Часть 1

      За окном постепенно темнело. Сумерки сгущали краски, плавно перетекая в более глубокие и темные тона. На улицах, по которым сновало не так много людей, потихоньку один за одним стали загораться фонари. Вывески лавочек, свет из ларьков, из кафе, из аптеки напротив - всё источало освещение, мягко обволакивающее всё то, до чего могли достать. Пробежавшую неподалеку кошку, уставшего человека, беснующуюся молодежь с колонкой, источающей музыку на всю улицу.       Всё обыденно. Всё привычно. Всё такое, каким и должно быть.       Но именно в столь ранние сумерки раскрывается истинная красота и прелесть города. Небольшой, затерявшийся во множестве других. Он уверен, что о нем знают не так уж и много людей, если брать в сравнение с населением планеты. Небольшая кроха тех, кто мог бы догадываться о городе. Его спокойно найдешь на карте. Это не захолустье, но в повседневной жизни о нём особо не задумаешься, как о тех же городах миллионерах, как Нью-Йорк, Лондон, Москва, Вашингтон, Оттава, Нур-Султан, Киев, Рим, Берлин… Стоит ли продолжать этот долгий список? Он так не думает, предпочитая просто выдохнуть, прикрыв глаза.       Открыв, увидеть то, где он живет. Где родился, рос, взрослел и по итогу вырос, став полноценной личностью, готовой уже трудиться на благо собственной страны, даже во время обучения. В руках телефон, на экране высвечивается уведомление о конце бесплатного промежутка времени прослушивания музыки в выключенном состоянии. Приложение, которым он пользуется, та ещё стерва, если так подумать. Но он включает телефон, корректируя настройки. Теперь гаджет не выключится без помощи хозяина.       Аккуратно укладывая телефон в карман ветровки и поправляя наушники, он сбивается, когда начинает подниматься по ступенькам у дороги. Ещё немного и кепка с рюкзаком улетели бы на землю, заставляя выругаться от досады неторопливого человека. Но, слава всем святым угодьям, обошлось.       Теплое освещение фонарей непривычно глазу, но со временем на это перестаешь обращать внимание. Тем более до дома рукой подать, чего заморачиваться из-за небольшого дискомфорта, причиненного самому себе поздней вылазкой в продуктовый магазин, когда впереди виднеется родная многоэтажка.       Ключи скоро находятся в карманах джинсов. Те, цепляясь за ткань, чуть не летят на землю, теряясь во тьме, однако ловкость рук не променяешь и не пропьешь, даже если очень сильно захотеть.       Дверь в подъезд открывается крайне туго – новая пружина была то, что надо, но так противно теперь проползать в дом, ибо дверь то и дело, что норовит зажать между собой и железным косяком. Это было не так классно, но мысль о том, что теперь подъезд хоть как-то стал ограничен для посторонних и прекратил быть проходным двором, не могла не радовать. Не так приятно утром, когда ползешь на учебу, натыкаться на какого-то соседа из иного подъезда. К слову, догадка о том, что ночью орал кот, сразу отпадает сама собой.       Но сейчас на лестничном пролете чисто и опрятно, тихо и свежо – лучше, чем на улице, где духота мешает нормально дышать, а о мусор то и дело, что спотыкаешься. Время клонит к девяти часам вечера, а он только-только открыл дверь в квартиру, слыша протяжное мяуканье из глубины квартиры.       Улыбка трогает лицо, а дверь с гулом закрывается. Он дома. Наконец-то…       - Привет, - мягко улыбается Эрет, выбежавшей в коридор кошке. Та протяжно зевнула, сладко потянулась и приветливо потерлась о ногу. Даже позволила почесать за ушком.       Разуваясь, он аккуратно потянулся, чувствуя, как хрустит уставшая шея, как неприятно взвыли забитые мышцы спины. Да, тело не говорит спасибо за постоянное сидение за компьютером, но жить на что-то нужно. Хотелось бы, по крайней мере…       Пакет шуршит, когда его переносят на кухню. Консервы для кошки тут же оказываются вскрытыми, а животинка довольно урчит, поедая свой законный ужин и получая добавку от хозяина в качестве небольших извинений за позднюю трапезу.       Он кидает мимоходом взгляд на горшок, что привычно задвинут на белом подоконнике. Растение, кажется, уже стало вянуть. Эрет подумал о том, что неплохо было бы его полить. Глаза соскальзывают на кошку, что ластится и трется о ноги.       Ладно, чуть попозже польет.       Подхватывая на руки мурлыкающее создание, шатен, немного погодя, направляется в свою комнату, окутанную тьмой. Яркий свет режет слабое зрение, но, прищурившись, парень скоро к нему привыкает, а после спокойно осматривает пространство вокруг. Ноутбук стоит на своём привычном месте – в углу, как бы невзначай намекая на очень важное дело, которое неплохо было бы закончить.       Проект по… какому-то предмету? Он уже точно не вспомнит, кто именно задал его, но факт, что дз было за глаза неприятно мусолил и так уставшее сознание. Не до него, потом доделает. Тем более, Эрет более чем уверен в том, что у бумажной версии проекта не вырастут ноги или лапы. Так что, аккуратно опуская на кровать довольную жизнью кошку, шатен шарит по карманам, вспоминая, что телефон благополучно забыт в куртке.       Но сил идти обратно в коридор не было, так что ноутбук очень скоро оказывается включенным. На экране тут же замелькали бесконечные вкладки, как с дз, так и просто с фотографиями.       Даже блог остался…       Но глаза очень скоро переключили внимание на хром, открывая вкладку с KakaoTalk, а после конкретный чат.       Ники не в сети, но и пусть.       Пальцы быстро набирают сообщение, словно в парне проснулось второе дыхание, и он неожиданно выспался за поездку длинной в сорок минут из центра города, где находился его ВУЗ и подработка. На самом деле сна, как такого, он даже не почувствовал из-за постоянного укачивания, адской жары и бесконечных пробок с характерным для нее звуковым сопровождением: бибиканье машин, ругань между водителями и шумное дыхание людей внутри общественного транспорта. Кажется, иногда ещё включалась музыка в колонках, но шатен точно не скажет. Eret: «Привет. Я дома)»       И только он готов был пойти за тем, чтобы включить позабытый чайник для того, чтобы вскипятить воду и сделать себе чай, как его сообщение тут же оказывается прочитанным. Niki: «О! Это очень хорошо! :3» - ответ не заставил себя долго ждать. Она была на том конце «провода». Eret: «Как ты? Всё ещё в дороге?»       Учтивый вопрос был мгновенно отправлен пользователю, пока, ругнувшись себе под нос, шатен устало не встал, быстро заходя в коридор и доставая телефон. Так проще сидеть на кухне. Niki: «Да. Мне ещё около получаса домой добираться. Ребята как-то смогли растормошить меня после всего того, что произошло… Ох, прости. Я снова говорю об этом».       Эрет быстро пробегает глазами по новому сообщению, чтобы тут же злобно рыкнуть, а после начать быстро строчить ответ девушке. Eret: «Всё хорошо, Ники. Не стоит переживать обо всём этом. Если потребуется, то я всегда открыт для тебя. Не стесняйся обращаться за помощью. Сейчас получше?»       Ненадолго отлипая от гаджета, дабы поставить чайник и включить его, Эрет взволнованно глядит на чат. Ники прочитала сообщение, тут же что-то строча ему. Niki: «Немного. Спасибо большое, Эрет, за твою заботу и поддержку».       Усталость, кажется, имела способность передаваться через текст, иначе шатен не мог найти точного объяснения всему тому, что он чувствовал прямо сейчас. Такое ощущение, что в добавку к его личной вымотанности добавился еще один кусочек чужой. Хотя… Эрет спокойно его принимает, аккуратно устраивая у себя под боком. Eret: «Не за что, Ники».       И глаза не отрываются от умолкшего чата даже спустя пятнадцать минут. Он похож на одержимого? Эрет не уверен, но, возможно, что эта гиперопека уже давно поджидала объекта для своего процветания. Всего лишь жалкие… три? месяца общения, а он уже чувствует себя псиной на коротком поводке. Но, если не обращать внимания на неприятное сравнение, то оно его вовсе не обижает и не ущемляет. Его оно устраивает.       Он пишет ей из раза в раз. Он пишет многим, но из нужды. Не с ней. Он рад общению, удовольствию, получаемому из этих переписок, веселью. Даже горечи из-за расставания он не противится. Он принимает всё до последней капли и ищет слова поддержки.       И потому общение это приятно настолько, что на губах то и дело, что выползает улыбка. Не наигранная, а настоящая. Такую нельзя контролировать. Она дикая, неприрученная, но от того искренняя. Жаль только, что Ники этого не видит и не знает.       Чай неприятно опаляет глотку. Разгоряченное тело, кажется, недовольно данной выходкой, да и сам парень понимает, что забыл про лед. Морозильник скоро оказывается открытым. Восемь кусочков льда аккуратно умещаются в кружке, остужая кипяток.       И, поудобнее усаживаясь на стуле, Эрет снова задумчиво сверлит взглядом экран своего телефона, где по-прежнему открыт чат с Ники.       Когда-то давно, три месяца назад, парень задумывался о бессмысленности своего существования. О собственной скудности и убогости. Возможном лицемерии и двуличии. О возможном суициде? Бывали и плохие дни, ничего с этим не поделать.       Откинувшись на спинку стула, он снова перебирает те воспоминания, когда он впервые стал так обильно общаться с этой милой и крайне уютной личностью. Трудоголик с ног до головы, творец до мозга костей, юная леди-цветок, которой не хватает немного веры в свои старания и труды.       Да, пусть он еще ни разу не виделся с ней вживую, пусть он ещё не говорил с ней с включенной камерой. Пусть! Ему достаточно одного её ответа, чтобы почувствовать себя живым и нужным.       Это лето было одним из лучших в его жизни. Одним из тех, когда одиночество не впивалось в глотку и не терзало сердце. Это лето было лучшим за долгие и долгие годы его жизни. И сейчас, обдумывая слова в своей голове, он быстро набирает сообщение.       Может, сейчас не самое подходящее время, но с другой стороны, а почему бы и да? Eret: «Ники?»       Через минуты две сообщение оказывается прочитанным. Niki: «Да?» Eret: «Спасибо».