Часть 25

Камеры находились в том же здании, что и арена, только этажом ниже. Их было две, и находились они напротив друг друга, а между ними – узкий коридор. Ни одного окна. На полу валялись тонкие односпальные матрасы не первой свежести, в углу стоял стол и пара табуреток. В каждой камере была дверь в небольшой санузел, где помещались унитаз и раковина, лейка душа висела на крючке, слив в полу. Вода только холодная. В общем, апартаменты уровня минус пять звезд. В камеры спецназовцев определили по командам. Один из вооруженных лбов лениво бросил, прежде чем уйти: - Босс сказал, что одна из команд должна быть готова к сегодняшнему вечеру. Дал вам выбор. Принесу пожрать через пару часов, чтобы решили к этому моменту. Ему никто не ответил, но он и не ждал. Настроение у всех было наипоганейшее. - Это, правда, Чан? – все же решил спросить Джисон. - Да, - не стал отнекиваться он. В соседней камере их тоже внимательно слушали. - Значит, доминантные альфы еще существуют, - хмыкнул Чанбин. – И хер их отличишь от нормальных. Чан тяжело вздохнул, услышав это, но промолчал. - Думай, что говоришь, Бин, - не стал терпеть Сынмин. – Ты знаешь Чана больше пяти лет и что он, по-твоему, ненормальный? - Не надо, - Бан устало посмотрел на Сынмина. - На тебя лица нет, Чан. Что, значит, не надо? - Все диктаторы, маньяки и психопаты в истории были доминантными альфами, - как бы, между прочим, заметил Чонин. - Потому что доминанты, живущие обычной, спокойной жизнью, скрывали свою природу, чтобы их заочно не считали угрозой для общества, - парировал Сынмин. – Разве это не очевидно? - Я согласен с Сынмином, - сказал Хёнджин. – Почему мы вообще это обсуждаем? Что изменилось от того, что мы узнали, что Чан – доминантный. Мы по-прежнему в жопе. Шиюн не принимала участия в разговоре, усевшись на одном из матрасов и прислонившись спиной к стене. Она молча наблюдала за Чаном, который, сгорбившись, сидел на табурете в соседней камере, уперевшись ладонями в колени. - Может, потому что Чан сам неустанно говорил нам как важно доверие в группе, - напомнил Чанбин. - Раз уж на то пошло, я тоже обманщик, - не выдержал Хёнджин. – Я рецессивный, доволен? - Фух, а я уж думал, ты омега, - усмехнулся Минхо. – Больно уж сладко пахнешь, розочка. Чанбин не нашелся, что сказать Хёнджину, явно не ожидавший подобного откровения. - Вот так дела, - Джисон не успевал ахуевать от новой информации. - У кого-нибудь еще есть какие-то секреты, которыми вы бы хотели поделиться? – уточнил Чонин. Хван растерянно посмотрел на Шиюн и прикусил губу в неуверенности. Феликс обратил на это внимание и уже понял все без слов. Омега прекрасно знала о чем переживает Хёнджин и, что хотело сорваться с его языка, но ей было до лампочки расскажет он или нет. - Ты что-то еще хочешь сказать? – обратился Чонин к задумчивому Хвану. - Я спал с командиром, - все же признался он. - С Чаном? – ту же вырвалось у Чанбина. Феликс любил его как друга, но иногда он был крайне несообразительным. Минхо громко рассмеялся. - Чанбин, ты просто неподражаем! До Со дошло про какого командира шла речь. - А, - все, что он смог выдавить от неловкости. Бан не оценил честности Хёнджина, мог бы ведь и промолчать, самовлюбленный сученыш. Будто всем обязательно было знать, что он занимался сексом с Шиюн. По его мнению, Хван просто хотел похвастаться. Чан поднял глаза от пола и устремил их на безразличное к происходящему лицо Шиюн. Их взгляды столкнулись в немом диалоге. - Раз вы уже обсудили все сплетни, то, может, поговорим о главном? – предложила омега, оборвав зрительный контакт с Баном. - Тут камеры, - заметил Феликс. – Я думаю, пишут со звуком. - Хуево, - констатировала Шиюн. – Тогда сегодня моя команда, в которую вы так хотели, пойдет на арену. - Нет! - вдруг раздался резкий голос Чана. - Не успел, - развела руки в стороны омега, показывая, что шанс упущен. - Это не игра, Шиюн, - воздух вокруг Бана начал сгущаться, он не контролировал свой феромон. - Это как раз игра. Для богатеньких ублюдков. Они любят посмотреть, как звери рвут друг другу глотки. Думаешь, зачем здесь ты и я? Уверена, только из-за того, что мы доминантные, и наши феромоны свое рода оружие. Ты когда-нибудь использовал свой, чтобы целенаправленно причинить кому-то вред? Умеешь воздействовать на противников? - Нет, но… - Тогда сначала научись, - прервала его омега. – Мы побудем твоими подопытными. - А ты, значит, умеешь? – спросил Бан. - Пришлось научиться. Быть омегой в мире альф никогда не было безопасно, - хмыкнула Шиюн. - Покажи, - потребовал Чан. - На тебя вряд-ли подействует, но раз хочешь. Имейте в виду, всех заденет, - и обратилась к Хвану. – Тебе будет хуже всех, скорее всего, так что лучше скройся в туалете. - Мы что серьезно собираемся добровольно подвергнуть себя негативному воздействию феромонов? – удивился Джисон. - Мы должны быть готовы ко всему. Кто знает, что нас ждет на арене? - объяснил ему Минхо. Хёнджин понимал, что Шиюн права, но чувствовать себя слабее других, ему было неприятно. - Я останусь, - сказал Хван. – Минхо прав. На арене может быть хуже. - Как хочешь, - не стала уговаривать его омега, хочет мучиться – на здоровье. Шиюн прикрыла глаза, чтобы сосредоточиться. Она представила, что ее феромон – это ядовитый туман. Он должен вызывать головную боль и страх. Кожа покроется мурашками, сознание подведет и заставит сомневаться в своих силах. Так он должен действовать. Альфы довольно быстро почувствовали себя не в своей тарелке, мягко говоря. Хёнджин еле держался, чтобы не попросить Шиюн остановиться. У него было чувство, что голова сейчас взорвется, и хотелось расчесать кожу до крови, ведь по ней будто бегали муравьи. Феликс тяжело дышал, из глаз брызнули слезы. Чанбин схватился за голову. Чонин свернулся клубком на матрасе и дрожал. В соседней камере Сынмин чувствовал, как бешено бьется его сердце, и не мог ни на чем сосредоточиться, в глазах мелькали мушки. Джисон тихо поскуливал от жуткой головной боли, вцепившись в плечо Минхо, который думал, что у него сейчас точно сосуд в голове оторвется. И только Чан не испытывал никакой боли, он возбуждался от сводящей с ума сладости карамели, в которой почти не чувствовалась соль. Он чувствовал себя каким-то извращенцем, наблюдая за страданиями товарищей, в то время как у него член твердел. - Вы должны сопротивляться, - заметила Шиюн, открыв глаза. – У вас же тоже есть феромоны, блокируйте мой. - Легко сказать, - всхлипнул Феликс. - А что так можно было? – удивился Чонин и приподнялся. - Попробуй, вдруг получится, - подмигнула ему омега. Чонин попытался. Сначала ничего не выходило и ему становилось только хуже. Шиюн будто бы шептала внутри его головы: «Ты ни на что не способен, малыш. Ты никчемный альфа. Ты всегда будешь глупее и слабее других. Просто смирись». - Ну, ты и сука! – оскалился он на омегу. - Эй, не горячись, - Хван выглядел так, будто вот-вот потеряет сознание, но все равно нашел силы, чтобы вступиться. - А то, что? – вскинулся на него Чонин. И вдруг осознал, что ему уже не так больно. Что он сделал? Разозлился? Хёнджин, превозмогая жуткую слабость, вытянул руку и поманил его указательным пальцем к себе. - Подойти ближе и узнаешь. Хван был настроен решительно. Головная боль стала менее интенсивной, да и чесаться хотелось уже не так сильно. Давление феромона Шиюн стало ощущаться иначе. Он типа привык или что? - Смотрю, у вас даже есть силы на драку? – ухмыльнулась Шиюн. – Вам лучше, да? Чонин и Хёнджин одновременно пожали плечами. - Как вы это сделали? – удивился Джисон. - Я разозлился, - сказал Ян. - А я вроде как смирился, - Хван не был уверен, что именно произошло. - Ты вступился за нее, - Феликс копнул глубже самого Хёнджина, - Захотел защитить, перестал воспринимать ее феромон, как угрозу, но у меня почему-то так не получается, хоть я не воспринимаю Шиюн как опасность. - Хватит! – вдруг рявкнул Чан. Шиюн вздрогнула и действие феромона ослабло. Ребята вздохнули с облегчением. - Это было ужасно, - прокомментировал Джисон. – Мне кажется, я сейчас блевану. - Только не на меня, - оттолкнул его Минхо. - Это было поучительно, - Сынмин тяжело дышал, пульс еще зашкаливал. - А это всего лишь я. Насколько мне известно, феромон доминатного альфы может и убить при долгом воздействии, - заметила Шиюн. Все посмотрели на Чана, который подтащил один из матрасов в самый угол, подальше от остальных, и сел, скрестив ноги. Он не хотел, чтобы кто-то видел его эрекцию. - Я слышал об этом, - мрачно сказал он. - Думаете, на арене могут быть доминантные альфы? – настороженно спросил Джисон. - Уверен, что да. И получается, что мы уже встречались с доминантными альфами в караоке-клубе, - ответил Феликс. - Те двое громил, - понял Чанбин. Тот согласно кивнул. - Пиздец! – эмоциональность Джисона сегодня зашкаливала, Минхо переживал за ментальное состояние друга. – Если они будут на арене, лучше придушите меня сами. - Не нагнетай, - осадил его Минхо, но игриво добавил, - а то и, правда, придушу, но тебе, может, понравиться. Джисон ошарашенно посмотрел на него и нервно сглотнул. - Что с тобой не так, Минхо? – брезгливо скривился Чонин. – Твои шуточки отстой. В начале коридора послышался звук открываемой двери. Пришли трое охранников и принесли упаковки с бутилированной водой и какие-то контейнеры с едой. - Выбрали, кто пойдет на арену? – сразу спросил один из них. - Да! – одновременно воскликнули Чан и Шиюн. - Уступим место даме, - хохотнул бугай. – Ее команда. - Я не согласен! – Чан вскочил со своего места и вцепился в решетку. - Да мне поебать. Все рано или поздно там сдохнете. Оставив еду и воду, охранники ушли. - Что тебе так не имется, Чан? – спросила Шиюн. - У меня к тебе тот же вопрос? – в ответ спросил он. - Я уже объяснила. - Я сильнее тебя, - не сдержался он. - И как тебе это помогало до сих пор? Ты привык прятаться. Ты не знаешь себя, - Шиюн открыла бутылку воды и сделала пару глотков. - А не опасно это есть и пить? – Джисон подозрительно смотрел на принесенную провизию. - Вряд-ли они задумали нас отравить, - успокоил его Минхо. – На нас другие планы. Еда была максимально простой: рис, курица, тушеные овощи. Никто не знал, когда их покормят в следующий раз и покормят ли, поэтому ели все, даже до последнего сомневающийся Джисон. Время шло. Никто особо не горел желанием разговаривать. Кто-то сидел за столом, кто-то лежал на матрасах. Чан ходил по камере, то и дело бросая взгляды на соседнюю, где Хёнджин сидел на матрасе слишком близко к Шиюн: их плечи соприкасались. Это выглядело как доверие, это бесило Бана. Глаза омеги были закрыты, а взгляд Хвана блуждал в пространстве, пока не наткнулся на горящие глаза Чана. Хёнджин не был дураком, он видел, что Бан не ровно дышит к омеге. Он не знал, когда это началось, но казалось, что бывший командир становится одержимее с каждым часом. Хван видел, как он кайфовал, когда все остальные корчились от боли. Давление феромона Шиюн заводило его, а не мучило. - Нам нужно продумать тактику, - резко открыв глаза, заявила омега. - Хорошая идея, - поддержал ее Феликс. – Правда, мы без понятия, что нас ждет на арене. Будет ли там какое-то оружие, а, главное, будут ли доминантные альфы или омеги, и сколько? - Значит, надо продумать, учитывая все возможные варианты. В бою я не смогу достаточно сосредоточиться, чтобы целенаправленно давить феромоном на противников, при этом, не воздействуя на вас. Мне кажется, так никто не может, это уже что-то из разряда фантастики. У меня получатся только кратковременные атаки, когда нападающий будет рядом. Если кто-то доминантный будет давить своим феромоном, я буду пытаться не противостоять ему, а заставить вас действовать, несмотря на это. - Типа будешь управлять нами? – Чонин не выглядел впечатленным. - Отдавать невербальный приказ, - пояснила омега. - А это сработает? - Слушай, а ты чего вообще выбрал команду Шиюн, если не доверяешь ей? – поинтересовался Чанбин. - Скажи еще, что ты в этой команде из-за нее, - хмыкнул Ян. – Я потащился за Хёнджином, а вы с Феликсом разве нет? Хван удивленно посмотрел на товарищей. - Я пошел за Феликсом, - ответил Чанбин. – Он же без меня пропадет. - Ой, да иди ты! Защитник тоже мне нашелся, - Феликс пихнул его кулаком в плечо. – Это ты без меня пропадешь, ты же не можешь вовремя заткнуться. - Ладно, я поняла, что вы пиздец какие тут все друзья, а я левая омега, - Шиюн надоело это выяснение отношений. – Продолжим? - Я пришел именно к тебе, - Хёнджину хотелось, чтобы она знала. - Влюбился что ли? – тут же подъебал его Минхо из соседней камеры. - Вы можете заткнуться и послушать? – Шиюн начинала выходить из себя. – Или хотите сдохнуть уже сегодня? - Они просто боятся и пытаются снять напряжение пустым трепом, - сказал Чан. - А ты типа не боишься? – поинтересовался у него Чонин. - Нет, за себя нет. За вас, придурков, да. Послушайте Шиюн. Без огнестрела и блокаторов, сколько у вас шансов перед такими, как я? Чанбин, Феликс, вы ведь дрались с доминантным? Я писал тот отчет с ваших слов, в том числе. Вы еле вчетвером его скрутили, - сказав это, Бан отошел от решетки и сел за стол, больше не собираясь вмешиваться. Никто из альф не решался первым нарушить воцарившуюся после его речи тишину. - Смотрю, вы замотивировались, - ирочно заметила Шиюн, - поэтому я продолжу.