Ссанина три

      — Вы знаете, как пользоваться этой штуковиной? — Кабуто немного сомневается в способностях Орочимару владеть ситуацией.       — Спокойно! Я ученик третьего Хокаге! — самодовольно провозгласил Орыч и замахнулся мечом.       Дейдара и Кисаме наблюдают за процессом со стороны. Через пару минут Легендарный Саннин чуть не отсек голову Джирайе. А Кабуто уже не помнит, зачем Орочимару поджидал кого-то за поворотом.       — Это не Хидан? — Орыч разочарован, наблюдая картину, как Цунаде лежит на Джирайе. Оба не шевелятся.       — Крутые они, прям на улице! — позавидовал Кабуто, Дейдара попытался слепить мини-динамит. Но только и успел увидеть, что "звездочки" в глазах. Ему снова врезал Кабуто. На этот раз окончательно.       — Извините, Орочимару-сама, не рассчитал и вырубил его. — Кабуто немного напугался, что за это будут какие-то последствия. Орыч посмотрел на Дейдару, который валялся в обмороке. Оценил ситуацию и решил: пора что-то делать.       — Ну, спасибо за меч. — Орочимару вручил Кисаме оружие, и они с Кабуто быстренько прикинулись мертвыми, подстрелившись рядом с Джирайей и Цунаде.       Тут прибежали Хидан, Пейн и Конан, молчаливо застыв на месте. Потому что картина выглядела так: четыре коноховских трупа и один из их команды. Все в крови. Стоит Кисаме с мечом в руках. Он явно не совсем трезво оценивает ситуацию. Но Акацки поняли следующее: они знатно налажали. Поэтому, подобрав Дейдару, решили быстро покинуть Коноху. Все-таки план нужно пересматривать основательно.

***

      Теперь можно рассказать, как все было.       Джирайя открыл дверь накуренной подсобки. Цунаде с Орычем нервно доедали последние пирожки, потому что делиться, сволочи, ни с кем не хотели. Из подсобки повалили клубы дыма.       — Вы чего, народ? Совсем с дуба рухнули в таком состоянии выступать! — Цунаде начала свою проповедь.       — Ну, — Джирайя собирал остатки своего сознания воедино.       — Что «ну»? Я тебе сейчас покажу, что такое вынос мозга! — Хокаге разозлилась и уже начала закатывать рукава. Джирайя вышел ей навстречу, освободив проход. Орочимару отошел подальше от них и ближе к подсобке. Он оказался весь в дыму, ему уже хорошо! Заметив людей из рок-группы, Орочимару начал рассказывать им какой-то пошлый анекдот, который услышал еще в молодости от Джирайи.       — Короче, заходит женщина в бар… - начал Саннин. Рок-группа слушает его, открыв рот.       — Орочимару, хватит! —Хокаге продолжает буянить, уже отвесив знатных тупаков Джирайе. Тот в полумертвом состоянии.       — Думает, что, мол, вход переставили и…       Пять минут спустя: Орочимару волочат за ногу вместе с Джирайей по улице. Цунаде молча матерится. Остальная рок-группа, как преданные питомцы, идут нога в ногу с Хокаге. Они перешли через дорогу и тормознули на трамвайной остановке. Джирайя очнулся, поднялся и пошел в магазинчик рядом с остановкой. Орочимару лежит, потому что не каждый день выпадает возможность халявно проскрести спиной асфальт. Далее: все как в тумане.       Отрывки из рассказа очевидцев: «Я вышел на улицу покурить. Вижу, толпа в составе шести человек тащила труп в трамвай».       «Была конечная. Я собирался сходить с трамвая, когда молодые люди затащили, видимо, пьяного мужика и посадили на стул».       «Понимаете, задерживать их я не имела права. Они, зачем-то, заплатили за билет и спокойно сидели около двадцати минут, — озабочено рассказывала кондуктор, которая сдавала смену. — Двадцать минут спустя, группа незнакомцев перевернула трамвай».       «Когда они поняли, что трамвай так и не двигался с места. Конечно, это же конечная, — усмехнулся водитель трамвая, — не знаю, о чем они в этот момент думали, но кто-то закричал: «Давайте трахать трамвай!», и принялись раскачивать его в разные стороны, пока не перевернули. Никто не пострадал, а странный человек с густой белой шевелюрой около нескольких минут рыдал, что последний полтинник был угрохал на средство, которое не ездит. Потом, ему кондуктор вернула полтинник. Он поблагодарил ее, грустно вздохнул и высморкался в эту купюру. Позже выбросил, выходя из трамвая». «Когда они вышли, то направились к какому-то дому, — покачала головой кондуктор. — Я вызвала подъемник. Не оставлять же трамвай в таком виде?» «На улице было всего плюс десять, а я так и замер, молча затягиваясь сигаретой и пялясь на трамвай. — казалось, что очевидец был еще в легком шоке. — Компания больше трупов не волочила. Зато, она злобно напевала: «Мы живем сегодня, чтобы завтра сдохнуть!» и направилась на чей-то дом».

***

      Утро, около пяти часов. Кабуто, борясь с жутким похмельем, заперся в отделение охраны Конохи.       — Так, вы пришли забрать их? — как-то странно обрадовался один из охраны.       — Да. – Голова раскалывалась. Кабуто предоставили вещи задержанных. Он нахально стал в них рыться. В кармане чьи-то штанин нашел пять штук. Кабуто долго не дивился и моча положил деньги к себе. Окончательно разобрав вещи, он пошел на встречу к пойманным.       За решеткой сидели не только Орочимару-сама, но еще и сама Хокаге, Джирайя, его рок-группа и еще какие-то другие люди. Предположительно, члены Акацуки, но это не точно.       — Вы, надеюсь, их всех заберете? — будто умолял шиноби из охраны.       — Ладно, заберу. Сейчас. Только вещи им раздам. — Решетки отворили и десять человек оказались практически на свободе. Все были жутко сонными.       — Наших местных мы знаем, - охранник кашлянул, - а вот этих троих – нет. За них залог полагается. Четыре с половиной…       Кабуто с большой грустью отдал деньги, которые нагло выудил из чужого кармана, и раздал заключенным одежду. Честно говоря, ему было откровенно наплевать, кто во что оденется. Поэтому из отделения охраны Конохи кто-как вышел: Хокаге в чьих-то штанах и рубашке, Джирайя в трусах и майке. Орочимару вообще пополз в тюремной форме. Трое из рок-группы не колебалась в выборе одежды, так как все нормальное уже разобрали. Хидан ушел в сиреневой большой кофте и милой белой юбке. Дейдара был в розовой ночной рубашке. Кстати, он по дороге ударился о чей-то локоть, когда споткнулся, и перся с фингалом под глазом. А на Конан и Пейне была своя одежда.       Мораль: легендарная ссанина Легендарных Саннинов вызвала гнев у Пейна и полное уничтожение Конохи.