.

Минджи вела свой Субару Форестер почти не касаясь руля — пальцы лишь слегка обхватывали кожаную оплётку, пока другая рука, опущенная в открытое окно, резала встречный ветер. Этот выходной обещал быть безумно запоминающимся! Они впервые вот так просто решили выехать с ребятами на природу, бросить всё и схватить килограммы мяса, переносной гриль и удобные спальники, чтобы расслабиться на свежем воздухе где-нибудь загородом. Только проблема, пожалуй, заключалась лишь в одном — палатка у Минджи была одна, а друзей в машине ехало трое... Хотя, проблема эта, впрочем, была несущественной, ведь никто же не мешал переспать всё это дело в машине, верно? Да вот только весь салон был забит вещами; Тэхён и Гук слишком высокие, чтобы спать сидя, а Минджи парни всяко разно бы не оставили одну, хоть и совсем рядом. Тэхён сидел на пассажирском сидении спереди. Всю дорогу он не сводил глаз с окна, лишь иногда доставал телефон и фотографировал пейзажи, чтобы потом пополнить свой Инстаграм каруселью из атмосферных снимков природы. Чонгук же, вальяжно раскинув ноги на сумари и заняв собой всё место сзади, дискутировал с Минджи по поводу того, кто будет готовить ужин, когда они доберутся до места. Девушка, не сводя глаз с дороги, буквально принципиально настаивала на том, чтобы готовкой занялся кто либо из парней, так как это было попросту кощунством скидывать ещё и заботу о еде на её хрупкие плечи (и так досталась задачка: довести этих двоих до места кемпинга). Гук же выкрикивал что-то просто ну до ужаса сексистское, выступая за то, чтобы продуктами распоряжалась «единственная дама в компании». Минджи намеренно старалась не слушать эту сущую ересь. Место для стоянки они выбрали живописное, вдали от цивилизации, прямо у кромки воды чистого озера. Пока Тэхён устанавливал палатку, а Чонгук занимался грилем, Минджи наконец позволила себе немного выдохнуть. Заплетя пепельные волосы в высокий хвостик, она решила пройтись по окрестности, разглядывая высокие сосны с неописуемым восхищением. В последний раз они с ребятами вот так выбирались только в ближайший караоке бар. Наибанальнейшее место, куда можно сходить с друзьями. Ну попели песни, выпили пива, перекусили крабом, и что? Скука смертная! Природа же отзывалась в груди совершенно иначе. Хотелось прыгать от радости, вдыхая этот кристально чистый воздух, который был так непохож на тот, что был дома, где работа и другие проблемы заполняли собой всю голову. Бросив взгляд на машину, Миджи снова пришла к выводу, что внутри им попросту не улечься. Во-первых, всё и вправду было забито до отказа — кроме гриля и спальников, там валялись дрова, сумка-холодильник с мясом и бутылками соевого соуса и ещё три рюкзака с непонятно чем (Чонгук взял с собой колонку, гитару и запасной спальный мешок «на всякий случай»). Во-вторых, Тэхён уже пробовал прикорнуть на переднем сиденье, откинув спинку, но его ноги упёрлись в бардачок, а шея неестественно выгнулась — через десять минут он еле-еле как уселся удобнее, потирая затекшие мышцы.       — «Чёрт, да я лучше на земле спать буду», — ворчал он, вылезая из машины. Чонгук, конечно, предложил «по-джентльменски» отдать задние сиденья Минджи, но та только фыркнула:       — «Ты серьёзно? Там даже котёнка не уложишь — всё твоё барахло заняло!» Она ткнула пальцем в груду вещей: между гитарой, коробкой с углём и запасами воды не осталось ни сантиметра свободного места.       — «Значит, палатка», — заключил Тэхён, разминая плечи. Когда мясо было уже готово, а спальники в палатке разложены, ребята решили искупаться в озере. Солнце уже коснулось верхушек сосен, залив озеро густым янтарём. Воздух стал тяжёлым от запаха нагретой хвои и влажной земли. Скинув помятые футболки и шорты, Тэхён и Чонгук первыми бросились в воду, хохоча так громко, что эхо пугало даже пролетающих мимо птиц. Парням в этом плане всегда везло больше, они могли в любой момент раздеться и в трусах рвануть купаться. Минджи же, конечно, хоть и подозревала, что они остановятся вблизи водоёма и полезут плавать, всё равно почему-то не взяла купальник... Щеголять перед друзьями в одном нижнем белье, к тому же из разных комплектов, ну совершенно не было никакого желания. — Ну же, Ми! Иди скорее к нам, вода тёплая! — весело кричал Тэхён издали. Девушка подошла ближе к озеру, неуверенно проходя в воду. — С дуба рухнула? — Чонгук, стоя по пояс в воде, зачесал мокрые волосы назад, — ты хочешь так, серьёзно? — его неодобрительный взгляд скользнул по её силуэту. Минджи опустила глаза на своё тело. Ну собиралась она искупаться в шортах и майке, что с того? — Не дрейфь! — захохотал вдруг звонко Тэхён, — ты забыла ту вечеринку в честь выхода альбома? Все мы видели тебя в нижнем белье, так что сейчас то изменилось? Не надо стыдиться. Минджи закатила глаза и через секунду тут же резко дёрнула майку через голову. Следом уже полетели и шорты на мягкую траву, что распростёрлась ковром около берега. Её грудь, упругая и бледная в чёрном кружеве, поднялась от глубокого вдоха. Трусы — простые, хлопковые — вдруг показались неприлично откровенными на фоне этого бюстгальтера. Тэхён замер, а Чонгук невольно выдохнул: — О... — Что, «о»? — Просто... — Чонгук внезапно покраснел. — Чёрт, лезь уже сюда! Минджи прошла поглубже, вода мягко обвила её худые лодыжки. Всплески, крики, брызги... Чонгук смеялся так громко, что чуть не упал, поскользнувшись о камень, но тут же получил волной в лицо от вынырнувшей Минджи. — Вы оба — дети! — она смеялась, выплёвывая воду, которую случайно набрала в рот. Тэхён, погрузившись по грудь в озеро, намеренно ударил по волне рукой. Его глаза блестели в вечерних сумерках. — Зато весело. И воспоминания то какие яркие! Она хотела что-то ответить, но вдруг осознала, как близко он подплыл к ней. И Чонгук — с другой стороны... совсем рядом. Парни продолжали веселиться, а вот самой Минджи резко перестало хватать воздуха, от чего она поскорее решила выбраться на берег и перевести дух от этого дурачества. — Перекусить не желаете? — спросила девушка уже с берега, вытирая тело заранее подготовленным полотенцем. Она, почему-то, не спешила вновь накидывать на себя одежду. Два раза спрашивать не было никакой необходимости. Ребята тут же рванули к грилю, накладывая в тарелки куски зажаренной свинины. Тэхён открыл банку пива, падая на траву около палатки, намеренно растягиваясь так, чтобы его босые ноги касались ступень Минджи, которая устроилась на раскладном кресле рядом. Пиво оставило влажный след на его нижней губе, и он лениво слизнул его, не сводя с подруги глаз. Слишком внимательных и слишком... голодных? — Мясо удалось, — пробормотал Чонгук, но его внимание было приковано к тому, как Минджи вытирала пальцы салфеткой — слишком медленно, один за другим. — Хорошо, что успели поужинать перед тем, как совсем стемнелось... Они какое-то время ещё провели на улице, убирая всё лишнее в мусорные пакеты. Чонгук подвесил к потолку палатки небольшой фонарик, чтобы было чуть больше света в их поле зрения. Когда на небе выглянула луна, а в зарослях застрекотали кузнечики, подул ветер. Минджи невольно вздрогнула от внезапного холода и принялась искать в салоне автомобиля свою толстовку. Она всё ещё была завёрнута лишь в одно полотенце, в то время как парни стояли и вовсе только в трусах. — Ты чего там ищешь, Ми? — спросил Тэхён. — Да холодно просто стало, — ответила она, не переставая рыскать по коробкам и пакетам, — хочу толстовку найти. Но, как назло, она её, конечно же, не нашла. Одно дело забыть купальник, но уж без тёплых вещей выбираться на кемпинг... совсем позорно! Чонгук, заметив разочарование в глазах девушки, подошёл сзади и, обхватив её за руку, повёл в сторону палатки. — Там греться будем. — Его голос звучал как приказ. Уж больно надменный для такого оболтуса... — Спальников-то, благо, как раз три. — Я, наверное, всё же в машину, — она постаралась отстраниться, но Чонгук осилил хватку на её запястье. Минджи попыталась вырвать руку, но Чонгук только крепче сжал пальцы. — Эй, Халк ты хренов! Вообще то больно! — она фыркнула, но уголки губ предательски дрогнули. Не замечала она в себе раньше склонности к мазохизму... — Врёшь, — Тэхён лениво подошёл с другой стороны, блокируя путь к отступлению. — В палатке мы и впрямь все быстро согреемся. Нужно только притащить вещи, которые мы разбросали по всей территории. Внутри палатки оказалось ещё теснее, чем предполагалось. Тэхён, сгребя всю их одежду, залез первым. Следом, устраиваясь посередине, подползла Минджи, всё ещё придерживая пальцами полотенце вокруг своего тела. Чонгук забрался последним, закрывая на замок тканевую дверку. Пока Тэхён что-то нарочито искал в кармане своих шорт, рука Чонгука «нечаянно» задела уже такое ненужное в этой ситуации девичье полотенце, сдвигая край. — Ой, прости... — он не убрал руку, проводя пальцами по оголённому бедру. Минджи закусила нижнюю губу, подавляя смешок. Приняв правила игры, она приподняла таз, позволяя ткани сползти окончательно. Взору Гука опять пристала её вздымающаяся пухлая грудь. Через ткань кружева чётко виднелись затвердевшие от холода соски, но это было не самое неприятное. Хуже всего — предательское тепло, разливавшееся внизу живота каждый раз, когда Чонгук нарочно задерживал на ней взгляд.       «Они же друзья...», — напоминала себе Минджи. Но тело, кажется, напрочь забыло про дружбу. На все принципы был положен огромный хер. — Опа! Нашёл! — Тэхён вдруг отлип наконец от своих шорт, переводя взгляд на друзей. Заметив полуголую Минджи, он застыл на мгновенье, но всё же нашёл в себе силы продолжить: — Отгадайте, что это у меня в кармане? — Если ты достанешь презерватив, я тебя убью, — Минджи прикрыла лицо ладонью, но не смогла сдержать смех. Похоже, эти двое хорошо подготовились... — А вдруг пригодится? — Чонгук подхватил шутку, притворно перекатываясь через девушку и заглядывая ему в карман. — Ого, смотри — два! Ещё и со вкусом клубники! — Невыносимы... — она пнула Тэхёна голой ногой, но он ловко поймал её лодыжку. Его большой палец провёл по чувствительной коже под коленом — и она вздрогнула. — Ну правда, вы оба — отвратительные актёры! Впрочем... неважно. Ваш план был раскрыт только сейчас. Каюсь, не догадалась раньше. Чонгук улыбнулся во все тридцать два ровных зуба. Его рука, такая тяжёлая и большая, накрыла целиком девичье бедро. Он сжал мягкую податливую кожу, в то время как Тэхён, тоже переходя к наступлению, медленно коснулся затылка Минджи, заставляя её посмотреть на него. — Так что ты на это скажешь, м? — шёпот Кима отозвался мурашками, — готова? Не пожалеешь? Мы можем остановиться... Сердце Минджи колотилось так громко, что, казалось, заглушит даже шум ветра и стрекотание кузнечиков за стенками палатки. Остановиться теперь..? После такого взгляда Чонгука? После того, как пальцы Тэхёна уже впились в её волосы, слегка оттягивая голову назад? — Вы… серьезно? — она театрально вздохнула, снимая резинку с волос, позволяя влажным прядям упасть на плечи. — Наш дружеский выезд на природу превращается в оргию. Да и я погляжу, вы просто мечтали об этом, извращуги! — А ты не мечтала? — Тэхён приподнял бровь, намеренно опуская взгляд к её груди. Минджи закатила глаза, но предательский румянец выдавал её с головой. — Ладно, ладно… — она наконец сдалась, выдыхая со смешком. — Но если кто-то начнёт говорить нежные глупости — я немедленно ухожу! Буду спать скрученной в машине. — Обещаем, — Чонгук притворно-торжественно поднял ладонь, но тут же нарушил клятву, мокро целуя её плечо. — Только «милая» и «какая же ты красивая», но это не глупости! Это святая правда. Тэхён фыркнул, но не стал спорить. Вместо этого он наклонился, ловя её губы в горячий поцелуй, пока Чонгук отвлекал её ладонью, скользящей вниз по напряжённому животу. Кольцо на его мизинце показалось особенно холодным, когда металл коснулся тёплой кожи. Минджи ахнула в рот Тэхёна, когда пальцы Гука упёрлись в резинку её трусиков. — Эй, это нечестно! — она попыталась вырваться, но Тэхён лишь глубже впился в её губы, а Чонгук уже заводил руку под ткань. Он делал это настолько, мать вашу, медленно, что девичье тело чувствовало каждую шероховатость его подушечек пальцев... — Кто говорил про честную игру? — прошептал он, касаясь её гладкой кожи, и Минджи резко выгнулась, вцепившись ногтями в плечо Тэхёна. Друзья обменялись взглядом над её головой. План срабатывал идеально... Минджи уже не собиралась сопротивляться — её тело само рвалось навстречу их прикосновениям, будто знало, что пытаться вырваться бессмысленно. Да и зачем? Чонгук, наконец, снял с неё хлопковую преграду, и его пальцы скользнули между её бёдер, заставив её вздрогнуть. — Холодные, — отстранившись от Тэхёна, прошептала она, кусая губу. — Это потому что ты горячая, — парировал он с ухмылкой, целуя её шею. Тэхён решил также стянуть с неё бюстгальтер. Тонкий ремешок бретелек врезался в кожу — Ким ловко поддел его ногтем. — А ну осторожнее там! Это от Виктории Сикрет, — фыркнула Минджи. — А я думал, это просто красивая помеха, — проворчал он, но всё же поцеловал покрасневшую полосочку на её плече в знак извинений. Чонгук тем временем уже ввёл пальцы внутрь, медленно и властно, будто знал каждый её изгиб лучше, чем она сама. И когда он нашёл тот самый ритм, её тело ответило ему дрожью, выгибаясь в немой мольбе «быстрее...» или «медленнее», она уже не понимала... Тэхён же, не желая оставаться в стороне, притянул её ближе, и их смех слился в один поцелуй. — Тише, — прошептал он, — а то кто-то услышит, как мы тут… исследуем анатомию. — Мы в четырёх часах езды от города... да и с такими преподавателями... м... я готова учиться вечно... — хохотнула Минджи со стоном, закатывая глаза, но её дрожь выдавала совсем другие мысли. Её дыхание сбивалось — между пальцами Чонгука, губами Тэхёна и собственным бешеным пульсом она уже теряла границы реальности. В палатке становилось душно, на внутренней стороне тента собирался конденсат. Когда Чонгук наконец отстранился, чтобы достать презерватив, Минджи на мгновение замерла, чувствуя, как горячий воздух касается её кожи. Чон в момент ловко разорвал упаковку зубами (конечно же, он не стал бы возиться с этим в такой момент!), и она не смогла сдержать смешок. — Что, никогда не видели, как упаковку открывают? — проворчал он, но в его глазах читалось явное самодовольство. — Просто думала, что ты и это сделаешь… чуть изящнее. А не просто как типичный пошляк. — Она невольно залюбовалась тем, как его пальцы обхватывают упругий латекс, как он прижимает его к головке, чтобы не осталось воздуха. Опыт? Да, определённо... Минджи не успела и опомниться, когда его пальцы скользнули по её внутренней стороне бедра, помогая ей приподняться. Чонгук улёгся на спину, его руки медленно обвили её бёдра, направляя движение. В палатке было мало места, приходилось наклоняться, чтобы не задеть потолок и случайно не обрушить всё. Минджи взобралась на него, чувствуя, как его тело напрягается в ожидании, но развернулась не к нему, а к Тэхёну, который уже стоял перед ней на коленях, его тёмные глаза пылали голодом. — Ну что, преподаватель, — прошептала она, задорно приподнимая бровь, — теперь экзамен по практике… сдаю я. Тэхён рассмеялся, но его пальцы уже впивались в её талию, пока Чонгук с наслаждением наблюдал, как она медленно опускается на него… — Приподнимись-ка, — прошептал он, и его большие ладони легли на её ягодицы, мягко сжимая и направляя. Минджи уперлась коленями в тёплый спальник по обе стороны от его бёдер, почувствовав, как мышцы его живота напрягаются под её ладонями, когда она выполнила указание. Её движение было медленным, почти кошачьим и грациозным. Сначала она приподняла таз, ощущая, как головка его члена скользит по её влажным складкам. Чонгук сжал губы, наблюдая, как она наконец заняла позицию прямо над ним. Одной рукой он придерживал основание своего члена, другой продолжал направлять её бедро. Минджи опускалась на него с мучительной медлительностью, чувствуя, как он постепенно заполняет её изнутри. Сначала лишь кончик, затем — неспешное, почти болезненное погружение, пока она не села на него полностью, ощущая, как его лобок прижимается к её клитору. Уперевшись ладонями в крепкую грудь Гука, она начала медленно двигаться, боясь задеть головой каркас палатки, сам же Чонгук не переставал крепко держать её за бёдра, задавая нужный темп. С каждым толчком её грудь подпрыгивала всё выше, а Тэхён следил за этим, как чёртов озабоченный придурок!.. Заметив на себе пристальные тёмные глаза, Минджи резко прикрылась ладонями, пепельные волосы прилипли к мокрой коже, образуя полупрозрачную занавеску. — Не прячь её... — он схватил девушку за запястья, оттянув в сторону. Следом он потянулся до её волос, чтобы откинуть их назад, вновь обнажая грудь. Девичья кожа горела от стыда, но, несмотря на это, соски всё равно набухли от возбуждения. Тэхён любовался этим зрелищем. Было забавно наблюдать за тем, как она пыталась сжать плечи, чтобы хоть как-то прикрыться. Минджи закинула голову назад, чувствуя, как соски задевают кимовы губы при каждом движении. Когда же Чонгук усилил ритм, грудь закачалась сильнее. Тэхён тем временем наклонился вперёд, его губы обхватили её сосок, язык выписывал мокрые круги по алой ареоле, пока его пальцы находили её клитор. — Чёрт!.. — она сильнее вцепилась в тело Чонгука, когда Тэхён начал играть зубами, слегка потягивая мокрый от слюны сосок в такт движениям. Его слюна блестела на её коже, смешиваясь с потом от напряжения. Чонгук замедлился, давая Тэхёну полностью сосредоточиться на девичьей груди: одна рука Тэхёна сжимала свободную выпуклость, пока губы и язык обрабатывали второй сосок. Глаза следили за её лицом, ловя каждую эмоцию. — Ты... мм... так любишь это?.. — Минджи задыхалась, чувствуя, как её тело раскачивается между ними. — Даже представить не можешь, насколько... — Тэхён отстранился на секунду, чтобы плюнуть на сосок и снова захватить его в рот, уже грубее. Чонгук резко приподнял её, изменив угол — и верхняя часть Минджи затряслась ещё отчаяннее. Кима возбуждало именно это: как её грудь колыхалась, когда Чон вгонял её в себя всё глубже и глубже, как он сам ловит её сосок ртом при каждом падении вниз, как проводит языком по ареоле, когда она подпрыгивала в такт бешенным толчкам. Он не удержался от комментария: — Такая упругая... Чонгук, ты чувствуешь, как она дрожит? Минджи уже не могла говорить — только мычала, сжимая веки от переизбытка ощущений. Когда Чонгук вошёл в неё вновь, Тэхён наконец отлип от её покачивающейся плоти — но только чтобы шлёпнуть по ней ладонью, оставив лёгкую красноту. В этом положении каждый её нерв был обострён — она видела, как напрягаются ноги Чонгука, чувствовала каждый вдох Тэхёна на своей коже. Её собственное тело реагировало с невероятной силой — внутренние мышцы сжимали Чона всё сильнее с каждым движением, а когда пальцы Тэхёна ускорились вокруг её клитора, она поняла, что долго не продержится... Миг... и её бёдра дёрнулись в судорожном рывке, пальцы впились в грудь Чонгука, оставляя красные полосы. Внутри всё сжалось так сильно, что он застонал сквозь зубы — его член пульсировал в ней, но он явно сдерживался, сжимая её задницу почти до боли. — Ты... не даёшь мне шанса, — прохрипел он. — Кажется, сейчас настанет очередь Тэ... Минджи взорвалась волнами удовольствия, её тело выгнулось в дугу. Чонгук медленно вышел из неё, его наполненный презерватив блестел в тусклом свете фонарика. Воздух палатки охладил влажную девичью кожу, заставив её задрожать от нахлынувшего наслаждения. — Ты в порядке? — прошептал Тэхён, его пальцы уже скользили по её обмякшим ногам. Минджи кивнула, слишком перегруженная, чтобы говорить. Её тело всё ещё дрожало от оргазма, но когда Тэхён наклонился, чтобы снова провести языком по её соску, она почувствовала, как низ живота снова наполняется теплом. Чонгук отполз чуть дальше, его грудь сильно вздымалась с каждым мелким вздохом. — Кажется, ты ещё не закончила... — хрипло усмехнулся он, наблюдая, как Тэхён целовал её живот, медленно спускаясь ниже. — А вообще да, женское тело может оставаться возбуждённым после оргазма. На практике как раз и проверенно... Тэхён раздвинул её бёдра шире, его дыхание обжигало влажную кожу. — Сможешь ещё? — спросил он, прежде чем язык коснулся её перевозбуждённого клитора. Ответом стал протяжный-протяжный стон, когда её тело снова отозвалось на прикосновения. Пальцы Тэхёна осторожно вошли в неё, словно, блин, проверяя с какой-то неведомой целью! Было очевидно, что она готова. Она была размягчённой, податливой, но всё ещё чувствительной после Чонгука. — Боже, ты идеальна... — прошептал Тэхён, доставая презерватив. Звук рвущейся упаковки заставил Минджи открыть глаза. Чонгук приподнялся, чтобы помочь — его руки легли на бёдра Минджи, разворачивая её немного набок. — Так тебе будет удобнее, — объяснил он, пока Тэхён занимал позицию между её ног, также на боку. Первый толчок был осторожным — Тэхён вошёл медленно, давая ей время привыкнуть к новым ощущениям. Минджи закусила нижнюю губу, её пальцы вцепились в спальник под ней. Чонгук, ещё толком не успевший перевести дыхание после собственного оргазма, разглядывал эту картину ну просто с огромнейшим восхищением. — Тебе хорошо?.. — спросил Тэхён, замирая полностью внутри. Она кивнула, и только тогда он начал двигаться увереннее — сначала неспешные, глубокие толчки, затем быстрее. Она чувствовала, как его тяжёлые яйца вбиваются в разгорячённое тело. Было приятно до мурашек, до судорог в икрах... Чонгук не мог остаться безучастным — он заметил, что лицо Минджи было направлено в его сторону, и, не теряя времени, он нежно поцеловал её в губы, укладывая ладони на тонкую девичью талию. Это было иное удовольствие, более мягкое, но не менее интенсивное. Когда Тэхён ускорился, его пальцы впились в её красные бёдра, она почувствовала, как новое напряжение нарастает внизу живота. — Я... я ... — её голос сорвался, когда волна накрыла её, заставляя Тэхёна кончить следом, его тело напряглось над ней. Они обмякли вместе, их тяжёлое дыхание наполнило тесную палатку. Тэхён, стянув презерватив, устало уложил Минджи на себя, его руки крепко и посвойски обнимали её сзади. Чонгук устроился к ним рядом, его нога была заброшена поверх обоих, пальцы рисовали шишки и листья на её мокрой от пота спине. Запах в момент словно сам сгустился от тесного пространства — солёная кожа, нейлон, остатки дезодоранта... — М-да... — вдруг выдохнула сквозь приоткрытый рот Минджи, медленно проводя пальцами по рёбрам Тэхёна, — как выяснилось, палатка может скрыть многое, когда друзья становятся чем-то большим... — Ну... главное, что кемпинг удался! — растягивая губы в блаженной улыбке, отозвался Чонгук. А ведь и не поспоришь! Согрелись они и впрямь весёлым способом.