19. That look/Этот взгляд.

«Подземный». – Изуку произнёс это, танцуя джаз. Само название пришлось искать какое-то время. «Кто?» – Он не мог винить Шото за то что тот запутался, он просто назвал героя, которого практически невозможно было отследить и который был неизвестен ни одному из основных медиаплатформ. Будучи рождённый в своё поколение он знает толк в вещах, от которых родительский контроль должен вас отгородить. «Он — герой подполья которого, кстати, назвали подземным». – Снова джазовые руки, пока он говорил это, его очки для чтения которые он надел, вспомнив, что не может прочитать несколько мелких слов на телефоне, сползли. Он присел, чтобы поднять телефон, и поймал взгляд Ииды. Изуку знал этот взгляд. «Что-нибудь происходило у Ииды?» – Изуку попытался перевести разговор на что-то опасное, это было совершенно очевидно, буднично и не имело никакого отношения к стажировкам. «Да» – Изуку ждал, что Шото объяснит, но, не получив ответа, следующие пять минут Изуку выпытывал у него подробности. «Его брат» – Шото, казалось, не мог сказать больше подробностей и Изуку задался вопросом, было ли это сделано из уважения к личной жизни Ииды или потому что он не знал что нужно сказать больше подробностей. «А. Его брат, герой, да?» – Изуку наблюдал, как Шото, казалось, понял, что ему нужно сказать больше. «Он пострадал» – Изуку чуть не захотелось ответить с сарказмом, но Шото же не виноват, что большую часть времени не понимает социальных сигналов. «Насколько сильно пострадал?» – Шото некоторое время смотрит на Ииду, прежде чем ответить. «Правильно ли нам говорить о нём вот так?» – Шото каждый день удивляет Изуку разными способами. «Знаешь что, ты прав, давай спросим его!» – Изуку подошёл к столу Ииды и присел. Для такой большой школы они выдают самые бесполезные очки. Постоянно скатываются с его лица. «Привет» – Изуку заметил, как взгляд Ииды посуровел, когда он присел перед ним. «Уходи» – прошептал он последнюю фразу, но Изуку прекрасно понял, о чем речь. «Хотя бы скажи это, тебе станет легче» – Изуку предпочёл бы не слушать, но он чувствовал себя обязанным поднять щенку настроение. «Уходи, Мидория» – Изуку понял, что Иида не из тех, кто "обременяет" других своими чувствами, особенно тех, к кому он не питает особого уважения. «полагаю кто-то обидел кого-то, кого ты любил и, судя по твоему новому поведению по отношению ко мне, это сделал злодей» – Удивлённый взгляд Ииды подсказал ему, что он прав. Иида взглянул на агентство в своём списке стажировки. Оно не принадлежало его семье. «Ты хочешь отомстить» – сказал Изуку так, словно это был несомненный факт. «Человек, парализовавший моего брата, всё ещё на свободе. Убийца героев. Я должен сделать так, чтобы это больше ни с кем не случилось. Это справедливость» – Изуку уставился на него. Мотив, конечно, хороший, но месть — это… грязно. «Месть — это просто синоним справедливости, по моему мнению. Поверь тому, кто добился справедливости. Это того не стоит» – После этого Изуку разразился смехом. Он стоял над Иидой с очками в руках. «Прости, я вру. Каждая чёртова секунда того стоила. Преследует ли меня это? Да. Жалею ли я об этом? Нет, чёрт возьми. Но я взрослый, и тогда, и сейчас. Ты — ребёнок без опыта» – Изуку чувствовал, как за ними наблюдают взгляды всего класса. «Тебе было пятнадцать, когда тебя заключили в тюрьму, да?» – Изуку не понравилось направление разговора. Иида словно почувствовав его неловкость возвысился над ним. Будь ты проклят, тупая причуда, проклинающая его вечной низкорослостью. «Это другое. Совсем другое, чёрт возьми» – Иида, казалось, не обращал внимания на дрожь в голосе: по мнению Изуку, годы подавления чувств до этого дня не требовали перемен. «Тебе было столько же лет, сколько и мне, когда ты впервые отомст..» «Это совсем другое дело, Иида. Ты понятия не имеешь, о чём речь» – Изуку начал терять самообладание и вероятно, остатки здравомыслия. «Мне не нужно знать, правда? Тебе было столько же лет, сколько и мне когда ты решил поддаться эмоциям» – Иида говорил все громче и увереннее. Это был жестокий способ дать выход чувствам, связанными с состоянием его брата. «Это было не моё решение…» – его голос был едва громче шёпота. Вспышки воспоминаний того дня терзали разум, он не мог дышать. Что было иронично, учитывая, что ему не обязательно было дышать. Изуку внезапно ощутил на себе все эти взгляды, и ему захотелось убежать от всех этих полных жалости глаз. 245 лет живёт, а до сих пор плохо контролирует свои эмоции. Он успокоился, пора бы вести себя соответственно своему возрасту. «Знаешь что, придурок. Иди нафиг» – Затем Изуку врезал Ииде прямо в челюсть. Он смотрел, как тот шатается, но не падает. Изуку был готов поговорить, но у Ииды был этот тупой снисходительный взгляд. Он не смог сдержаться. Айзава кричал ему, чтобы он вышел, и он с радостью послушался: было неразумно находиться рядом со всеми. Особенно когда он на грани. ~~~~~~~> «Он ударил меня» – Иида наконец пришёл в себя, и Айзава не чувствовал необходимости заставлять учеников тащить его, как тряпичную куклу, к "Исцеляющей девочке". «Ты сам напросился, керо» – Цу была предельно честным человеком, и её слова часто были общим мнением. Она не чувствовала себя неправой: Иида просто бессмысленно провоцировал Мидорию после его попыток прервать эту часть разговора. – «Однако с его стороны было нехорошо так говорить о твоей семье, керо» – сказала она. Иида молчал, он не чувствовал себя виноватым за свои слова. Да и откуда им было знать, ведь это не их брат, лежащий парализованным на больничной койке. Не их герой. Он возненавидел полные жалости взгляды окружающих, все постоянно боялись заговорить с ним опасаясь затронуть единственную тему, которую стараются избегать. Маленькая его часть была рада что Мидория подошёл к нему, он отчаянно нуждался в разговоре. Однако ему не понравилось то, что он сказал, это же не месть, не так ли? Это его долг как героя и брата - помешать убийце героя причинять боль и убивать людей. Он должен был это сделать. Он должен был это сделать. Чувство завершенности, чувство вины, которое он испытывал с тех пор, как это произошло. Если бы он был достаточно силен, чтобы помочь своему брату, то мог бы быть там. Крошечная часть его знает, что его мысли иррациональны, что он не виноват. Он не смог бы реально изменить ситуацию, но он не мог не упасть в темную, одинокую спираль. «Ты в порядке, Иида? Мы же друзья, ты можешь рассказать нам всё» – мягко сказала Урарака. Она заботилась о друге, ей хотелось бы хоть немного облегчить его ношу. «Я в порядке» – натянуто улыбнулся Иида. Айзава часто видел таких среди своих учеников. Иида стал одним из его проблемных детей, молчаливых, пока не взорвутся. Он надеется, что взрыв Ииды не будет таким же сильным, как у Мидории и Бакуго. У него, как ни странно, много взрывающихся учеников. ~~~~~~> Если он не ошибался, то перед ним стояла Полночь. В последний раз, когда он её видел то взорвал несколько деревьев и здание. Ему было стыдно за это, эта вспышка была совершенно несправедлива по отношению к ней. Она ничего не сделала. Она вошла в класс и жестом пригласила его следовать за ней. Он не жаловался. Ему было очень интересно, что из этого получится.