Глава 1

Берег мертвых надежд Речной берег тянулся вдоль густой рощи. Быстрое течение с шумом разбивалось о прибрежные камни, рассыпаясь мелкой пылью. Деревья застыли над зеленеющим берегом, точно молчаливые стражи. Небо затянули тонкие нити облаков, а солнце скрылось за горизонтом, оставив после себя лишь блеклые сумерки. Во дворце было непривычно пусто. По улицам, пытаясь навести хоть какой-то порядок, сновали лишь эльфы да мускулистые гномы. Работа шла тяжело. Пока я лежала в забытьи в стенах заброшенного замка — там, где когда-то встретились трое Скитальцев, — мир вокруг изменился. Черный Король обрушился на город, и только отряд Тоёхисы смог остановить этот хаос, спасая уцелевших. Теперь они здесь, готовят план по захвату Империи. Я очнулась вовремя — как раз когда звон мечей затих. Но стоило ли называть это удачей? Сомневаюсь. Состояние моего тела вызывало лишь горькую досаду. Олмину рассказала, что меня нашли у самой кромки воды: алая струя крови стекала в реку, смешиваясь с серой волной. Ожоги на спине и ногах нестерпимо зудели. Любое движение, любая попытка прогнуться отзывались вспышкой боли. Дни сливались в бесконечную череду, где рассветы и закаты лихорадочно сменяли друг друга. Открытые раны постоянно прилипали к ткани, в которую меня завернули — любая одежда была сейчас недопустимой роскошью. Олмину и её помощник-маг выхаживали меня, хотя девушке это давалось с трудом: её тошнило от одного вида моего изувеченного, точно опаленного адским пламенем, тела. Парень держался тверже, хотя и его порой передергивало. Спустя неделю я не выдержала и напросилась на прогулку. Олмину в тот день во дворце не было, и её напарник, поддавшись моим уговорам, осторожно вывел меня в город, поддерживая за плечо. Парень заметно нервничал и взял с меня слово, что мы не задержимся долго. Мы медленно брели по главной улице, ведущей от цитадели к внешней стене. Город лежал в руинах. Повсюду высились груды обломков, а обгоревшие балки — всё, что осталось от пожара, — грузили на повозки. Теплые лучи солнца безжалостно освещали этот ужас. Хозяева уцелевших домов латали крыши и принимали у себя соседей, лишившихся крова. Тех, кому не хватило места, Жельдерме разместил во временных комнатах дворца. Каждый шаг по мостовой звоном отдавался в костях. Спина ныла, а ноги казались чужими — мне приходилось буквально заставлять ступни двигаться правильно, чтобы не упасть. Парень уже хотел повернуть назад, но я настояла на своём: хотелось еще хоть минуту подышать летним воздухом. Тогда он подозвал эльфа, везущего горелые дрова, и попросил подвезти нас до ворот. С помощью мага-новичка я забралась в кучер. Шипение боли удалось сдержать внутри, но лицо всё же исказилось гримасой. Мой спутник — голубоглазый блондин примерно моего возраста — сочувственно взглянул на меня. Он был выше меня на целую голову. Повозка тронулась. Улицы за стенами были залиты запекшейся кровью; пламя не пощадило ни одного угла. Весь город превратился в пепелище. Маг заговорил с эльфом, но я не поняла ни слова: речь эльфа была жесткой, но с удивительно мягким произношением — точно странная симфония. Наконец мы выехали за пределы стен. Впереди, на фоне леса и открытого поля, я заметила белую фигуру. Это была Олмину. Я знала, что сейчас получу по полной программе, но желание вырваться из четырех стен было сильнее страха перед её гневом. Беловолосая девушка, увидев нас, замерла в шоке. В следующую секунду она уже была рядом. Схватив мага за воротник, она начала трясти его со всей дури: — Что ты натворил?! Вывел тяжелобольную на улицу?! — Сопроводил, — невозмутимо поправил он, явно привыкший к таким сценам. Олмину бессильно опустилась на колени. — О боги, дайте мне силы... Почему вы меня не слушаетесь? — Она склонила голову, едва не плача. — Мне больно видеть, что твои раны всё в том же плачевном состоянии, что и в день, когда тебя нашли... Мне стало неловко. Придерживаясь за предплечье парня, я опустилась рядом с ней на корточки. — Извини, — тихо произнесла я. — Мне было слишком одиноко в той комнате. Я думала, что солнце поможет... Больше я не доставлю вам хлопот. Олмину посмотрела на меня долгим, пустым взглядом, а затем её брови страдальчески дрогнули. — Я не подумала, что тебе может быть одиноко... Это ты меня прости. — А разве тебе уже можно вставать? — раздался внезапно звонкий голос. Над нами выросла тень. Красивый юноша с длинными черными волосами, в синих одеждах, опирался на топор, лезвие которого сверкало на солнце. — Мы решили, что свежий воздух не помешает, — ответил маг. — И то верно, погода чудесная, — Насу Ёичи — так он представился — окинул меня любопытным взглядом синих глаз. — Выздоравливай. Редко встретишь здесь девушку. Он махнул рукой и пошел к эльфам, работавшим неподалеку. Поясница снова заныла, кожа на спине начала зудеть. — Садись, тебе тяжело стоять, — обеспокоенно сказала Олмину. — Уф, не хочу я в замок, — жалобно протянула я, сводя брови. — Ха-ха! — рассмеялся Ёичи, обернувшись. — Тебя можно понять, замок — место мрачное. Мы двинулись обратно. Моё свободное платье развевалось на ветру, и холодные потоки воздуха неприятно кололи обожженную спину. Я обдумывала слова Насу. — Что он имел в виду? — Ты единственная женщина среди Скитальцев, — пояснил парень. — Когда придут остальные двое? — спросила я, стараясь отвлечься от боли. — К вечеру должны быть, — призадумалась Олмину. — Ода всегда возвращается вовремя. — Конечно, разве этот старик может опоздать к тебе? — ехидно вставил маг. — Замолчи, засранец! — вспыхнула Олмину, крича на него через мою голову. Пока они препирались, парень шепнул мне: — Знаешь, пока ты была без сознания, этот «старик» почти не отходил от твоей двери, когда Олмину была внутри. Я промолчала, вглядываясь в руины дворца. Мне предстояло спасать этот мир вместе с этими странны ми людьми. Но как это возможно, когда вокруг лишь пепел, боль и запах гари?