Часть 1

В её глазах для него бесконечное лето. Сочное, ярко-зелёное, близкое. Родное и такое любимое. В её глазах ему чудится весь мир: огромный, нескончаемый и веков не хватит, чтобы его объять. Нет, не мир, мира мало, в её глазах просто бесконечная вселенная. Потому что у него в груди от одного лишь её взгляда такое тепло разрастается, охватывает всё сердце и заполняет все внутренности, аж самому от этого страшно становится. «Хочу быть твоей». Три простых слова, хотя нет, они совсем не простые. А очень правильные и нужные. Ему нужно было это услышать от неё. И он услышал. Узнал наверняка. И когда он обнимал её после, то ему казалось, что он обнимает солнце: ему было так же тепло и ярко. Но в отличии от солнца, его личное солнце не сжигало, а наоборот, согревало от кончиков пальцев и до макушки. Она всегда была его: его маленькая, храбрая девочка, его храбрый, сильный котёнок. Она всегда была его. И он. Правда, для этого им пришлось многое пережить, выстрадать, пройти столько времени для этого понимания. Но теперь всё в прошлом. И сейчас он обнимает её так крепко, как может, прижимает к себе. Целует. А после, утром, лежа в кровати в своей комнате, их комнате, конечно же, куда он притащил Агату после их откровения, когда он крепко-крепко, но бережно прижимает её к себе, он думает о том, сколько он времени потерял. Столько потраченных дней, часов, минут без её объятий в постели, её ласковых, сонных поцелуев в щеку. Без её светлых, взъерошенных после сна волос, без её сладкого цветочного запаха, которым, кажется, пропахла подушка, постель да и уже весь он, наверное. Без её тонкой, нежной руки, что обнимает его поперёк груди, без неё. Он уже не может без неё. И даже если она уже захочет, он уже не сможет её отпустить. Просто не сможет. Да и, кажется, она совсем не против.