответил Гелеод, проверяя настройки автомобиля. Машина тронулась, и песок Ксеона разлетелся вокруг. - Хотел сказать тебе спасибо, что спасла меня. – Неуверенно проговорил парень. - Да не стоит. – Сказала девушка, внимательно разглядывая его. - Ну… Если ты всё обо мне знаешь, то и я хотел бы чуть-чуть знать о тебе. Лупия, правильно? А откуда ты родом? Ты с ковчега «Диана»? – Спросил Гелеод. - Я… - Его новая спутница стала что-то бормотать себе под нос. – Да это и не важно! – Вдруг протрубила девушка, называющая себя Лупия. – Главное – то, что сейчас. А сейчас я так хочу много чего увидеть! – Лулу покраснела, отвернулась и начала разглядывать просторы Ксеона. - Я тоже хочу! – Воскликнул парень, но дальше продолжил спокойным тоном. – Вообще, мне, наверное, стоит вернуться. - Куда?! – Вскрикнула девушка, называющая себя Лупия. Весь тот серьёзный и холодный образ, который она так старалась выстроить, на мгновение развалился. – Зачем? Так сразу? Ведь ты только встретил меня. – Удивлённо с беспокойством спросила златовласая, ей было страшно потерять единственного человека, которого она узнала в этой одинокой пустоши. Лулу уже сотню раз успела пожалеть, что бросила там Диану и вице-капитана одних и последние пару дней мысленно надеялась, что увидит их на горизонте. Парень на секунду посмотрел на девушку, ещё минуту спокойно смотрел на дорогу. - В смысле? Я тебя не понимаю… - Машину закачало от перехода в гористую местность. – Хотя согласен. Я тебя понимаю. Я ж всё тебе рассказал. Я хотел оттуда сбежать и, наверное, возвращаться в то место – не самое лучшее решение. – Ответив Гелеод, найдя в реплике девушки какой-то скрытый смысл. - Да-да, именно это я и имела ввиду. – Растеряно подтвердила Лулу. Несколько минут они ехали в тишине, как вдруг златовласая сказала: - А расскажи ещё про город с прозрачными стенами. 23. На спине у друга 03.03.1715 от В.И. Сезон ветров 2.55.367 от П.К.К.Е. 09:11 по первому часовому поясу Ксеона - Я жду тебя. – Всепоглощающий голос звенел у Дианы в голове, она попыталась пошевелить руками, но как будто сопротивление воды мешало ей это сделать. Тогда девушка открыла глаза, и перед её лицом проплыло вверх огромное змееподобное существо, а в голове продолжал звучать гул. - Приди ко мне! – Диана проснулась и выдохнула. Она поняла, что наступил рассвет. Девушка сидела на плечах у Джета, нёс её всю ночь. Вице-капитан заявил, что ему не нужен отдых, и он может идти без сна. Диана долго отговаривала его от этой затеи, но Оурис был непробиваем и не слушал никаких аргументов. Таким темпом они двигались несколько дней. Их дорога простиралась сквозь жёлтые горы. Диана, что прожила всю свою жизнь внутри металлический коробки, никогда не могла помыслить, что настоящая природа способна создать такие величественные вещи, которые человеку и за десятки тысяч лет не повторить. Это место имело необычайно большую концентрацию серы, что и придавало ему такой жёлтый цвет. Если бы не маска, то жуткая вонь доконала бы Диану. Картриджи фильтров приходилось менять в два раз чаще, чем обычно. Внутри гор было заметно огромное количество небольших щелей, дыр. Создавалось чувство, что в них ударила осколочная граната, но эти норы были созданы не в одно мгновение, а в течении нескольких десятков поколений небольших птиц, что обитали здесь всё это время. Внутри нор обитали крошечные пернатые, названия которых интервиды не знали. Птицы имели такой же жёлтый окрас, что и горы, потому их сложно было заметить, но когда они собирались в стаю, пропустить их было невозможно. Такой группой пернатые представляли смертельную угрозы для любого, кто ставал им на пути. Эти золотистые птицы были хищниками и по всей видимости, они нападали на более огромных, но менее быстрых пернатых. На это указывало громадное количество больших скелетов, что разбросаны вокруг жёлтых гор. Благо, Диане и Оурису не предстояло стать следующей жертвой стае птиц-убийц. Пернатые по какой-то неизвестной причине улетали прочь и не нападали на путников. Спросонья, Диана сильнее обняла Джета, на чьей спине она путешествовала несколько дней. - Джет, а какая цель у тебя? – Спросила Диана, как будто ожидая какого-то ответа. – Я часто смотрю на людей и не понимаю, что заставляет их делать то или иное. – Прошептала возле корпуса Джета девушка. – Почему мы, уже несколько дней, без сна и отдыха, движемся неведомо куда и неведомо зачем? - Диана повернула голову и стала рассматривать золотистые горы, изрешечённые такого же цвета птицами. – В такие моменты я задумываюсь, почему всё это происходит именно со мной? Я не великий робототехник, не глава восстания под прикрытием, не вице-капитан корабля, – Диана посмотрела на человека, неустанно идущего перед собой, - не клон, которому осталось жить четыре года. Я просто бестолковая дура, которой суждено было умереть на падающем ковчеге. – Девушка прижалась крепче к роботу. Её обдало теплом горячего металла, нагретого от света Цеппелин. – А сейчас мне говорят, нет Диана, ты не дура. Ты нужна для чего-то большего, мне нужно привести тебя туда, чтобы ты была там. – Диана намерено сделала свой голос грубее, пытаясь перекривить вице-капитана, хотя она не знала, для чего это делала, ведь всё равно никто её не слышит. Девушка задумалась. – Наверное, я просто хочу назад. Домой. К папе, к Анатолю, к Китти, в тот корабль, который летел на Ксеон. – Диана обняла Джета и заплакала. Как вдруг мужчина, что вёл всё это время за собой девушку с роботом, жестом руки показал, что пора остановиться. Вдали было видно, что-то огромное. Большую скалу, которая явно выделялась на общем фоне. Показав пальцем на этот огромный объект, вице-капитан сказал: - Это цель нашего путешествия.- Закончил мужчина и снова отправился в путь, на этот раз намного быстрее. -А что это? – Разбитым голосом спросила Диана. – Это же не гора. Я горы видела только три месяца, но это явно не похоже на одну из них. – Человек не ответил. Их путешествие продолжилось в полном молчании. Диана укрылась плащом и так и не слазила с робота. Батареи Джета была на исходе, ему осталось ещё полчаса, а потом робот разрядится. Диана спрашивала себя, а смогла бы она его оставить. Хотя, если бы её кто спросил в любой другой момент, то она с уверенностью сказала, что нет, ведь Джет – её друг, член немногочисленной, но семьи. Настоящие события требуют настоящих решений, потому Диана мысленно согласилась оставить его, поднять руку робота повыше, чтобы вернувшись к аристократу, попросить его найти Джета. Диана была безумно рада, что их путь подходит к концу. Сняв с себя капюшон, девушка посмотрела на человека, который вёл её всё это время, человека, которого она не могла понять. Диане казалось, что, сколько времени она бы с ним провела, она бы не смогла постичь его. Девушке порой казалось, что он вообще не человек, действует и говорит явно не как человек. Но Диана была ему благодарна, это путешествие заставило её повзрослеть, стать хоть на каплю мудрее. Накинув на себя плащ, темновласая спрыгнула с Джета, решая продолжить путь собственными ногами. И так, они подошли к горе, необычной формы. Подойдя к её подножью, мужчина жестом приказал Диане и Джету остановится, а сам подошёл к одной из скал, выпирающих из насыпи. Далее он достал какой-то круглый предмет из рюкзака, что висел на плече. Предмет был фиолетового цвета, что переливался, круглый, имеющий странную особенность при касании к чему то – из него вылезали небольшие шипы. Это дало возможность Оурису закрепить предмет на скале. Сам, отошёв не более, чем на метр, он принялся что-то нажимать на каком-то устройстве, что висело у него на руке. Прибор запищал. И тут раздался сильный грохот, предмет разлетелся, а вместе с ним и всё вокруг в радиусе нескольких метров. Барона отбросило ударной волной метров на двадцать, его тело прокатилось по землям Ксеона, как кукла, которую бросил небрежный ребёнок по комнате. Вместе с Оурисом, разлетелись и все скалы, и камни, которые, как увидела Диана, закрывали некий огромный металлический объект. Девушка, в беспамятьи бросилась к вице-капитану, чьи ошмётки лежали на земле. Руки не было, её отнесло, по-видимому, в другую сторону, а сам мужчина бездыханно лежал, его дряхлое тело разливалось кровью. Диана несколько раз запускала сенсорную программу, чтобы определить состояние своего спутника, но та лишь указывала на отсутствие признаков жизни. Ужас и отчаяние наполнило душу Дианы. Она упала на колени и хотела бы взвыть и зарыдать, как вдруг услышала незнакомый голос со стороны металлического объекта, скрытого за скалами. 24. Корабль-ковчег «Ева» 03.03.1715 от В.И. Сезон ветров 2.55.367 от П.К.К.Е. 12:16 по первому часовому поясу Ксеона Диана услышала несвязное бормотание, а потом поток неудержимого кашля. И вот, из дыры, пробитой из неизвестного объекта, показалась рука. - Да что это произошло? Кто это сделал? – Звуки стали более отчетливы, но разобрать всё равно было трудно. Тембр голоса был очень высоким. Неизвестный человек потянулся и вылез из зияющей щели. Стало видно, что он одет в непонятный чёрный костюм, который полностью закрывал его тело от кончиков пальцев и до шеи. На голове было видно противогаз, который закрывал рот и глаза незнакомца. Чистого места, который не прикрывал костюм, найти было невозможно. По мере приближения, его речь стала более разборчивой. - Кто это сделал? Теперь в одном из секторов дыра. И что мне делать? Закрывать? Я потрачу на это полдня. Я крайне недоволен. Этот умер? Нет руки? – Человек стремительно приближался. Сидящая на коленях Диана, не могла сообразить, что происходит и решила, что отныне будет просто наблюдателем тех событий, что разворачиваются вокруг неё. Человек подошёл к Оурису и потрогал его за шею, при этом продолжая говорить. - Ах да, он мёртв. У него нет руки, сердце не бьётся, кровь не качается. Ну, в общем я бы не переживал за отсутствие или присутствие его жизни в его теле. – Человек говорил с безумной скоростью. Такое чувство, что он мог вложить в одну минуту своей речи столько слов, сколько любой другой вложил бы в час. Человек протянул свою руку девушке. Диана презренно посмотрела на него, продолжив придерживаться своей тактике, она взяла человека за руку. - Приятно познакомиться, я наследие Артура Родзинского. Я Ксенус… Короче говорить не буду, так как на этой планете я единственный Ксенус, так что можешь называть меня просто Ксенус. Или Ксен. Ксен мне, кстати, очень нравиться. Пойдём, я тебе покажу, что тут, где, как. В принципе, сразу тебе скажу, лишние руки будут мне в помощь. А тебе, по твоему внешнему виду, как мне кажется, сейчас явно никуда не нужно идти. – Протараторил Ксенус. Девушка молча кивнула головой. – Ого, с тобой металлический друг! – Незнакомец подошёл к нему. Диана только сейчас заметила, что разница в росте между роботом и Ксеном была крайне большая. Человек максимум ростом имел метр пятьдесят. Подпрыгнув, что-то посмотрел, он заключил: - Заряда мало, но дойти сам сможет. А ещё в нём могут содержаться интересные детали, которые мне могут понадобиться. Хотя ладно, это ж чужое имущество. Ах да, если ты имеешь робота, то ты, скорее всего аристократка. Хотя на лицо ты простолюдинка. – Продолжая безумно тараторить, парень увёл девушку и робота внутрь своего убежища. Пройдя сквозь дыру, как будто от снаряда, в корпусе неизвестного объекта, Диана прислушалась к тарахтению, которое происходило изо рта Ксена: - Не знаю, откуда ты, но легко можно предположить, что ты попала сюда из новоприбывшего ковчега – ковчега «Диана». Ха, я тоже оттуда. Смешно, да? Нет. Так вот, знакомься. Мы в первом ковчеге – ковчеге «Ева». И да, если ты думаешь, что корпус пробила эта ваша бомба, то ты ошибаешься. Корпус был пробит матушкой-землёй. А это была одна из металлических заслонок, которой я прикрыл дыру. И вообще странно, почему вы взорвали часть моей лаборатории? Ты не думай, что я просто так впускаю всех в свою лабораторию, особенно тех, кто причастен к взрыву части моей лаборатории. – Незнакомец хоть и смотрел через скрывающий его лицо противогаз, на нём чувствовалось демоническое ехидство. – Но так как я хорошо разбираюсь в людях, то прекрасно знаю, что ты к этому абсолютно не причастна. – Он похлопал Диану по плечу. – Да! Ты можешь считать меня самоуверенным, но на то я и наследие Артура Родзинского! Удобно, что не все части моей чудо-лаборатории пострадали. Как чудесно, что я разделили несколько секторов. Нужно будет завтра потратить некоторые время, чтобы починить повреждённый. – Зайдя дальше, Диана заметила, как разгромленные внутренности сектора корабля-ковчега были адаптированы в комнату-склад. Помещения, что некогда служили каютами – превратились в места хранения и были пронумерованы табличками. Сам корабль был деформирован, потому всё здесь было наклонено под строгим углом тридцать градусов относительно земли, и это больше смахивало на библиотеку с какой-то фэнтазийной книги. Человек, продолжая что-то рассказывать, провёл девушку далее. Закрыв за ней шлюз, он снял с себя защищающую маску. Диана увидела лицо Ксена: по внешности ему было лет шестнадцать, но глаза были зрелого тридцатилетнего мужчины, щёки покрывались веснушками. - Это моя опочивальня! – Громко закричал человек, и звук эхом раздался по всему помещению. Оно было невероятно огромным, концов не было видно, освещено было только место у входа, возле которого стояло подобие кровати и стол, неподалёку от которого размещалось устройство похожее на холодильник. На краю видимого света можно было увидеть несколько шлангов, торчащих из переносного водного насоса. Ксен подошёл к своему холодильнику и открыл его. – Ты, видимо, голодна? Ведь твой путь был достаточно длинным. Вот, держи! – Парень бросил в девушку батончиком, рассчитывая, что она его поймает, но закуска лишь отбилась от её лица и упала на пол. Нагнувшись, Диана взяла еду с пола, раскрыла и начала есть. Парень с веснушками так же приступил к поеданию еды, только сейчас он замолк и перестал что-то рассказывать. Диана присела на кушетку и пристально начала изучать стол подле неё. Доев, парень протрубил: - Так ты же с дороги. Тебе стоит помыться. Да и мне бы не помешало. У меня тут есть портативный душ. Я могу его запустить, и мы примем водные процедуры. – Диана смотрела на парня и не понимала, что он вообще ей говорит. – Если ты переживаешь по поводу своих гениталий, то они меня абсолютно не интересуют. «Наследие» нашло намного более эффективный способ размножения, нежели ваши людские причуды. – Когда к Диане дошло, что ей говорит Ксен, она, как и прежде, решила подчиниться, подошла к устройству и принялась раздеваться. Парень, подойдя к ней, мигом снял с себя всю одежду, вручил один из шлангов в руки девушки. После этого нажал на устройстве какие-то кнопки, и оно загудело. Оказалось, что костюм скрывал очень длинные рыжего цвета волосы, которые кучерявились, они были настолько длинные, что дотягивались парню до колен. - Да, я знаю, принято стричься. У нас, в «Наследии» тоже принято стричься. Но никто не хочет стричься, и я не хочу тратить на это лишнее время. – Диана, стоя нагая, приложила шланг, с которого текла тёплая вода, выше груди, и принялась, будто в полном окоченении, смотреть в непроглядную тёмную даль. – Ты бы что-нибудь помыла, а то вода зря расходуется. Ну ещё нужно подумать, что делать с твоим этим… Подрывателем… По законам человеческого общества, - парень тщательно вымывал всё своё тело, - принято, чтобы способ захоронения человека определялся судом по делам умершим. Назначается судья, и по поступкам человека определяется способ его захоронения. При отсутствии специализированого человека по данным вопросам, ответственность за вид захоронения преподает на человека, управляющего округом. При отсутствии представителя округа, который управляет данной территорией, ответственность за меру захоронения переходит на отца семейства, член которого отправился в мир иной. При отсутствии отца семейства, тип захоронения определяет человек с самым старшим титулом. Как я понимаю, ты не аристократ. Ты же не аристократка? – Неожиданно спросил Ксен, взирая на девушку. Он уже закончил мыться, отключив шланг. Диана продолжала стоять, смотря в одну точку, бесцельно поливая себя водой. Через несколько секунд молчания, она отрицатель покивала головой. – Ну, так я и знал! Потому меру захоронения должен определить я. Ну если бы меня спросили, как бы я захоронил человека, то я бы его заморозил и использовал как продукт питания. Но так как уроженцы Европы в своих телах имеют большое количество много кальция, то я бы не желал принимать в пищу такого человека. – Парень отключил шланг Дианы, и из него перестала течь вода. Девушка продолжила стоять, неподвижно всматриваясь в пустоту. – Потому, скорее всего, чтобы сюда не послетались все эти стервятники. Я не доверяю птицам, если что, они наблюдают за нами. Так вот, я бы его сжёг. Ты бы оделась, замёрзнешь. – Ксен стоял в чёрном костюме и смотрел на нагую девушку. Диана, вытершись полотенцем, которое протянул ей Ксен, принялась одеваться, на пример его. – Ах да, постоянно забываю - ты же с дороги. Тебе, скорее всего, необходимо выспаться. Робота твоего я поставлю на зарядку, а тебе разложу раскладушку, думаю, что тебе в самый раз будет. – Диана, уже одетая, стояла и смотрела на Ксена. - Завтра нас ждёт много работы. Ты будешь мне помогать вместе со своим роботом. Жду от вас полной отдачи! 25. Дом посреди пепелища 08.03.1715 от В.И. Сезон ветров 6.55.367 от П.К.К.Е. 10:16 по первому часовому поясу Ксеона - Не, ну это корыто ни на что не годно. – Проговорил лысый человек с огромным красным ожогом на правой части лица, что тянулся от глаза и заканчивался затылком. Это был Раст, инженер в команде человека, называющего себя Вирго. - Странно. – Выдохнул длиннорукий, проводя рукой по знаку, состоящего из четырёх сфер, объединенных между собой орбитами. - Мне казалось, что технологии ИНТЕГР способны и на большее. – Продолжал человек без зрачков, отойдя от символа, прогуливаясь внутри корабля. Судно было сделано в игринском стиле: много обтекаемых поверхностей и всё покрыто тёмным матовым металлом. - ИНТЕГР-ИНТЕГРом, но этому кораблю тысячи лет. Забавно, тут используют гравитационную подушку, устройство, позволяющее парить над землёй на высоте двух-трёх метров. – Заключил Раст. - И что же в этом забавного? – Металлическим голосом проговорил длиннорукий. - А то, что на территории Ксеона они не работают. Проблема заключается в том, что тут нестабильная тектонически и сейсмически литосфера планеты, в сумме с близким расположением лавовых потоков к коре земли приводит к тому, что использование гравитационной подушки просто невозможно. – Изучая устройство, на корабле, продолжал мужчина с обожженным лицом. – Ибо корабль, использующий гравитационную подушку – не сможет ровно держаться, и при любом неудачном повороте не именуемо врежется в землю. – Закончил Раст. - Да. Люди, которые прибыли сюда с целью терраформирования, явно мало знали об этой планете. По моему опыту, устройства ИНТЕГР достаточно качественные. Всё, что способно к работе – изъять из корабля и погрузить в машины. Выполнять. – Скрежащим командным голосом сказал человек, зовущий себя Вирго. У входа в корабль, его уже ожидали Клотис и Олистер. - Что делать с пленными с базы «Эвклида»? – Спросил толстый бородатый мужчина. - Я допрошу их. Веди их прямо сюда. – Человек без зрачков сел в кресло бывшего капитана корабля, которое располагалось в центре. Клотис остался, а Раст незамедлительно удалился. Через несколько минут перед длинноруким уже сидела женщина, которую привёл Олистер, на вид ей было лет сорок, жизнь её явно потрепала, волосы грязные, глаза уставшие. - Почему вы к нам не примкнули? – Со скрёжетом произнёс человек, зовущий себя Вирго. - Я… Я не знаю… Я не знаю… Меня не спрашивали. – Со страхом в голосе ответила женщина. - Что вы умеете? – Неизменным своим металлическим голосом спросил длиннорукий. - Убирать, готовить, помогать могу. – Ответила женщина. Длиннорукий взмахнул рукой, и его толстый сподвижник вывел её. - Следующий! – Через несколько минут Олистер привёл ещё одного человека. Это был мужчина средних лет с длинными усами, его посадили перед человеком называющим себя Вирго. В лице читалось недовольство и злоба. - Почему вы не присоединились к нам? – Металлическим голосом спросил пустоглазый. - Потому что вы – убийцы! – В этот же момент длиннорукий хлопнул руками и Клотис, скривившись, прострелил мужчине голову. Того отбросило ударной волной к информационным панелям, которые находились в носу корабля. Судно было чуть под наклоном, потому кровь начала стекать к правой стене. Олистер что-то выкрикнул, несколько мужчин пришли и вынесли убитого. Через некоторое время следующий человек оказался перед длинноруким. Это был парень с уродливым шрамом через всё лицо. - Почему вы не присоединились к нам? – Вновь спросил человек, зовущий себя Вирго. - Потому что на нашей базе много трусов, которые не способны с оружием в руках восстать против врага. – Прокричал парень со шрамом. - Что вы умеете? - Я водитель, но я умею стрелять. Я с друзьями часто палил по птицам, докучающим на полях и… - Длиннорукий прервал его движением руки. Клотис улыбнулся. - Что вы намерены делать дальше? – Протяжно и скрепя связками, спросил человек без зрачков. Парень склонился и стал смотреть в пол. - Я хочу присоединиться к вам, и бороться против этой эгократической заразы. – Со страхом в голосе сказал юноша. Длиннорукий встал и подошёл к нему, Клотис развязал руки парню. - Встань! – Человек, называющий себя Вирго, протянул ему свою длинную паукообразную руку. Немного сомневаясь, парень пожал её. Олистер увёл его. Следующим был седой старик, в его глазах читалось умиротворение. - Почему вы не присоединились к нам? – Металлическим голосом произнёс длиннорукий. - Страх. Мне кажется в этом причина. Эгократический союз требовал многого от нас и многое он взял. Мы даже строили небольшой литейный завод по их требованию. Сами понимаете, семьдесят человек и двести клонов – не самое подходящее число для этого, но всё же мы это делали. Разве у нас был выбор? Соседняя от нас станция, «Тохра», вы, наверное, такую и не знаете, отказалась, ссылаясь на то, - старик закашлялся, – что они на свободной земле. Но что случилось с этой землёй? Она иссохла, а люди стали болеть. Теперь о них и слух простыл. – Старик поднял голову и посмотрел длиннорукому в его пустые глаза. – Большинство людей банально боялись, что это случиться и с нами. Потому о вас они и думать не могли. Хотя может и зря. – Немного задумавшись, закончил пожилой мужчина. - Что вы умеете? - Я металлург-технолог. Всю жизнь этим занимаюсь. Сюда на Ксеон прилетел именно по этой причине, позвали родственники. – Прохрипел старик. - Что вы будете делать дальше? - Ну, вариантов у меня не много. Я бы к вам присоединился, если б вы меня взяли. – Ответил пожилой мужчина. Длиннорукий хотел встать, как вдруг старик промолвил: - А могу я задать вам вопрос? - Можете. – Усевшись назад, сказал длиннорукий. - А зачем всё это делаете вы? Не именно ваша организация, что бьётся с Эгократическим Союзом и срывает флаги с покорившихся. А именно вы? – Спросил старец. - Ну, раз разрешил сам, то придётся ответить. – Заскрежетал мужчина без зрачков. – Там, за семьсот лет отсюда, цветёт и пахнет Империя, в которой каждый человек - слуга и подчинённый Его Величества. Каждый от малого до великого, обязан выполнять порой абсурдные, бестолковые законы. Каждый, порой мечтает, покинуть то место и оказаться где-то тут. – Длиннорукий развёл руками вокруг. – Но вот незадача! Попав сюда, ты вновь оказываешься под гнётом и чьей-то доброй рукой. – Мужчина посмотрел на старца, и были бы у него зрачки – они б смотрели прямо в душу. А голос продолжал: - В том мире, разрушить устой, который длиться больше полторы тысяч лет – практически невозможно. Мало кто может вообще помыслить о таком. Восстали вон, бравые ребята. И где они теперь? Со мной рядом. – Длиннорукий с каким-то задором указал на бывшего слугу Императора Олистера. – А тут, на Ксеоне, дело обстоит не так плохо. Я верю в себя. Убийца, головорез, может народный герой, нне нет к этому делу, но я готов разрушить старый миропорядок, плохой для меня, и построить новый, в котором я хотел бы провести остаток своих дней. – Закончил пустоглазый. - Пепелище не лучшее место для уютного дома. – Глядя на длиннорукого, прокряхтел старец. Одним движением, человек, зовущий себя Вирго, достал пистолет и молча застрелил пожилого. Старик не вскрикнул ни слова, лишь алая кровь зажурчала, стекая по наклонённому полу. Клотис удивлённо посмотрел на мертвое тело. - Следующий. – Спокойным металлическим голосом проговорил человек без зрачков. Олистер привёл девушку с некогда ярко красными, а теперь – высветившимися розовыми волосами. Она сидела на коленях, со связаными руками, где ещё несколько минут назад был старец. Её колени запачкались кровью. - Пепелище говоришь… - Сказал сам себе под нос длиннорукий. Пронзительно посмотрев на девушку, он спросил своим металлическим голосом: - Какой твой любимый цвет? 26. База «Тека» 11.03.1715 от В.И. Сезон ветров 2.56.367 от П.К.К.Е. 13:59 по первому часовому поясу Ксеона - Я зарядил ваши батареи, думаю этого должно хватить на несколько недель. – Сказал Эрнест, крайне высокий человек, метра два ростом, с тонкими и узкими костями и плечами. Гелеод в свою очередь одобрительно кивнул. – А вот бокс. В нём находятся сухпайки. Думаю, этого тоже хватит на некоторое время. – Продолжил Эрнест и передал парню ящик. Этот мужчина был торговцем-бартеровщиком, люди этой профессии крайне востребованы на Ксеоне, так как общей валюты на планете нет, и всё приходится обменивать товар на товар. Так сложилось, что Эрнест жил на небольшой базе, которая мирно себе существовала на просторах планеты, но из-за постоянного напряжения между Эгократическим Союзом и людьми Вирго, случилось так, что жилище торговца было уничтожено, а вместе с ним и всё то добро, что он привёз на Ксеон с родной Солнечной системы. Но не всё было разрушено в тот день. У него остался небольшой грузовик, который он мудро решил использовать, занимаясь торговлей. Теперь жизнь Эрнеста заключается в переездах с города в город, обменом менее ценного товара на более ценный. Разница обеспечивает ему существование. - Никогда бы не подумал, что какой-то там щуп может так сильно цениться. – Сказал Гелеод, крутя в руках одним из прототипов, которым занимался, пока жил в Эгократии. - Зная кому продать – можно много чего получить за такую вещичку. Ладно, мне пора ехать, везу очень ценный товар. – Сказал торговец, принимая из рук юноши диковинный предмет. Гелеод уселся на недавно полученный бокс с сухпайком и огляделся вокруг: это была колонизационная база «Тека», на которой Гелеод и девушка, называющая себя Лупией, остановились отдохнуть и пополнить запасы продовольствия и энергии для их внедорожника. С Эрнестом они познакомились совсем недавно, мужчина с большим удовольствием предложил свою помощь. Лупия, правда, сказала, что с машины выходить не будет, так как её преследуют незаконченные дела в прошлой жизни. - Нам бы ещё генератор найти. Ничего не можете подсказать? У меня ещё много найдётся всякой всячины из Союза. – Сказал Гелеод, но его слова разбивались об толпу шумящих вдалеке людей. Эрнест не успел ответить, так как Гелеоду показалось на мгновение, что среди кучи людей есть одно знакомое лицо. Это была девушка с каре и ровно подстриженой чёлкой, она крайне напоминала Флорию. Парень в мгновение ока оказался возле огромного колеса грузовика, на котором Эрнест перевозил свои товары. Спрятавшись, он решил удостовериться, потому немного выглядывал, чтобы подтвердить свои подозрения по поводу личности девушки. Эрнест не сдвинулся с места, он только смотрел на Гелеода и удивлялся, чем занимается парень. Когда незнакомка вышла из толпы и направилась в сторону Эрнеста, Гелеод сразу осознал, что это Флория. Парня распирало недовольство самим собой, ибо и дураку было понятно, что, скорее всего какое-то следящее устройство было на нём. Но почему юноша не проверил это раньше? Почему он дал себя так провести? Ведь Гелеод знал с кем имеет дело. Но он понимал, что устройство может показать лишь примерное местоположение, а не точное, потому, чтобы спрятаться и перегруппироваться, парень запрыгнул в грузовик Эрнеста. Торговцу это явно не понравилось, и он начал забираться за ним. - Лупия? Ты слышишь меня? Ты можешь аккуратно подъехать к грузовику? Я выпрыгну, и мы уедем. Это срочно. – Передал по внутренней связи Гелеод. - Парень, вылезай из моего грузовика и не впутывай меня в свои в разборки! – Достаточно громко сказал Эрнест. - Извините, я на некоторое время воспользуюсь вашим транспортным средством. – Очень тихо ответил ему Гелеод. - Я не шучу. Если ты сейчас же не вылезешь, то я отстрелю тебе голову. - Эрнест достал пистолет. Гелеод всегда терялся при виде оружия, но, не смотря на дрожь в руках, парень нажал на тревожную кнопку, на своём браслете, чтобы на его зов незамедлительно прибыли стрекозы С1, С2 и С3. - Выходи, я сказал! – Громко прокричал Эрнест, всё так же целясь в Гелеода. Как вдруг, его грузовик затрясся градом выстрелов, многие из которых попали в мужчину. Ничего не успев сказать, лишь упав, из его изрешечённого тела начала течь кровь. Но не все выстрелы попали в цель, как и переживал Эрнест, часть его ценного товара, пострадала. В грузовом отсеке раздался громкий звук сирены, сопровождаемый скрипучим шипений, что подобен звуку издаваемым аэрозолями. Неожиданно, грузовик тронулся и плавно начал набирать скорость. Из одного из закоулков выбежала девушка, вооруженная двумя пистолетами, стремясь настигнуть Гелеода, стоящего в грузовике. Это была Флория. Пробежав несколько десятков метров, она поняла, что её скорость уступает грузовику и остановилась, громко закричав: - Стой! – Но её голос был еле слышен. В этот момент Гелеод почувствовал внутри себя незнакомое чувство. Злобное наслаждение от того, что смог сбежать от неё, что смог сделать что-то наперекор обстоятельств. Теперь он на один шаг ближе к свободе. Неожиданно, браслет на руке Гелеода, завибрировал, это было сообщение от Лупии. « Я угнала грузовик». Серена в грузовом отделении продолжала неистово вопить, а тело Эрнеста изливаться кровью. Для Гелеода не составило труда найти источник звука. Откинув клеёнку, которая прикрывала большой объект, он увидел камеру Кадзумы, которая была усеяна дырами. Из щелей выходил холодный газ, панели мигали надписями: «Герметичность нарушена, проводится экстренная декриогенизация!» Гелеод, с каким-то страхом в душе, протёр конденсат на стекле камеры и увидел лицо темнокожего человека с длинными чёрными волосами, покрытые инеем. Грузовик затрясло. Упёршись в стенку, Гелеод принялся набирать сообщение Лупии. Снаружи слышался шум жужжания стрекоз. « Лупия, нам следует где-то остановится, и переждать». Взгляд Гелеода упал на ещё теплое тело Эрнеста, он ещё никогда не видел смерти людей. Парню всегда казалось, что человеческая жизнь – это что-то важное, что-то, что не просто так, он даже верил, что человечество особенное, так как оказалось в таких благоприятных физических условиях для своего существования. Но то, что сделала Флория, лишь доказывало, что организм это просто сгусток живых клеток, собранных в систему. Гелеоду стало крайне не по себе. Он отвернулся и продолжил писать: « В автомобиле труп Эрнеста. Мы должны его закопать или того подобное. Тут криогенная камера Кадзумы, внутри замороженный человек». Когда Гелеод высаживался на Ксеон, одной из его задач была перевозка подобного объекта, правда та камера была отключена, внутри был труп с множеством ран. Мужчина средних лет с внешностью человека, жившего на Европе. 27. Захир де Вен – летописец Ксеона 12.03.1715 от В.И. Сезон ветров 3.56.367 от П.К.К.Е. 09:00 по первому часовому поясу Ксеона - Славим Императора за хлеб наш и кров наш. И пусть здравствует он вечно и вечно живёт наш род человеческий. И да не будет звезды такой во вселенной, что не озаряет человеческого лба. Слава Императору! – Громко промолвил чернокожий человек. Утренний свет Цеппелина поблескивал на его лбу. Закончив молитву, он приступил к еде вместе с Лупией и Гелеодом. - Как вы себя чувствуете? – Своим детским, чуть писклявым голосом, спросила златовласая девушка. Она и её спутники сидели и ели внутри грузовика, который стоял внутри травяного поля, типичного для Ксеона. Сильный и хаотичный ветер нагибал траву то в одну, то в другую сторону. - Как любезно с вашей стороны. Чувствую себя прелестно. Лишь докучает головная боль. Забавно то, что я явно помню, что в момент заморозки – болела также. – Чётким поставленным голосом, в котором почти не ощущалось венерианского акцента, ответил огромный темнокожий мужчина. Его имя – Захир де Вен. Уроженец Венеры имел типичную для того места внешность: чёрные, как смола волнистые волосы, что спадали на плечи, такого же цвета глаза. Живущией под куполами Венеры имели жёлтые склеры и ладони, это было их отличительной чертой. – Гелеод, так на чём мы остановились? – Доев, спросил Захир. - На том, что я рассказывал, как устроено транспортное соединение на территории Союза… - Жуя, ответил парень. - И правда. Могу вам сказать, что получаю крайнее удовольствие от общения с вами. Несколько сотен поколений, что разделяют нас, создают возможность говорить о многом. – Неизменно красивым голосом продекламировал темнокожий. - И всё же я вас хотел насчёт этого спросить. Что может заставить человека, добровольно и без особой потребности погрузить себя в криогенный сон? – спросил Гелеод, закончив поедать сухой завтрак. - Хмм… Отнюдь не беспричинно. Я много размышлял о времени и творчества, и пришёл к очень интересным умозаключениях. А именно – качество произведения и его своевременность намного важнее, чем количество и последовательность. Потому данный криогенный сон просто жизненно необходим в моей поэтической деятельности. – Ответил Захир, потягиваясь и вглядываясь в даль. Там, на небольшом холмике виднелась продолговатая насыпь, из одной части которой торчало пять небольших веток. В ней упокоился Эрнест. - Вы поэт? Я где-то слышала о ваших стихах. – Сказала девушка, хотя за всю свою жизнь не прочла ни одной строфы. - Да, я поет. И весьма знаменитый. - Тогда начнём сначала. По какой причине, столь известный поет, так уж вышло, что я родился до того, как вы стали известным, оказался на этой дыре Ксеоне? – С недоуменем спросил Гелеод. - Хорошо, отвечу и вам на этот вопрос. Прежде вы и так мне много поведали про сей мне малоизведаный мир. Его величесту, преосвященству Императору, начиная от первого, и заканчивая последним стихом – я всё посвятил своему повелителю. Я – сын нищего венерианина, был возвышен в пажи своим благодетелем. – Он сложил руки в замок. – И вот, утром тысяча сто пятьдесят третьего от Восхождения Императора, когда я читал своему Императору новые творения, он, послушав, заявил о том, что сожалеет, что не сможет услышать столь красивые стихи о новых необитаемых землях. И в тот же день, я, самолично, погрузил себя в криогенный сон, дабы дождаться отправления корабля-ковчега «Евы» на планету Ксеон. – Остановил свою речь Захир и посмотрел в окно. - Но по прибытию сюда вас что, не разморозили? – Спросил Гелеод и с большим интересом посмотрел на темнокожего человека. - Я продолжу свой рассказ. Оказавшись здесь, я с большим удовольствием стал путешествовать по всей планете, чтобы иметь возможность вложить в свои стихи то, что мне тогда казалось самым важным. Открытие, новые земли, новые просторы. На протяжении десяти лет, я писал о поющих каньйонах Загнара, о лавовых горах Пикнерии. – Глаза девушки, называющей себя Лупией, наполнились изумлением. – И о поющих фонтанах Каркасканда. Но после написания второго сборника моих изысканий на Ксеоне, я понял, что блекнет моё слово, что нету в нём того, что было ранее. В тот день, когда я это осознал в тысяча четыреста пятьдесят четвёртом году от Восхождения Императора, я решил, что слово моё должно течь в веках. И служить отрадой для моего Императора во время всего его существования. И я сам лёг в камеру Кадзумы, чтобы через сто лет восстать, проснуться и снова озарить своего Императора своим словом. - И всё это время вы были заморожены? - Не совсем, каждое пробуждение я некоторое время путешествую по Ксеону, чтобы посмотреть произошедшие изменения за эти сто лет. А всё, что вижу – вкладываю в свои творения. - Поразительно! – Воскликнула златовласая девушка. – Как вообще такие люди могут существовать? Вы великий человек. Мало кто мог пожертвовать своей жизнью ради такого. Это величественно! – Восторженно, сказала Лупия, смотря поэту прямо в сердце. - Извините, я снова задам неуместный вопрос, но может вы один из тех немногих людей, который может ответить на него. Если вы были частью первой экспедиции, то расскажите, как всё происходило и, что потом случилось с ней? – Гелеод, не замечая восхищений девушки, называющей себя Лупией, задал вопрос. - За те десять лет, которые я прожил в те времена я мало смогу рассказать. Ну а о последующих ещё меньше. Могу поведать, что за те десять лет было выстроено подобие страны со своей экономикой, валютой и чуть ли не культурой. Назвать это культурой было преувеличением, но она здесь зарождалась. То место, что сейчас называется островом Союза – было захолустьем, вокруг которого даже не было птиц, на которых можно охотиться. Так, пару научных станций, ничего больше там не было. Очнувшись после первой пятидесятилетней заморозки, я был поражен. Весь континент, мой дом, всё, что я знал – было разрушено. Остались лишь руины, которые были засыпаны песком. – Гелеод поражённо посмотрел на поэта. – Я удивился не меньше вашего. Попытки узнать привели меня к тому, что некий катаклизм произошёл на Везилии. Но так как образованность людей, что меня тогда окружали, была крайне низкая, то они связывали это с каким-то божьим провидением, пришествием ангелов. Вздор какой-то. – Поэт басом захохотал. – Кроме Императора, нет других богов, а Император бы такого не пожелал. Вот и вся логика. В последующих пробуждениях, я лишь наблюдал, как руины старого мира засыпаются песком. – Закончил Захир, потягиваясь своим мощным телом. Гелеод молча смотрел на темнокожего, размышляя о том, что поверил во всё, что говорили в Союзе, и даже не попытался поставить это под сомнение. - Вы говорите, ваш ковчег упал? – Поинтересовался поэт. - Да, есть такое. – Непринуждённо ответила Лупия. - Как жаль, что Император сможет узнать об этом лишь спустя пятьдесят четыре года. – Сказал Захир, посмотрев на травяные поля Ксеона. - Что? Почему? – С удивлением спросил Гелеод. - Ну, наверное, потому что, я был досрочно пробуждён. Одной из моих первостепенных миссий, является просьба к вам, чтобы вы попробовали починить мою камеру, и я смог продолжить свой сон. После пробуждения, я напишу стихи. В моей поэзии я не забуду упомянуть о падении. – Утвердил Захир. - Вы хотите сказать, что на всём Ксеоне не найдётся человек, который не сможет отправить послание Императору? Оно дойдёт, ну максимум, лет за двадцать. – Удивлённо сказал Гелеод. - Звучит логично, но я – единственный человек, способный сообщить об этом Императору. Реальность состоит в том, что Союз, эти мерзкие эгократы, – поэт не подозревал даже, что говорит сейчас с одним из их представителей, - глушат все сигналы, которые исходят из Ксеона. Я же владею ретранслятором, встроенным в мое тело, настолько большой мощности, что в высоких горах он способен подавлять блокировку эгократов. Потому, я единственный человек на Ксеоне, способный общаться с Императором. – Гелеод почувствовал страх. Страх осознания того, что он нашёл себе не тех противников, с которыми мог бы совладать. Вдруг задумчивость Гелеода прервалась детским восклицанием: - А вы расскажете, где те цветущие водопады? 28. Рыбы без хребтов 20.03.1715 от В.И. Сезон ветров 7.56.367 от П.К.К.Е. 12:12 по нулевому часовому поясу Ксеона Запах солёной воды ударил прямо в носу Пектору. Вокруг огромных прямоугольных резервуаров царил всё заглушающий шум воды. - Аж не верится, что здесь производится столько рыбы. Забавно, что за всё время, что я на этой планете – это первое животное не являющееся птицей. - Сквозь шум проговорил мужчина средних лет, вглядываясь вглубь резервуара, что был наполнен причудливыми устройствами, но из-за ряби, что расходилась по воде, рассмотреть их было почти невозможно. - В природе рыбы и не существует, это всё искусственная. – Будто звук гула разошёлся вокруг – так звучал Ликориум. Мужчина имел около двух метров ростов, из-за своей массивности он напоминал скалу, что неспешно перемещалась по рыбзаводу. Черты лица грубые, будто вытесанные из камня, стрижка короткая, как и у всех пустых обитателей Союза. Жёлтые глаза настолько пустые, что казалось, будто душа давным-давно покинула тело Ликориума, и он превратился в такого себе допотопного компьютера-гиганта. - Я знаю это, но всё же поражаюсь. Не пробовали вы выпускать рыбу в местные водоёмы? Может адаптировать её к местным условиям? – Заинтересовано спросил Пектор. - Не имеет никакого смысла. Организм человека не приспособлен к тому, чтобы употреблять растения или животных, что живут на серных землях Ксеона. – Менторским голосом ответил массивный человек, параллельно, перебирая какие-то файлы на устройстве, напоминающем планшет. - Но вне Союза мы выращивали много зерновых культур. Многими я даже успел насладиться. На вкус достаточно сносны. – Пектор и Ликориум были на рыбзаводе не одни, как могло показаться со стороны. Их окружали люди, хотя людьми их назвать было трудно. Каждый работал как заводной механизм, поочерёдно они подходили к резервуарам, оценивали состав воды, после нескольких манипуляций с контролерами, причудливый механизм доставался из воды, и они продолжали свою оценку качества продукта. - Меня абсолютно не интересует жизнь вне острова. Я считаю её примитивной, а вас отсталыми. – Холодно и без тени сожаления заключил Ликориум. - Могу я поднять рыбный каркас? – Спросил Пектор, не обращая внимания на бестактность массивного человека. - Если тебе нечем заняться. – Безразлично ответил Ликориум, продолжая что-то искать в своём электронном устройстве. Пектор подвинул контролер и зажал одну из кнопок, после чего из под воды появилась огромная квадратная рама, насквозь пронизанная рядами из рыб. Каждый такой ряд имел в наличии около сорока морских представителей. Ранее, Пектор, видел рыб только в аквариумах, что были размещены на корабле-ковчеге «Диана», как напоминание о родном доме. Эти рыбы были явно не похожи на тех, одним из главных различий было то, что морские представители были полностью закреплены специальными шунтами, что не давало им возможности двигаться. В рот и жабры были проведены трубки, по которым особь снабжалась всем необходимым. Так же эти рыбы ещё на эмбриональном уровне были лишены костного аппарата, что в будущем упрощало их переработку. Морские обитатели в большей степени были парализованы, а их сознание задурманено. Лишь периодически, электростимуляция заставляла рыбу двигаться. В результате такого производства, выходил продукт отменного качества, нежнейшее мясо. Вода стекала с недозрелых морских животных. - Вам не кажется, что рано или поздно рыба деградирует и потеряет способность к размножению? – Спросил мужчина с горбатым носом. - Я отрицаю данную мысль. – Коротко ответил Ликориум. - Да, категоричность – ваше всё. – Пектор продолжал рассматривать рыбу, изучать мелкие детали в конструкции рыбного каркаса. Спустя несколько минут, будто тишина посреди бушующего моря, заговорил Ликориум: - Если я с вами соглашусь, то и соглашусь с тем, что рано или поздно деградирует моё государство. - Вы считаете своё существование подобным этой рыбе? – Спросил Пектор. - А чем моя жизнь отличается от её жизни? Я так же, как и рыба – часть системы, так же как и рыба – не добываю себе пищу, так же как и рыба – не добываю себе кислород, и так же как эта рыба – совершаю моторные движения по чёткой команде. Так чем же я от неё отличаюсь? – Массивный мужчина отвёл глаза от планшета и подошёл к инкубатору. – Хорошо, я потрачу ещё немного времени впустую. Как вы считаете, какая цель существования этой рыбы? – Впервые за долгое время, Ликориум посмотрел на своего собеседника. - Наверное, чтобы кормить наше общество. – Немного задумавшись, ответил мужчина с горбатым носом. - Совершенно верно, быть качественным и полезным продуктом, чтобы механизмы системы функционировали как надо. Со стороны может показаться, будто рыба существует просто так, для удовлетворения человеческих нужд, не так ли? – Выпрямившись, сомкнув свои огромные руки в замок, продолжил Ликориум. - Да, её важность, исходя из ваших слов, не больше, чем важность любого продукта, который потребляют люди. - Да, так может показаться. Подойдём к этому вопросу с другой стороны. Какой цели служили вы, пока не оказались здесь? – Вновь вопросительно посмотрел на Пектора громадный человек. - Руководил клонами, поддерживал чистоту на корабле-ковчеге «Диана». – Пожал плечами Пектор. - Легко выстроить логическую цепочку. Какой цели служил корабль-ковчег «Диана»? – Продолжил расспрос Ликориум. - Это похоже на блиц. Хорошо, я буду отвечать быстро. Корабль-ковчег «Диана» служил колонизации Ксеона. – Мгновенно ответил Пектор. - А чему служила колонизация Ксеона? – Задал очередной вопрос громадный человек. - Наверное, расселению человечества в космосе. – С улыбкой на лице ответил мужчина с горбатым носом. - А какова цель тогда существования человечества? – Завершил свой шквал вопросов Ликориум. - Ах да, тут вы меня подловили. Смешно получается. Выходит, что если члены Эгократического союза едят рыбу, а после – занимаются созданием Высшего Разума, то есть высшей целью существования, то выходит, что смысла в существовании рыбы, что не плавает, не размножается и не думает, намного больше, чем в моём существовании до попадания в Эгократический Союз. – С добродушием улыбнулся Пектор, подарил свою улыбку грозному человеку. - Совершенно верно. - Это всё забавно. А вот у меня тоже есть один вопрос. А почему вы решили, что создание Высшего Разума – это высшая цель? Почему не построить себе дом, или найти любовь всей своей жизни? Или, банально, не поймать ту же рыбу? Почему из всех возможных действий, что может совершать человек, именно создание Высшего Разума – является высшей целью? – Так же добродушно спросил Пектор. По Телу Ликориума прошла незаметная дрожь. - Цель человека – это эволюция, развитие, трансформация. Рыба лишена возможности размножаться в дикой природе, а соответственно она не учувствует в природном отборе. И может быть, в будущем, как вы и говорите – она и выродится. Но если к тому моменту будет создан Высший Разум, то будет не так существенна её погибель. – Нажав несколько клавиш на контролере, Ликориум погрузил рыбный каркас в воду. – По нашему мнению, если раньше сутью человека было – эволюционируй, чтобы жить, то мы, пожалуй, та часть жизни, которая стала выше этого закона. Он звучит для нас по-другому: «Жизнь ради эволюции»! 29. Рокировка 24.04.1715 от В.И. Сезон ветров 6.60.367 от П.К.К.Е. 15:10 по нулевому часовому поясу Ксеона - Так не привычно, что никто за тобой не наблюдает из соседней комнаты. Без прозрачных стен чувствую себя некомфортно. – Рассуждал Пектор, идя по сырому тёмному коридору вместе с Ликориумом. - Не все постройки требуют такой конструкции. К тому же, зачем смотреть на клонариум? – Ответил напарник. - Нам, наверное, было бы удобно работать, видя всё насквозь… Мы уже ищем недостатки в работе Эгократического Союза на протяжении шести недель, и за всё это время мы не нашли ни одного. – Сказал Пектор, проводя рукой по влажной стене тёмного коридора. - Это лишь доказывает безупречность нашей системы. – Ответил Ликориум. - Так же это указывает на бессмысленность нашей работы, не находите? Выходя из догм Эгократии, наша цель становится всё дальше после каждой секунды, прожитой зря. – Сказал мужчина с горбатым носом и остановился вместе с Ликориумом возле металлической двери. - За свой десятилетний стаж, я сэкономил суммарно один час семнадцать минут и тридцать четыре секунды. При условии, что это каждодневные операции, по моим подсчётам я сохранил в три раза больше, нежели сам потратил на это время. Я считаю это явным доказательством смысленности нашей работы. – Сказал массивный человек, приложив своё устройство, напоминающее планшет, к панели. После чего, металлическая дверь открылась, из помещения начал бить яркий лазурный свет. - Было ли у вас желание работать именно на этой должности? – Спросил Пектор. Его глаза уже немного привыкли к яркому свету и смогли разглядеть огромное количество стеклянных капсул, выстроенных в несколько этажей, до самого потолка. В них находились люди разного возраста, от молодых к взрослым, подключённые к прозрачным трубкам, веки людей были опущены. В глаза бросалось отсутствие особей мужского пола. - Я знаю, что вы хотите услышать от меня. – Ликориум пристально посмотрел на Пектора. – Меня сюда определили исходя из результатов ментальных и физических тестов, к тому же, моё тело слишком огромно и я выделяюсь из общей толпы. И самое важное, наверняка для вас, то, что я никогда не хотел бы работать на этой специальности. – Короткостриженый человек развёл в стороны своими огромными руками. – Если бы меня спросили, кем бы я хотел стать, то я бы ответил, что химиком-синтетиком. Но знаете что, я бы не добился тех успехов на той должности. Мой мозг просто не имеет тех предрасположенностей и качеств что необходимы для этой работы, которую я желал бы. – Ответил Ликориум, пролистывая свой планшет. - Простите, но я не пытаюсь доказать, что ваша жизнь бессмысленна, я просто задаю вопросы. Моя слабость – любопытство. – Пектор пожал плечами. – А почему все клоны – девушки? – Через некоторое время спросил мужчина с горбатым носом. - Для удобства. Только и всего. Клоны женского пола не имеют возможности размножаться, потому в целом физически и ментально они не отличаются от мужчин. Но то, что они – женщины, даёт возможность отличить их от обычного члена Эгократического Союза. – Заключил массивный человек, продолжая что-то заполнять в своём планшете. - Сколько здесь живу – первый раз вижу живого клона. Для чего они вам нужны? – Поинтересовался Пектор, рассматривая обнажённые особи. Если присмотреться, то можно заметить, что на верхних этажах преобладают юные девушки. В одном же сосуде, самом крайнем, возле входа, можно найти младенца. Спускаясь ниже, предполагаемый рост походил на подростков, ещё ниже были уже совсем взрослые женщины. Только репродуктивная система и особая конструкция тела указывала на женский пол. В остальном же они походили на мужчин: грудь плоская, выразительная мышечная рельефность. Это совершенно не соотносилось в мыслях Пектора о женской внешности. - Странный вопрос для человека, который собирается оптимизировать это место. Империя использует клонов в качестве дешёвой рабочей силе, рабов. Нам же, высокотехнологическому развитому обществу, не нужно прибегать к помощи прислуги, для этого у нас есть техника. У нас клоны выполняют роль военной силы. – Сказал Ликориум, подойдя к одному из резервуаров, сверяя данные из планшета с панелью возле стеклянного сосуда. - Те клоны, которые сопровождали нас на корабле-ковчеге «Диана», едва ли могли похвастаться смышлёностью, ловкостью и сноровкой. Они были явно тупее обычного человека. Наверняка, картина у вас состоит иначе? – Спросил Пектор, всё так же всматриваясь в девушек. Осмотрев более десяти штук, он не нашёл ни единой разницы в лице, волосах и глазах, кроме отличия в возрасте. - Наши клоны обладают высоким интеллектом, так как мы не понижаем его искусственно. Наоборот, мы даже обучаем их, помимо гипнопедии. – Ответил Ликориум. - Насколько мне известно, на территории Империи было запрещено делать умных клонов, так как обладая высоким интеллектом, они склонны к сомнению, неподчинению, а так же к хитрости, что чаще всего приводит к восстанию. – Сказал человек с горбатым носом. Пектор сделал вывод, что две трубки, которые заходили прямо в носовую полость, снабжали клона кислородом. А та, что заходила под ключицу, поставляла особе всё остальное. - Наши клоны не снабжены устройством безопасности, которое начинает бить током при первых нотках неповиновения. Главным сдерживающим фактором является то, что клоны являются полноценным членом эгократического общества, что делает восстания абсурдными. – Масивный человек выдохнул. – И не видели вы их потому, что, как и все аспекты Эгократии, клоны не имеют никакого контакта ни с чем, что выходит за сферу их деятельности. – Ответил Ликориум, продолжая работать со своим устройством. - Поразительно. Сложно вообразить всю эту структуру, находясь здесь. – С восторгом ответил Пектор, проводя рукой по одному из резервуаров. - Чтобы воображать было проще – мы используем инфмассив. – Массивный человек протянул Пектору устройство, напоминающее планшет. За всё то время, что мужчина с горбатым носом работал в центре оптимизации, ещё ни разу в его руках не оказывался эта вещь. - Здесь хранится вся информация обо всём Эгократическом Союзе? – Приняв инфмассив из рук Ликориума, Пектор принялся разглядывать его. - Далеко не всё. Лишь та информация, которая нам нужна для работы с данным центром. Когда мы переходим на другой объект – количество доступной информации меняется. – Сказал Ликориум. Пектор перелистывал с вкладки на вкладку, рассматривал состояние клонов, их возраст и подобную статистическую информацию. – Знаете, наш прошлый разговор заставил меня задуматься. Я несколько ночей не спал и думал о многом. Хоть, как это ни прискорбно, но надо признать, пообщаться с человеком с иным мировоззрением это очень интересный опыт. – Принялся размышлять Ликориум, ходя со стороны в сторону по огромному помещению, освещенному светом издаваемым резервуарами. - Понимаю. Вернее, совсем не понимаю. В мире, из которого я – у каждого человека есть своё мнение. И поверьте, различие в них не всегда приводит к философскому разговору. Чаще всего они заканчиваются обыкновенной дракой. – С улыбкой на лице ответил Пектор, продолжая хаотично клацать на инфмассиве. - Ну, знаете, мы с вами несколько раз вели философские баталии, и всегда я выходил победителем. – Массивный человек развернулся спиной к Пектору и продолжил. – Но я не чувствую сладости победы, так как знаю, и наверняка вы знаете, что вас прослушивают. Меня предупредили об этом, и это логично, ведь вы можете оказаться шпионом, но, в нашем случае, это лишь мешает нашей беседе. – Ликориума будто передёрнуло. - А вы изменились. – Улыбнулся Пектор, перейдя на вкладку заданий, он, пролистнув несколько раз и среди прочих ему людей, он случайно заметил лицо знакомого ему парня. – Наверняка сложно уметь такой ум, но не иметь возможности им поделиться. – Продолжил мужчина с горбатым носом, разглядывая парня с кудрявыми волосами, подписанного как Гелеодиум Маргуниум. - Не сказал бы, что я изменился, просто я попал в те условия, в которых раньше никогда не был. – Массивного человека снова передёрнуло. – Я предлагаю сменить стороны нашей беседы. Я буду пытаться защитить ваш мир и доказать, что его форма существования имеет смысл. А вы попытаетесь доказать мне, что Союз идёт к высшей цели, к которой может идти человек. Я думаю, вам под силу такая рокировка. – Договорив, массивный человек повернулся к Пектору Лангранжу. - Хитро придумано, коллега, мне нет причин отказывать, для нас обоих это будет прекрасным экспериментом. – Улыбнувшись, ответил Пектор. Пролистнув до самого низа страничку Гелеода, он увидел надпись, выделенную жирным шрифтом: «ВЕРНУТЬ ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ!». 30. Пчелиный улей 26.04.1715 от В.И. Сезон ветров 2.61.367 от П.К.К.Е. 13:43 по нулевому часовому поясу Ксеона - Ты не считаешь унизительным служить стране, которая не считает важным хотя бы сообщить тебе о том, кто управляет этой самой страной? – Голос Ликориума прозвучал в противоположную сторону от Пектора, отчего его голос слышался глухо и тихо, а вращение сфероплана ещё более заглушало слова. - На корабле ковчеге «Диана» было одно занимательное место, в которое я любил ходить с дочерью после работы. Называлось «Пчелиная роща», там всё было усеяно цветами разнообразных оттенков и форм. Несмотря на всю неописуемую красоту этого места, у него было вполне себе практическое применение. – Пектор почесал свой горбатый нос. - На сколько бы сильно технологии человека не развились – он ещё слишком далёк от того, чтобы полностью заменить природу, которую мы так активно презираем. Одним из таких вещей является мёд, биозаводы способны синтезировать его искусственно, но человек, который хоть раз пробовал настоящий пчелиный мёд, будет лишь плеваться синтетическим аналогом. И выходит одна забавная вещь, что Империя со своим несменным правителем за тысячу лет своего существования так и не смогла приблизиться к вкусу настоящего мёда, что делают существа, общество которых даже понятия не имеет об управлении или лидерстве. Может ли быть то, что существуют цели, чья реализация не возможна лишь по воле одного человека? – Ответил Пектор, его взор был направлен на стеклянный город, что гордо и беззвучно стоял посреди скалистого острова, и лишь звук сфероплана нарушал его покой. - В отличии от пчелиного улья, у нас нет свободы решения. Я не определяю, что сегодня мы будем инспектировать движение монореек. – Ответил массивный человек, чьё тело занимало почти всё пространство внутри летательного аппарата. – Но, тем не менее, вы влияете на все другие системы. Если вы скажете, что эффективнее было бы просыпаться сразу на работе, то строительном центру пришлось бы ещё долго демонтировать все жилые секторы. Приходит на ум один политический строй, который, к сожалению, не нашёл места в нашем мире из-за крайней утопичности его идей – демократия. Смотрите, как забавно выходит, всё та же пресловутая пирамида – высший чин управляет низшим, и вроде бы ничего нового, но идея в том, что как раз самая низшая и многочисленная каста выбирает себе высшую. Очень иронично. А знаете, в чём я нахожу параллели между эгократией и демократией? – Пектор вознёс руки вверх и коснулся ладонями защитного стекла сфероплана. – А в том, что мы способны изменить быт и устои другого центра по причине недостаточной эффективности его работы. Если в демократии властью является демос – народ, и народ имеет монополию влияния на все сферы жизни, то у нас властью является эгос – ум. А что у нас тогда имеет право влиять на все сферы жизни нашего общества? Эгократические устои говорят, что каждый центр является независимым и только он сам имеет право решать свои внутренние дела. А что же мы сделали вчера? Заставили спортивный центр лишиться одного из видов тренажёров по причине их низкой эффективности в вечерних тренировках. И кто же тогда власть в Эгократическом Союзе? Неужели мы с вами? – Пектор душевно улыбнулся, глянув в сторону Ликориума. - Представление о том, что каждый центр является независимым, остались от старых догматов той эгократии, что ещё существовала в Империи Императора. Ранее, структура каждого центра представлялась как небольшая община, в которой все решения принимались одноголосно, и чтобы они были таковыми, они должны удовлетворять каждого члена этой общины. – Вздохнул Ликориум, а вместе с ним содрогнулся сфероплан. – На Ксеоне такое понятие эгократии исказилось, центр больше не принимает никаких политических и экономических решений, за нами сохраняется лишь право профессионального выбора, говоря твоими словами, мы решаем лишь сколько пальцев будет у щупа, а не нужен ли он вообще. – Бассом продолжил Ликориум, не отворачивая головы от корпуса летательного аппарата. – Ранее архимагистр являлся слепым представителем общины, он не имел власти и воли принимать какие-либо решения, что не были бы одобрены людьми, которых он представлял. А что теперь? Архимагистр единоличный лидер своего центра, именно от его решения зависит что будет делать каждая его единица. – Массивный человек сжал свои огромные кулаки. – Сказать, по правде, я даже не знаю механизма становления этим самым архимагистром. Мы далеко не те, что жили некогда в Империи. 31. Епископ Анатоль 11.05.1715 от В.И. Сезон ветров 1.63.367 от П.К.К.Е. 11:45 по третьему часовому поясу Ксеона Длинная паукоподобная рука сжимает ржавые останки некогда великого корабля-ковчега «Диана», из которых по запястью стекают бурые коллоидные потоки. - Хмм, какая встреча. – Металлическим голосом сказал длиннорукий и отбросил куски прошлого, идя далее сквозь бурые развалины корабля. – Аж дрожь по телу проходит, и всё же, мне повезло, что я выжил. Так как бабка винила в изгнании именно меня, то мне выделили самую позорную камеру Кадзумы на задворках корабля. – С отдышкой проговорил толстяк Олистер. – Это как раз те камеры, в которых вероятность проснуться дебилом выше двадцати процентов, а вообще не проснуться – около пяти. Но это впрочем, меня и спасло, так как раз наш блок не пострадал во время падения, а вот бабкин… - Олистер тяжело вздохнул. Завыл ветер и сильный поток воздуха, наполненный каплями ржавчины, пронёсся по лицу длиннорукого. - В последний раз, когда я здесь был – тут стоял огромный корабль, а остались лишь несущие балки, да и тем скоро придёт конец. Ксеон как будто пожирает остатки Империи на этой земле. – Со скрежетом в голосе сказал длиннорукий, поправляя винтовки, что были размещены у него на поясе. Если бы Олистер пытался подобным образом закрепить оружие на себе, то это выглядело бы крайне нелепо. Не смотря на огромный рост длиннорукого, такой вид казался гармоничным. - Аж вся земля пропиталась металлическим смрадом, такое чувство, будто сама она начала ржаветь. Не мудрено, что от Дианистов осталась лишь эта убогая свора. – Почесывая затылок, заключил Олистер. - Остались лишь те, что по-настоящему верят во всю эту муть. После того, как они обменяли свои последние остатки техники из родной системы, дела у них видимо пошли не очень. – Длиннорукий коснулся металлического столба, торчащего из земли, а тот, будто ждущий этого последнего прикосновения, подобно трухлой древесине, упал на землю и разлетелся на мелкие щепки. - Да, вот, я так до конца и не понял, зачем ты так хочешь, чтобы они присоединились к нам? – Вопросительно развёл руками Олистер, на что длиннорукий лишь презрительно повернул голову, даже в его пустых глазах можно было прочитать причину нахождения здесь. Дальнейшая дорога прошла в молчании. Ещё с далека они заметили человека облачённого в типичный для Империи боевой костям, поверх которого развивалась красная накидка с эмблемой корабля посредине. Незнакомец быстрым шагом направился длиннорукому и Олистеру. Подойдя ближе, он кивков поприветствовал их и жестом пригласил следовать за ним. Мужчина привёл их к остаткам гниющего корабля, из под земли торчало несколько ржавеющих балок, кое-где ещё были стены, но если посмотреть вверх, то можно увидеть лишь чистое небо, двери заменяло лишь пустое пространство между двумя железными креплениями. Зайдя в это место, они увидели, что гостей уже ждали: посредине стоял пластиковый стол с двумя заготовленными стульями, а за ним сидел человек с седыми волосами, но молодым лицом, и так же, как и все его спутники, был облачён в красную рясу с эмблемой судна. По правую руку от него стоял человек, подобный тому, что привёл длиннорукого и Олистера сюда. Когда провожающий стал по левую, человек с седыми волосами проговорил: - Приветствую вас, прошу, присаживайтесь. Вы пришли без сопровождения? Я польщён столь большим доверием. – Разведя руки, сказал седовласый мужчина. - Я думаю, вы последуете нашему примеру. – Отрезал Олистер, усаживаясь в не совсем удобное для его телосложения кресло и указывая на спутников седовласого. Длиннорукий также пытался уместиться на стул, с его габаритами стул казался ещё менее удобным. Седовласый кивком приказал своим спутникам покинуть его. - Меня именуют епископом Анатолем, надеюсь на наше продуктивное сотрудничество. – Сказал человек с седыми волосами, поправляя свою бордовую мантию. Длиннорукий, преодолевая разницу в росте, проскрипел на ухо Олистеру: - Приступай, надеюсь, ты ещё помнишь за какие заслуги остаёшься живой. – Олистер сглотнул слюну. - Ну что же, нас интересует информация, мы хотим из ваших уст услышать, как всё произошло на самом деле. – С неизвестно откуда появившейся уверенностью сказал Олистер. - И что же вы можете предложить в обмен на интересующую вас информацию? – Спросил Анатоль с самодовольным чувством. - Ваши жизни. – С металлическим скрежетом бросил длиннорукий, положив руки на винтовку. Лицо епископа было неподвижно, подобно камню. Пластиковый стул с трескающим звуком взлетел ввысь. Анатоль резко обернулся, позади него лежали двое трупов, облачённые в красные одеяния, что были заляпаны брызгами крови, из головы зияли отверстия, что видимо и стали причинами загрязнения костюмов. Блаженный Анатоль повернул голову на прежнее место, его глаза переполнил ужас. - Но…! - Протяжно провопил епископ. - Не переживайте, больше нас никто не побеспокоит. – Металлическим голосом проговорил длиннорукий и положил винтовки на прежнее место. – А теперь вы ответите на все вопросы, которые задаст вам Олистер. – Человек, называющий себя Вирго, испытующе глянул на толстяка. - Нас интересуют вопросы, связанные с падением корабля-ковчега «Диана». Вам известно, почему упал корабль-ковчег «Диана»? – Немного откашлявшись с паузами между слов, спросил Олистер. - Мы этого не делали, хоть чтобы кто не говорил. Да, я знаю, у вас наверняка есть информация, что глупые фанатики, как вы нас называете, устроили беспорядки и вонзили свою мать Диану в пучину земли. Но это не так. Мать Диана для меня дом, это место в котором я родился, место которому я обязан всем, это моя родина. – С печалью в сердце ответил епископ, осматриваясь вокруг, рассматривая убитых братьев. - Но как же так случилось, что корабль-ковчег «Диана» упал, если вы здесь не причём? – Спросил Олистер, сложив руки в замок на своём обильном брюхе. - Когда мы убили вице-капитана Оуриса, наш лидер получил не очень серьёзную травму и по неизвестным мне причинам тотчас изменился. Как будто человека, которого я знаю почти всю свою жизнь, подменили на совсем незнакомого. Он приказал меня связать, а сам ворвался в капитанскую рубку. И вот мы имеем то, что имеем. Не знаю, что произошло, то ли его сердце наполнилось сомнением, то ли им овладел злобный демон. Но Визор навлёк на наши плечи величайшее изо всех возможных бедствий. – Смиренно опустил глаза, проговорил епископ. – Потому последнее, что нам остаётся – это защищать останки нашей матери, Дианы! – Будто вновь проснувшись, завопил Анатоль. - То есть, вы подозреваете в переменах, которые произошли с вашим лидером – потусторонние силы? - Ложись! – Будто молот, бьющий по расплавленному железу, прокричал длиннорукий. Земля содрогнулась от града выстрелов, которые будто зерно засеяли почву. Если бы не плащ пустоглазого, который был вовремя накинут на толстяка, то от тела Олистера остались лишь жирные ошмётки. Дело в том, что плащ длиннорукого – это лишь одна из форм использования делюревого волокна. Его особенность заключалась в том, что в обычных условиях оно очень мягкое и податливое, но при сильном натяжении, которое, например, возникает во время пулевого попадания, уплотняется и превращается в очень твёрдую материю. К тому же, в плаще длиннорукого делюр шёл в два слоя между которому находилась амортизационная пена, слой которой не превышал одного миллиметра, но при сильном физическом контакте она имела свойство увеличивать свой объём в десятки раз. За счёт высокой плотности этой пены такой материал имеет большой успех в предотвращении пулевых ранений. Так как даже если верхний слой делюра пробивается, амортизационная пена настолько замедляет скорость движения пули, что если так и доходит до второго слоя, то уже не имеет возможности его пробить. От града выстрелов, плащ человека, зовущего себя Вирго, превратился в некое подобие надувного матраца, из под которого выглядывала пухлая морда Олистера, страх и отчаяние наполняло её. Длиннорукий прижался к одной из балок и неподвижно сидел, не издавая ни единого звука, хотя если бы он даже крикнул бы, то на фоне разрывающейся шрапнели это показалось бы шепотом. Вдруг на мгновение выстрелы стихли, и сразу же стал слышен истошный крик Анатоля, что неистово орал, прижавший к одной из ржавых стен местом, где некогда была левая рука. - Вы мерзкие твари! Другого от вас ожидать не стоило! Я умру, но заберу одного из вас в могилу! – Истошно орал епископ, и преодолевая большие усилия достал из под накидки пистолет. - Ответственный за это не я, и не мои люди. Те, кто лишили тебя руки – это те же люди, что оставили тебя без твоего любимого корабля. И всё же, методы слежки эгократов меня поражают. – Металлическим голосом сказал длиннорукий, продолжая неподвижно сидеть. Блаженный Анатоль выпустил из рук пистолет и попытался подвинуться к одной из балок, что могла спасти ему жизнь, оставляя за собой кровавый след. - В любом случае, мы покойники. – Прохрипел Анатоль, отхаркивая алую пену. И вновь прозвенели залпы выстрелов, ржавые ошмётки некогда великого корабля-ковчега «Дианы» разлетались вокруг. Дождь выстрелов затих, епископ продолжал истошно орать, орать от боли, уже не слыша ни себя, ни разрывающихся вокруг снарядов. Длиннорукий опустил веки, прикрыл лицо своей огромной паукоподобной рукой и томно выдохнул. - Не важно, на сколько орудия ваши мощны, а ряды многочисленны, не познав настоящей битвы, вы не одержите победы у тех, кто битвой живёт. – Убрав руку, пустоглазый взял в каждую руку по винтовке, тихо встал и ринулся вдаль, перепрыгивая через металлические ржавые горы металла. И вновь зазвучали выстрелы, но где-то далеко от этого места. Вслед длиннорукому лишь слышался звук рации, через которую Олистер пытался связаться со штабом. - Приём, как слышно? Как слышно? Артиллерия врага начала вести огонь по своим позициям. Как слышно? Как слышно? 32. Олистер – Теофилософ Длиннорукого 11.05.1715 от В.И. Сезон ветров 2.63.367 от П.К.К.Е. 10:32 по третьему часовому поясу Ксеона - Наша победа служит символом того, что свобода сильнее и выше любой рабской безопасности! – Трубил что есть силы Олистер, стоя на крыше бронелёта. – В битве против эгократов при корабле-ковчеге «Диана», наш лидер, господин Вирго, в одиночку взломал коды доступа эгократических сил и обрушил огневую мощь противника против него же! Вот, что могут сделать простые интервиды в глазах истинного мастера! После этого он кинулся в бой, возглавляя штурмовой отряд, при этом продолжая командовать остальной армией! Слава! – Несколько тысячная толпа раздалась громким криком, адресуя его позади сидящему в надувном кресле паукообразному человеку. - Но не стоит забывать и тех, что вместе с господином Вирго вонзались в ряды противника. – Продолжал Олистер. – Их доблесть нельзя выразить словами. Хотелось бы выделить некоторых: Идзуми Саядзака, Клотис Грант, Френк Дэллан! Слава! – Толпа людей вновь раздалась громким криком. - Вчера мы доказали, что Везилия наша, но главная битва ещё впереди! Ксеон! – Толстяк набрал воздуха. – Ксеон будет наш! – Уши Олистера затряслись от бури выкриков. – Наш враг – мерзкий тиран, навязывающий нам свои правила жизни здесь. Мы летели на свободную землю – мы её и получим! – Живот Олистера затрясся от напряжения. – Мнимые правители Ксеона не способны противостоять нашей армаде, они настолько трусливы, что заставляют воевать вместо себя женщин, убийства которых не делают нам чести, но есть ли хоть капля чести у тех, кто отправляет их на эту войну? - Нет! – Прозвучало среди многотысячной толпы. - Трусливые знобы живут на своём острове, мечтая только об одном – создание какого-то Высшего Разума. И эти паразиты хотят использовать нас как дешёвую рабскую силу для реализации своего безумного проекта! – Олистер выпрямился и расправил плечи. – Должны ли мы быть инструментом реализации чужих амбиций? - Нет! – Возгласы вновь разлетелись по толпе людей. - Всем вам известно Гарзбена. После того, как те отказались присоединяться к нам и выбрали путь рабства, у нас с ними произошёл небольшой военный конфликт, в процессе которого пострадало много их производительной техники. Когда те приползли на коленях к своим эгократическим господам с мольбами о том, что поселение больше не может производить нужные товары, с просьбами о снижении материковой дани, то знаете что? Эгократическая клоака согласилась. – Олистер набрал полные лёгкие воздуха. – А знаете, что произошло потом? От поселения ничего не осталось, оно было сметено с лица земли. Думаете, они взяли их на свой островок? Ага, разбежались! Их размололи и превратили в питательную среду для своих клонобаб! – Толпа раздалась негодующим криком, по лицу Олистера начали стекать капли пота. – Но это ещё цветочки! Эти клятые лицемеры распространили слух, будто культисты разбили корабль-ковчег «Диана» об земли Ксеона. Хотя на самом деле сделали это именно они!!! – Надрываясь, провопил толстяк. Гневные возгласы разили толпу, люди, размахивая огнестрельным оружием проклинали Эгократический союз. – Эти мерзкие твари убили около миллиарда людей! Представьте, чтобы было, если бы они, не повинуясь своим амбициям, дали бы высадиться всем тем пассажирам, что летели на корабле-ковчеге «Диана». Сейчас бы мы возводили города, создавали блага для общества, выращивали скот, собирали посеянный урожай. А что мы имеем?! Лишь боль и унижение, нанесённые Эгократическим Союзом! Мы недоедаем, наша одежда протирается, техника выходит из строя, а виновна во всё этом Эгократическая клоака! – Толпа вновь завопила. После того, как люди затихли, Олистер продолжил: - Но некоторые из этих проблем нам всё же удастся решить, так как к нам присоединились герцог Дэрек де Орз Брюнтс Ремгвард и граф Шарона де Аквита Леон Ля-Флёра, одни из участников Джень-Шенской революции, сподвижники свободы и справедливости! Они, так же как и мы, искали на землях Ксеона свободу! Герцог предоставит нам новую боевую техника, что будет наводить ужас на трусливых эгократишек, а граф пообещал каждому по личному слуге-клону! Это радостная новость для нашей борьбы! Слава! - Слава! – Толпа повторила за Олистером. - Так же, после вчерашнего сражения, «Дионисты» решили сложить свои знамёна и остатки корабля-ковчега «Дианы», присоединившись к нашей борьбе! Поприветствуем новых братьев в наших рядах! Слава! – Провопил Олистер, а за ним повторила толпа, адресуя свои возгласы небольшой группе людей, что стояла среди них. Пустоглазый поднялся со своего кресла, потянулся своими огромными руками, после чего опустил их и выдохнул. Олистер продолжал что-то декламировать, а толпа его внимательно слушать и вопить, когда это требовалось. Длиннорукий ещё несколько секунд стоял, и как будто вглядывался вдаль, после чего в корпусе корабля открылся раздвижной люк. Человек, зовущий себя Вирго, ловкими движениями залез в отверстие и оказался внутри. Корабль был произведён ИНТЕГРом, потому имел характерный стиль отделки коридоров и комнат. Минуя несколько поворотов, он остановился перед одной из раздвижных дверей, через несколько секунд та беззвучно открылась. Чтобы зайти внутрь длиннорукому пришлось сильно пригнуться, ибо дверной проём явно не соответствовал его росту. В комнате было темно и почти ничего не видно, единственным источником света были интервиды, которые светились в глазах сидящей посреди комнаты девушки. Увидев длиннорукого, она резко повернулась, а свет в её глазах пропал. В комнате воцарилась кромешная тьма, но это не помешало пустоглазому скинуть с себя одежду и умоститься на кровать, в которой уже лежала девушка.