Глава 19

Евгений немного помолчал, а затем повернулся к девушке: — Шо, красавица? - произнёс Боков — Как-то давно я читала один роман Сомерсета Моэма «Луна и грош». Он моментально стал любимым, даже книга где-то сохранилась.. Секунду, - отлучилась Адель, шагая в сторону домашней библиотеки — Заинтересовала и убежала, - подшучивал тот, провожая взглядом девушку — О, вот, нашла.. В книге говорится про Чарльза Стрикленда - про художника, который оставил всё ради собственного творчества. Его долгое время не признавали, но после смерти картины стали замеченными и оценёнными. Стрикленд уехал от семьи, полностью погрузившись в искусство. Я думаю, что вы с ним чем-то похожи. Он так же одержим своим делом. Ты такой же суровый, аскетичный, неразгаданный, - пожала плечами Адель и поставила чашку ароматного кофе на стол. Мужчина вскинул брови от неожиданного рассказа девушки. Сделал глоток, кофе был крепкий и обжигающий, прямо как он любил. — Ого, и нравится тебе он? Ну, Стрикленд? - спросил Боков, листая книжку — Знаешь, он меня цепляет. Что-то есть в нём такое, что заставляет изучать. Но в том и различие, что Стрикленд полностью лишён эмпатии, а ты способен проявлять свои чувства, хоть и редко, - объясняла Адель, наблюдая за мужчиной, пока тот с интересом разглядывал странички потертой книги — Вот оно как, - вскинул брови тот — Дарю, она мне чем-то напоминает тебя, - улыбнулась Адель. Взгляд Бокова был прикован к девичьему лицу, такому живому и искреннему. Наконец, на невозмутимом лице появилась едва уловимая улыбка. Она смягчала его суровые черты лица, делала его более человечным. — Что же ты со мной делаешь, Адель? Почему так волнуешь, почему заставляешь чувствовать? - резво выдал тот, с трудом подавив это откровение. Рука Бокова невольно скользнула по плечу девушки, а та замерла в ожидании. Словно повинуясь какому-то внутреннему порыву, подцепил тонкую лямку пижамы и спустил вниз, оголяя женское плечо. Его глаза бегали по телу Адель, уделяя особое внимание изгибу ключицы и изяществу линий. Никаких церемоний, никакой неловкости. Только пристальный взгляд и нечитаемое восхищение. — Наверное, я была слишком назойливой напарницей, - прошептала девушка — Назойливой? Мягко сказано, - хмыкнул Боков, проводя пальцами по её щеке. Очерчивая контур девичьего лица, тот подцепил подбородок и медленно притянул к себе. — А разве плохо чувствовать? Вспомни, что ты живой человек, а не поисковая машина, - тихо проговорила та, стараясь пробудить в нём хоть каплю осознания. Мужчина взглянул на её приоткрывшиеся от желания губы и без вступлений прильнул к Адель. Сначала он слегка прижался к её губам, как бы пробуя вкус. Затем, убедившись, что та не отстраняется, углубил поцелуй, позволяя себе больше. Девушка отвечала на поцелуй увереннее, нежели в тот раз, уже без лишней робкости. Девичья ладонь непроизвольно легла на его щёку, ощущая острые углы скул. Кожа Евгения была прохладной и чуть шершавой, но под ней она ощущала напряжение и тепло. Это был поцелуй, совсем не похожий на те грубоватые, торопливые и страстные прикосновения ранее.. Боков словно говорил через него все свои чувства, поскольку не умел выражать их красивыми речами. Он не знал, что обоих ждёт дальше, к чему приведут эта безумная тяга и увлечение друг другом вопреки всему. Губы мужчины отстранились от её, оставляя приятное покалывание и табачное послевкусие. Адель провела большим пальцем по лицу Бокова, всё так же держа ладонь на щеке. Она изучала его, поднимаясь с влажных, покрасневших от поцелуя губ к суровым бровям. Лицо его было словно высечено из камня - сильное, волевое, с едва заметной нежностью во взгляде. И Адель ощущала его горячее дыхание на своих руках. Боков сидел неподвижно, глядел на неё, позволяя касаться себя. Вдруг напряжение с его лица начало постепенно уходить и стали мышцы расслабляться. Девушка чувствовала лишь странное волнение и доверие. Доверие к этому мужчине, который, несмотря на всю свою сложность, сумел заставить её трепетать в его руках. Она хотела не только быть напарницей, но и его женщиной. Женщиной, которая вместо укора дополнит его своей нежностью и заботой. — Так шо, скажи мне, Адель, - уверенно начал Боков. Девушка заметно напряглась. — Нам не стоит играть в эти неопределенности. Я хочу тебя, во всех смыслах этого слова. Хочу, чтобы ты была моей. Мне недостаточно просто твоих смущённых взглядов, я хочу целовать тебя, ощущать твои прикосновения, - мужчина глядел в глубокие глаза Адель, не отрывая взгляда. Его глаза было сосредоточены и крайне серьезны. — Тогда зачем мы теряем время, если оба хотим одного и того же? - ответила девушка.