«Письмо Фреда»

«Здравствуй, Гермиона! Тебе пишет Фредерик Гидеон Уизли. А нет, просто Фред. Честно, не знаю, зачем пишу это, но раз уж взялся, то так уж тому и быть. Не уверен, что это письмо дойдет до тебя, потому что не знаю, отправлю ли я его... Так вот, о чём это я?... Вчера я видел тебя в Лондоне. Как я понял, вы были на свидании с Роном. Ты была великолепна! Такая красивая, в этом своём шелковистом светло-лиловом платье, что я не мог оторвать от тебя взор своих глаз. Ещё больше меня зацепила твоя причёска. Она была бесподобна! Твои кудряшки больше не торчат во все стороны, подобно вороньему гнезду, как тогда, когда мы учились с тобой в Хогвартсе. Какое заклинание ты использовала для такого умопомрачительного эффекта? Или ты это так, по-маггловски?... А помнишь ли ты, как я всё время дразнил тебя в школе? Я помню. А помнишь ли ты, как я подсунул тебе блевательный батончик на третьем курсе? Я помню. А помнишь ли ты, как я всегда заступался за тебя, когда придурок-Малфой обзывал тебя и унижал? Я помню. А помнишь ли ты, как на четвёртом курсе Хогвартса ты пыталась переубедить нас с Джорджем не пить то самое зелье взросления? Я помню. Хотя, возможно, нам действительно изначально следовало тебя послушать, но ты же нас знаешь, если мы что-то задумали – нас уже не переубедишь никаким образом. Я, к слову, мечтал пригласить тебя на Святочный бал, но как только узнал, что тебя уже пригласили и ты согласилась, сразу же пал духом. Возможно, стоило всё-таки подойти к тебе и попытаться, но я боялся, что ты откажешь мне, и я буду выглядеть как последний дурак в твоих глазах. А помнишь ли ты, как я смотрел на тебя в вечер бала? Ты была просто шикарна! Твоё прекрасное голубое платье тебе безумно шло, весь вечер я смотрел только лишь на одну тебя. А твоя парадная мантия так вообще делала тебя похожей на принцесс из маггловских сказок. Кстати говоря, я прочёл ту книгу, которую ты мне дарила в Рождество на пятом курсе. Не помню точно, как она называлась, но вроде бы «Снежная Королева». Помнится мне, ты спрашивала, кто из героев книги понравился мне больше всего, и вот, теперь я точно могу дать тебе свой ответ – Герда. Она всегда шла за Каем через толщи просторов и трудных преград несмотря ни на что, и это очень удивило меня, потому что любой другой человек на её месте уже давно бы сдался. Я всё это помню, но вопрос в другом, помнишь ли ты? Надеюсь, что ты помнишь, как я привёл тебя на открытие нашего с Джорджем магазина «Всевозможных Волшебных Вредилок». Ты тогда ещё долго мне говорила, что испытывать нашу продукцию на первокурсниках подобно свинству, а я тебе на это отвечал, что мы всегда сначала испытываем всё на себе, но ты мне ни в какую не хотела верить. Мне всегда нравилось наблюдать, как краснеют твои уши и щёки, когда ты смущаешься, как мило раздуваются твои ноздри, когда ты злишься, как ты кусаешь свою нижнюю губу, когда над чем-то серьёзно раздумываешь, как широко распахиваются твои шоколадного цвета глаза, когда ты удивляешься... Быть может, мне и правда стоило подойти к тебе тогда перед Святочным балом и пригласить тебя, а потом после праздника позвать на прогулку в Хогсмид, купить тебе сливочного пива, проводить до гостиной и поцеловать на прощание в щёку. А затем на утро принести тебе свежий букет полевых цветов (не знаю, где бы я их достал, но пришлось бы попопеть, зная, как ты их любишь). Нет, ты не подумай, я правда рад, что ты нашла своё счастье в моём младшем братишке. Я рад, что ты нашла в нём опору и утешение... И всё равно я жалею, что не успел сказать тебе первым, как сильно я тебя люблю. Возможно, случилось бы чудо, и ты ответила бы мне взаимностью, но теперь уже всё это совершенно не важно. Обязательно передавай от меня привет малышу Ронни! С любовью, вечно твой, оболтус Фред Уизли.»