1. Не одинока

В маленькой комнате, куда мельком проглядывал лунный свет, пыталась уснуть маленькая девочка. Она ворочалась из стороны в сторону, включала и выключала ночник, обходила каждый угол, но сон к ней не шёл. Руми снова залезла в кровать и села у изголовья, сжав подушку. — Хранитель, ты здесь? — спросила она в пустоту. Ответом ей стала тишина. — Приди, пожалуйста, — не сдалась малютка, всматриваясь в тени. Тут же полумрак развеялся, в центре помещения возникла пурпурная дымка, из которой вышел высокий силуэт. — Опять не спиться, Руми? — мужчина вышел вперёд, облако за ним, похожее на сахарную вату, исчезло. Одет он был с иголочки, во всё чёрное свободное, не стесняющие движения. Глаза были спрятаны за атласной повязкой, но точно были обращены к ребёнку. — Тебя что-то беспокоит, моя луноликая? — Я просто скучала… — дитя отпустило взгляд вниз. — Без тебя мне одиноко. — Ох, малышка, — ночной гость опустился на колено перед девочкой, в своих руках спрятав её маленькие ладошки. — Ты не одна и никогда не будешь одинока. Я всегда рядом. — Но ты не всегда бываешь рядом, — грустно произнесла она. — Ты не показываешься никому, кроме меня. — Я не могу открыто быть среди людей, мне приходится красться из тени в тень, скрываться под лживыми масками, — мужчина присел на кровать рядом, обняв Руми. Сама девочка ластилась к нему, как слепой котёнок, ищущий родителя. — Только наедине с тобой, я могу не прятаться. Ты тоже не должна прятаться от меня. — Я и не прячусь, — малышка потянула рукав пижамы ниже, чтобы скрыть демонические узоры. — Селин говорит, что это не моя вина. Этот недостаток исчезнет, когда завершится Золотой щит. — Твоя наставница права только в одном — это не твоя вина. Ты просто родилась такой. Я тоже родился особенным, — гость расстегнул пуговицу рубашки у шеи, демонстрируя такие же зигзагообразные метки. — Это не проклятье, а наша часть, передавшиеся с кровью. Этого не стоит стыдиться. — Как у меня… — Руми слегка удивлённо вздохнула, ведь чувствовала, что Хранитель похож на неё с самого начала. — Но ты ведь хранишь тайну. — Люди бояться неизведанного, страшатся демонов. Им будет неважно, продал ли ты душу или унаследовал это, как болезнь. — Я не боюсь тебя! — смело заявила малютка. — Да, Руми. Всем бы быть такими храбрыми и добрыми как ты. — Есть ли такие люди? — Конечно, — мужчина кивнул, приняв горизонтальное положение. Уложив девочку сбоку, предоставил свою руку вместо подушки. Он начал рассказ. — Однажды я повстречал прекрасную девушку с чистой душой и отважным сердцем. Красивая, утончённая, она сразу привлекла моё внимание. Как и я её. Она неплохо поколотила меня, — с улыбкой вспомнил сумрачный страж. Руми, не сдержавшись, хихикнула в кулачок. — Да-да, наша первая встреча началась с тумаков. Поверь, она была очень сильной, а мне было очень больно. И всё же она разглядела во мне что-то, поэтому и не добила. В тот день её образ врезался мне в память, словно его вбили в голову. Она неверное и впечатала собственными стараниями вместе с ударами, — мужчина укрыл ребёнка одеялом. — Я увиделся с ней второй раз, потом ещё раз и ещё. Коротких свиданий мне не хватало, я захотел быть рядом с ней каждый день. Я мечтал делить с ней каждый вздох, каждую секунду, стать важной деталью пазла её жизни. Мои грёзы стали явью. Тогда я был самым счастливым существом на свете. — А что было дальше? — сонным голосом спросила девочка, сладко потянувшись. — Мне пришлось оставить её, — лицо ночного посетителя исказилось в гримасе скорби. Но Руми этого уже не видела, она прикрыла ресницы. — Прошло много времени, но её изящное лицо, заботливые глаза, нежные руки — всё это осталось в моём сердце, — осторожно встав с постели, мужчина расправил простынь. — Ты обязательно найдёшь такого человека, который примет тебя такой, какая ты есть. Друг или любимый будет рядом с тобой несмотря ни на что. — У меня есть ты… — последнее, что сказала малышка, перед тем как задремать. — А у меня — ты, — склонившись над ребёнком, он поцеловал её в лоб. — Сладких снов, Руми. — сделав шаг назад, человек растворился в дымке.

***

Хранитель навещал Руми практически каждую ночь. Он читал ей сказки, играл с ней в прятки и догонялки. Вместе они рисовали, читали книги и пели песни:

— Мы с тобой одни на свете,

Но не страшно нам ничуть.

Тьма исчезнет на рассвете,

Вместе с ней исчезнет грусть.

Мы с тобой пройдём свозь годы,

Не боясь преград и бед.

Уничтожим все невзгоды,

И оставим яркий след.

Два голоса сливались в единую гармоничную мелодию: мягкое юное сопрано зажигало искру надежды, подпитывая его искренностью, а приятный баритон придавал всему завершённость и выразительность. Взаимодействие ребёнка и взрослого обладало особым очарованием. Малютка утопала во внимании и беззаветной любви своего необычного друга, выражение радости на её лице не хотело сходить. Пока мужчина не отвлёкся на что-то и не задумался. Его уши дёрнулись, а взгляд метнулся в сторону. — Прости, Руми, — он встал с пола. — Сегодня мне придётся уйти пораньше. — Что-то случилось? — взволновано спросила девочка, вскочив следом. — Нет, ничего серьёзного. Не переживай, — он погладил её по макушке. — Увидимся завтра, — и исчез в пурпурном мареве. Появился он возле высоко дерева обвешанного разноцветными лентами. — Перестать приходить к ней, — строго приказала женщина, стоя за его спиной. Обострившиеся инстинкты говорили страннику, что она может быть вооружена. — И как ты мне помешаешь, Селин? Убьёшь меня? — с насмешкой в голосе произнёс он. — У тебя был шанс, но больше его я тебе не предоставлю. — Если не послушаешься моего совета, чтобы обезопасить Руми, то убью, — женщина оказалось рядом с человеком в чёрном. — Силы Гви-Ма растут, и пока новое поколение охотниц не окрепнет, они будут продолжать возрастать. — Гви-Ма не способен на меня влиять. — Но он знает о твоём существовании. Стоит только его подручным отыскать твой секрет, как тут же угроза нависнет над Руми. Сможешь ли ты её защитить? — А ты сможешь? — Я обещала её матери, беречь и охранять её наследство. И я исполню свой долг. — Руми не просто наследство, — возразил он. — она наш ребёнок, плод любви. — Она ваша ошибка, Раон. — Ещё слово… — полудемон схватил бывшую охотницу за ворот и притянул к себе, обнажив клыки и выпустив когти. — И я вырву твой поганый язык! — Я защищу её, — не испугавшись, она продолжила. — Я сдержу обещание и буду оберегать девочку, как ценное сокровище, — хватка ослабилась, и женщина отошла в сторону. — Готов ли ты на всё, чтобы обезопасить свою дочь? — кинув на него непроницаемый взгляд, она поправила кофту. — Поверь, так будет лучше. Не стоит кормить её иллюзиями. Она подрастёт и перестанет видеть в тебе доброго духа. Она узнает кто-ты и что ты не смог сделать… — Замолчи. — Ты и себя самого истязаешь. — Какая забота... — зло прошипев, силуэт растаял.

***

— Что значит, "ухожу навсегда"? — Руми недоумённо переспросила. — Это ведь шутка? — Прости, моя луноликая, — сокрушённо произнёс мужчина, не сдержав нотки горечи. — Я этого не хочу, но это необходимо. — Для кого? — уже чуть ли не плача, девочка задрожала. — Мне нужен только ты! — У меня есть только ты, Руми, — он встал на колени и напротив увидел глаза его возлюбленной. — Я не хочу тебя терять. — Тогда не уходи! — слёзы полились ручьями. Их аккуратно стирал человек, облачённый в чёрное. — Я не могу, милая, — мужчина крепко обнял ребёнка, его шёпот окутал комнату сожалением. — Даже если разлука будет долгой, а расстояние огромным, помни, что ты всегда сможешь отыскать меня в своём сердце, — он надел на шею девочки медальон в форме звезды. — Не печалься, тебя ждёт светлое будущее. А я останусь твои беззаботным прошлым, — полукровка стянул себя атласную повязку и медленно распахнул ресницы. Очи его горели янтарём, радужка отливала золотом. Он боялся напугать своё дитя, однако хотел быть настоящим перед ней напоследок. — Твои глаза… — малышка поразилась красотой солнечного блеска. — Красивые… — Спасибо, моя храбрая красавица, — он поцеловал её в носик и ещё раз оглядел. — Не забывай меня, Руми, — Раон исчез как обычно, в фиолетовом дыму, оставляя запах лаванды и хвойного леса.