Первая и последняя главаᕕ( ᐛ )ᕗ

Зрение было мутным... Кажется, он был оглушён... Это объясняло, почему он ничего не слышал, когда кто-то усиленно пытался до него докричаться, но он смог разглядеть знакомые черты лица своего лейтенанта, поэтому с трудом выдавил улыбку. Веки стали до невыносимого тяжёлыми, поэтому он позволил им закрыться... Вот, он сейчас вздремнёт немного и... -Адам!!! Он резко распахнул глаза, таки различив голос Лют, но почему-то место поля боя сменилось до боли знакомой картиной из такого далёкого прошлого. Вот он, уже в вертикальном положении, над ним снисходительно возвышаются старейшины, а по левый бок стоит Лилит. Его взгляд стал панически метаться между ними всеми, будто он пытался осмыслить... "Как такое вообще возможно, чёрт бы меня побрал!?" Ему хватило ума не высказывать свои мысли вслух, поэтому его ошалелый взгляд был принят серафимами, как первобытное удивление только что сотворённого человека, которое было в этот момент у первой женщины: -Адам. Вы с Лилит по воли Божьей были сотворёны из праха земного, чтобы положить начало новому виду. Помните, пути Господня неисповедимы, поэтому не задавайте лишних вопросов и ни в коем случае не вкушайте плодов с древа познания, которое находится в центре сада, остальные же плоды полностью в вашем распоряжении...- Ангел, в котором он узнал Сэру, дальше продолжала до дрожи знакомую речь уже про их роли в саду, но Адам не слушал, продолжая пытаться осмыслить происходящее... Именно так ощущалось чувство дежавю?.. Если нет, то это определённо был какой-то дурацкий способ его мозга поиздеваться над ним перед смертью... Раз так, то флешбеки затянулись... Нет, всё ощущалось слишком реальным, не так, как когда жизнь проносится перед глазами. Когда серафим попрощалась, сказав, что будет присматривать за ними, он наконец вынырнул из своих беспорядочных мыслей, немного лучше фокусируясь на происходящем. Он снова был голым. Просто замечательно... Адам ненавидел чувствовать себя уязвимым в своей наготе так, как он впервые осознал её, но сейчас, по крайней мере, это было не единственной проблемой. Первый мужчина также почувствовал, как его прожигает один любопытный взгляд уже как минуту, видимо Лилит заметила, что он единственный, кто выказывал такую же жизнь, в отличие от статичного пейзажа сада вокруг. Она, как будто ждала сигнала, чтобы бежать, когда начала смотреть с настороженностью. Он должен был что-то сказать, но вместо этого Адам почуствовал потребность оказаться как можно дальше отсюда и от неё, в частности. Поэтому сам кинулся бежать мимо неё, оставив её стоять в замешательстве позади, в то время, как в нём начала закипать ярость от непонимания, которая вскоре превратилась в тупую горечь, когда он упёрся на какое-то дерево рядом со знакомым водоёмом поблизости. Адам обнял свои колени, пряча в них своё лицо, по которому начали скатываться предательские слёзы. "Почему он должен был проходить через это снова? Это было его наказанием за то, что он позволил себя прикончить?? Он ненавидел это время, когда все, кого он знал в конечном итоге его бросят... Чёртовы предатели!" Один из упомянутых в его мыслях предателей, кажется заметил прискорбное состояние первого, и он почувствовал, как над ним возвышается тень: -Эй, приятель, ты в порядке? Адам поднял взгляд и увидел перед собой обеспокоенное лицо ненавистного ему серафима, которое, может быть не так сильно, как самодовольное лицо падшего, но всё ещё заставило его раздражённо свистнуть зубы при нахлынувших воспоминаниях о недавнем поражении. Будущий искуситель, заметив опухший от слёз взгляд человека, ещё больше занервничал: -Адам, не так ли?.. Как ты мог заметить, меня не было в числе твоих создателей, но я случайно... Ладно, из любопытства, подслушал твой разговор со старейшинами... Тебе наверное нужны объятья? Или... "Этот придурок всегда так много болтал?" Когда ангел собирался приблизиться с раскрытыми руками для объятий, сочтя молчание за призыв к действиям, то Адам вскочил с насиженного места, наконец выпалив: -Не приближайся, Люцифер! Упомянутый застыл, непонимающе захлопав глазами, но после, изобразив неловкую улыбку, ответил: -Извини, но моё имя Самаэль... -Нет, это не так, Люцифер! Ангел в замешательстве опустил руки, ведь решимость, с которой было произнесено это первым человеком, заставила даже его самого засомневаться в собственном имени. Его улыбка не сошла с лица, но стала ещё менее уверенной, когда он беспечно пожал плечами и, испустив нервный смешок, сказал: -Ладно, ты можешь звать меня и так... На самом деле "лучезарный" звучит почти, как комплимент. Люцифер позволил себе посмеяться, как когда он делал это над своей же неудавшейся шуткой перед старейшинами, но остановился, заметив недовольный взгляд со стороны. "Отлично он остался таким же клоуном..."