Часть 1

      До сегодняшнего приёма Саше не доводилось бывать в Ботаническом саду. Мероприятия здесь проводили редко, а в повседневной жизни простому люду сюда было не попасть. Но в этот вечер сад был наполнен гостями. Не самое пышное торжество, посвящённое несомненно какой-то важной дате.       Среди деревьев стояли несколько шатров. Рядом с одним из них устроились музыканты. В свободном пространстве пары кружились в танце. Среди дам и кавалеров сновали туда-сюда слуги, разнося шампанское. Желавшие некоторого уединения прогуливались чуть в отдалении среди кустов цветущих пионов. Цветы оттенков от белого до ярко-алого были изюминкой торжества и одним из главных украшений.       Изначально присутствие Пушкиной не планировалось, но Жуковский поспособствовал появлению её имени в списке гостей. Отказываться было невежливо. Тем более на приёме собирался быть сам император, игнорировавший попытки получить аудиенцию довольно долго. Василий Андреевич уже говорил ей, что все дела связанный с ней император передал графу Бенкендорфу. Но раз был шанс поговорить с Его Величеством лично, Саша не собиралась его упускать.       Устав кружить с неинтересными ей кавалерами и потеряв в толпе Жуковского, поэтесса устремилась подальше от людей. Всё равно Николай Павлович в какой-то момент незаметно ускользнул подальше от суеты праздника.       Петляя среди цветущих пионов, Саша вышла к оранжереям. Стеклянные сооружения находились достаточно далеко от места проведения торжества, но запрета на их посещение не было. Пройдя вдоль здания, она достигла входа. Внутри было душно. Влажность, поддерживаемая для растений, затрудняла дыхание.       Гуляя по проложенным тропкам поэтесса любовалась здешними растениями. Большинство из них были ей незнакомы и, по-видимому, росли только внутри этих стен. Привезенные из заграницы или преподнесённые в дар они поражали воображение своими формами и ярким окрасом.       Она остановилась у деревьев, с веток которых, будто грозди, свисали белые цветы. Гадая как подобное возможно, Саша не заметила, как кто-то подошёл к ней со спины.       — Это орхидеи. Удивительные цветы: некоторые из них могут цвести всего пару часов, в то время как другие не вянут многие месяцы       Знакомый голос выдернул её из мыслей о чудных цветах.       — От чего же вы, Александра Сергеевна, не в кругу гостей? Мне казалось, вы любите внимание публики       В голосе звучало любопытство, будто императору действительно было дело до отсутствия Пушкиной среди гостей.       — Внимание публики может стать в тягость. Вам ли не знать, Николай Павлович?       От чего-то развеселившись она повернулась к Романову, желая видеть его реакцию на свои дерзкие слова.       Император выглядел как всегда превосходно. В своём мундире он казался лишним среди всего этого буйства красок. Безупречная выправка, причёска волосок к волоску, дежурная улыбка. Лишь в глубине глаз можно было разглядеть усталость, которую тщательно пытались скрыть.       — На самом деле я искала вас, чтобы просить о небольшой услуге       Наконец с Николая слетела эта тщательно выверенная маска спокойствия и проступили настоящие эмоции. Он еле заметно поддался вперед, а в голосе появились насмешливые нотки.       — Услуге? И какой?       — Не могли бы вы засвидетельствовать в письме мою благонадежность?       Романова ситуация явно развеселила. Он наклонил голову, глядя на поэтессу с удивлением.       — Для чего же?       — Ради брака с человеком, которого я выбрала. Чья семья считает меня... Ссыльной писакой       На последних словах Саша стушевалась и отвела взгляд, рассматривая цветы за спиной императора.       Когда она вновь посмотрела на собеседника, на его лице вновь была маска полная холода и безразличия. Это вызвало растерянность и непонимание. Что в её словах так задело Его Величество?       Погрузившись в раздумья, он отошёл в сторону и вернулся пару минут спустя, неся в руках незнакомый цветок.       Император остановился перед ней. Тёплое дыхание коснулось волос, а рука осторожно закрепила цветок в причёске. Кончики пальцев скользнули по лицу, нежно огладив скулу. Поэтесса задержала дыхание, боясь пошевелиться.       — Подобный цветок достоин императорского внимания, а не чужого взгляда       Он сделал шаг назад и покачал головой. Голос стал гораздо суше и тоскливее чем был до этого.       — Я не подпишу подобную бумагу. Можете попытать счастья у Бенкендорфа, возможно он согласится       Саша, находясь в растерянности всё пыталась поймать чужой взгляд. Когда же это получилось Пушкина растерялась ещё больше: в голубых глазах плескалась тоска.       Напоследок окинув поэтессу ещё одним взглядом, словно пытаясь запомнить её в окружении экзотических цветов, император удалился. В этот раз она услышала, как шуршала земля под его ногами.       Простояв в странном оцепенении несколько минут Александра, отмерла, собравшись догнать Николая.       Желанию не суждено было сбыться.       Спешащую и путающуюся в дорожках среди пионов, её перехватил воодушевленный Жуковский.       — Александра Сергеевна, вот вы где! А я вас по всему саду ищу!       Он подхватил её под руку и повёл одному ему известным путём.       — От чего же вы не предупредили, что собираетесь прогуляться? И откуда у вас этот чудесный цветок?       Поэт указал на её причёску. Не желая расстраивать наставника, Саша следовала за ним не думая упираться. Шанс догнать императора она уже всё равно упустила.       — Подарок       Заслышав это, придворный поэт улыбнулся.       — Чего же вы тогда так растеряны? Или вы не знаете, что каллы дарят в знак высшей степени восхищения. Александра Сергеевна, вам можно сказать в любви признались! А вы...       Жуковский с досадой вздохнул и махнул рукой.       — В любви...?       Поэтесса растерянно посмотрела на спутника и погрузилась в раздумья.       В отдалении было слышно игру музыкантов и голоса гостей, которые сливались в общий шум.       Праздник продолжался.