«Твой парень тебе изменяет»

Стелла смотрит на экран телефона, не сводя глаз с полученного сообщения. Номер неизвестный, но с учетом того, кто парень девушки, удивляться тут нечему. Блэйд умеет быть пугающим, когда захочет. Сначала она подумывает проигнорировать это. В конце концов, если бы Блэйд на самом деле к ней охладел, он бы дал это понять. Прямо. Он бы не стал отправлять завуалированные сообщения – Стелла даже не уверена, умеет ли он такие составлять – и уж точно не играл бы в психологические игры. Он бы просто сказал девушке в лицо, без лишних слов, чтобы она оставила его в покое – навсегда. Так что измена... Совсем не в его стиле. Особенно с учетом того, сколько времени и усилий потребовалось обладательнице разрешительной силы стелларона, чтобы пробраться в потаенный уголки его сердца. И вот теперь он вдруг с кем-то другим? Смешно. Почти абсурдно. Почти. Почти... Хотя... В глубине души закрадывается циничная мысль: а это было бы зелёным флагом или красным? Вряд ли он её не любит. Просто сама идея измены кажется у него не предательством, а... Неудобством. Может, это даже хорошо? А может, горько думает девушка, это просто извращенная норма отношений с человеком, который так умело держит других на расстоянии вытянутой руки. Стелла выдыхает и бросает телефон на кровать. Сообщение по-прежнему сидит в голове, цепко держась за мысли, несмотря на все попытки отбросить его. Блэйд не из тех, кто устраивает подобные драмы. Его отстранённость, его холодность делают измену попросту бессмысленной. И все же девушка не может выбросить это из головы. — Что ты прочитала? Она поднимает глаза – и, конечно, он уже здесь. Прислонился к стене напротив, будто знал, когда появиться. Глаза закрыты, на лице усталость, тени под глазами выдают очередную бессоную ночь. Руки скрещены на груди, меч рядом, как продолжение его самого. Атмосфера меняется – воздух становится плотным, насыщенным чем-то невыраженным. Вместо ответа Стелла подходит ближе и, не раздумывая, устраивается между его ног. Расстояние между ними исчезает, пространство напряжено до предела. — Мне плевать на твою вражду с тем человеком, – медленно произносит она, голос низкий, намеренно мягкий. Ладони касаются его бёдер, скользят чуть выше. — Но ты мой. Только мой. Понял? Его челюсть напрягается, под бровями пролегает слабая тень раздражения, но ответа сразу не следует. Он просто смотрит, пристально, будто выжидая, проверяя. Его губы приподнимаются в лёгкой, кривоватой ухмылке, но в глазах – никакой улыбки, только стальная сосредоточенность. Стелла делает вдох, её руки ложатся на его талию. — Скажи это, – приказывает девушка, голос становится ниже, как щелкнувший замок. — Или я лично прослежу, чтобы ты никогда не получил разрешения умереть. Что-то мелькает в его взгляде. Мимолетное, почти неуловимое. Но Стелла понимает – он услышал. Он понял. Он почувствовал. Молчание тянется, пока он наконец не склоняет голову ближе, его дыхание касается девичьей щеки, и она слышит: — Я твой.