Часть 1

а у милого моего руки теплые, легкие, словно китайский шелк. а милого моего сила безмерная и обещанная, и все будет хорошо. а у милого моего пальцы и щеки в саже, они грубы. мой милый не ест блинов и не пьет воды а когда начинают слышаться ночью крики, и деревенские пропадать, я ощупываю на ложе рядом с собою место пустое и продолжаю спать. ледяные мурашки бегают по спине и следующей ночью крик из подвала: "смерти, прошу вас, смерти пошлите мне" милый мой спит беспробудно и не отвечает. я спускаюсь в нашу просторную кухню, запасаюсь свечами. и иду на прогулку по каменному с лепниной замку, по лабиринтам из коридоров к подвалу, ниже я слышу крик из стены, мне становится жарко: "милая", муж мой зовет и по замку рыщет. "милая, ты же помнишь наш уговор: восходом не раскрывать бархат тяжелых штор, не носить крестов, не святить воды, не носить сюда церковной верующей ерунды. не спускаться в подвал и ночами лишь спать, иначе..." голос его такой, что вот-вот заплачет. "милая, я прошу, ну вернись ко мне. обещаю, пойдем в постель. мне иначе придется тебя убить и терзать себя еще добрую сотню лет. я люблю тебя, возвращайся, ну". не слушая ледяного шипения, я иду, я бегу на голос из-за стены. было бы проще, если бы он не исходил из стен. если бы эхо плясало совсем не слышно милый врывается, громче и громче вопя, в мои мысли: "дура, не трожь, не ходи туда. думаешь, что слова мои — ерунда? еще шаг, ты слышишь, милая? шаг еще. ты увидишь. и все поймешь. осознаешь, что не шучу. ты идешь к палачу". до рассвета остался, быть может, час дрожит моя накидочка на плечах. я ищу, не могу найти. быть может, тут тайный вход, чтобы сбить с пути? слышно, как жутко пленница там кричит. слышно, как взрывается хруст костей. я жму полый камень и захожу. "еще шаг и сделаешься ничьей. будешь невестой смерти" волосы мои враз белеют — такое не каждый стерпит: кровь. и повсюду дух ее, девушка на полу. без лица и рук. он стоит над ней, кровь течет с пальцев его, волос, а на щеках — дорожки кровавых слез. - помогите, — всхлипывает она. а у милого моего взгляд без дна, цепкий и страшный, и радужка без зрачка белая пелена покрывает и взор его, и клыкастый рот. "думал, ты излечишь меня от скверны, но будет наоборот". он ломает хребет молоденькой милой дочери мельника и идет ко мне, еще совсем не касаясь, а только вдруг раны растут на моей спине, и губы его бесшумно зашевелились: "не послушала, милая, ты меня, станет домом тебе земля, и дворец этот мертвый, проклятый для живых, будешь мучиться вечно, а я ведь тебя любил... не послушала, милая, ты меня. а могли б уже завтра седлать коня, могли ехать к шаману чтоб душу зверя от моей отвязать. нам нужно было бы много дней, но он сказал, что любовь исцеляет всего сильней. а я ведь тебя любил..." и на пару секунд взгляд его вдруг застыл, перестал он рычать и в мыслях моих шептать, ему нещадно вдруг захотелось спать. час который? ах, час пришел, и ворвался рассвет в окна замка как рыцарь храбрый с вострым своим мечом. милый мой забылся беспробудным крепчайшим сном до следующей звездной смены. вспомнить нельзя, сколько веков он спит, но час пробужденья все ближе. я твердо знаю. выхода нет отсюда — двери покрылись камнем. в окна бросалась сразу, только не выпускают — я воскресаю тут же, лежа в обнимку с мужем. хожу по мертвому замку, такая же крепкая, молодая. только с той страшной ночи уже навсегда седая. тку тончайшую шелка нить. замок ужасный вместе со зверем спит. знаю, что он проснется. совсем уж скоро. но мне так страшно его будить.