Часть 4

День выдался жарким и душным, когда неожиданная экскурсия в ботанический сад нарушила привычный школьный распорядок. Се ми только успела убрать учебники в сумку, когда классная руководительница объявила о срочном построении у автобуса. — Разбиваемся по парам! — прокричала учительница, когда все высыпали во двор. Се ми огляделась в поисках подруг, но те уже образовали пары, демонстративно отворачиваясь и делая вид, что не замечают ее взгляда. Единственным оставшимся вариантом был Нам гю, который стоял в стороне с привычным высокомерным выражением лица. — Быстро, садимся! — подтолкнула их к автобусу классная руководительница. Се ми сжала зубы и прошла внутрь, выбирая самое дальнее сиденье. Нам гю молча опустился рядом, прижимаясь к проходу, словно боясь случайного прикосновения. Автобус тронулся, и почти сразу началась тряска. Разбитая дорога бросала пассажиров из стороны в сторону. Се ми уперлась ладонью в окно, стараясь сохранить дистанцию, но очередная кочка резко толкнула её к соседу. — Можешь не падать на меня специально, — сквозь зубы процедил Нам Гю, отстраняясь. — Извините, ваше величество, я забыла, что к вам нельзя даже случайно прикоснуться. — язвительно ответила Се ми, снова отодвигаясь к окну. Дорога казалась бесконечной. Они молчали, изредка перебрасываясь колкостями, когда автобус особенно сильно раскачивался. Се ми уткнулась в телефон, делая вид, что переписывается, хотя на самом деле просто не хотела встречаться с ним взглядом. Нам гю же тоже достал телефон и погрузился в чтение какой-то статьи, изредка поправляя волосы. Когда автобус наконец остановился, все буквально выскочили из него, будто спасаясь от чего-то невыносимого. Оба были рады возможности разойтись подальше друг от друга, но судьба, казалось, решила иначе. Маленькая энергичная женщина в широкополой соломенной шляпе — экскурсовод — уже строила всех в группы, размахивая листком с заданиями. Её голос звенел, перекрывая общий гомон: — Пары остаются вместе! У каждой группы своё задание! Се ми попыталась незаметно отойти в сторону, надеясь, что её не заметят, но экскурсовод тут же ткнула пальцем в её сторону: — А вас двое — будете работать вместе. Нам гю скривился, а Се ми чуть не ахнула. — Ваша задача — найти в оранжерее редкий синий гималайский мак и записать его характеристики, — продолжила женщина, не обращая внимания на их недовольные лица. — Но мы... — начала Се ми. — Всё, берите бланк и вперёд! — Экскурсовод сунула ей листок и тут же развернулась к другим ученикам. Сжав бумагу в руках, Се ми вздохнула. Нам гю стоял рядом, скрестив руки, с выражением, будто его заставили заниматься чем-то унизительным. — Ну что, пойдём? — процедила она, не глядя на него. — Как будто у меня есть выбор, — буркнул он в ответ. Они медленно направились к стеклянному павильону, намеренно держась на расстоянии. Се ми шла чуть быстрее, будто надеясь оторваться, но дверь в оранжерею была узкой, и им пришлось заходить почти одновременно. Тёплый влажный воздух обдал их лицо, а вокруг расстилалось море зелени и ярких цветов. Где-то здесь был тот самый мак. Но даже в этом прекрасном месте им было неловко находиться рядом. — Давай быстрее найдём эту глупую траву и разойдёмся, — пробормотал Нам гю, разглядывая таблички с названиями растений. — Согласна на все сто, — ответила Се ми, направляясь в противоположную сторону. Оранжерея встретила их влажным теплом. Се ми шла впереди, раздвигая широкие листья, Нам гю следовал за ней, делая записи в блокноте. — Ты хоть представляешь, как выглядит этот цветок? — Се ми осторожно переступала через переплетённые корни, цепляясь руками за скользкие от влаги ветки. В её голосе слышалось возбуждение, смешанное с нетерпением. — Я прочитал информацию у входа, — равнодушно ответил Нам гю, не отрывая глаз от земли. Он аккуратно обходил особенно топкие места на тропинке. — И что там было написано? — Се ми резко обернулась, тонко подчеркивая каждое слово. Ее бровь едва заметно дрогнула вверх, а в уголках губ застыло выражение, балансирующее между раздражением и сарказмом. — Что он редкий. И ядовитый. — Нам гю небрежно пожал плечами, делая вид, что не замечает ее тона. — И всё? — она резко выдохнула, разведя руками. — Ни описания, ни хотя бы рисунка? Он намеренно медлил с ответом, наслаждаясь ее нетерпением. Потом усмехнулся: — Могла бы и сама посмотреть,раз так сильно нужно было. Се ми замерла на секунду, ее пальцы непроизвольно сжались. В глазах вспыхнуло что-то опасное — но через мгновение она лишь презрительно щелкнула языком. — Значит, ты даже табличку прочитать нормально не смог. Поздравляю, новый рекорд. Они продвинулись в самую глубь зарослей, где кроны деревьев сомкнулись так плотно, что воздух стал тёплым и спёртым. Внезапно Се ми остановилась как вкопанная — перед ней зияла сплошная стена из перевитых между собой лиан. — Что теперь делать? — девушка потрогала упругие побеги, которые тут же пружинили под пальцами. Нам гю подошёл ближе, внимательно осматривая зелёный заслон. — Можно попробовать пролезть, — он уже протянул руку, чтобы раздвинуть растительность. Но в этот момент из чащи внезапно выпорхнула огромная бабочка с переливающимися синими крыльями. Она грациозно описала круг в воздухе, затем неожиданно опустилась на плечо Се ми. Оба замерли, затаив дыхание. — Необычная.. — прошептала девушка, боясь пошевелиться. Насекомое медленно раскрыло крылья, будто демонстрируя свою красоту, затем так же внезапно взмыло вверх и исчезло в зелени. Воцарившаяся тишина почему-то казалась теперь зловещей. Даже привычные звуки джунглей — стрекотание цикад, шелест листвы — вдруг стихли. Раздался треск, и в тот же момент вся зеленая стена обрушилась им на головы. Они инстинктивно пригнулись, а когда поднялись обнаружили, что выход полностью перекрыт упавшими растениями.Се ми снова ухватилась за лианы, изо всех сил пытаясь их раздвинуть. — Бесполезно, — констатировал Нам гю, скрестив руки на груди. — Они переплетены слишком туго. — Твою мать! — прорычала та,приподнимая брови. — Замечательно. Теперь мы в ловушке, — его голос звучал ровно, но в глазах читалось раздражение. — Это всё из-за тебя! — Се ми резко развернулась к Нам гю, её пальцы непроизвольно сжались в кулаки. Солнечные блики играли в её тёмных глазах, но сейчас в них горел совсем не солнечный свет — скорее, отблески молнии перед грозой. — Из-за меня? — он резко поднял голову, брови сдвинулись в сердитой складке. — Это ты, как всегда, рванула вперёд, даже не подумав. Её щёки вспыхнули. — А ты мог бы меня остановить! — выпалила она, делая шаг вперёд. — О, значит, я должен был просто схватить тебя за руку и силой тащить назад? — Нам гю язвительно фыркнул, скрестив руки на груди. — Или, может, связать и оставить у входа, чтобы не мешала? — Тогда бы мы сейчас не сидели в этой ловушке! — голос Се ми дрогнул, но не от страха — от ярости. Она резко махнула рукой, указывая на обрушенный проход, за которым всё ещё слышались приглушённые голоса спасателей. Между ними повисло тяжёлое молчание. Где-то сверху упал мелкий камешек, звякнув о камни. — Зато теперь у тебя есть шанс добавить это в мой «список ужасных поступков», — наконец пробормотал Нам Гю, но уже без прежней злости. Се ми задержала на нём взгляд, потом неожиданно отвернулась, сжав губы. — И добавлю, — прошипела она, но больше в пространство, чем ему. Они замолчали, сверля друг друга взглядами. Вокруг будто стало ещё тише — даже листья перестали шелестеть, будто сама природа затаилась, наблюдая за их перепалкой. Они стояли лицом к лицу в полумраке оранжереи, оба разгневанные и беспомощные. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь редкими каплями конденсата, соскальзывающими с широких листьев тропических растений и глухо ударяющими о землю. Наконец Нам гю вздохнул, достал телефон и бегло взглянул на экран. — Нет сигнала. — произнес он, опуская руку. Голос его звучал ровно, но в уголке глаза дрогнула едва заметная тень раздражения. — Придётся ждать, пока кто-то не найдёт нас. Се ми плотно скрестила руки на груди и откинулась спиной к прохладной стеклянной стене. Ее пальцы слегка впивались в собственные локти, выдавая напряжение. — Замечательно. Теперь мне еще и твою компанию терпеть. — Взаимно, — буркнул Нам гю, опускаясь на узкий каменный выступ, служивший скамьей. Его пальцы нервно постукивали по колену. Минуты тянулись мучительно медленно. Влажный воздух становился все гуще, обволакивая кожу липким теплом. Се ми расстегнула верхнюю пуговицу рубашки, а Нам гю сбросил пиджак, бросив его рядом. Они упорно избегали взглядов, уставившись в разные углы оранжереи, но даже в этом молчаливом противостоянии чувствовалось напряжение, витающее между ними. Внезапно в гуще листвы раздался шорох — резкий, неожиданный. — Что это? — Се ми вздрогнула, резко выпрямив спину. — Наверное, просто ящерица или что-то в этом роде. — Нам гю приподнял голову, прислушиваясь. Но шорох повторился, теперь ближе, отчетливый шелест под ногами. Девушка неосознанно сделала шаг в его сторону. — Здесь точно нет...ну, ничего опасного? — её голос слегка дрогнул. — В ботаническом саду? Вряд ли, — ответил он, но в его голосе закралась неуверенность, а взгляд скользнул по затемненным углам. Еще один шорох — и из-за листьев папоротника показалась крупная зеленая игуана. Она замерла, уставившись на них круглыми, немигающими глазами, ее когтистые лапы медленно сжимали влажную землю. —О боже, — прошептала Се ми, замирая. Её рука инстинктивно вцепилась в запястье Нам гю, пальцы сжались так сильно, что ногти впились в его кожу. К её удивлению, он не оттолкнул девушку. — Это просто игуана. Они безобидные. — сказал он, но голос его был неестественно напряжен, а в глазах мелькнуло что-то, похожее на тревогу. Животное медленно приближалось, его длинный хвост извивался за ним, как змея. Се ми почувствовала, как пальцы Нам гю сжимаются в ответ — не то чтобы успокаивающе, скорее, в таком же невольном порыве. В этот миг вражда между ними растворилась, уступив место более древнему страху перед неизвестным. Игуана замерла, обнюхивая воздух раздвоенным языком, затем внезапно развернулась и скользнула в заросли, исчезнув так же стремительно, как появилась. Се ми резко одернула руку, словно обожглась. — Я...просто не люблю рептилий, — пробормотала она, отступая на шаг и отводя взгляд. — Да, заметно, — ответил он сухо, но в его голосе уже не было привычной колкости. Он медленно разжал ладонь, на которой остались красноватые следы от ее ногтей, и сжал ее в кулак, будто пытаясь скрыть дрожь.Тишина снова воцарилась между ними, но теперь она была другой менее враждебной, более задумчивой. Се ми украдкой посмотрела на Нам гю. Без своего обычного надменного выражения он выглядел почти.. обычным. — Эй, — неожиданно сказала она, прислушиваясь. Голос её был тихим, но чётким. — Ты слышишь? Вдалеке, сквозь шум ветра и треск обломков, пробивались отрывистые возгласы. Кто-то выкрикивал их имена, голоса звучали всё ближе. — Мы здесь! — резко крикнул Нам Гю, вскакивая на ноги и отряхивая пыль с одежды. Его крик эхом разнёсся по разрушенному тоннелю. Через несколько минут послышались шаги, а затем в проёме между камнями показались силуэты. Су Бон и работник сада, освещая путь фонариком, осторожно пробирались сквозь завал. — Вы в порядке? — спросил Су Бон, его голос дрожал от волнения. Он осматривал их взглядом, стараясь разглядеть возможные травмы. — Конечно, — ответила Се Ми, выбираясь из-под обломков. Её голос звучал спокойно, хотя в уголках губ играла лёгкая улыбка. — Просто небольшая задержка в пути. Они вышли из темноты тоннеля, и солнечный свет хлынул им навстречу, такой яркий, что пришлось зажмуриться. Теплые лучи мгновенно согрели кожу, еще недавно покрытую холодной испариной от страха. Воздух пах нагретой землей и травой – простой, привычный запах, который сейчас казался невероятно дорогим. Нам Гю сделал несколько шагов вперед, потом внезапно остановился, задумавшись. Пальцы его непроизвольно сжались в кулаки, а взгляд устремился куда-то в сторону, где в пыли дороги копошились какие-то насекомые. — Эй, — начал он неуверенно, и голос его звучал непривычно тихо, почти робко. Он обернулся к Се Ми, но смотреть ей в глаза так и не смог. — Это насчет игуаны, — губы его дрогнули, будто слова давались с трудом. — Я тоже их не люблю. Се Ми замерла на месте.Ее брови поползли вверх,а глаза округлились от искреннего изумления. На мгновение в воздухе повисла тишина, нарушаемая только стрекотанием кузнечиков в придорожной траве. Потом ее лицо озарила медленная, настоящая улыбка - не ехидная усмешка, к которой он привык, а что-то теплое и даже немного смущенное. — Признание, которое я никогда не забуду. — произнесла она, и в ее голосе прозвучала какая-то новая, незнакомая нота. Не насмешка, а скорее обещание. Они пошли дальше к автобусу, и на этот раз между ними не было привычной дистанции. Плечи их почти касались друг друга, но ни один не отстранился. Шли молча, но это молчание было удивительно комфортным. Где-то в кустах щебетали птицы, а по дороге пробежал теплый ветерок, играя прядями волос Се Ми. Возможно, именно в этот момент они оба поняли: несмотря на разрушенный тоннель, испачканную одежду и все сегодняшние неприятности... этот день не прошел зря. В нем появилось что-то новое - хрупкое, едва уловимое, но уже успевшее поселиться где-то между их обычными спорами и поддразниваниями.