Глава 38: Морщины смеха

Неоновая вывеска снаружи клуба хаотично мерцала — вероятно, это часть очарования — и Шао прищурился, пытаясь прочесть кириллические буквы, составляющие «Ночь КВН: Импровизация и смех». Има с ухмылкой подтолкнул его. «Давай, будет весело. Нельзя же вечно хандрить». Шао скептически посмотрел на нее, но последовал за ней внутрь, где воздух был полон ожидания и слабого запаха попкорна, смешанного с несвежим пивом. Сцена была небольшой, но оживленной, украшенной причудливым реквизитом и потрепанной микрофонной стойкой, которая выглядела так, будто пережила по меньшей мере три десятилетия плохих шуток. Има легонько толкнул его локтем, когда ведущий начал объявлять первую команду. «Посмотрите на них», — прошептала она, — «словно группа клоунов, заблудившихся по дороге в цирк». Шао ухмыльнулся. «По крайней мере, они не управляют Кофейней» «Верно», сказал Има. Шоу началось с серии настолько абсурдных сценок, что сухой сарказм Шао превратился в настоящий смех. В одном из эпизодов показан рыцарь, отчаянно пытающийся сражаться на надувном коне, в то время как его оруженосец ругает его за то, что он забыл копье. Има снова ткнул его локтем. «Твои детские навыки не могут быть оправданием тому, что ты не смеёшься над этим». Шао усмехнулся, покачав головой. «Может быть. Но я пытаюсь». Затем наступила пора импровизации: зрители выкрикивали случайные слова, а комикам приходилось тут же вплетать их в сценку. «Фламинго», — крикнул голос. «Кроссворд», — крикнул другой. Шао посмотрела на Иму. Она приподняла бровь, ухмыльнувшись. Один из комиков притворился детективом-фламинго, увлеченным кроссвордами, выкрикивая зашифрованные подсказки и требуя ответов. Има расхохоталась, схватившись за живот, а Шао попытался скрыть смешок рукой. После шоу они вышли в ночь. Холодный воздух обжигал, но тепло от общего смеха сохранялось между ними. «Ну и что?» — спросила Има, взяв его под руку. «Я прорвала таинственную стену Шао?» Он посмотрел на неё сверху вниз, и его улыбка стала мягче, чем прежде. «Может быть, трещина».