Глава 1. То, что случилось, и их последствия.

Поздняя ночь. Штаб «Чёрных Быков». Пахнет табаком, крепким алкоголем и дождём, который только что закончился. В комнате тусклый свет. Шарлотта сидит на полу, спиной к стене, держа в руках пустую чашку. Щёки розовеют, дыхание ровное, но взгляд блуждает. Рядом с ней — Ями. Расстёгнутая рубашка, привычная сигарета уже погасла в пепельнице. Он улыбается лениво, но в глазах — что-то растерянное. — Ты… — шепчет Шарлотта, слегка шатаясь, — Ты чертовски раздражающий, знаешь? — Да, — хмыкает он. — Но ты всё ещё здесь. — Дурак. Она поворачивает голову. Их взгляды пересекаются. Слишком долго. Слишком близко. — Может, потому что ты тоже, — добавляет он. Голос низкий. Хриплый. И тишина между ними — невыносимая. В следующее мгновение их губы встречаются. Неловко, сбивчиво. Без уверенности. Это не страсть, а попытка спастись от чего-то, что болит слишком долго. …Ткань шуршит. Лица становятся ближе. Кто-то смеётся — неуверенно, будто отступая от стены, за которой жил слишком долго. — Ты точно этого хочешь? — спрашивает он вдруг, уже шёпотом, с тенью осознания. Шарлотта смотрит ему в глаза. И не отвечает. Просто тянется ближе. Снимает перчатки. Руки — дрожат, но крепкие. — Тогда мы оба дураки, — говорит он. И в этот момент между ними нет лжи. Нет титулов. Нет стен. Только два человека. Сломанные, пьяные, одинокие. И впервые — рядом. *** Он касается её шеи губами, оставляя мокрую дорожку поцелуев, где-то укусит нежную кожу, оставляя красный след, который будет виден всем на следующее утро. Она шумно вздыхает под ним, когда он своими грубыми и мозолистыми руками гладит её талию, очерчивает её бёдра, он медленно стягивает с неё белую рубашку, которая летит куда-то в угол. Ему открывается то, что ни один мужчина себе и представить не мог, ледяная королева шипов, лежит под ним, полуголая, пытается прикрыть свою грудь руками, он лишь отводит её руки в стороны. Его ладонь ложится меж её лопаток, снимая её голубое, кружевное бельё. Он старается быть аккуратным, она же блаженно вздыхает, когда он своими руками с мозолями касается её груди, нежно сминая их, играя с её сосками. Он касается её груди губами, нежно, иногда покусывая их, вызывая чувство тока по её телу, он поднимается выше, находит её губы, водит языком по её губам, сплетает их языки, она полностью позволяет ему делать то что он хочет. Всегда такая сильная женщина, с твёрдым характером, что даже не уступает старшей сестре капитана Багровых Львов, но с ним она позволила себе впервые быть слабой, не капитаном рыцарей-чародеев, а просто слабой женщиной. Он снимает с неё брюки от униформы и бросает их куда-то за спину, он касается её сокровенного места рукой, она сдвигает ноги, но его сильные не позволяют ей закрыться. Он снова целует её в губы, в этот раз не так нежно, это поцелуй теперь полон страсти и требований. Он кусает её губы, тем самым вызывая её стоны, он начинает грубо массировать её грудь, оттягивая и щипач соски, он целовал, лизал, кусал её соски. Он спускался всё ниже и ниже, оставляя алую плеяду по всей шее, ключице и груди, тем временем его свободная рука медленно массировала её внутреннюю часть бедра. Она пыталась сдерживать стоны, но это невозможно, когда он низким и глубоким голосом шепчет тебе на ухо: – Не сдерживай себя шипастая, сегодня ночью ты будешь моей... Его губы коснулись её внизу, она не сдержала громкий стон, когда он начал массировать её клитор пальцем и водить языком по её влагалищу. Она сжимает его голову ногами, руками хватается за его волосы, её голос становится только громче, её стоны лишь раззадорили его ещё больше. Она больше не могла терпеть этого, и с громким стоном на мгновение она напряглась, а потом резко обмякла, тяжело дыша. Он поднялся на уровень её глаз и посмотрел ей в глаза. Её лицо было красным, взгляд был затуманенным, она лишь притянула его к очередному поцелую. Он избавился от своих брюк и нижнего белья, он устроился поудобнее между её ног и снова посмотрел на неё. – Готова? Голос стал хриплым, она кивнула и прикусила губу, когда он начал входить в неё. Было непривычно, немного больно, и дискомфортно, особенно когда он начал медленно двигаться. Двигался он медленно, темп был рваный и медленным, однако со временем он только ускорялся, движения становились резкими и грубыми, а потом нежными и медленными, и так он менял темп. Её стоны эхом отражались от стен комнаты, он наклонился и поцеловал её. Она лежит под ним, целуя его так грязно, да так, что дворяне её бы осудили за такое, да ещё и с чужеземцем, её руки обнимают его за шею, ногти царапают спину, оставляя алые следы. В какой-то момент она снова кончила, её внутренние стенки сжали его изнутри, было так жарко и узко, что он вовремя вышел из неё и рукой помог себе кончить ей на живот, было бы проблематично если бы она залетела от него. Он упал рядом с ней, нежно поцеловав её напоследок в губы. Оба тяжело дышали. Сегодня они ни о чём не жалеют, жалеть будут после, когда они проснутся с первыми лучами солнца. *** Утро. Свет проникает в комнату. Тишина. Одеяло наполовину сползло на пол. Шарлотта просыпается первой. Голова чуть гудит. Она поворачивает голову — Ями спит рядом. Грудь ровно поднимается, лицо расслаблено. Без привычной ухмылки. Она сидит. Молчит. Смотрит на свои руки. — Ну и чёрт, — шепчет она сама себе. — Это… случилось. Ями просыпается спустя минуту. Смотрит на неё. Не двигается. Не улыбается. Просто дышит. — Утро, — говорит он тихо. Она поворачивает голову. Не прячется. Не злится. — Утро, — отвечает. Между ними снова тишина. Но уже другая.