Глава №1: Ложные воспоминания.

— Вот, Фенцио, с-с-скотина!       Я неслась сломя голову, перепрыгивая ступеньки, а в голове вертелись одни лишь проклятия. Ублюдок Фенцио! Ненавижу! Ненавижу! Убила бы, ей-богу. Как таких людей Земля-то носит? Скотина, не иначе.       Телефон в сумке деликатно напоминал мне, что в пять часов назначена встреча, — я завела будильник-напоминание, а теперь не могла отыскать мобильник, который, кажется, провалился куда-то прямиком в преисподнюю. Наконец нащупав разрывающийся бесящим звоном телефон, я отключила будильник и, закинув сумку на плечо, с новой силой ринулась к автобусной остановке. Погода стояла стылая, хмурая. Накрапывал дождик, и на моём лице сама собой появилась кислая мина — не люблю я пасмурную погоду. Сегодня не день… Прямо-таки пиздень какой-то!       Во-первых, у меня сломался фен. Уж не знаю, что с ним там произошло, но он теперь попросту не включается. Пришлось переться к врачу с сырой головой, за что меня, к слову, отчитали! Отчитали. Вдумайтесь только. Мне пару дней назад стукнуло двадцать два года, а меня отчитывают за влажные волосы. Жесть. Кто отчитал, вероятно, спросите вы? Мой врач. Вообще-то он мужик хороший, профессионал. Не зря же работает в частной больнице. Но иногда мне кажется, что он относится ко мне с особой заботой. Нет, не с любовью, а с каким-то чрезмерным интересом, аккуратностью. Может, так и должно быть? Я же его пациентка…       Во-вторых, я застряла в пробке, где проторчала около двух часов. Опоздала на маникюр, получила от своего мастера выговор, спешно извинилась и со вздохом опустилась на кресло, вытягивая руки. И после всего этого меня, конечно же, ждала подлая неприятность — дизайн ногтей мне резко разонравился. Или не разонравился… Я добежала до остановки, нервно оглядываясь по сторонам. Одна из машин, прижавшихся к обочине, посигналила, и я, неимоверно обрадовавшись, кинулась к ней. Распахнув дверь чёрной «БМВ», я быстро села на заднее сиденье, скинув с плеча сумку.       — Здравствуйте, Вики, — первым поздоровался со мной Эдвард — один из водителей компании, в которой я работаю.       — Здравствуйте… — переводя дыхание, отозвалась я. — Это… Нам в штаб. Ух… Побыстрее, прошу…       — Конечно, пристегнитесь.       Машина тронулась с места, и я сделала глубокий вдох, опустив голову на стекло. Господь, ну и пробежка! Я чуть лёгкие не выплюнула... А, кстати, ногти… Я вытянула руку, уставившись на нежно-голубые ноготки с белыми переливами.       «Какая милота!» — пронеслось в моей голове, и я улыбнулась уголками губ.       «Второсортное дерьмо,» — громыхнула следующая мысль, и улыбка тут же пропала с моего лица.       «Нужно было делать красные,» — осенило меня, и я в ярости сжала пальцы в кулаки с такой силой, что ногти впились в ладони.       И так всякий раз. У меня раздвоение, что ли? Я больная? Не знаю. Я уже ничего не знаю.       В-третьих, и наконец, меня снова пожелал увидеть Его величество Фенцио. Мерзкий старикашка… Наверное, я должна относиться к нему иначе, — он же устроил меня на работу. Без должного образования, без связей, без денег меня взяли на работу в детище нашей страны — «Черные волки». Это и армия, и лаборатория, и больница… Короче, главное достижение нашего правителя — Эрагона. Вообще-то «Чёрные волки» — это отряды солдат, которые являются главной действующей силой страны. Тут по кусочкам лепят настоящих бойцов, и попадает сюда не каждый. Если парни особенно отличились за время обязательной годовой службы в армии, то им настоятельно рекомендуют отправиться в штаб «Чёрных волков», где они отслужат испытательный срок, и, если произвели должное впечатление, парней заберут в «ЧВ». Это просто офигенная работа! Отличная зарплата, уважение и статус, но и опасности, разумеется, присутствуют… Обычно солдаты ЧВ отправляются на самые тяжело выполнимые миссии и проводят важные операции.       Эти полки, как и лаборатория с больницей, находятся под прямым руководством Эрагона, и он вкладывает бешеные деньги в развитие и будущее своих творений. Тут работают лучшие врачи, лучшие учёные, лучшие, лучшие, лучшие… и ещё тут работаю я — Вики Мэйн-Чарактер. Лучшая из лучших. Наверное. Впрочем, я даже не представляю, за какие заслуги меня взяли работать в данную организацию. Я вообще не помню своё прошлое… Мне сказали, что я попала в какую-то чудовищную аварию и только чудом осталась жива. Головушка моя сильно пострадала, и памяти покинула меня, помахав на прощание рукой. Иногда в сознании вспыхивают картинки. Размытые, смазанные, тусклые… Это моя жизнь? Мои воспоминания? Или они принадлежат кому-то другому? Честно, я не знаю. Все эти мысли ложатся тяжелым грузом на плечи, и я предпочитаю об этом не думать. Да, я люблю убегать от проблем, признаю. Но разве не все так делают?       Я четко помню три фрагмента. Они въелись в память чёрными пятнами, ухватившись лапами-щупальцами за мозг. И каждый раз, когда я вспоминаю их, я хочу плакать. Рыдать, рвать на себе волосы, захлебываться слезами… Мне больно. Часть моей души сжимается в тугой узел и плачет, плачет, плачет… Почему? Я не знаю. Я. Ничего. Не. Знаю.       Утонув в мыслях, я закрыла глаза и вновь увидела её. Нежная, как цветок, и добрая, словно ангел, спустившийся с небес. От её улыбки замирало сердце, и грудь стягивало тугой лентой так, что невозможно было сделать вдох. Каштановые волосы рассыпались по хрупким плечам и спине, а взгляд нежно-голубых глаз пронзал насквозь. Он обнимает её, прижимая к груди, а она звонко смеётся, обхватив руками его шею. Я стою позади них. Они не знают, что я рядом. Не знают и не видят меня.       — Мальбонте, милый, давай завтра пойдём на пляж? — спрашивает она, слегка задрав голову.       — Конечно, — отвечает он таким родным голосом. Грубоватым и хриплым. Что со мной? Откуда я знаю этот голос. Почему так хочу его услышать вновь?       — А после пляжа пойдём ко мне домой. Гипфель уже соскучился по тебе!       — Ммм, этот пушистый котенок, — мужской смех полыснул по ушам, но я отчего-то улыбнулась. — Я тоже скучаю по нему. Можно будет заказать завтра пиццу, что думаешь?       — Отлично! Я так давно её не ела, — девушка отстранилась от парня, и мы пересеклись взглядами. В её глазах отражались лучи закатного солнца, а прохладный ветерок трепал её волосы. Я люблю его. Того, кого она обнимала. Всем сердцем. Не знаю, почему, но всё равно люблю. Словно прочитав мои мысли, счастливая девушка сказала:       — Я люблю тебя, Мальбонте.       — И я тебя люблю, Вики… Бам!       Я резко распахнула глаза, подскочив на месте. Сердце в груди отбивало бешенные ритмы, а в горле пересохло. Чёр-р-рт! Кажется, я ударилась головой о стекло. Машину трясло — дорога была отвратительная.       — У вас всё в порядке, Вики?— устало спросил водитель, и я поморщилась.       — Да, — с раздражением бросила я, а в голове вертелось одно лишь имя. Мальбонте.       — Скоро будем на месте, — Эдвард остановился на светофоре, а я снова прикрыла глаза.       Мысли гудели вертолетами, темная пелена окутала разум. Через несколько минут я увидела себя. Снова себя. Другую себя…       Гордая, резкая, прямолинейная. Она была идеальна, и её превосходство ощущалось практически физически. Идеально собранный пучок, аккуратный и приятный макияж, с акцентом на алых губах, чёрное платье, подчеркивающее все прелести эффектной фигуры и открывающее длинные стройные ноги. А вокруг музыка, шум, алкоголь и танцы… Ночь в дорогом клубе только начиналась.       — Королева, — шептал ей на ухо страстный и разгоряченный парень. Его губы тронула хищная полуулыбка, прядь темных волос упала на лоб, а легкая щетина касалась щеки девушки. — Недосягаемая и дерзкая…       — Люцифер, — улыбнувшись дикой кошкой, девушка обвила руками его шею. Они искрились яростным пламенем. Их любовь сжигала дотла и оживляла из пепла. Я смотрела на них, стоя где-то позади. Смотрела и думала… Господь, я тоже люблю его. Я знаю вкус его губ, знаю его сильные руки. Я люблю его. Вики-королева улыбнулась шире, прижимаясь к парню грудью. — Скажи, как сильно меня любишь…       — Я люблю тебя, Вики, — не думая ни секунды, сказал он.       — И я тебя, Люцифер…       Противный звон резанул по ушам, и я зажмурилась, прижимая руки к вискам. Сердце противно сжалось в груди, а в горле пересохло. Картинка стала меркнуть, и воспоминания медленно, но стремительно покидали голову.       — Вики? Вы меня слышите? — Эдвард обернулся и уставился на меня. В его серых глазах промелькнуло мимолетное беспокойство, которое тут же растворилось в пустоте. — Мы приехали. Можете выходить.       — Ах… Точно, спасибо огромное! — я засуетилась, схватила сумку и, улыбнувшись водителю, выскочила из машины.        Прохладный ветер тут же ударил в лицо, развивая волосы, и на голову хлынули капли холодного дождя.        — Твою-то мать, а! — взревела я и ринулась к главным стеклянным дверям огромного красивого здания.       У дверей со мной поздоровались два молодых парня-ученых. Они поклонились, улыбнулись и даже предложили мне стрельнуть сигаретку. Я деликатно отказалась, сказала, чтобы они заканчивали курить, и на всех порах залетела внутрь. К своему ужасу, в фойе я тут же заметила слегка сгорбившегося и достаточно злого Фенцио с его коллегой — Кроули. Они тоже заметили меня. Ой. Кажется, я немного опоздала… Простите, простите! Но сожаления я не испытывала.       — Здравствуйте, — ангельским тоном защебетала я, подходя к мужчинам. — Прошу прощения, я задержалась…       — Ничего страшного, — отмахнулся Фенцио, но тон его был не самым дружелюбным. — Пойдемте, Вики.       Пойдемте. Пойдемте. Я вся ваша, дорогие. От этих мыслей я захихикала, а потом разозлилась сама на себя — мысли резко показались мне глупыми и наглыми. А потом на моем лице вспыхнула дерзкая ухмылка. Нет, не такие уж и глупые мысли… Господь, я — дура. Кроули и Фенцио вели меня по светлым коридорам, изредка бросая на меня косые взгляды. Следили, чтобы я не убежала, что ли? Никуда бежать я не собиралась. Мне и бежать-то некуда. Только если в подворотню к бездомным. Такая перспектива меня не устраивала, к слову, совсем. Я тяжело вздохнула, поправив волосы. Вскоре мы добрались до широких дубовых дверей.       — Как ты себя сегодня чувствуешь, Вики? — спросил меня Фенцио, рывком распахнув двери. — Голова болит? Вспомнила прошлое?       — Нет, — пожала плечами я. — Ничего не болит, и я ничего не вспомнила… — я задумалась, поджав губы. Об обрывках своих (или чужих?) воспоминаний я никому ничего не говорила. Не знаю, почему. Просто доверия к окружающим меня людям совершенно нет.       — Хорошо, — кивнул Фенцио, и мы втроем вошли в просторную комнату со светлыми стенами и медицинской аппаратурой. — Садись, — кивнул он на стул, расположившийся около широкого стола. — Кроули, а где там наш долгожданный… кто он? Врач?       — Да, — Кроули прокашлялся, оглядываясь по сторонам. — Вышел, может, в туалет? Должен был быть здесь…       Я опустилась на стул и сделала глубокий вдох. А вот теперь и голова болеть начала… Виски стянуло тугой лентой, пульс отчаянно забил где-то в ушах. Я зажмурилась, сжав пальцы в кулаки с такой силой, что побелели костяшки. Чёрная пелена перед глазами стала приобретать краски. Снова она. И снова я наблюдаю за ней…       Воспитанная, опрятная и до жути умная. Каштановые волосы были собраны в аккуратный хвост, а на носу красовались очки в тонкой оправе. Приталенная чёрная блузка, юбка-карандаш, лёгкий и естественный макияж, суровый взгляд и изящные руки. Она властно нависала над парнем, русые волосы которого рассыпались по крепким плечам и спине. Парень сидел на деревянном стуле, откинувшись на спинку, а девушка, поставив ладони на крышку парты, внимательно смотрела на него сверху-вниз.       — Повторю ещё раз, — её голос был весьма милым и даже нежным. Воздушно-нежным. — прекрати преследовать меня, Дино. Не стоит тратить время на ту, с которой тебе быть нельзя. Понимаешь?       — Нет, — упрямился парень. Его губы расплылись в спокойной и уверенной улыбке. — Вики, я не сдамся. Я всю жизнь доказываю другим, что я достоин места под солнцем. И тебе докажу.       — Боже мой, — девушка тяжело вздохнула, выпрямилась и сделала несколько шагов назад. — Не неси чепуху.       — Я люблю тебя, Вики, — не сдается он.       — Нет, не любишь, Дино.       — Люблю, — настаивал на своем парень. Он скрестил руки на груди, отчего белая рубашка натянулась, и с ощутимым практически физически вызовом посмотрел на девушку. — И никогда не разлюблю.       Я наблюдала за ними со стороны. Незаметная, тихая и… влюбленная. Моё сердце приятно сжималось каждый раз, когда я слышала голос Дино. Сжималось, а потом билось с новой силой. Я люблю его. Тоже люблю. Люблю, люблю, люблю, люблю… И кажется, что я вся состою из любви, я — её воплощение. Чувства схватили меня за самое горло, больно сжимая на нём свои цепкие пальцы. Я зажмурилась. Стало тяжело дышать, мысли загудели вертолетами, а картинка растворилась в пустоте, оставляя после себя непроглядную тьму. Через мгновение я распахнула глаза и даже чуть не подскочила на стуле. Я всё ещё сидела в этом а-ля медпункте, а Кроули и Фенцио о чем-то перешептывались, совершенно не обращая на меня внимания. Вот чёр-р-рт! Голова раскалывается…       — Просим прощения за опоздание, господа, — с глухим стуком распахнулась дверь, и в комнату вошли двое. Женщина с короткими светлыми волосами, одетая в белоснежный медицинский халат, и высокий парень в военной форме, тёмные волосы которого были собраны в низкий хвост. — Вики уже прибыла? — продолжила незнакомка, осматривая строгим взглядом присутствующих. Её цепкие глаза дошли и до меня. — Ага, значит, уже прибыла. Здравствуйте.       — Здравствуйте, — прокашлявшись, отозвалась я. Честно признаться, всё моё внимание было обращено к этому симпатичному парню-солдату. Его бледная кожа манила меня, зелёные глаза притягивали лучше магнита. Божечки… Что это за милашка?       — Кроули, врач — женщина? — прошипел тем временем Фенцио, недоверчиво рассматривая прибывшего специалиста.       — Да… Наверное, да. Эрагон не уточнял, кто прибудет, — Да и какая разница? Здравствуйте, — сказал он уже громче, обращая на свою скромную персону порцию женского внимания. — Как ваше имя?       — Ребекка. Ребекка Уокер, — врач сдержанно улыбнулась и подошла к столу, опуская на него свою сумку. Солдат медленно, но уверенно двинулся в мою сторону. Краем глаза я заметила, как напрягся Фенцио, а Кроули даже вытянул руку, открыв рот, но сказать ничего не успел.       — Здравствуйте, Вики, — парень остановился напротив моего стула и резко поклонился. — Я — Голод. Ваш персональный телохранитель, приставленный к вам по приказу господина Эрагона. В мои обязанности входит полная защита вашего тела и личности, постоянное сопровождение и всесторонняя помощь. Рад служить, леди.       Надо было видеть моё лицо. У меня чуть челюсть от услышанного не отвалилась. На мгновение я даже открыла рот, но быстро взяла себя в руки. Божечки! Я чувствую себя какой-то королевой. Здравые мысли застряли где-то в районе самых далеких извилин, и всю голову заполнили глупые, радостные идеи. Голод выпрямился и снова смотрел на меня с высоты своего роста. На несколько мгновений повисла практически гробовая тишина. Кажется, каждый из присутствующих пытался переварить всю полученную информацию. И, видимо, получалось плохо. Я вновь посмотрела на Голода. Мы пересеклись взглядами. На его лице не было совершенно никаких эмоций. Я даже слегка напряглась, буквально кожей чувствуя исходящий от парня холод. Наверное, холод и привёл меня в чувства, потому следующей моей мыслью стало нервное — Эрагон прислал мне личную охрану!?