Часть 1

Фестиваль, проходивший в удивительно живописной местности, был в самом разгаре. С одной стороны разноцветные палатки, яркие флажки и пестро одетых людей окружало показавшееся знакомым кольцо гор, с другой — густой, непроходимый лес. Воздух был наполнен чудесными ароматами природы, и в сердце поднималась радость, за которой я надеялась позабыть горечь и обиду, оставшиеся после слов Влада. «Нет, Лайя, просто уезжай». Когда он попросил уйти, какое-то время я продолжала растерянно стоять посреди мрачного холла. Стены замка уже не казались такими приветливыми, и липкий холодок крался вдоль позвоночника, ловко просачиваясь в кровь. Я слышала удаляющиеся шаги, но и они стихли, оглушая наступившей тишиной. От нахлынувшей тоски боль ощущалась физически: щемило в груди, пока сердце тяжело отбивало замедленный ритм о реберную клетку. Казалось, будто сам замок отталкивает меня, прогоняет, вынуждая поскорее покинуть свои мрачные своды, полные неразгаданных тайн. Хотелось найти Влада, поговорить, и я уже почти сделала этот крошеный, а на деле невероятно огромный и сложный шаг навстречу. Но, стиснув зубы, заставила чувства умолкнуть. Поэтому, быстро собрав чемодан, я поспешила на улицу, попросив Лео увезти меня в деревню к дому Сандры. Мы подошли к театральной сцене, когда представление уже началось, оставив позади Илинку. Однако девушке не пришлось долго скучать, ведь длинная очередь желающих заглянуть в будущее тянулась змеиным хвостом до самого покрывала, где румынка восседала с колодой карт Таро в руках. Милли подняла на меня грустный взгляд, разочарованно протянув: — О, тут все на румынском. Мы же ничего не поймем. Внимательно посмотрев на сестру, я бросила быстрый взгляд на сцену и, потрепав малышку по голове, ответила: — Многое можно понять и без слов. К тому же румынский язык такой красивый, приятно его просто послушать. Тем более стихи. Милли недовольно скуксилась, но Сандра быстро исправила положение, предложив перевести происходящее, пусть и не дословно, но общий смысл мы все равно должны были понять. Решив, что это наиболее приемлемый вариант, мы синхронно повернулись, осознавая, что представление, разворачивающееся в импровизированном уличном театре, понятно без слов. Любовь, преграды, расставание и борьба за шанс быть вместе. Все казалось таким до боли знакомым, словно я сама являлась главной героиней этого спектакля. Когда двое героев — мужчина и девушка — встретились после долгой разлуки, сердце екнуло, выуживая из памяти образ. Влад. Точно так же между нами ощущалась невидимая стена, разделяющая два сердца. Я чувствовала, как меня тянуло к нему, словно магнитом. Будто мы знакомы уже тысячи лет, и наши сердца, наши души рвутся навстречу друг другу. Будто мы оба сотканы из воспоминаний далекого прошлого. Только я потеряла конец шелковой нити, случайно выскользнувшей из пальцев и потерявшейся в потоке времени, и теперь отчаянно пытаюсь найти, чтобы снова слиться с ним и стать единым целым. Но она снова пропадает, вильнув на прощание красным хвостом, в который раз оставляя меня ни с чем. Несмотря на все обидные слова, сказанные Владом вчера, мне все так же хотелось быть рядом, чтобы обсуждать книги, картины или вместе любоваться прекрасным видом на горное озеро, расстелившееся сапфировым покрывалом у подножия его замка. На сцене разворачивалась настоящая драма: мужчина не мог прикоснуться к возлюбленной, сталкиваясь вновь и вновь с невидимой преградой. В какой-то момент он опустился на колени, устало вознося взгляд к небу, и начал читать стихи, от которых мурашки понеслись по коже. — Сандра, — шепотом обратилась к подруге, — переведи, пожалуйста… Девушка встрепенулась. Видимо она, как и я, слишком прониклась происходящим, но сразу же затараторила мне в ухо: — О, я знаю эти стихи, — шатенка склонилась еще ближе, не сводя глаз с представления, и слова нескладным потоком полились из ее уст, наполняя и без того саднящую душу новой волной боли. «Влюбленный тайно, я хранил молчанье, Боясь тебя смутить безумной речью. В твоих глазах бездонных видел вечность, Живя в плену убийственных мечтаний…» В этот момент я увидела в толпе зрителей Влада. Он стоял и смотрел прямо на меня, не моргая. Его лицо было таким бледным и изнеможённым, будто он не ел и не спал несколько суток. Темные круги легли под печальными голубыми глазами. Я безмолвно наблюдала за ним, боясь пошевелиться, пока слова стихотворения проникали под кожу, покалывая кончики пальцев. На мгновение начало казаться, что это Влад читает их. «…Хочу в огне я утонуть однажды — Твоей души, себя забыв от счастья. Не видишь разве, как томлюсь часами, И мукою глаза мои пылают, моя любовь с льняными волосами? Меня улыбкой удержи у края, Дыханьем охлади шальное пламя… Прильни к моей груди, боль утоляя.» Сморгнув слезинку, дрожащую на кончиках ресниц, я приоткрыла рот, словно хотела что-то сказать, но слова застряли в горле горькой пилюлей, распространяя по внутренностям прогорклый вкус невысказанных признаний. Я дернулась навстречу, ожидая, что, вероятнее всего, Влад, как обычно, исчезнет в ту же секунду, стоит оказаться хоть на миллиметр ближе. Но он продолжал стоять, пронзая тоскливым взглядом, пробирающим до дрожи. Я слышала, как Сандра окликнула меня, но, не замечая ничего вокруг, продолжала продвигаться сквозь толпу, то и дело сталкиваясь со спешащими в разные стороны людьми и беззвучно извинялась. Терпкий аромат его парфюма проник в чувствительные рецепторы, обволакивая изнутри тонким древесным запахом с нотками сочного грейпфрута и чайного дерева, задолго до того, как мы оказались достаточно близко друг к другу. Голова кружилась от волнения, но я уже решила, что должна разобраться во всем, что происходит между нами. Даже если он снова отвергнет меня. В висках нещадно жгло от пульсирующего эха слишком быстрого барабанного соло собственного сердца. Последний шаг — самый сложный. Будто вынырнув из душивших меня болотных вод, я дернулась, переставляя ногу, увязшую в трясине сомнений, и рухнула в объятия Влада, не в силах больше выдержать этой мучительной пытки его холодным взглядом. — Лайя… — Влад… Мы сказали это одновременно, тут же отводя глаза в стороны. Он осторожно разжал руки и, убедившись, что я твердо стою на ногах, сделал шаг назад, привычно увеличивая расстояние между нами. — Мне не стоило приходить, — глухо произнёс Влад, болезненно морщась. Губы дрогнули, но он не подал и вида, что его собственные слова ранят его точно так же, как и меня. — Это была глупая затея. Я хотел, чтобы ты… — Чтобы что? — Чтобы ты вернулась в замок, — он облизал пересохшие губы быстрым движением языка и снова сжал челюсти, надевая маску холодного спокойствия. — Я вернусь, — пытаясь поймать его взгляд, улыбнулась я, — но на моих условиях. — Условиях? — мужчина удивленно приподнял бровь, бросая на меня подозрительный взгляд. — Я слушаю. Пару раз глубоко вздохнув, я подошла ближе, вперив глаза в ворот его рубашки, и, помедлив пару секунд, взяла за руку дрожащей от тревоги ладонью, несильно сдавив пальцы. — Мы будем говорить, Влад. Обо всем. И ты ответишь на все интересующие меня вопросы, — отчеканила, несмело поднимая голову. Внутри все сжалось от страха, что сейчас он оттолкнет меня и рассмеётся. Но, вопреки тягостному ожиданию, мужчина вдруг сильнее вцепился в мою ладонь и дернул на себя, отчего я впечаталась прямо в его грудь и оказалась в самых теплых в мире объятиях. Влад зарылся носом в мои волосы, что-то неслышно бормоча, пока я старалась не задохнуться от нахлынувших чувств. Его шепот обволакивал, приятно проскальзывая в уши, и тут я начала различать строчки уже знакомого стихотворения, но на этот раз как будто понимала весь смысл произносимых им строк без перевода. — Влад, — я немного отстранилась, чтобы обвить руками его шею и привстала на цыпочки, — я так злилась на тебя… Он улыбнулся уголком губ, пару минут пристально рассматривая расширившиеся зрачки в моих глазах, прежде чем ответить: — Прости меня, Лайя. Я больше никогда не попрошу тебя уйти, если ты сама не захочешь, чтобы оставил тебя в покое. Тень сомнения мелькнула на его лице, но тут же исчезла, а Влад склонился ближе, подаваясь навстречу. Я прикрыла глаза, мечтая раствориться в моменте, когда наши губы коснутся друг друга, но… — Лайя! Лайя, ты идешь?! Представление закончилось, пора собираться в деревню, если мы не хотим плестись в темноте, — голос Сандры заставил дрогнуть, внезапно вырывая из видения. Я все еще стояла рядом с подругой и сестрой, глядя в ту сторону, где видела Влада, а по щеке катилась одинокая слезинка. Смахнув непрошенную гостью с лица, обернулась к Сандре, смущенно улыбнувшись. — Лео ждет нас на парковке. Идем же!