Ёсино Дзюнпей

В связи с недавно обнаруженной информацией, найденной Дазаем Осаму, босс Портовой мафии, Мори Огай, лично распорядился об отправке дополнительных сотрудников в столицу Японии. ×~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~× Раздается телефонный звонок и не молодой мужчина поднимает телефон-раскладушку, прикладывая его к уху. На той стороне, как он и ожидал, слышен голос подростка. Уставшего и при этом слишком сосредоточенного. - Заберите тело с адреса, что я вам скинул, и сегодня же отвезите его к пяти башням. У вас есть 20 минут. Время пошло. - Звонок окончен. ×~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~× На мрачной, дождливой улице страны восходящего солнца царит зловещая тишина, нарушаемая лишь монотонным стуком капель, разбивающихся о мокрый асфальт. Тусклый свет уличных фонарей отражается в лужах, создавая зыбкое мерцание, словно тени оживают в сером мраке. В воздухе витает влажный холод, пропитанный запахом сырости и свежего дождя, который кажется бесконечным. На тротуаре выстроились несколько мужчин в строгих черных деловых костюмах. Их силуэты кажутся призрачными в сером свете, движения сдержанными и целенаправленными. Все они примерно одного возраста — около тридцати — и выглядят как безмолвные стражи этого мрачного места. Все они словно одно целое, словно один человек. Глаза из скрыты тёмными очками, а лицо каждого покрыто маской безразличия и строгости. Они - никто, у них нет не имён, не жизни за пределами своего родного города. И их это устраивает. Они сами выбрали себе такую судьбу и изменить её у них уже нет шансов. Из темного лимузина, словно из глубин ночи, выходит их, судя по всему, глава — худой, высокий мужчина лет сорока. Его седые волосы аккуратно зачесаны назад, а квадратные очки придают ему строгий и немного отстраненный вид. Он движется медленно и уверенно, словно знает каждую трещинку на асфальте и каждую тень вокруг. Его присутствие кажется тяжелым и непреклонным, словно он — тень этого мрачного места, его невидимый властелин. И, несмотря на дождь, в его пальцах покоится сигара, явно не из дешёвых, а из его рта, словно обволакивая всю улицу, густыми облаками выходит дым. Он тушит сигарету, а после бросает её в мусорный бак. Вся эта сцена создает ощущение напряженности и предчувствия грядущих событий — будто сама погода и окружающая обстановка подчеркивают атмосферу могильной тайны и безысходности. Мужчина средних лет медленно входит в пустое, кажущееся забытыми всеми и даже богом, здание, его шаги тихие и уверенные. Внутри царит полумрак: коридоры длинные и пустынные, стены давят на любого, кто посмеет сюда сейчас зайти, а из окон открывается вид на следы битвы. К нему присоединяются несколько мужчин в деловых костюмах — моложе, с напряжёнными лицами и холодными взглядами. Они движутся быстро и сдержанно, словно знают свою задачу и не желают привлекать лишнего внимания. Справиться как можно быстрее - их единственное желание и их приказ. Спустя несколько минут они выходят из здания — младшие мужчины аккуратно выносят тело подростка. Его безжизненное тело лежит неподвижно, словно кукла без души. Осторожно и сдержанно они укладывают его на задние сиденья черного лимузина — машины, которая кажется невозмутимым свидетелем этого трагического события. Двери автомобиля тихо закрывается, и незаметно для окружающих она уезжает прочь по мокрой улице. Всё вокруг остаётся таким же мрачным и безжизненным — дождь продолжает лить на городские улицы, скрывая за серой пеленой тайны и скорбь. ×~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~× В глубине канализации, у бурной реки, скрывается тёмное и сырое пространство, словно забытое богом место. Его стены покрыты влажной плесенью, а воздух насыщен запахом сырости и забвения. Здесь время кажется остановленным, а окружающая тьма придает всему особую загадочность и атмосферу заброшенности. Но даже если место и покинуто богом, то оно не покинуто другими существами. Проклятья. Так их называют. Рядом с хрупким на вид подростком находятся два проклятых духа. Один из них, наиболее похожий на человека и носящий имя Махито, является тем, кто ведёт беседу с молодыми глупцом, другой же - Кеккануару, лишь внимательно слушает, изредка отвечая на вопросы, когда пишет на грязном бетоне, убирая пыль своими непропорциональными, вытянутыми конечностями. На самом деле, он вовсе не хочет присутствовать здесь но всё же решает остаться и собирать данные для своего "дорого хозяина". - Интересно... автор фразы "противоположность симпатии - безразличие" потом попал в ад, как подобает? - Кеккануару не считал этого ребенка скучным, но его высокомерие... тот считал себя другим. Особенным. Хотя, его разговоры и были интересными, на самом деле, они не стоили и гроша. - Вряд-ли оскорблять другого человека - правильнее, чем просто оставить его в покое. Я так думаю. Противоположность симпатии - ненависть. Японцы любят такое. Им нравится нарочно усложнять простые ответы. - Этот ребёнок был неправ. Нет разницы между японцами и другими. Все они - люди. Просто само человечество любит усложнять себе жизнь чем-то бессмысленным и бесполезным. Чем-то ненужным... Конечно, смысл оригинала этой пословицы отличается от японской адаптации, но это не отменяет раннее сказанного. - А эту фразу придумал вовсе не японец. - удивительно, что Махито также это знает, хотя ладно, этому не стоит удивляться. В конце концов он вовсе не полный идиот, просто иногда совершает ошибки. Грубые ошибки. - А я говорю про неверный перевод. Изначально эти слова принадлежали иностранцу: "Противоположность любви - безразличие". У любви... разные значения, поэтому безразличие выступает здесь как антоним. - этот человек способен говорить умные слова, но в своей печали, считая, что понимает людей, не способен заметить то, что им банально манипулируют, а после того, как он перестанет быть полезным... избавляться. - Согласен. - Но мы, обычно, не пользуемся словом "любовь", так что в нашей стране... его однажды заменили на симпатию, а потом этот вариант распространился по миру и никто не задумался... - "Истинный человек" оттуда, где ещё недавно стоял и подросток поднимется с пола, следуя за ним и вторым проклятым духом, что присоединился к Махито. - равнозначны ли эти два слова? - Людишкам очень нравится игра слов. Ведь они... просто не могут жить без отговорок. - останавливается компания только тогда, когда достигает проклятья, вернее существа, некогда бывшим человеком, но искаженным проклятой техникой Махито. - Что это? - этот ребёнок действительно не из пугливых. Усё же творение голубовласого были... неприятны. - Я хотел проверить, насколько большим может стать человек. А ещё узнавал, насколько несложно маленьким он может быть! И тогда подросток наконец понимает, что всё это время находилось в его руках. Противное и мерзкое, имеющие неприятный зелёный оттенок. - Так это... человек? - Кеккануару нравилось его безразличие к смерти других. Его холодность. - Дзюнпей, это тебя не пугает? - Не знаю. Если бы это была моя мама, я бы взбесился и, вполне вероятно, возненавидел бы тебя. - Ох, ему не стоило этого говорить. В конце концов открывать проклятью свою слабость - очень глупый поступок. - Но я знаю, какими ужасными бывают люди. - Кеккануару прикладывает огромное количество усилий, чтобы не засмеяться. «Ооо, он знает? Да неужели!» - Поэтому... я ничего ни от кого не ожидаю. И никак не реагирую на смерть какого-то незнакомца. Безразличие - вот к какому качеству нужно стремиться. - но ему никогда не достичь его. - Однако, ты всё же жаждешь мести. - Намекаешь, что я себе противоречу? - и это истина. Он жаждет мести, он любит мать, ему нравится фильмы. Он - человек. - Дзюнпей, ты веришь, что у людей есть сердце? - А разве его нет? - Нет. Есть душа, но это отнюдь не сердце. - какую же чушь он несёт. Сердце есть у всех, даже у проклятий. И это факт. Или же он говорит о чём-то другом, не об органе как таковом?- Я единственный в этом мире, кто понимает устройство души. Контактируя с ней, я могу менять форму живых существ. Все эмоции - это результат метаболизма души. Назвать всё это сердцем непрактично. Люди предают слишком великое значение тому, чего не видят. Однако, я вижу и для меня душа не отличается от физического тела. Они просто существуют, понимаешь? - Хах, это действительно интересно. - У жизни нет не ценности, не важности. Жизнь проходит свой цикл, как вода во всём мире. Это касается и нас с тобой. Наши жизни бессмысленны. Именно поэтому нам всё и дозволено. Можем жить, как захотим. Так что не стоит запирать себя в клетке равнодушия. В жизни не нужна последовательность. Проголодался - возьми, да поешь, ненавидишь - уничтожь. Я во всём тебя поддержу, дорогой Дзюнпей. ×~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~× - Ёсино, а ты где был, а? - это спрашивает пухлый человек, что, к сожалению, являлся преподавателем в школе названного. С кряхтением он встаёт и всё вытирает свою шею от пота. - Ты же знаешь, что нельзя прогуливать школу! - Здравствуйте, учитель Сатаморо. - Эх, ты слышал? Говорят, Саяма, Нисимура и Хонда найдены убитыми. Ты ведь, дружил с этими ребятами? Они много времени проводили с тобой, ведь ты был одинок, а ты даже на похороны не пришел! - «Дружили? Я... с ними?! Он спятил. Вы учителя - оканчивайте школу, потом идёте туда работать, поэтому понятия не имеете, каков реальный мир. А потом появляются такие вот взрослые, как вы! Да вы все... до единого!» - Что это ты там бормочешь? Разум помутился от затворничества? Кха-ха-хе-хе! - «Техника. Можно просто...» - СТОПЭ-Э! - на каком-то слишком маленьком проклятье из ниоткуда появляется розововолосый парень, а вслед за ним очень хрупкий и неприметный мальчишка, но тот на своих двоих. Тот, что повыше очень неудачно приземляется и шатен громко смеётся над ним, кажется, они... друзья? - Итадори-сан, в следующий раз ПХА-ХА-ХА б-будь аккуратнее! - наконец, чуть успокоившись, проговаривает младший. - А это кто? Какой-то гимнаст что-ли? Однако, оба новоприбывших оказываются невероятно быстрыми и вскоре розововолосый парень оказывается прямо перед Дзюнпеем, а шатен остаётся чуть позади. - Слышь, у нас к тебе есть пара вопросов, пройдемся? Ну чё идёшь? - «Пуговица...» - Стой! Мы с ним не договорили! - Просим нам простить, господин учитель, но этот разговор действительно не терпит отлагательств! Поймите нас, разве бы мы стали б прерывать беседу наставника с учеником не будь на то серьезной причины? Конечно же нет! - шатен наконец решает вступить в диалог. Его слова приятны и льстивы. Голос убедителен и твёрд, а сам он артистичен и жив. Он не лжёт... Неужели, он действительно проявляет уважение к НЕМУ?! - Да-да, я всё понимаю! Навряд ли бы столь приличный молодой человек без причины мог прервать наш разговор! Ну тогда... поговорим позже, Ёсино! - и вскоре он уходит. Оставляя трёх подростков. - Ну, тогда можем идти, да, Осаму? - он обращается к младшему с широкой улыбкой. - и ты с нами тоже пойдешь! - это точно не было вопросом. - Конечно, Юджи. И всё же какой мерзкий тип. Я не удивлён, что ты его ненавидишь, Ёсино Дзюнпей! - обращается к названному шатен и его улыбка такая мягкая и понимающая... самая настоящая, самая... живая. - Ч-что? Откуда? - Я тоже так подумал прикинь, Осаму! Или... неужели, мы ошиблись? - Хах, я никогда не ошибаюсь, не так ли, Ёсино? Подтверди мои слова! - коротышка в гневе топает нагой, напоминая скорее злого котёнка, чем опасного человека. - В-вовсе нет... - шатен удовлетворённо кивает и гордая улыбка "от уха до уха" расплывается на его лице. - Кому захочется, чтобы какой-то неприятный чел ошивался около дома? Давай погнали, прогуляемся! - Юджи, похоже так его зовут, пошёл вперёд и Осаму хвостиком последовал за ним, перед этим бросив Дзюнпею взгляд, что говорил: «Что же ты стоишь на месте, пошли!». - Д-давай. - и Дзюнпей действительно следует за этой парочкой незнакомцев-подростков. ×~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~× На горизонте медленно расстилается багрово-оранжевый закат, окрашивая небо в тёплые оттенки, словно художник, мастерски смешавший краски. В воздухе витает лёгкий вечерний бриз, нежно шепчущий в ветвях деревьев и ласкающий кожу. Три подростка сидят у тихой реки, окружённые мягкой травой, которая колышется под их ногами. Они гуляли достаточно долго и даже не заметили, как наступил вечер. Несколько разводов появились на воде, похоже началось землетрясение. - А, земля задрожала - на этом факте акцентировал своё внимание именно Итадори, самый весёлый из компании. - Да, магнитудой около двух. - отвечает новый "друг" вопрошателя. - Пожалуй, я согласен с тобой, Дзюнпей-сан! Действительно, около двух! Уже некоторое время Юджи пытался дозвониться до Идзити, но тот всё не отвечал, продолжая игнорировать звонки, идущие от подростка. - Ах, проклятье, Идзити-сан не отвечает! Может, просто спросить самому? - последняя фраза была сказана гораздо тише предыдущей, да и сам вопрос был задан как бы самому себе, нежели кому-то другому. «Только, правильно ли будет задавать вопрос в лоб? Мне вообще можно рассказать ему про магический колледж?». Из телефона разноситься женский голос: «Набранный вами номер недоступен или...». Итадори сбросил. - И что мне делать то? ×~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~× - Пуговица с завитком? - Махито показывает золотую пуговицу с изображённым на ней чёрным завитком. - Да. Если вдруг встретишь студентов с такой пуговицей - подружись с ними. Они - настоящие маги. Ты сними точно поладишь. - Так сказал ему Махито. ×~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~× «Но маги ведь враги Махито?». Похоже, Дазай замечает его пристальное внимание к пуговицам и вновь улыбается, но немного не так, как раньше? Теперь эта улыбка всё так же добра, но от неё прямо таки несёт угрозой он... Мысль прерывает второй подросток - А-А-А! ПЛЕВАТЬ! СПРОШУ! - взгляд возвращается к Дазаю и теперь его улыбка, направленная на Итадори полна тепла и веселья - Слышь! По поводу погибших в кинотеатре где ты был. Ты что-нибудь видел? Например такое же мерзкое - он показывает то проклятье, отдаленно напоминающие своим внешним видом муху. - Нет, не так, Юджи! То, что он мог бы увидеть было бы более человечным! Раз уж это, предположительно, проклятье особого уровня! Так что, Дзюнпей? - его голос такой мягкий, но вот глаза... Кажется, он видит всё, читает тебя, как открытую книгу с такой лёгкостью, будто ты - лишь азбука. - Н-нет не видел... Я лишь недавно стал видеть этих странных существ. - Юджи, похоже, верит ему, что нельзя сказать и о Дазае. Его глаза в лучах солнца кажутся красными и сидя на месте, создаётся ощущение, будто он поглощает тебя и длится, это по ощущениям, целую вечность, но нет. Всего секунда и вот он снова милый, невинный и пушистый. - Ах, как же жаль - шатен растягивает свои слова и начинает кататься по земле, свернувшись темным шариком, предварительно скрыв своё лицо пальто. - Вот как... Тогда вопросов больше нет! - Юджи Итадори действительно очень доверчивый парень. - Д-да? - он подходит чуть ближе, а Дазай наконец вновь напоминает человека, встав по правую сторону от Юджи. Интересно, что именно этот глаз шатена был скрыт повязкой. - Но ты не против подождать здесь, пока не придет наш босс? - Ладно... - оба подростка садятся на ступеньки лестницы, прямо как Ёсино, да и не слишком далеко от самого Дзюнпея. - Спасибо! - Ага, спасибочки, Дзюнпей-сан! - Скажи, что ты смотрел в кинотеатре? - Там крутили один из старых фильмов, вряд ли вы его знаешь... - Ну скажи! - запротестовал самый младший в компании и вновь забил ногами по земле. Он действительно был невероятно экспрессивным и подвижным ребёнком. - Скукота полнейшая! Меня столько раз били, пока я смотрел! - Простите, что?! Дазай закрывает рот ладонью, по видимому, стараясь не засмеяться. - Полностью согласен, хотя я всё равно обязан сходить с моим... дедушкой. Он так сильно сопротивлялся в прошлые разы! Это было так забавно! - Тебя били? Хотя согласен. Но это фильм сплэттер. Наверное, мы сами виноваты, что надеялись увидеть что-то большее. А вот вторая... - А вот вторая часть была интереснее! - Да! Согласен! Только вторую часть и можно смотреть! - Полностью поддерживаю вас, господа! ×~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~× Проклятый дух, что поселился в теле недавно умершего мастера проклятий - Сугуру Гето сейчас наблюдал за интересной картиной. Три подростка обсуждают какой-то фильм - «Но что же тут интересного?» - спросите вы. А то, что двое из них были невероятно важны для будущего - А вот и они. - один из этой компании, шатен, медленно поворачивается... прямо в его сторону? Удивительно. Просто невероятно. Он смотрит, улыбаясь проклятому духу самой одновременно мерзкой и мёртвой улыбкой, а нескрытый повязкой глаз даже отсюда виден и светится он кроваво-красным. Юный маг кивает своему "товарищу" и тот уходит.