Глава 49: «Конец кокона»

В лаборатории под виллой было необычно тихо для утра в коммуне Деда. Ни звона бутылок, ни икоты — лишь тихое гудение камеры культивации, где кокон пульсировал ровным золотистым сиянием. В воздухе всё ещё слабо пахло вчерашним сливовым бренди и горелым протеиновым порошком. Шестеро ввалились, словно группа плохо обученных актёров, зашедших не на ту сцену. Волосы были повсюду: коса КНС наполовину распущена, седые волосы Селл торчали во все стороны, словно испуганный ёжик. На лице Уведо всё ещё были блёстки от пинты алхимика, а Амбрелла, сидя в помещении в солнцезащитных очках, бормотал что-то о «светочувствительности». Кокон шевелится Они собрались вокруг капсулы. Внутри, в ванне с питательным гелем, плавал почти готовый эмбрион, в котором уже проступали едва заметные очертания человеческого тела. По гелю пробежала медленная, размеренная рябь, и с мониторов раздался тихий сигнал. ИнГен, держа чашку кофе, подозрительно пахнущего виски, прищурился. «Показатели жизнедеятельности стабильны. Рост завершён. Он готов к пробуждению». КНС потерла глаза. «Подождите… прежде чем мы это откроем… есть кое-что, что мы так и не решили». Великие родительские дебаты Все замерли. КНС указала на капсулу. «Кто будет родителем? Я имею в виду… мы что, просто шестеро случайных психов, воспитывающих это бедное существо? Или кто-то всё же получит это звание?» Селл наклонила голову. «Тетушка Селл» звучит приятно. Зонтик скрестил руки. «Я разработал систему кровообращения. Я, конечно, отец». Уведо, все еще прислонившись к стойке, лениво поднял руку. «Простите, я предоставил нейронные координационные пути. Значит, я — отец». Галактическая Империя пил чай с военным спокойствием. «В моей культуре это решили бы на арене.». ИнГен ухмыльнулся. «Или в лаборатории, где проводится конкурс по выращиванию органов». КНС закатила глаза. «Вы все смешны». Спор набирал обороты. Селл: «Вы оба не можете быть отцами, если только...» Umbrella: «Мы, безусловно, можем». Уведо: «Мы будем воспитывать его посменно». Галактическая Империя: «Значит ли это, что я дядя? Я не работаю нянькой». InGen: «Я буду крутым дядей, который дарит ему на день рождения незаконные улучшения». КНС: «Ладно. Тётя КНС хотя бы научит его, как открывать люк танка, чтобы достать сэндвичи». После тридцати минут, трёх оскорблений и едва не случившейся драки из-за слова «папа», они пришли к соглашению: Амбрелла и Уведо будут отцами. Остальные же будут «дядями и тётями», хотя Галактическая Империя настаивал, чтобы к нему обращались «дядя-командир». Пробуждение Амбрелла ввел команду на пульте. Питательный гель начал вытекать, и кокон с шипением пара раскололся надвое. Из него вырвался тёплый свет, и там, медленно мигая, появился Шао. Его глаза, ещё не полностью накрашенные, замерцали, когда он сделал первый прерывистый вдох. Уведо присел на корточки, и голос его, несмотря на похмелье, прозвучал на удивление мягко. «Эй, малыш… добро пожаловать в столовую». Зонт шагнул вперед и положил руку на стекло. «У тебя два отца, четыре сомнительных тети и дяди, и целая галактика неприятностей впереди». Шао наклонил голову, словно обдумывая услышанное. Затем он чихнул Первая неудача Чихание что-то активировало в камере. Взвыли сирены. Мониторы замигали красным. ИнГен нажал кнопку, снова запечатав капсулу. «Никаких проблем», — быстро ответил он. «Просто небольшая проблема с адаптацией дыхательной системы». Остальные уставились. KNS пробормотала: «Перевод: у ребенка аллергия на наш воздух». Селл пожала плечами. «Мы можем это исправить… попытка №270?» Зонт застонал. «Мы не начинаем всё сначала. Я Заебался.. Да и запасы алкоголя Мы Выпили, По этому. Мы его адаптируем , а не выкидываем». Обещание После стабилизации дыхания Шао и проведения быстрой генетической корректировки группа молча наблюдала, как он погружается в свой первый сон. Уведо поднял свою кофейную кружку, превратившуюся в стакан для виски. «За Шао. Пусть он переживёт свою семью». Остальные чокнулись бокалами, бутылками, а в случае Селл — палочкой для перемешивания в форме кости. Где-то в глубине трансильванской ночи ветер выл, как коза из паба №1, но внутри лаборатории впервые хаос ощущался… как дом.