Грязнокровка

                              9¾ Айла стояла перед алым поездом, окружённая шумной, живой толпой. Дети смеялись, обнимались с родителями, кто-то катил чемоданы, кто-то успокаивал шипящих кошек. Айла — с одним стареньким чемоданчиком — чувствовала себя не то чтобы чужой… скорее невидимой. Никто не провожал её. Никто не ждал. Снейп уже собирался уходить, сказав короткое: — В вагоне тебя встретит староста, а дальше — разберёшься сама. — И еще, - вдруг оглянулся мужчина, — не советую Гриффиндор, попроси шляпу, она послушает. Айла задумалась.  «Почему не гриффиндор? Может, это самый худший факультет? Злые дети?» Айла не знала. Но что-то в Снейпе внушало доверие. Он человек, который забрал Айлу из пансионата. Хоть она и знала, что это не его заслуга, внутри она все равно питала радостные эмоции, когда увидела его. И он стал ее «спасителем», когда увел из ее личного ада. Она глотнула воздух, будто перед прыжком в ледяную воду, и шагнула к поезду. Её туфли глухо стукнули о металлическую подножку, и она оказалась внутри. Было тесно, пахло шоколадом, книгами, шерстью сов и чем-то пряным. — Эй, ты новенькая? — окликнула высокая девочка в мантии с серебристым значком на груди. — Фамилия? — Мэллори. Айла Мэллори, — ответила она тише, чем хотела. — Сюда, — коротко бросила та. — Впереди ещё есть свободное купе. Айла кивнула, пробираясь сквозь вагоны. Кто-то толкнул её локтем, кто-то наступил на ногу, кто-то усмехнулся: — Эй, ты кто вообще? Потерялась? Но вот — открытые двери. Купе было пустым. Маленькое, но уютное: с мягкими сиденьями, кружевной шторкой на окне и тёмным деревом. Она вздохнула и присела, прижав чемодан к груди. Поезд дёрнулся. Мир снова сдвинулся. И покатился. Айла смотрела в окно. Пейзажи мелькали: сначала станции, потом леса, потом бесконечные холмы. В какой-то момент мимо купе пробежала тележка со сладостями, и ей пришлось объяснить, что денег у неё нет. Продавщица мягко улыбнулась: — Первый год, милая? Потерпи до ужина. Тебе понравится. Но есть Айле не хотелось. Спустя полчаса дверь в купе приоткрылась, и в него заглянул мальчик — лет двенадцати, с холодными карими глазами и темными кудрявыми волосами. — Здесь свободно? — спросил он, даже не глядя на неё. — Да, — коротко ответила Айла. —Ты кто такая? —Айла. Мэллори. Он сел напротив, посмотрел на её чемодан, на мантии, которые были уложены неровно, на руки, сцепленные в замок. — Ты не похожа на тех, кто учился в Хогвартсе с первого курса. — Я и не училась. — Так и знал, — сказал он с усмешкой. — А я — Теодор. Тео. Нотт. Она молча кивнула. — Если ты попадёшь в Слизерин, держись рядом со мной. Там свои порядки. Выживают только те, кто умный. Или полезный. — А если я не попаду? — Айла посмотрела в окно, не желая показывать, как её задело слово “выживают”. — Тогда ты никому не интересна, — пожал плечами Тео. — Впрочем, узнаем через пару часов. К вечеру поезд замедлился, пар начал стелиться по полу, клубясь, как туман. — Надень мантию, — сказал Тео, вставая. — Сейчас выйдут старосты, построят всех. Потом лодки, потом распределение. Никаких глупых вопросов, просто делай, как все. Айла натянула чёрную мантию, чувствуя себя актрисой в чужой пьесе. Всё происходящее всё ещё казалось сном. Нереальным, как старые сказки, которые она читала в детстве под одеялом с фонариком. У выхода их ждал великан. Настоящий. С густой бородой и добрыми глазами. Он крикнул: — Первокурсники — сюда! Все за мной! Тео скрылся среди старших учеников, а Айла встала рядом с маленькой девочкой с рыжими волосами. Та испуганно держалась за край мантии. — Я Джинни, — прошептала она. — А ты? — Айла. — Мне страшно. — Мне тоже, — честно ответила она. Лодки скользили по чёрной воде, отражая в волнах величественный силуэт замка. Айла не дышала. Она никогда не видела ничего прекраснее. Тепло в груди — то самое, которое началось утром — теперь разгорелось почти до боли. Замок. Свет в окнах. Врата, открытые для неё. Она существует. Она где-то нужна.                     Большой Зал В Большом Зале было тепло, ярко и шумно. Над головами — летающие свечи, потолок, как ночное небо, четыре длинных стола. У входа стояла табуретка, а на нём — старая потрёпанная шляпа. Та самая, о которой рассказывали по дороге. Распределяющая. Когда назвали «Мэллори, Айла», наступила тишина. Она вышла вперёд, сжав пальцы. В голове гудело. Всё внутри кричало: не опозорься, не упади, не дрожи. Шляпа опустилась ей на голову. Темнота. Тишина. А потом — голос. Прямо в ухо. — Ну-ну… И кто ты у нас такая? Страх… гнев… боль… но и сила… Сила выжить, когда никто не помогает. Интересно… очень интересно.  Айла затаила дыхание. Голос был настолько близко, как будто в голове. — Никаких знаний. Только предположения. Но уверенность, желание показать себя. Тайны, под завесой непроглядного тумана. Как печально. — Только не Гриффиндор, — прошептала она почти мысленно. — Гриффиндор? Нет, тебе туда не надо. Ты не та, кто бросается на амбразуру ради славы. А вот Слизерин… Да, там ты научишься использовать то, что у тебя уже есть. Там тебя не сломают. Или сломают, но ты выживешь.  Айла стиснула зубы. — СЛИЗЕРИН! — выкрикнула шляпа. Аплодисменты. Где-то справа — стол в зелёных цветах, с серебром и гербом со змеёй. Тео кивнул ей. Другие — смотрели с интересом. С прищуром. Снейп, сидящий за учительским столом, едва кивнул — она его послушала. Айла села за слизеринский стол. Сердце стучало, но уже иначе. Айла Мэллори. Ученица Хогвартса. Слизеринка. И впервые за много лет она почувствовала: она — на своём месте. Когда все ученики были распределены, директор встал. Его голубые глаза сверкнули в свете свечей, и зал мгновенно стих. — Добро пожаловать в Хогвартс! И здравствуйте наши бывалые ученики! Пусть этот год будет для всех вас полон открытий, знаний и…волшебства, — он улыбнулся, и столы, как по команде, взорвались едой. Айла вздрогнула: перед ней появились жареная курица, запечённые овощи, золотистые булочки, картофель в мундире, пармезановые пироги, ягоды, тосты, соки… Она не знала, за что хвататься. В пансионате такого не было даже по праздникам. — Ешь, а то останешься голодной, — с усмешкой сказал Тео и положил ей на тарелку кусок мяса. — Спасибо, — тихо ответила она. Её взгляд блуждал по залу. На столе Гриффиндора она заметила рыжеволосую девочку, ту самую, Джинни. Та как будто искала глазами Айлу — и когда нашла, посмотрела с грустью или злобой? Айла удивилась.  — Кто эта новенькая? — раздался за спиной презрительный голос. — С мятой мантией и лицом, как у домового эльфа. Айла обернулась. Перед ней стоял мальчик с бледной кожей и светлыми волосами, явно привыкший к вниманию. За его спиной стояли два полных мальчика, как два глупых столба. — Драко Малфой, — прошептал Тео, склонившись к Айле. — Игнорируй его. — Серьёзно? — сказал Драко, скрестив руки. — Тео, ты с этим… существом в купе ехал? Надеюсь, ради научного интереса. Айла сжала зубы. Руки дрожали, но она ничего не сказала. — Заткнись, Малфой, — спокойно сказал Тео. — Она со мной. Не трогай её. — Оу, Тео, неужели ты завёл питомца? У тебя всегда был странный вкус. — А у тебя — странное лицо, — спокойно парировала Айла. — Словно его делал кто-то с кривыми руками. Некоторые слизеринцы прыснули. Малфой побагровел. — Ты ещё пожалеешь, Мэллори, — процедил он, отступая. — Уже жалею, что услышала твоё имя, — буркнула она. Тео улыбнулся — уголками губ, почти незаметно. — Молодец, — сказал он. — Не всем хватает духу ответить Малфою. Особенно в первый день. — В пансионате и не такое бывает, - глядя в тарелку прошептала Айла. Тео не услышал. Это хорошо, будет меньше глупых вопросов. Айла отвела взгляд. Впервые с утра она почувствовала, что её не смогут сломать. Не здесь. Не теперь.                          Подземелья  Общежитие Слизерина находилось в подземельях. Стены — из серого камня, зелёные фонари отбрасывали тусклый свет, потолок был высокий, окна — прямо под водой. Сырость и холод. Айла подошла к одному из окон — за стеклом была лишь зеленая вода, плавали чёрные водоросли, иногда мелькала тень гигантской рыбы. — Добро пожаловать домой, — сказал кто-то за спиной. Это была староста — высокая девушка с холодным голосом. — Твоя кровать — у дальней стены, слева. Не забудь запомнить пароль: “Nobilitas in tenebris”. Без него не войдёшь. — Что это значит? — спросила Айла. — “Благородство во тьме”, — коротко ответила староста. — Это про нас. Айла легла на постель. Простынь была свежей, но прохладной. В голове шумело от всего нового. Она открыла шкатулку, что привезла с собой, достала кулон. Буква “L” поблёскивала в тусклом свете. “Кто ты? Почему ты у меня есть?” — подумала она. Но ответа не было. Айла надела кулон.  Айла закрыла глаза. И впервые за долгое время лежала не в страхе, а в ожидании.  Спальни Слизерина были тихими и тёмными. За окнами скользили водоросли, вода озера тихо шуршала по стеклу. Айла лежала под одеялом, держа в руке кулон с буквой «L». Она долго смотрела на него, пока глаза не начали слипаться. И тогда… ей приснился сон. Она стояла посреди белой комнаты. Без окон. Без выхода. Свет бил со всех сторон, но тепла в нём не было. Перед ней — женщина. Высокая, с теми же темными волосами, что у неё. Глаза темнее ночного неба, губы пухлые, почти без кровинки. — Это ты? — прошептала Айла. Женщина смотрела на неё с холодным безразличием. — Ты мне не нужна, — сказала она. — Что? — Твоё существование — ошибка. Я не хотела тебя. И не собираюсь искать. — Кто вы?! — закричала Айла. — Почему вы так говорите? — Потому что это правда, — женщина сделала шаг назад. — И запомни: ты никогда меня не найдёшь. Даже не пытайся. Свет ослепил, и всё исчезло. Айла проснулась с резким вдохом. В горле стоял ком. Подушка была влажной от слёз. Она села, дрожа. Взяла кулон. Тот был холодным, как лёд. Отойдя от сна, Айла встала с кровати. Подойдя к зеркалу, посмотрела в отражение. Длинные, темные кудри почти доставали до талии. Темные, нет, почти черные глаза, были украшены длинными и густыми, такими же черными ресницами. На болезненно белой коже они выделялись, словно магнит. Среднего размера губы, были слегка розоватые. Нос не большой, с легким прогибом, немного вздернут. Айле нравилась не внешность. Не смотря на суровость пансионата, никто и никогда не говорил что она страшная. Напротив, миссис Уоренн могла указать на недостатки некоторых девочек, но глядя на Айлу, всегда молчала. Может быть даже завидовала, кто знает.  Айла решила пойти в душ, пока ее соседки спят. К слову, она с ними вчера даже не успела познакомиться. Когда они вернулись из гостиной, она уже спала. Сейчас же, напротив кровати Айлы стояло две таких же, с красивыми зелеными балдахинами. Одна девочка лежала лицом к окну и спиной к Айле. Она видела только ее черные, как уголь, короткие волосы. Вторая девочка была блондинкой, средней длинны волосы, блестящие и лежащие волнами. Она спала на спине и Айла видела ее лицо. Она была красивая, и спорить бы с этим было бесполезно, аккуратный и маленький вздернутый нос, круглые глаза и такие же светлые как волосы - ресницы. Бежевая гладкая кожа.  Изучив соседок. Айла направилась в душ. Она понятие не имела сколько сейчас времени, и сколько осталось до завтрака. Но раз соседки еще спят, значит не все так плохо. Айла зашла в душ, сняв с себя платье ночнушку, которые они купили с профессором в Косом Переулке. Насколько Айла поняла, спонсированием ее покупок занялся директор. Хоть сумма и не была огромной, но ей хватило чтобы купить хотя бы немного одежды. Одну юбку до колена, две белые рубашки, брюки, туфли, и две мантии, теплая и обычная.  Ни колгот, ни даже бюстгальтера у девочки нет. Хотя, в нем и не было особого смысла, ведь и так юная, так еще худощавая девочка не имела особых пышных форм. Включив теплую воду, Айла начала мыться. На полке она увидела душевые принадлежности своих соседок. Так как и их у девочки не было, она решила немного взять у девочек, надеясь что они не разозлятся.  Выйдя из душа, на нее уставились две пары глаз. Девочки проснулись. — Доброе утро, - замялась Айла, стоящая в одном полотенце — Привет, - ответила блондинка, - Я Дафна, Дафна Гринграсс, а это, - она указала на темноволосую девочку, - Пэнси Паркинсон — Приятно познакомится, - сказала Айла и посмотрела на двух соседок  — А тебя как зовут? - спросила Дафна, - почему ты только в этом году приехала? — Оу, ну я Айла Мэллори, - девочка замялась, - а приехала позже, потому что не знала что я волшебница.. — Просто прекрасно! - вскрикнула Пэнси, - первая грязнокровка на слизерине, так еще и с нами! -Грязно…кто? - удивленно спросила Айла  — Грязнокровка! Волшебники родившиеся среди маглов, - фыркнула Пэнси — А кто такие маглы? - спросила тихонечко Айла, глядя на Дафну. — Боже! - вскрикнула Пэнси, - Маглы это обычные люди, не обладающие магией! Детей которые рождаются в таких семьях, называют маглорожденными, но вам больше подходит «Грязнокровки», - выплюнула со злобой Пэнси — Пэнси, - обозвалась Айла, - прости конечно что тебе прийдется делить комнату с такой как я, - равнодушно сказала девочка, - но я не знаю кто мои родители, я из пансионата  — Тогда тем более, даже если бы кто-то из твоих родителей был волшебником, мы не узнаем, - не глядя на Айлу, начала собираться Пэнси — А почему у тебя до сих пор мокрые волосы? - Вдруг спросила Дафна — А как их можно высушить? - не поняла Айла — Заклинанием, давай помогу, - сказала Дафна и подняла палочку на волосы Айлы и одним взмахни вышила их  — Спасибо большое, - сказала девочка и пошла в ванную чтобы переодеться. Одев юбку и рубашку, Айла одела зелено серебристый галстук и вышла из ванной. Соседок уже не было. Это плохой знак. Быстро одев мантию и напихав нужные книги из расписания в сумку, Айла выбежала из комнаты.  Зайдя в гостиную, Айла увидела достаточно много ребят. Зацепив взглядом кудрявую голову, она направилась к ней. Тео сидел в кресле и читал книгу. — Доброе утро, - сказала Айла и стала возле кресла, в котором сидел Тео — Доброе, как первая ночь? Закрыв книгу и посмотрев на Айлу, спросил мальчик  -Нормально, только одна из моих соседок… - Айла наклонилась к уху Тео, - была слишком взволнована тем, что я грязнокровка — Твои родители маглы? - не громко спросил Тео — Если бы я знала… - Айла не успела договорить, как ее кто-то перебил  — О, а вот и наша новая достопримечательность, — раздался протяжный голос. Перед ними остановился Малфой, с зачесанными назад светлыми волосами. За его спиной — Крэбб и Гойл, с одинаково надменными лицами. — Малфой, — спокойно сказал Тео, не вставая с кресла. — Нотт, — кивнул Драко и перевёл взгляд на Айлу. — Так ты и есть та самая сиротка из пансионата? Говорят, ты не знаешь, кто твои родители. Очень… трогательно. Видимо, у Слизерина нынче щедрая приёмная политика. Айла молча посмотрела на него, чувствуя, как внутри поднимается холодная волна. Но внешне она оставалась спокойной. — Знаешь, — продолжил Малфой, — мы тут вообще-то славимся чистой кровью. Не хватало ещё, чтобы к нам начали брать кого попало. — Ты говоришь так, будто твоя кровь может сделать кого-то лучше, — спокойно сказала Айла, скрестив руки на груди. — По-моему, тебе стоит чаще мыть голову, а не разбрасываться «грязью». — Что ты… — Малфой шагнул ближе, его лицо перекосило от злобы. Но Тео поднялся и встал между ними. — Хватит, Драко, — твёрдо сказал он. — Хочешь доказать что-то — иди на дуэль, а не срывайся на девчонках. — Уж не влюбился ли ты в эту неизвестно кого? — фыркнул Малфой, скользнув взглядом между Тео и Айлой. — Лучше уж неизвестно в кого, чем в кого-то с пустой головой, — отрезал Тео. — Иди, Малфой. Сегодня у нас история магии, хочешь ты того или нет. Малфой смерил Айлу и Тео презрительным взглядом, развернулся и ушёл прочь, его хвост из Крэбба и Гойла последовал за ним. Айла вздохнула и посмотрела на Тео. — Зачем ты это сделал? — А ты что, предпочла бы, чтобы он шёл дальше? — Тео пожал плечами. — У нас тут так — либо даёшь отпор, либо тебя съедают. А я как-то не люблю, когда едят моих знакомых. Айла чуть улыбнулась, и впервые за долгое время почувствовала, что ей не всё равно. — Спасибо, — сказала она. — Пойдём, у нас через полчаса Снейп. А голодные на его уроках долго не живут - сказал Тео В Большом зале было шумно, тепло и пахло поджаренными грибами, тыквенным соком и свежим хлебом. Над длинными столами летали свечи, потолок переливался утренним небом, а совы проносились с письмами и свёртками. Айла присела за стол Слизерина рядом с Тео и Дафной. Пэнси сидела в другом конце и намеренно не смотрела в их сторону. — Вот, ешь, — протянула ей тост Дафна. — Ты, кажется, вчера ничего толком не съела. — Спасибо, — пробормотала Айла и налила себе тыквенный сок. Он оказался сладким, пряным и совершенно другим, чем то, что она пила в пансионате. В тарелках появлялись новые блюда — яйца, овсянка, булочки с изюмом. Айла с удивлением наблюдала, как еда появляется сама. — Как она… — начала она. — Магия, — усмехнулся Тео. — Добро пожаловать в Хогвартс. Подземелья Хогвартса были холодными и сырыми, воздух в них напоминал сырой камень и мох. Учебная лаборатория, в которую привели слизеринцев и гриффиндорцев, была тёмной, с рядами столов, закопчёнными котлами и полками с банками, в которых плавали непонятные существа. Когда дверь заскрипела, и в класс зашёл профессор Снейп, разговоры мгновенно стихли. — Садитесь, — сказал он тихим, но жёстким голосом. Айла села рядом с Тео. Снейп встал у доски, оглядывая класс ледяным взглядом. — Я не буду размахивать палочкой, как какой-нибудь фокусник. Зельеварение — точная наука. Кто не умеет думать — сгорит вместе с котлом, — он подошёл ближе. — Сегодня вы будете готовить простейшее зелье успокоения. Ингредиенты на столе, инструкции — у вас. Тот, кто сделает ошибку, будет чистить казаны весь вечер. Айла быстро пробежалась по списку. Валериана, корень аира, сок лунного мака… — Начали. Она аккуратно нарезала ингредиенты, прислушиваясь к бульканью в котле. Тео молча следил за её движениями, иногда подсказывая: — Медленнее, не кипяти так сильно. — Прости, — пробормотала она. Снейп остановился возле их стола. Он посмотрел в котёл, потом на неё. — Меллори, — произнёс он медленно, — ты хоть представляешь, чем грозит передозировка лунного мака? Айла подняла глаза. Внутри похолодело. — Нервным параличом? Снейп усмехнулся. — Верно. Хотя я бы предпочёл, чтобы ты не проверяла это на себе. Продолжайте. Когда урок закончился, её зелье оказалось одним из лучших. — Неплохо, — сказал Тео. — Для первого раза — очень даже. Профессор Макгонагалл была строгой, но справедливой. Она стояла перед классом, словно статуя, в чёрной мантии, с тонкими очками и волосами, собранными в тугой пучок. — Трансфигурация — это не игра. Это одна из самых сложных и опасных дисциплин. Неверное движение — и вы не узнаете, где заканчивается нос, а где начинается чайник. Ученики рассмеялись, но быстро замолчали, когда она ударила палочкой по столу, и спичка перед ней превратилась в иголку. — Сегодня ваша задача — то же самое. В конце урока я жду, что хотя бы у некоторых получится. Айла села, стараясь запомнить движения. Она пробовала, снова и снова, и её спичка чуть задрожала — и… потемнела, но осталась спичкой. — Чуть-чуть не хватило, — сказал Тео, наблюдая за её попытками. — Ещё успею, — упрямо ответила Айла. Макгонагалл прошла мимо, кивнув ей. Это был крошечный, но важный знак. Последний урок оказался куда менее захватывающим. Профессор Биннс — бестелесный призрак в старомодной мантии — буквально «вплыл» в класс сквозь стену, не заметив изумлённых лиц первокурсников. — Откройте страницы седьмую по двенадцатую, — прозвучал его монотонный голос, — и запишите имена одиннадцати гоблинских вождей, сыгравших роль в восстании 1612 года… Айла сидела с открытым учебником, но мысли уносились далеко. В голове крутились слова Пэнси, зелье у Снейпа, трансфигурация… и Драко Малфой с его прищуром. Тео тихо чертил на полях фигурки с надписями «Гоблин 1», «Гоблин 2». Айла вдруг поняла, что не привыкла к такому потоку событий. День только начался — а казалось, прошла неделя. В какой-то момент профессор Биннс начал рассказывать о том, как эльфы отказались участвовать в битве при Скарн-Роке. Айла положила подбородок на руку и уставилась в окно. Солнце садилось, и небо за стеклом постепенно наливалось тёмно-синим. Когда она вернулась в комнату, Пэнси там уже не было. Наверное, пошла плести сплетни в гостиную. Зато Дафна лежала на кровати с книгой по заклинаниям. — Живая? — спросила она, не отрываясь от страницы. — Почти, — ответила Айла, стягивая мантию. — Я думала, урок истории будет лёгким. Но оказалось, это пытка. Дафна усмехнулась: — Ты ещё лекции Флитвика не слышала. Он прячет важное между строк, как ребусы. — Великолепно, — пробормотала Айла. — Значит, скоро начну проигрывать в головоломки. Она достала пижаму, быстро переоделась и легла, укрывшись зелёным одеялом. Потолок над ней переливался мягким светом лампы у кровати. Дафна повернулась на бок. — Ты нормально? После Малфоя? Айла кивнула: — Мне не впервые, когда кто-то пытается задеть. Только теперь всё… серьёзнее. Здесь важно, кто ты. А я даже не знаю, кто. — Когда узнаешь, скажи мне, — тихо сказала Дафна. — Мне кажется, это будет что-то интересное. Айла хотела что-то ответить, но веки уже налились тяжестью, а сознание начало расплываться. В темноте Айла стояла на каменном полу. Вокруг — ни стен, ни окон. Только чёрная гладь и свет, льющийся сверху, будто с луны. Было холодно, но не от воздуха — от ощущения. Из тени вышла женщина. Её волосы были точно такие, как у Айлы — густые, чёрные, волнистые, доходили до середины спины. Глаза горели — не гневом, а усталостью. — Ты, — сказала она. — Ты не должна была родиться. Айла попыталась двинуться, но ноги будто вросли в пол. — Кто вы?.. — Мне не нужна ты. Ты — ошибка. Я не искала тебя. И никогда не найду. Женщина отвернулась. Пространство вокруг дрогнуло, стены пошли трещинами. Свет померк. Осталась только пустота и голос, повторяющийся эхом: “Ошибка. Ошибка. Ошибка…” Айла проснулась с шумным вдохом. Сердце колотилось, лицо вспотело, а простыня была сброшена. В комнате было тихо. Дафна спала, повернувшись к стене. За окном тускло светили лунные пятна на стекле. Она медленно села, провела рукой по лицу. Кто это была? Почему она такая знакомая?.. Айла ещё долго не могла уснуть, вглядываясь в потолок, пока утро не разлилось над замком и не позвало её в новый день.