Часть 1

Когда он улыбается, чужие улыбки тускнеют. Когда он восторженно смотрит на людей, их бросает в дрожь. «Только не я», — думают они, — «не подходи», молят они. Уже как год Медик отвоёвывает честь красных. Казалось бы, достаточно времени, чтобы обзавестись другом или даже парочкой, всё-таки все наёмники живут одной и той же жизнью и им не избежать контакта друг с другом. Однако часто Медик находил себя скучающим, даже одиноким. Обычно людей привлекают улыбка и здоровый смех, но в его случае всё иначе. Люди начинают переглядываться и планировать побег. Находиться рядом с ним, похоже, не против только голуби. Поначалу Августу этого вполне хватало — словно радио, он освещал для них все детали своих экспериментов и операций, даже если пациент находился в сознании. Птицы внимательно следили своими чёрными глазами-бусинами за каждым движением Медика. Правда, это было не из-за их научной ценности. Голуби всеядны, им лишь бы что-нибудь клюнуть, поэтому немцу ещё приходилось следить за тем, чтобы они не утащили кусок пациента. Это одна из причин, по которой к нему боялись соваться. Кто захочет обращаться к доктору, у которого не кабинет, а голубятня? Никто не может и не хочет представлять, что происходит в голове у на вид всегда бодрого и жизнерадостного врача. Вдруг он размышляет о том, чтобы пришить тебе третью руку? Да ладно третья рука, а если у неё будет собственное сознание? Сможешь ли ты жить с одной медвежьей почкой? А мимикрировать под окружающую среду, если разбавить твоё ДНК дезоксирибонуклеиновой кислотой хамелеона? Вопросы, на которые Медик действительно ищет ответы, и когда-нибудь вне сомнения найдёт, но сейчас, убирая в морозилку руку, с которой он недавно снял остатки синего рукава, Август думал только о давящей на плечи тишине лаборатории. Иногда её прерывал шум крыльев и курлыканье, но Медик уже давно не обращал на него внимание. Немец был несомненно рад предстоящему эксперименту, осталось только раздобыть немного свежих мозгов и добровольца, что могло быть немного проблематичным, но его это пока не волновало. Отягощала мысль о том, что не с кем поделиться своими наработками. Не было здесь людей, способных понять, насколько они революционны и захватывающи, ему некому объяснить, как он собирается заставить извилины работать заново, да и ещё напрямую в руке. Там же нет ничего сложного, только работа с нервами. Вот когда ему будет нужна говорящая рука, тогда придётся попотеть. А сейчас… Возможно, Инженер что-нибудь понял бы, но Медик сомневался. У машин и людей мало общего. Вздохнув, он сделал пометки в своём журнале и решил пойти на кухню. Из-за спешки с рукой ему пришлось пропустить обед и теперь, когда голова не занята, Август вспомнил о том, что он всё ещё человек со всеми прилагающимися потребностями — оказывается, живот уже давно скручивало от голода. В восемь часов вечера на кухне всегда кто-то сидел. Сегодня это оказались Скаут, Подрывник, Инженер и Снайпер. Последний пил кофе, облокотившись на холодильник со старыми магнитами, рисунок на которых давно стёрся. Скаут доедал похлёбку из тарелки с бледным узором, обсуждая что-то с Инженером, который листал книгу. Подрывник просто сидел, смотря в грязный потолок. Рядом с ним на столе стояла бутылка коньяка. — Guten Abend, — улыбнувшись, поприветствовал всех Медик. Снайпер кивнул ему, глядя из-под шляпы, Инженер помахал рукой, а Скаут пробубнил что-то, не прожевав до конца. Подрывник икнул. Приметив кастрюлю, которая оказалась уже разогретой, Медик налил себе похлёбки и сел за стол чуть поодаль от остальных. Инженер и Скаут не стали продолжать свой разговор, поэтому комната погрузилась в неловкую тишину. Что ж, не привыкать, поэтому Август просто продолжил есть, иногда клацая ложкой по тарелке, не обращая ни на кого внимания и рассматривая цветы на краях посуды. Джереми не поднимал глаз со стола с того момента, как немец зашёл в комнату. Инженер прочистил горло: — Не часто мы с вами видимся в свободное от пальбы время, Док. Как дела в лаборатории? — немного улыбаясь и откладывая книгу в сторону. Дэлл был дружелюбным и спокойным парнем. У него были свои мысли насчёт Медика, но они не мешали ему быть вежливым. Услышав вопрос, немец на секунду замер от удивления. Всего лишь на секунду, а после его лицо озарил почти детский восторг. Кому он врал — Августу всё равно, понимают, о чём он говорит или нет, главное, чтобы слушали. Ложка с похлёбкой полетела обратно в тарелку. — Как замечательно, что вы спросили! Видите ли, недавно я задался вопросом, способны ли человеческие конечности функционировать самостоятельно в случаях необходимости. Например, рука. Что, если наделить её сознанием, чтобы она смогла реагировать на опасность, о которой человек не осведомлён? — сначала Инженер обрадовался реакции коллеги, но чем больше он слушал, тем больше приходил в недоумение. Даже Скаут поднял глаза и со сложным выражением лица уставился на Медика. Подрывник мечтательно кивнул и сделал глоток из бутылки, немного съезжая со стула. Приподняв брови, Снайпер сделал большой глоток кофе. Увидев общую реакцию на свои слова, Август возгордился собой и поправил очки: — Её можно пришить к спине с целью обороны против шпионов, не будет даже нужно пытаться её срастить с другими мышцами, ведь у неё будет свой мозг! Ах, кстати, никто не может одолжить мне немного извилин? Bitte, мне всё равно, чьи они, главное, чтобы были свежими. Хотя, если герр Подрывник решит поспособствовать науке, мне, к сожалению, придётся ему отказать. Надеюсь, вы понимаете суть проблемы, — немец почти виновато улыбнулся Тавишу, сложив руки под подбородком. После осознания того, что обращались к нему, прошло несколько долгих секунд почти нулевого мыслительного процесса. — Н’т, ¬– чистосердечно признался Подрывник. После этого с его стороны был слышен только храп. Цокнув языком, Медик оглядел присутствующих. — Кто хочет быть добровольцем? — абсолютно легко спросил он, будто предлагал прогуляться. — Ему нужны наши мозги, он хочет забрать наши мозги, я знал, что этот день настанет. — Скаут схватился обеими руками за голову и побледнел. Похлёбка готовилась вернуться в тарелку. — Успокойся, Док же не будет забирать их через силу. Не хочешь быть добровольцем, не надо. Я, к сожалению, тоже пас, — отказы резко портили Медику настроение, но он не подавал виду. — А герр Снайпер? — немец развернулся, чтобы взглянуть на мужчину, но его уже не было на кухне. — Друг, слушай, я не думаю, что на такое кто-то согласится, поэтому, насколько это не было бы грустно, тебе придётся повременить с экспериментом. До завтра и спокойной ночи, — с этими словами Инженер вышел из кухни. Джереми, оставшись наедине с Медиком, занервничал ещё больше. Его взгляд упал на книгу, оставленную Дэллом, и в голове загорелась лампочка. — О, стой, ты книгу забыл! Было… Э, классно? Пока! — Скаут вылетел из кухни, оставив немытую тарелку на столе. Август вздохнул и положил лицо на сложенные руки. Еда уже остыла, но голод не прошёл. Он доел похлёбку, разглядывая спящего Подрывника, который время от времени говорил во сне. Слова были совершенно непонятны из-за акцента и бубнежа. Вымыв обе тарелки и убрав кастрюлю в холодильник, пригрустнувший Медик вернулся в лабораторию. Архимед, усевшийся в его ладонях, согрел их мягким оперением и немного скрасил вечер. Что ж, если никто в команде не согласится, придётся действовать по-другому. Альтернативный план был донельзя прост: дождаться, когда кому-нибудь на поле боя аккуратно оторвёт голову или обезглавить противника самому. Нужно, чтобы это случилось в последние минуты, и Медик смог держать чужую голову под медиганом. Счастливого обладателя третьей руки он ещё не нашёл, но после боя всегда кому-нибудь нужна его помощь, поэтому насчёт этого Август не беспокоился — поработает с первым вошедшим в лабораторию. Как назло, взрывался или кровавый фейерверк, или вообще ничего не происходило. Было сложно следить сразу за своей командой, спиной и тем, что под ногами. Взволнованный и раздражённый, он бежал рядом с Солдатом к вагонетке, пока знойное солнце жарило затылок. Медиган нагрелся и тяжело висел на взмокшей спине. Оставалось всего ничего, почти вся синяя команда ждала респауна, а Инженер поставил перед ним турель. Туда же направлялся Пулемётчик. Где-то с краю воздух колыхнулся, будто поднялся от раскалённой земли. Синий Шпион направился в здание. Вытирая пот со лба локтем, Медик недобро улыбнулся. Солдат и подбежавший Скаут должны справиться. Чужой Шпион направлялся обходным путём к турели. За грохотом оружия было почти ничего не слышно, но Медик старался прислушиваться к чужим шагам по деревянному полу. Немец следовал за врагом, ожидая, когда невидимость спадёт. Наконец-то пар рассеялся, и Шпион на секунду остановился, копаясь в своих вещах, чтобы притвориться красным. Август выскочил сзади, всаживая пилу во вражескую спину. Она тяжело вошла, но легло вылетела обратно. Признаться, это было приятно, наконец-то отомстить. Медик не сдерживал смех, когда вытаскивал пилу и снова вгрызался ею во врага. Без того грязный халат окрасился свежими красными пятнами, тёплые капли упали на лицо. Ноги Шпиона подкосились, и он с криком рухнул на пол. Немец сел на подрагивающую спину и положил дуло медигана рядом с чужой головой. Машина загудела, красный дым начал впитываться в раненое тело. Дезориентированный Шпион не успел ничего осознать, в его шею уже вонзили пилу с целью раздробить позвоночник. Шейные позвонки с хрустом сдались. Мужчина глухо хрипел и уже не дёргался, дело шло к концу. Через несколько секунд Медик победно поднял чужую голову и счастливо засмеялся. — Не волнуйтесь, всё это ради общего блага, mein Freund, — Уверил мёртвого Шпиона немец и, похлопав по щеке, положил под луч медигана. Вокруг образовалась огромная алая лужа, которая уже доползла до упирающихся в пол коленей. Ладно халат, который каждый раз приходилось менять на новый, но штаны было жалко. Медик собирался встать, когда стекло окна треснуло, и прозвенел выстрел. Пуля синего Снайпера попала в грудь, разрывая лёгкое. Август, прижимая руку к ране, отполз от окна насколько мог и привалился к стене. В ушах звенело, всё тело дрожало, и он почувствовал, как кровь поднимается ко рту. В панике он смотрел на голову рядом с дулом медигана, который был всё ещё на нём и вдвойне неприятно сдавливал плечи. Если он сейчас умрёт, то через какое-то время и медиган, и голова исчезнут. Медик может просто не успеть вернуться. Августу нужно было снять его, но двигаться и дышать становилось всё тяжелее, огромное кровавое пятно расплылось на белой одежде. К тому же, Снайпер был всё ещё там, и Медик не знал, как тот поступит — оставит одного или придёт добить. Каждый раз, когда он кашлял, становилось холоднее, несмотря на то, что за окном была пустыня. Сидя с закрытыми глазами и кусая губы от злости и боли, Медик не заметил, как кто-то зашёл в комнату. Ещё один выстрел со стекольным треском, но в этот раз не в него. Он раскрыл глаза — красный Снайпер убрал винтовку от лица и развернулся к нему, взволнованно разглядывая. Он не знал, что сказать или сделать, только смотрел за тем, как кровь капает с чужого подбородка. Наконец Манди опустился на колени рядом с Медиком и положил руки ему на плечи, аккуратно разворачивая к себе. — Док? — всё ещё без понятия, как действовать. У них есть загадочный респаун, поэтому проблем не будет, но просто уйти и оставить Медика одного в таком состоянии казалось Снайперу бесчеловечным, каким бы монстром он иногда не казался. — Ах, герр Снайпер. Вы… удачно успели, — делая короткие вдохи, хрипло обратился к нему Август, — Снимите с меня медиган. Снайпер спешно кивнул и отцепил лямки, на которых держалось оборудование, вытащил медиган из-за спины. — Так лучше? — Снайпер утёр про со лба и на всякий случай оглянулся по сторонам. Судя по голосу, под окном пробежал Подрывник. Не желая тратить время, Медик проигнорировал вопрос. — Следите за тем, чтобы дуло было направлено на голову синего Шпиона, — медленнее, чем ему хотелось бы, проговорил Август. Снайпер недоумённо поднял брови и посмотрел на лужу, в которой видимо, совсем недавно лежал труп. Осталась только голова, потому что она лежала под медиганом. Мёртвые глаза всматривались в никуда, рот остался открытым после крика. Быть убитым Медиком… По спине Снайпера пробежался холодок. Зачем ему это? Он уже открыл рот, чтобы спросить, но его опередили. — Не спрашивайте, долго. Ещё мне нужно, чтобы вы убили меня. Так будет быстрее. — У-убить? — казалось бы, обычное для всех них дело, но не тогда, когда оно касалось сокомандников. Австралиец в неверии покачал головой. — Я не могу. Ты же… сам скоро отправишься на респаун. Я нанимался стрелять синих, а не своих людей. — Медик сжал зубы. — Мне плевать, время идёт. Выстрелите мне в голову или потом станете одним из моих величайших творений, — и Снайпер ему поверил. Сглотнув, он поднялся на ноги и направил винтовку в чужой лоб. Медик тяжело дышал и смотрел прямо на него. Манди вздохнул. — Ты… можешь хотя бы глаза закрыть? — Медик бы закатил глаза, но в этот раз просто сделал так, как попросили. Он отчасти понимал чувства Снайпера, но они были совершенно непрактичными. Выстрел. Снайпер остался один в комнате. Он отвернулся от Медика и подвинул ногой голову Шпиона ближе к медигану, кривя рот. Похоже, это имеет отношение к тому, о чём говорил Медик на кухне в тот вечер. Хорошо выкрутился. Снайпер бы весело хмыкнул, если бы это не было так отвратительно. Австралиец пристроился у выбитой двери и следил за улицей, чтобы не тратить время совсем зря. Пыль носилась по дороге, где-то высоко летали птицы. Через несколько минут в комнату вбежал Медик. Его тело уже исчезло. Он спешно надел медиган, поднял одновременно его дуло и чужую голову. — Danke, герр Снайпер! В благодарность я неделю не буду ставить над вами опыты! У нашего респауна сидел красный Подрывник, пришлось немного задержаться, — Медик почти светился от счастья. Казалось, что он был готов расцеловать эту несчастную голову. Снайпер нахмурился, услышав часть про опыты. — В смысле неделю не будешь ставить опыты?! Когда- — Ах, детали-детали. Пойдёмте, время уже почти вышло, — Медик удалился из комнаты, насвистывая какую-то мелодию. Манди издал недовольный звук, тряхнул винтовкой и пошёл следом. Больше он не будет добивать своих сокомандников. Как только они дошли до синей вагонетки, победный звон пронёсся над полем боя. Через тридцать минут после объявления победы красных в лабораторию к Медику заглянул Скаут. Подвох он заметил только после того, как закричал Инженер. Стали ли с доктором после этого больше общаться? На удивление, да, но только для того, чтобы узнать, какие ужасы науки будут их подстерегать в ближайшее время. Медик был только рад.