Бесконечный коридор

Тьма, не та что обволакивает как одеяло, а жуткая, липкая, затягивающая как трясина. Она заполняла легкие, впитывала каждый звук, каждую мысль… Феникс не спала. Она тонула — Уйди. Просто… исчезни. Они не достанут тебя там, где ничего нет. Ни тела, ни памяти, ни боли. — ее собственный искаженный голос звучал с мрачной расчетливостью. Феникс чувствовала ее, ту самую грань, сейчас как никогда. Один шаг в сторону, и ее больше не будет. Ни вспышек биотики в пальцах, ни горячего песка под босыми ногами, ни… — Фэн… Вернись ко мне — приглушенный, но упрямый голос, другой ни ее. «Джеймс». Его слова эхом пробивались сквозь тьму, как через толщу воды. Такие далекие и бесполезные. — Зачем? — собственные мысли были чужими — Чтобы снова чувствовать? Чтобы видеть в его глазах жалость? Чтобы помнить как они… Даже в собственном разуме Феникс помнила, потное лицо Гарика над ней, скальпель Сидни на внутренней части бедра, голос Лиары «Ты ничтожество». Стыд поднимался по горлу как рвота. «Они видели». Все. Джеймс. Гаррус. Шепард. Вся галактика. Все видели ее голой, сломленной, оскверненной. Обхватив себя она села, чтобы даже в своих мыслях стать меньше. — Лучше ничего. Лучше тишина…лучше тут… Но, где-то там… Тепло… Настоящее… Живое… Нежное… Не захват. Не удар. Просто…его рука…

***

             Мониторы в медосеке Нормандии тревожно запикали, отмечая внезапный всплеск мозговой активности. Доктор Чаквас внимательно изучала диагностический экран:       — Она на грани сознания! Джеймс, продолжай говорить с ней, это важно! Его пальцы сжали ее ладонь чуть сильнее.       Яркий, невыносимый свет резанул глаза, заставив их заслезиться. Феникс зажмурилась, но было поздно. Белый потолок медицинского отсека уже врезался в сознание, смешиваясь с воспоминаниями о хирургических лампах «Титана». Тело содрогнулось в спазме, когда она инстинктивно попыталась защититься. Руки не слушались, их сковали невидимые путы слабости.       «Где я? Кто эти люди? Что они хотят?» — глаза бегали как у загнанного зверя. — Фэнриа, ты слышишь меня? — голос Карин звучал нарочито спокойно, но Фэн видела, как дрожит инъектор в ее руках. «Игла» «Снова игла!» Воспоминания лавиной захлестнули, бесконечные уколы, надрезы, препараты… Ее тело отреагировало раньше чем она смогла осознать. С криком, больше похожим на хрип, она вырвала из вен катетеры. Резко повернувшись, упала, приземлившись на колени. Боль от падения ударила в голову белой вспышкой ослепив и лишив рассудка. По предплечьям стекала синеватыми полосками кровь, смешиваясь с каплями пота. Она продолжала открывать рот, но голоса не было, ужас схватил за гланды. Она только хватала воздух. «Не трогайте меня! Не подходите» Она продолжала ползти, дальше от них, еще дальше. Забившись в угол и обхватив колени дрожащими руками. Сквозь пелену паники Феникс смутно видела фигуру Джеймса в полушаге от нее, с лицом искаженным болью. Доктор Чаквас осторожно опустила на пол стопку одежды. Повернув голову Феникс увидела свое отражение в полированной поверхности шкафа — бледное изможденное лицо с огромными глазами, полными животного ужаса. «Они все видели… Все знают… Он знает!» — мысль причиняла страдания сильнее любого скальпеля.       Она не притрагивалась к одежде до тех пор, пока Вега и Чаквас не отошли в другой конец помещения. Она непрерывно следила за их действиями.       Каждое движение отдавалось мукой. Она словно забыла как двигаться.       Дрожащими пальцами она потянулась к толстовке, трижды промахнувшись в рукав. Слезы лились от беспомощности. Ткань пахла порохом и металлом — явно вещь Джеймса. Запах вызвал спазм в горле. В памяти всплыла пробежка по берегу, его смех… его руки…       Штаны были слишком свободные, за последние дни она сильно потеряла в весе. С поясом не получалось справиться, пришлось завязать узлом. Ботинки оказались полностью непосильной задачей. Пальцы отказывались слушаться, и шнурки превращались в загадочные узлы. После пятой неудачной попытки она отпнула от себя ботинки.       Натянув капюшон так, чтобы скрыть лицо, стыд и горячие слезы, Феникс медленно поднявшись вдоль стены шаг за шагом направлялась к выходу из отсека.       Коридоры Нормандии казались бесконечными. Суставы ныли, тело не слушалось. Каждый шаг, сопровождался болью словно новой пыткой, эхом отражался в голове. «Куда ты птенчик, думаешь убежишь от меня? Мы теперь с тобой связаны» — Смеялся Гарик «Они все тебя видели. Все знают, что с тобой сделали. Танцуй принцесса» — Шептала Синди. Она приседала закрывая голову руками и всхлипывая.       Опять вставала и продолжала идти цепляясь непослушными руками за стены. Ноги подкашивались, но останавливаться было нельзя. Только вперед, дальше от этих взглядов, от света, от их голосов… — Осторожно! — Джеймс поймал ее за локоть, когда она почти слетела со ступеней. Его прикосновение обожгло. Фэн дернулась как от удара током. Он тут же отпустил ее. Она влетела плечом в стену и нащупав опору руками продолжала идти. Он следовал за ней на расстоянии вытянутой руки, готовый поймать, но не смея касаться. Грузовой отсек встретил холодом и тишиной. Запах масла и пыли — привычные почти успокаивающие. Пробравшись между ящиков с запчастями, за стеллажи со скафандрами и рухнув на пол, она наконец прижалась спиной к холодному металлу. Укрытая темнотой и от посторонних глаз она позволила себе дрожать. Только здесь слезы текли свободно, оставляя соленые дорожки на грязных щеках. Она схватила край капюшона и натянула до самого подбородка, чтобы не видеть, чтобы не слышать. Джеймс не подходил. Он стоял у входа, массивный и нерушимый как скала, загораживая проход своим телом. — Я рядом — Его голос донесся сквозь полумрак.

***

— Джеймс, сейчас важно не спешить, я удалила из нее все, инородные предметы, и сделала все для физического восстановления, но сейчас, она заново учится жить. — Доктор Чаквас принесла еду и напитки для Фэнриа. Девушка проигнорировав поднос и хватаясь за края капюшона лежала в темном углу между ящиков. — Может поставить ей снотворное и перенести из угла, она сидит не двигаясь несколько часов, либо лежит. — Вега сжал кулаки, ощущая невыносимую безвыходность. — Мы можем что угодно, даже привязать ее в медблоке, она в лучшем случае закроется, а в худшем полностью и окончательно потеряет себя — Карин смотрела, то на Вегу, то на Феникс — Говори с ней, не бойся, о чем угодно, рассказывай шутки, напомни о моментах когда она была в безопасности. Сейчас для нее это важно. — она погладила его по предплечью — Просто, наберись терпения, покажи ей свой браслет, который она для тебя сделала. Феникс притихла, слово браслет ворвалось в голову: «Это важно для тебя?» Образ Лиары с ее браслетом в руке… Она сильнее сжалась прячась в своем углу, подавляя дрожь.

***

— Солнышко, проснись — Голос Карин был мягким, она не прикасалась, пытаясь разбудить только голосом. Лицо Чаквас было в паре метров, она снова принесла еду и питье. — ммм — Феникс закрыла лицо капюшоном так что костяшки пальцев побелели, и притянула ноги к груди. — Я оставила тебе воду и немного еды, если захочешь, — тихо сказала доктор. — Решение всегда за тобой. Чаквас развернулась и отошла к выходу из грузового отсека, давая понять, что пространство снова принадлежит Феникс. Как только шаги затихли, Феникс медленно, словно боясь спугнуть тишину, повернула голову. Ее взгляд упал на термос. Не на еду, а на сам факт его присутствия. Чужое вторжение в ее укрытие. В горле встал ком. Дыхание перехватило. Жажда саднила горло и брала свое, но она отвернулась вжавшись в угол сильнее. Спустя некоторое время смотря на термос, она осторожно потянулась. В горле было ощущение битого стекла. Первый глоток словно кислота, второй еще хуже, вода не хотела проходить в пищевод. Глаза заслезились, подступил резкий приступ тошноты, термос выпал из онемевших рук и остатки напитка разлились по полу. — Фэнриа… — Карин потянулась помочь, но девушка отшатнулась, ноги запутались в подносе, она упала ударившись запястьями. Фэн закрыла рот ладонью «Бежать». Тело дрожало, слезы застилали взор мутной пеленой. Вывалившись в открывшийся шлюз на лестницу, она поднималась на четвереньках по бесконечным ступеням в верх к санитарному блоку. «Не здесь! Чтобы никто не видел». Холодный пот прошелся по спине. Грудь горела, сердце словно пыталось покинуть ее. «Дойти». Добравшись до дверей туалетной каюты она ввалилась внутрь и прильнула к унитазу. Тошнота накрыла волной, волосы прилипли ко лбу, тело выкручивало судорогой, пальцы до боли впились в холодный металл. Карин возникла сразу за ней в дверях, она подошла к девушке, и гладила ее по спине. Феникс отдернулась от прикосновений и упала на бок, последние силы покинули ее вместе с содержимым желудка, она лежала рядом с унитазом, дыхание было поверхностным сбитым. В голове звучал мерзкий запыхающийся голос Вэйна «Кричи Шлюха»… Чаквас повернула ее на бок, стеклянный взгляд смотрел, но не видел, тело содрогалось, словно через него пускают ток. — Держись девочка, держись — Она отправила сообщение Шепард. Капитан очень быстро пришла по просьбе доктора захватив с собой все что она попросила. — Сейчас, сейчас, солнышко, придержи ее на боку Джейн — Чаквас гладила Феникс по голове. Шепард взяв за плечо удерживала ее на боку. Инъектор с нужным набором медикаментов, щелкнул в шее, девушка выгнулась, лицо исказил ужас, она кричала без голоса, это было похоже на скулеж раненой собаки, слезы текли не останавливаясь. — Все будет хорошо, ты молодец. — Что с ней? — Джейн, отошла подальше, звук который издала Феникс, заставил кулаки сжаться так что ногти оставили отпечатки на ладонях, она вспоминала кадры трансляции, порезы, шокеры. — Стресс и страх в совокупности с истощением — Карин с печалью в голосе гладила ее успокаивая, но каждое прикосновение заставляло Феникс вздрагивать сильнее и Карин отодвинулась, чтобы не провоцировать приступы. Шепард села у противоположной стенки. — Как скоро она стабилизируется? — Джейн смотрела на нее с жалостью, «Смерть не самое страшное, что может с нами случиться» пронеслось в ее голове. — День, месяц, год, — доктор вздохнула — возможно — никогда Чаквас замолчала — такое ломает.              «Снова уколы, снова пытки и боль» — Феникс закрыла лицо рукой, жалость в чужих глазах разъедала ее, уничтожая последние остатки гордости. «Уйти» одними губами повторила феникс.       — Выпей воды, тебе станет легче — Чаквас поставила бутылку рядом прямо перед лицом.       Феникс медленное поднялась на руках, и открыла бутылку, вкус желчи до сих пор стоял во рту, вызвав новый приступ тошноты. Она выплюнула, то что отпила.       — Тут есть душ — Шепард поднимаясь показала на кабинку, — Я принесу тебе свежие вещи — Она вышла закрыв плотно двери       — Я отвернусь Фэн, но одну не оставлю, вдруг тебе снова станет плохо — Карин ушла в другой конец комнаты, чтобы не беспокоить девушку.       Феникс долго гипнотизировала душевую кабинку, не решаясь. «Надо раздеться» поморщилась. С усилием поднявшись она поднялась по стенке и включив воду подставила руку. «Теплая». Она аккуратно умыла лицо и забилась в углу душевой, хватая ртом воздух. Теплая вода подарила чувство защищенности, но ненадолго. Одежда прилипала и саднила кожу, паника вернулась с удвоенной силой. Двери открылись и в помещение вошла Шепард со стопкой чистых вещей и полотенцем. — Положи вещи на полу, — Чаквас выключила воду в душевой, и держа руки на виду перед девушкой осторожно отходила назад — Нам лучше выйти и подождать, пока она переоденется. Шепард кивнула и они встали у дверей словно охрана. Карин грустно покачивалась с ноги на ногу. Джейн облокотившись о стену стучала пальцами по предплечью. Никто не говорил, просто не о чем. Шлюз в туалетный отсек с шипением открылся, и Фэн неуверенно запинаясь направилась обратно в грузовой отсек, шатаясь из стороны в сторону. — Я провожу ее, спасибо вам капитан — Чаквас словно тень следовала за Феникс, готовая поймать если та упадет.

***

Вега стоял у бара, и большими глотками пил коктейль. Он пытался выкинуть из головы звенящий крик Феникс. — Джеймс, не пил бы ты. Хоть Чаквас сейчас с ней, запах алкоголя может напугать — Касуми пыталась достучаться до Веги. — Этот ублюдок, закрывая глаза я до сих пор слышу ее крики — Джеймс ударил кулаком по стойке. — Если ты ее напугаешь, потом себе не простишь. А главное она будет тебя бояться — Касуми продолжала взывать к его логике. — Хотя бы пока не протрезвеешь, не приближайся! Касуми развалилась на диване. Она смотрела на звёздное небо обзорной каюты. «Все мы что-то теряем, вопрос только как справляемся», она вспомнила Кейдзи. Касуми также чувствовала себя виноватой, ведь именно она подтвердила что план безопасный. Никто и предположить не мог истинной цели Альянса. Ей было жаль Джеймса, увидеть весь ужас и не иметь возможности помочь, страшная пытка. Двери в обзорную каюту открылись, и к стойке с алкоголем подошла Шепард. Лицо напряженное, губы поджаты. — Налей мне самого крепкого Джеймс — Шепард облокотилась на стойку и постукивала пальцем по столешнице. Взяв бокал с напитком, она осушила его в один глоток — Давай ещё. — Ого, капитан, что за повод? — Касуми подошла ближе и села у стойки, она старалась выглядеть беззаботной, и улыбаться, но глаза выдавали тревогу. — Приступ, сначала тошнило, потом начала задыхаться… Чаквас удалось стабилизировать… Но, она словно песок сквозь пальцы, утекает, я не вижу больше в ней человека — Шепард осушила второй стакан залпом — смотря на нее, кажется смерть была бы милосерд… Джеймс с силой поставил стакан, так что он раскололся от удара о столешницу. Алкоголь вытек, осколки впились в руку лейтенанта. — Она жива, ей просто нужно время — его руки дрожали, он отвернулся к стойке с напитками и смотрел на бутылки. Он искал хоть что-то, что может заглушить ее крики в его голове. Капитан смотрела на Вегу, в ее глазах читалось понимание. Пережить такое, врагу не пожелаешь. — Джеймс — Касуми подошла к нему. — я нашла это на Титане, валялось на полу — Она протянула Веге кулак, и вложила в его ладонь тоненькую верёвочку с камешками, разрезанную рядом с узелком. — может, она захотела бы вернуть его себе. — Спасибо — его голос надломился и он покинул девушек, сжимая в ладони браслет который он надел на Феникс, до того как все случилось. После того как Вега проветрился он спустился в грузовой отсек, Феникс сидела в синей толстовке, уже не его, и также обнимала свои колени пряча лицо. — Мне тут отдали твою вещицу — Джеймс подошёл поближе на расстояние вытянутой руки и присел перед девушкой, ее плечи напряглись пальцы побелели. Он протянул руку и положил между ними браслет. — У меня такой же, ты помнишь как завязывала его мне, в нашей пещере. Ее плечи затряслись, она схватилась за капюшон и сильнее натянула его прячась. Он слышал как она старается не издавать ни звука и отошёл дальше. 48 часов спустя. Феникс так и не притронулась к браслету, каждый раз смотря на него она слышала голос Лиары, слащаво-едкий «Это важно для тебя? Пусти меня в свой разум и я оставлю его». Феникс закрывала уши, стараясь закрыться от всего словно в броню. Угол стал ее спасеньем. Гул двигателя Нормандии напоминал станцию, случайные звуки грузового отсека напоминали стук скальпеля о стол. Ее собственные хрипы возвращали ее в то место. Она балансировала где-то между сном и забвением. Еда которую ей давали приносила дополнительные страдания. — Хочешь, я тоже могу его снять — Джеймс сидел в паре метров от нее указав на свой браслет. Тишина была ответом, он мог поклясться что слышал как скрипят ее кости. Время потеряло для него всякий смысл, только редкие появления в грузовом отсеке Чаквас с бутылкой воды для девушки, говорили «Прошло еще четыре часа». Накормить ее превращалось в аттракцион дополнительных мучений и Карин сделала для Феникс раствор. Теперь все что требовалось от Веги время от времени уговорить ее попить воды с питательной смесью, без вкуса и запаха. — Ну как она? — Шепард вошла в помещение, разорвав густую тишину своим бодрым голосом. В руках она держала бутылку с раствором, переданным Чаквас. Из-под капюшона сверкнули глаза тусклого аметистового оттенка — её взгляд задержался всего на секунду, красная полоса фирменной толстовки N7, словно нож разрезала воспоминание. Мозг сам дорисовал розовые волосы, воскресил грубоватый голос и ухмылку Синди. И тогда. Вспышка. Свет отразился от металлического пола блеснув как скальпель. Внутренняя часть бедра, руки и ребра сковала боль, такая же реальная как все вокруг. — НЕТ! Крик вырвался из горла хриплым, разорванным звуком — нечеловеческим и полным ужаса. Она зажмурилась, дернулась всем телом и врезалась головой в ящик. Тело среагировало на боль, все ее естество затряслось словно под ударами электрошока. Руки инстинктивно закрыли голову. Джеймс мгновенно вскочил встав между Феникс и Шепард, закрывая обзор. — Кофта, проклятие Шепард! — его голос был яростным. Капитан замерла, ошеломленная. — Что? — Наемница — Джеймс сжал кулаки — Она была в такой же. Понимание мелькнуло в глазах Шепард, Она резко скинула кофту оставшись в белой футболке без опознавательных знаков. Феникс сжималась в комок, но крик стих, перейдя в тихие, прерывистые всхлипы, но даже их она старалась подавлять. В ее мозгу как шарик от пинг-понга металась мысль «Нельзя, нельзя плакать, им это нравится, нельзя давать им повод» Шепард аккуратно бросила Джеймсу бутылку, он поймал ее почти бесшумно. Капитан отступала к двери как по минному полю. — Я вернусь… когда она уснет. Когда дверь закрылась, воцарилась неестественная мертвая тишина. Джеймс опустился на свое место, он смотрел как Фэн сильнее сжимается на полу будто пытаясь исчезнуть из этого мира. Ее поверхностное дыхание, его почти не было слышно. Пальцы судорожно хватающие край капюшона. Джеймс стиснул зубы. — Это всего лишь Шепард — прошептал он — Только Шепард. Она не слышала его, ее сознание уже утащило ее на Титан, где холодные пальцы Сидни держали скальпель, Гарик смеялся где-то вдали, а Лиара, Лиара стояла и смотрела… Фэн обнимала себя раскачиваясь взад вперед, это было что-то инстинктивное, что-то древнее, так дети успокаивают себя после кошмара.

***

             Грузовой отсек погрузился в полумрак, освещаемый лишь аварийными огнями. Феникс наконец уснувшая, уткнувшись лицом в колени сидела изредка вздрагивая. Ее дыхание стало ровнее, но пальцы все еще хватались за ткань. — Может попробуем Гарруса, среди ее мучителей не было турианцев, это может не стать триггером. — Чаквас медленно опустилась на пол рядом с дверью. Ее омни-инструмент светился мягким светом, пока она вносила данные. Джеймс сидел напротив вытянув ноги, его массивные кулаки то сжимались, то разжимались на коленях. Шепард присела рядом, ее спина опиралась о холодную стену. — Они не особо ладили, может не стоит… — Вега нахмурился, его голос звучал глухо, сквозь зубы. — Он тоже хочет помочь Джеймс, также как все мы — Шепард положила руку ему на плечо, ее пальцы слегка сжали напряженные мышцы. — Ей нужно заново учиться доверять. Не сразу и не всем. Но если она увидит, что кто-то кроме тебя, не причинит ей вреда, это уже шаг — доктор кивнула, продолжая вводить данные. Джеймс молчал. Его взгляд скользнул к Феникс, она вздрогнула во сне, руки плотнее схватились за колени. Он закрыл глаза отвернувшись, сглотнув ком в горле. — Ладно, — прошептал он. — Но только если он не будет… давить. Без резких движений и резких звуков. Чаквас убрала омни, ее лицо в полумраке казалось усталым, но спокойным. — Я поговорю с ним. Объясню как себя вести — Она посмотрела на Фэнриа, затем на Джеймса — Это не быстро, понимаешь? Она может кричать. Может прятаться. Может вообще не реагировать. Но каждый раз, когда ничего плохого не случиться — это еще один кирпичик в фундаменте доверия. Шепард тихо вздохнула: — А если… не сработает? — Тогда попробуем что-то еще. — доктор покачала головой — Но отступать нельзя. Она застряла там в своих воспоминаниях. Нам нужно помочь ей выбраться, даже если это займет месяцы. — Джеймс кивал, его пальцы с усилием сомкнулись на кармане. Чаквас заметив напряжение добавила — Говори с ней Джеймс. Даже когда не будет ответа. О чем угодно, о солнце на Иден Прайм, о том как пахнет море по утрам — она сделала паузу глядя на его сжатую челюсть — или расскажи как ты чинишь винтовки. Как проверяешь прицел. Что угодно, что напомнит ей, что мир не весь состоит из той комнаты… Вега медленно выдохнул, его плечи слегка опустились. — Она всегда внимательно смотрела как я чищу винтовку — голос дрогнул — говорила что я болтун… Шепард сильнее сжала его плечо: — Она все еще там под всем этим… Наверное — слова Джейн звучали неуверенно. Джеймс кивнул, уже твёрже. Он посмотрел на Феникс — её сжавшуюся фигурку, спутанные волосы, тени под глазами… и представил, как было раньше: её смех, когда он ронял инструменты, её тихие шутки за кофе по утрам. — Ладно, — прошептал он. — Начну с винтовок. А потом… может, и про море. Чаквас одобрительно кивнула, вставая:       — Именно так. Шаг за шагом. Она ушла, оставив их в мерцающем полумраке отсека — Джеймса, сидящего у стены с новым упрямством в глазах, и Феникс, всё ещё сжавшуюся в своём углу, но теперь, возможно, с надеждой на возвращение.