Часть 4

Взгляд и движения Дмитрис изменились, взяв меня за шею мы молниеносности оказались около стены, он прижал меня лицом к ней. Толстый член брюнета не сразу протолкнулся весь в мою тугую киску. Он и так был немалых размеров, а если учесть ещё то, что вампир был возбуждён, он увеличился ещё больше. Но всё-таки напрягшись, Диитрис сумел войти в меня во всю длину. Непроизвольно застонав, я до боли прикусила свои пухлые губки, мне стало больно. — Дмитрис. — Прости, Сара, ты меня сводишь с ума. Я не могу себя контролировать. Постепенно Дмитрис начал ускорять темп, за моей болью было наслаждение, он не собирался со мной церемониться, нежный, медленный секс — это не для него. Он любил брать жёстко и грубо, имея во все места. — Прости сладкая, нежный и медленный секс — это не для меня. Я люблю брать жестко и грубо, имея во все места. — он гладил меня по волосам и шептал на ухо, — ты первая девушка за всю мою бессмертную жизнь, которая сводит меня с ума. Шлепки по моей упругой заднице доносились по всей комнате. Вампир наслаждался этим, а я только сильнее возбуждалась. Когда настали первые признаки оргазма, Дмитрис схватил меня за волосы, намотал их себе на руку и резко дёрнул, продолжая вонзаться в меня с удвоенной быстротой. — О… Господи…- меня трясло от такого напора возбуждения. — Сара, — рыкнул он на ухо. Казалось, быстрее уже некуда, но нет, он мог проделать и это. Когда я протяжно застонала, брюнет впился губами в мою шею, начав покрывать поцелуями каждый дюйм. И вот, наконец, долгожданный оргазм… Мужчина излился прямо в меня, не заботясь о том, что я могла бы и залететь. Ведь вампиры не могут иметь детей. — Иди сюда, — прорычал он, повернул меня к себе и впился в губы страстным, горячим поцелуем. Ответ последовал тут же, язык властно проник мне в рот, иследуя его изнутри. И тут он снова вошёл в меня, полностью заполняя изнутри. Толчок за толчком, и очередной оргазм накрыл нас с головой почти одновременно. Мы оба были удовлетворены. Некоторое время мы простояли, пытаясь отдышаться. Пот стекал по нашим телам, нам было жарко. Дмитрис взглянул на меня и ухмыльнулся, поцеловал в лоб и мгновенно положил меня на кровать. Он лёг рядом и обнял меня крепко. И начал тихо говорит, глядя мои бёдра. — Спустя много лет, я наконец-то нашёл ту, которая поистине сводит меня с ума. — И которая влюбилась в тебя по уши, — добавила я. Он улыбнулся, но тут же по-мрачнел, перевернулся на на спину. Я повернулась к нему боком. — Что случилось, Дмитрис? — Мне нужна твоя помощь. Дело не простое. Я выгибаю бровь в знак не понимания. — Скоро немцы объявят войну моей стране, когда именно никто не знает, но это произойдёт очень скоро, — он взял меня за руку, — мне нужна твоя помощь. Я смотрю в его золотистые словно пшеница глаза и понимаю, что отказать ему просто не возможно, да и деваться некуда. Следующий год прошёл у нас в неврозе и в тренировках. Май 1941 год. Адель и ее брат приехали, чтобы подготовится. Я сидела в библиотеке, когда зашёл брат Адель, кажешься его зовут Люк. — Я слышу тебя, можешь не идти на цыпочках. — Извини. Я вдыхаю воздух и понимаю, что он человек. — Ты человек? — Это плохо? — Нет, просто твоя сестра вампир, а родители? — Нет, они умерли десять лет назад. У меня осталась только Адель. Дальше я молча наблюдала как он ходит около стеллажа и трогает книги. — Сколько тут книг, обалдеть, ты все их прочитала? Я лишь мотнула головой. — Я раньше тоже любил читать, потом родители умерли, дом сгорел, Адель успела вытащить меня из пожара. Пошёл в армию, а когда вернулся, — он взял одну из книг и погладил, — она изменилась, стала более раздражённой и странной. Но не смотря на то, что она подожгла дом, я все равно люблю ее, — он положил книгу обратно. Он затих, я подняла глаза. Закрыв книгу, я слезла с подоконника и протянула ему руку с книгой. Он не понимающе на меня смотрит. — Бери, она твоя. — Нет, ты что. — Заткнись и бери. Пока я шла, я слышала как он открывает книгу и разглядывает ее, взявшись за ручку я кинула: — Только Адель не говори, кто тебе ее дал. А то она будет в бешенстве. Он улыбнулся. Я это почувствовала. На следующий месяц СССР объявили войну, но Дмитрис никуда не спешил помогать своим. Я спускалась по лестнице, когда услышала крики и звон стёкла с первого этажа. — Какого хера, ты сранный урод! Там наши гибнут! — Спокойно Адель, не горячись. — Да как ты можешь быть спокойным? Аааа! Слышу звон стёкла. — Ты что, снова перешла на человеческую кровь? Опять своего брата изводишь? Поэтому не можешь оставить его в покое? — Что? Не твоё дело! «Господи, она высасывает кровь из своего же брата» Странно, что я не видела следов укуса на нем. Я начала спускаться медленней, Адель стояла ко мне спиной, Дмитрис видел меня, но продолжил. — Подумай о его будущем, Адель. Он хочет спокойную жизнь, жену, детей и работу. Умереть в старости…- он посмотрел на меня, — в любви. — В любви? — она засмеялась, — какая любовь? Она повернулась и увидела меня. — О, я поняла. Ты втюрился в эту малолетку. Адель медленно шагала ко мне, в развалку покачивая бёдрами. Я чувствовала, что глаза наливались кровью. Она подошла в плотную и прошептала: — Вампиры не умеют любить, запомни это. Она толкнула меня в плечо. — Твой брат любит тебя, Адель, — спокойно произнесла я. Она остановилась. — Несмотря на то, что ты подожгла дом, — я повернулась к ней, — ведь это ты, выпила кровь своих родителей, когда свихнулась и решила сжечь дом? Но не ожидала, что брат будет дома. — Ах ты сука! Взяв меня за гордо мы телепортнулись к стене, она зажимала мое горло ещё сильнее, чем прошлый раз. — Адель перестань, — просил ее Дмитрис, но она как будто и не слышала его. Тогда Дмитрис взял ее за руку и откинул, когда она встала, побежать на меня. Но голос сверху остановил ее. — Адель Моринг, остановись. Все как один посмотрели на верх, Адель остановилась. — Не надо выставлять себя идиоткой. Он развернулся и ушёл. — Да пофиг, — промолвила она взяв бутылку скотча. Мы с Дмитрисом посмотрели друг на друга. Он обнял меня крепко, гладил по моим волосам, я вцепилась в него, как за последнюю нить надежды. Мужчина поцеловал меня в лоб и ушёл к себе в кабинет. Выйдя на улицу, я пошла прямиком в сад, где трудится все тот же садовник. В этот рад, я не поленилась и выучила несколько языков, в том числе и португальский. — Olá, senhor.

— Здравствуйте, мистер.

Садовник подскочил. — Ah, não, por favor.

— Ох, нет, пожалуйста.

Я выставила руки. — Não-não, não vou machucá-lo.

— Нет-нет, я не причиню вам вреда.

Он не убежал, но грабли не опустил. — Do que você precisa, senhora?

— Что вам нужно, Госпожа

— Eu só queria agradecer por cuidar do jardim.

— Я всего лишь хотела поблагодарить вас, что ухаживаете за садом.

Он скептически посмотрел на меня, но грабли опустил, и поклонился. — Спасибо, Госпожа. Я удивилась, когда он заговорил на английском и даже не хуже меня. — О, вы говорите по-английски? — Да, Госпожа. Я тогда испугался вас, вы же… — Монстр? — Нет, что вы. Я села на лавочку и закрыла лицо ладонями. Мне стало не по-себе от моих же слов. Ведь это правда, не контролируемая, опасная, ненормальная, мертва, холоднокровная — убийца. — Вы прекрасна, даже если вы мертва. Чуть улыбнувшись проговорил мужчина, он осторожно подсел ко мне и сорвал розу. Протянул ее мне. — Смотрите, какая роза, правда красивая? — Да, она прекрасна. — А вот это, — он показывает на шипы, — ее защита, то есть ваша сила- это ваша защита. Я посмотрела на мужчину. — Как вас зовут? — Диего, Госпожа. — Не называйте мне Госпожой, я из простых людей, точнее была ею, меня зовут Сара, — я протягиваю руку. Он долго мялся, но улыбнулся и ответил на рукопожатие. — Вы очень уникальный…- он пытался подобрать слово — Экземпляр? — Да-да. Мы начали смеяться вместе. Мне было хорошо с Диего, он очень умный мужчина, с ним живет жена и трое детишек. Все они ходят в школу и помогают по хозяйству. Пока мы разговаривали об этом, мне стало плохо, что-то внутри меня разрывало. Мужчине показалось, что я переживаю за своё будущее. Тогда Диего предложил сходить к его жене, она обладает силой предвидения. Когда мы пришли к нему домой, а он был за садом, меня тепло встретила его жена— Бьянка. Сказала, что у меня необычный цвет волос для вампира и цвет глаз. Взяв в свою руку мою, она почувствовала холод моей руки, а я ее огонь. Глаза у Бьянки закатились и она ими дергала несколько минут, как бы мотая пленку. Резко остановившись, она погрустнела, но увидев меня улыбнулась. — Вижу я, Сара, что много сражений ты пройдёшь, смерть любимого тебя ждёт очень скоро — предательство. Мое ледяное сердце сделало кульбит. Но как же так, он же вампир, я спокойной ответила ей: — Бьянка, милая, но ведь мой любимый тоже вампир, как так может? — Убьёт твоего суженного — друг его толь враг, сказать не могу, но берегись, этот человек в покое тебя не оставит, так как он тоже кровосос. Тебя он захочет, приглянешься ты ему. Прибудет он в ваш особняк. — Но как же мне жить без моего любимого? — Не переживай родная, не долго ты скорбит будешь, печаль будет в тебе о нем, но как о друге, у вас влечение не боле, но позже, ты встретишь свою любовь, настоящую  — смертный это будет. — Но, как же… — Тихо не перебивай ее, — в темноте заговорил Диего. Но как же так, как я смогу полюбить другого, так ещё и смертного, если я вампир. — Да, гулящий этот парень и преступник закону, прояви терпение, в нем не только тёмная сторона, но и светлая. Следи за ним и изучай. И придёт время. — Я же бессмертна, а он смертный, мы же не можем быть вечно вместе. — А вот тут дорогая, я ничего не могу сказать, так как этот выбор уже за твоей любовью новой выбор будет. Она накрыла своей второй рукой мою руку, как бы поддерживая и говоря о том, что все что видела, она рассказала. — Спасибо тебе Бьянка. Я в долгу у тебя. — Спасибо тебе Сара, ты первая из… Она замолчала, я знала, что таких как мы не любят. — Из чудовищ? — Нет, ты друга, но будь осторожна, каждый твой выбор, повлияет на этого молодого человека. — Ты о чем? — Он может и не родиться. — И что мне делать. — Пока живи, а через двадцать лет, он родится, это все. Я поклонилась и ушла. На улице была тьма тьмущая, но я прекрасно видела в темноте. В голове были слова Бьянки, об убийстве Дмитриса, о какой-то второй любви, о таинственном незнакомце, который завтра прибудет. И пока я об этом все думала, меня ударили в спину. — Что сучка, думала отобрать у меня Дмитриса? Он и так твоему папаше служил сколько, так ты ещё решила его заставить тебя превратить в вампира и жить долго и счастливо? В ней кипела ярость, определенно она жаждала моей крови. — Ты дура, если думаешь, что я бы предпочла быть чудовищем, чем быть съеденной червями, — я плюнула ей прям на ее туфли. Адель лишь посмеялась, взяла мне за шкирку и ударила в солнечное сплетенье, я начала задыхаться, но моя регенерация работала волшебно. — Тебе что, заняться нечем? — Ты украла то, что принадлежит мне! — крикнула она и следующий удар был мне в лицо. Лёжа на спине и глядя на звезды, я вспомнила, как мы с отцом лежали на траве и мечтали, что будем путешествовать и открывать новые страны и города. Я стала смеяться как безумная, потому в голову пришла неплохая идея. Я хочу посмотреть, как она убьёт меня. — Что ты смеёшься, чекнутая? — Убей меня, давай, я уже устала от всего этого, — я поднялась на колени и опустила голову, отхаркивая кровь, — давай, чего ты ждёшь? — Ты ненормальная. — Тогда я трахну его, ещё раз, — моя улыбка была зловещей и вся в крови. Я подняла голову и показала ей средний палец. Адель разозлилась, это как раз то, что мне нужно. Оказавшись сзади меня, она взяла одной рукой за голову, другой за челюсть. — Сейчас ты получишь то, что так давно хотела! — Давай же, сука ты не доделанная! Я знала что рискую, но должна узнать, как они умирают. Адель только стала поворачивать мою голову, как за ним пошёл хруст, похожий на хрусталь. — Что ты творишь, Адель?! — прокричал Дмитрис и набросился на Адель. Их бойня, выглядит как танец на максимальной скорости, на шум вышли все прислуги, в том числе и Люк. Люк выставил руки на Адель и Дмитриса, что-то проговорив себе под нос, их разъединило и поместило в сферу. Я моментально почувствовала запах крови, не ошиблась, из носа Люка пошла кровь, я закрыла нос. — Что за нахуй? Дмитрис был спокоен и невозмутим, как будто он знал, кто Люк на самом деле. Я вытаращила глаза на Люка, а Адель орала как резаная. — Хватит! Адель, ты мне надоела, просидишь в сфере три дня. Дмитриса я отпущу. — Какого хера ты так спокойно говоришь! Ты этот, — она стала щёлкать пальцами и ударила ладонью себя по лбу, — ЕБАННЫЙ ВОЛШЕБНИК ЛЮК! Почему ты молчал? Он пошёл в особняк не проронив и слово, сфера с Адель полёте следом за ним. Я подошла к Дмитрису. — Ты как? — перепуганно спросил он и начал осматривать мою шею. — Все хорошо, не переживай, — я выставила руку. — Нет, ты не понимаешь, нас могут убить лишь другие вампиры, — он взял меня за плечи и начал трясти. — Дмитрис, мне больно. — Они отрывают голову и поджигают твоё тело, — после он отпустил меня. — Со мной все хорошо, успокойся. Дмитрис отстранился и не понимающе на меня посмотрел. — Ты что, хотела умереть? — Я...я.. Он отступил на два шага от меня. — Это я виноват. — Что? Нет, ты что, Дмитрис. Но он исчез, просто испарился. Я осталась одна, в саду, полного одиночества и холода, без поддержки и любви. Мои ноги несли меня в лес, я думала о том, что было, будь я мертва или отец живым остался. Почему Дмитрис не спас отца также, как и меня? Не спас моего друга? Почему я? Оторвав глаза от земли, я поняла, что забрела в лес, прыгнув на дерево, я забралась выше. Горизонт был прекрасен с высоты, небо накрывало одеялом землю. Это было просто потрясающе, настолько, что я закрыла глаза и представляла себе другу жизнь. Где есть я, мои родители, а ещё есть младший брат, друзья. Многочисленные тусовки и алкоголь, секс. Я улыбнулась собственным мыслям и погрязла в своё воображение.