ГЛАВА 1: Срок мотать будешь, или на сделку согласна?

ПРЕДЫСТОРИЯ Главные герои: *у персонажей прописан возраст дважды из-за временного скачка. Анастасия Ахмерова/ Рокки, 19 лет/25 лет – сводная сестра Айгуль Ахмеровой по отцовской линии. Автор женской группировки Инь-Янь и Универсам. Перед своей свадьбой отец девушек на дискотеке встретился с матерью Насти - Алией, которая оказалась в беде, к ней приставали неизвестные ей молодые люди. Айнур спас девушку из лап этих негодяев и остаток вечера и ночи, они провели вместе. Уже после свадьбы Айнура, Алия сообщила, что беременна, но мужчина всячески открещивался от своего внебрачного ребенка. Мать Насти приняла решение не делать аборт и уехать из Казани в другой город, чтобы начать жизнь с чистого листа. Алия переехала в Пермь, где работал её старший брат Ильяз. Девушка родила прекрасную здоровую кареглазую девчушку, которая очень похожа на неё. Хазиева решила написать письмо Айнуру и сообщить о рождении дочери, приложив несколько фотографий малышки, которой уже было три месяца. Данное письмо попало в руки супруги Ахмерова. Та не стала устраивать скандал и просто поговорила с Айнуром, чтобы тот ни в коем случае не отворачивался от своей дочери и как-то помогал ей. Карина понимала, что молодой человек не любит её, и возможно, не полюбит никогда, ведь их женили против воли. Через шесть лет у читы Ахмеровых родилась дочь – Айгуль. Мужчина сообщил об этом событии Алие и по просьбе жены, пригласил их погостить. Настя и Айгуль были очень близки, хоть и виделись редко. Все свои сокровенные тайны и секреты Айгуль могла доверить только своей старшей сестре. Айнур и Карина воспитывали девочку достаточно строго, да и между собой родители очень часто ссорились, создавая нездоровую обстановку в семье. Настя с детства занимается боксом и другими единоборствами. Алия считает, что девушка должна уметь постоять за себя, поэтому отдала дочь в такие, казалось бы, пацанские виды спорта. Кличку Рокки девчонка получила из-за любви к фильму о боксере Рокки Бальбоа. Окончив школу, девушка поступила в медицинский. Её мечта – стать хирургом и спасать людям жизнь. Не смотря на столь юный возраст, Настя уже была ассистентом у самого лучшего хирурга города, и даже выполняла несложные операции. Вахит Зималетдинов/Зима, 20 лет/26 лет – старший в группировке Универсам. В последствии автор Универсама и Инь-Янь. После смерти Вовы Адидаса парню пришлось несладко. Группировка раскололась на две части: те, кто был с Кащеем, и те, кто был с Зимой. Это была настоящая война за господство над районом. Вахит в одиночку старался справиться с Кощеем, так как из старших остался только он, а от скорлупы толку практически не было. На помощь Зиме придет одна группировка, которая вернет Универсаму былое величие. Марат Суворов/Адидас младший, 14 лет/20 лет – бывший Универсамовский. Из-за событий с Айгуль, парню пришлось примкнуть в ряды комсомола, но это продлилось не долго. Лидер комсомолов – Денис Коневич, предоставил Марату возможность отомстить Колику за свою возлюбленную. Через год, парень снова пришился к Универсаму и становится одним из старших. Валерий Туркин/Турбо, 20 лет/26 лет – один из старших группировки «Универсам». После тюрьмы становится автором. Туркина приговорили к восьми годам лишения свободы за якобы убийство Вадима Желтухина. У парня обнаружили орудие убийства и не снимая отпечатки пальцев с пистолета, посадили за решетку. Парня освободили через шесть лет за примерное поведение. Валера, узнав, чем занимается Универсам, захочет отшиться, но его будут удерживать из-за его проступка. Второстепенные персонажи: Айнур Ахмеров, 45 лет – отец Айгуль и Анастасии Амеровой. Алия Хизиева, 42 года – мать Анастасии Ахмеровой. Ильдар Юнусович Габидинов/Оборотень, 40 лет/46 лет – оперативный сотрудник милиции. Константин Кащинский/Кащей, 25/30 лет – бывший лидер Универсама. Наркоторговец в будущем. Амина Минекаева/Барби, 17 лет/23 года – автор Инь-Янь, правая рука Насти.

ГЛАВА 1

(саундтреки к главе: Within Temptation – All I Need, t.a.T.u. – All About Us, IC3PEAK – Мертвая Луна, Кипелов – Я свободен, Ace of Base – Happy Nation) Март 1988 года. - Ахмерова! – в ординаторскую заглянула светловолосая женщина в очках. – Тебя к телефону! - Кто? – брюнетка отвлеклась от заполнения истории болезни пациента. - А мне по чем знать? – хмыкнув, женщина хлопнула дверью. Настя встала из-за стола и, взяв карточку больного, покинула ординаторскую, направляясь к сестринскому посту. Телефонная трубка лежала на стопке новых, еще незаполненных карточек. Кареглазая взяла трубку и приложила к уху. - Алло!? – прочистив горло, произнесла она. - Кызым (тат. доченька)... - хрипло сказала Алия, шмыгая носом. - Мама? – девушка воскликнула так громко, что на неё начали озираться медсестры, которые делали вид, что не подслушивают телефонные разговор. – Что...что случилось? – брюнетка повернулась спиной к женщинам, говоря почти шепотом, но мать молчала. – Минем кадерле (тат. моя дорогая), что случилось? - Кызым, Айгуленька... - женщина плакала в трубку. – Айгуль умерла, кызым... - Нет... - Настя сглотнула образовавшийся ком в горле из-за накатывающих слез, - Не может быть. - Её изнасиловали, затравили... - всхлипывая, продолжила Алия. – Девчушка не выдержала и из окна прыгнула... Трубка выскользнула из рук Ахмеровой, по щекам тоненькими ручейками покатились соленые слезы. Схватившись за голову, девушка села на пол, прижав ноги к груди. Слова матери отдавались глубоко в сознании, нанося на сердце тяжелые раны, боль от которых затуманивала разум. Она, захлебываясь от слез и нехватки воздуха, била кулаками об пол. Одна из медсестер – Татьяна Львовна, услышав шум, вышла из сестринской, обнаружив Настю на полу, женщина бросилась ей на помощь. Брюнетку трясло, костяшки уже были красноватого оттенка. Татьяна пыталась привести кареглазую в чувства, но та не реагировала. Собравшись с силами и выдохнув, женщина отвесила юной особе смачную пощечину. Схватившись за щеку, Ахмерова нахмурившись посмотрела на Татьяну Львовну. - Прости, но по-другому ты не реагировала. – она сложила ладони на своей груди, смотря на Настю сочувствующим взглядом. - Ты чего тут устроила? – светловолосая дама наблюдала за всем со стороны. – С ума сошла что ли? – покрутила пальцем у виска. – Вставай давай, на тебя пациенты как на сумасшедшую смотрят! – хмыкнула она, поправив очки. - Люда! – возразила Татьяна. – Побойся Бога, у девочки беда случилась, а тебе лишь бы языком своим поганым трепать! – рыжеволосая покачала головой, глядя на свою коллегу. – Милая, поднимайся. – женщина взяла Ахмерову под руку, помогая подняться на ноги. Настя поднялась на ослабевшие ноги, и утирая слезы, с благодарностью кивнула Татьяне Львовне. Та, как свою родную кровинушку, поглаживала брюнетку по спине. Татьяна – это самый добрейший души человек. Все пациенты без исключения любят и обожают женщину, которая всегда поднимет настроение и поддержит абсолютно любую тему разговора. - Что случилось, лапушка? – она осторожно заглянула Насте в глаза. - Что ты с ней сюсюкаешься, Тань? – Людмила убрала руки в карманы белоснежного халата. – Сопли ей небось утирать собираешься? – рассмеялась она, покачивая головой. - Людмила! – рявкнула Татьяна, - Время сколько? – белокурая закатила глаза. – Пошла отсюда! Иди лекарства разноси! – взгляд женщины был сосредоточен на своей приятельнице. – Быстро! - цокая каблуками, Люда развернулась и скрылась за дверью сестринской. Женщина усадила Ахмерову на скамейку в коридоре. - Что у тебя случилось, дорогая? – Татьяна взяла брюнетку за руку. - Моя сестра... - кареглазая сглотнула вязкий ком в горле, - моя младшая сестра умерла. – она рассматривала разбитые костяшки на руках, пытаясь сдержать слезы. - Какой ужас! – рыжеволосая схватилась за сердце. – Как же так, Настенька...? – женщина качала головой, смотря в пол. – Сколько ей было? - Настя решила скрыть правду от женщины, потому что в те времена подобный поступок считался постыдным. - Мне не огласили причину кончины... - брюнетка пожала плечами. – Четырнадцать...совсем еще ребенок. - Татьяна Львовна в прямом смысле слова не могла найти себе места после слов юной особы. Ей очень хотелось поддержать девчонку, но она не могла подобрать слов утешения.

***

Алия и Настя достаточно быстро решили все свои вопросы по учебе и работе. Ахмерова экстерном сдала сессию и подала документы на перевод, чтобы продолжить обучение в Казани. Мать и дочь обосновались у бабушки девушки, которая жила через несколько домов от отца Насти. Оставив свои вещи, кареглазая незамедлительно пошла к Айнуру. Ахмерова больше года не была в Казани из-за учебы и работы, и от части, чувствовала свою вину в случившемся с Айгуль. Настя поднялась на нужный этаж, и уже было хотела позвонить в звонок, но дверь в квартиру была открыта. Брюнетка настороженно вошла во внутрь, оглядываясь по сторонам. В квартире стоял едкий запах спиртного, от чего начинало першить в горле. Немного прокашлявшись, девушка прошла в гостиную, в которой на диване лежал отец, свернутый калачиком и бубня что-то невнятное. В комнате был жуткий бардак. На журнальном столике, подоконнике и полу валялись пустые бутылки из-под водки. В тарелке лежал уже заплесневевший черный хлеб и высохшие соленья. Окна в квартире были закрыты, от чего у Насти немного закружилась голова от спертого воздуха. Юная особа, тяжело вздохнув подошла к отцу, и присев на корточки, провела ладонью по его засаленным волосам. От мужчины исходил крайне неприятный запах пота, сигарет и алкоголя. - Не могу... я так не могу... - повторял он как мантру. - Пап... - дрожащим голосом наконец произнесла Настя. Айнур не реагировал на голос дочери, он лишь повторял свою мантру снова и снова. Брюнетка закусила нижнюю губу, чтобы не заплакать из-за беспомощного вида отца. Она никогда не видела мужчину в таком ужасном и разбитом состоянии. Ахмеров всегда выглядел прекрасно: побрит, одет с иголочки и надушенный любимым одеколоном, который ему когда-то подарили на день рождения Настя и Айгуль. У кареглазой не укладывалось в голове, как за такой короткий срок, статный красивый мужчина превратился в пьяницу. Отец Ахмеровой никогда не употреблял алкоголь, и уж тем более, никогда не курил, но сейчас всё изменилось. Горе от потери ребенка слишком сильно разрывает его сердце и душу. Алкоголь и сигареты – это плацебо, которым он пытается излечить себя. Настя больше не могла находиться в душном помещении и открыв дверь, вышла на балкон, чтобы распахнуть оконные ставни и впустить свежий воздух. Девушка высунула голову на улицу и посмотрела вниз. На почти растаявшем снегу до сих пор виднелись алые пятна крови. Брюнетка запрокинула голову назад, сдерживая слезы, ей нужно быть сильной, чтобы вернуть отца к нормально жизни. Почуяв нотки свежего воздуха, Айнур распахнул глаза и увидел на балконе юную девушку, которую в состоянии алкогольного опьянения принял за свою умершую дочь. - Айгуль! – закричал он, подскочив с дивана. – Кызым! – мужчина кое-как стоял на ногах и буквально ввалился на балкон, упав Насте в ноги. – Кызым, кирәкми ! (тат. Дочь, не надо!)– Айнур схватил брюнетку за руку, рыдая как маленький ребенок. - Папа! – Ахмерова упала на колени. – Папочка! – она взяла лицо мужчины в свои ладони. – Тише, тише... - Кызым...кызым...минем ярактан (тат. моя любимая)... - Айнур крепко обнял Настю и не переставая рыдал. Брюнетка больше не могла сдерживать слез. Кареглазая чуть отстранилась, вытирая слезы с лица Айнура. Мужчина чуть протрезвел на прохладном воздухе, от чего разум стал более ясным. Увидев перед собой Настю, он, закрыв глаза, помотал головой. - Настя...? – Айнур гладил дочь по голове, будто не веря, что она действительно перед ним. – Ты здесь... - прошептал он, облегченно вздохнув. - Здесь... - также тихо произнесла она. – Вставай. – брюнетка взяла отца за руки. Мужчина всем своим весом повис на девушке, которая тащила его до дивана в гостиной. Усадив Айнура, Настя перевела дух и села рядом. – Тебе нужно помыться и поспать, а я пока наведу порядок. – она краем глаза смотрела на мужчину. - Мне нужно выпить... - у отца девушки тряслись руки, которыми он поднимал с пола уже пустые бутылки. – Ты...ты можешь сходить и купить? Иначе я с ума сойду! – он качался вперед назад, сидя на краю потертого дивана. Ахмерова, нахмурившись посмотрела на мужчину. Это нужно было прекращать, пока она не потеряла еще и отца из-за пристрастия к алкоголю. Девушка согласилась и уложила Айнура, чтобы тот немного вздремнул. Убедившись, что Ахмеров старший спит, Настя вызвала скорую, чтобы те поставили ему капельницу. Мужчина даже ничего не услышал и не почувствовал. Около часа он пролежал под капельницей, лишь иногда вздрагивая и бубня что-то невнятное. Было видно, что Айнур не спал несколько дней. Под глазами были ужасные синяки, а лицо отекшим и помятым. Пока мужчина спал, брюнетка навела порядок в квартире и приготовила ужин. Единственное, к чему она не притронулась – это комната покойной сестры. Девушка так и не нашла в себе силы, чтобы зайти туда. Настя собиралась накрывать стол, чтобы поужинать с отцом, но услышала какой-то шорох, доносящийся из прихожей. Она подумала, что Айнур решил по-тихому сбежать за очередной порцией алкоголя. Брюнетка быстро выбежала с кухни, и обнаружив спящего отца, немного напряглась. Марат стоял под дверью квартиры Айнура и слушал, что происходит с той стороны, но там было тихо. Парень открыл дверь ключом, который ему дал мужчина. Войдя внутрь, в нос сразу ударил запах чего-то съедобного. Молодой человек разулся и застыл в проходе гостиной. - Ты еще кто такая? – возмутился Суворов, глядя в спину незнакомке. Девушка повернулась лицом к парню, на котором было полнейшее недоумение. – Ты как сюда попала? - Могу задать тот же самый вопрос! – брюнетка сложила руки на груди. Адидас младший внимательно рассматривал каждую черту лица девушки, замечая в них что-то знакомое и такое родное. Парень поджал губы, не зная, что сказать. - Ну, на вора ты точно не похож. – Ахмерова усмехнулась, оглядывая парня с ног до головы, - Вор вряд ли бы разувался. - О, Маратик! – голос Айнура прервал молодых людей. – Ты сегодня поздно. – мужчина присел на край дивана, протирая глаза с легкой улыбкой. Настя внимательно смотрел на отца, которому явно стало лучше. Синяки под глазами практически исчезли, а щеки засияли здоровым румянцем. Услышав имя парня, девушка вновь посмотрела на молодого человека. Айгуль упоминала о нем при каждом телефонном разговоре и, судя по тому, как она о нем говорила, сестра была явно влюблена в этого парнишку. В такого действительно сложно не влюбиться. Высокий, кареглазый, спортивного телосложения и очень приятной внешности. Парень был похож на того, на кого действительно можно положиться. На того, кто действительно защитит и убережет от всех бед. Но не в этот раз...Может даже, не в этой жизни, а жаль. - Марат, значит. – Ахмерова слегка улыбнулась, - Наслышана о тебе. - А я о тебе нет! – с ноткой грубости ответил Марат. - Меня Настя зовут, - брюнетка протянула руку, - сестра Айгуль, - сделав паузу, она продолжила, - сводная сестра. - Сестра? – Суворов, подняв от удивления брови, пожав руку новой знакомой, - Никогда о тебе не слышал. – на эти слова девушка лишь усмехнулась. Ахмеров старший подошел к дочери и приобнял за плечи, поцеловав в макушку. Насте все эти годы так не хватало присутствия отца, его любви, нежности, заботы и поддержки. Мать хоть и делала всё возможное, но этого было недостаточно. Если бы Карина, мать Айгуль, позволила бы девушке жить с ними, то брюнетка непременно уберегла бы сестру от всего плохого. - Настя, - Айнур прочистил горло и продолжил, - моя дочь от первого брака. – девушка опустила голову. Мужчина стыдился собственной дочери, которую даже не хотел, и возможно, которую даже никогда не любил. Если бы любил, то не стал бы прикрываться наглой ложью. – Как же пахнет вкусно! – он вдохнул всей грудью, прикрыв глаза. – Аж аппетит разыгрался! – Ахмеров прижал дочь к себе. – Я пока душ приму, а вы поболтайте и на стол накрывайте, хорошо? – мужчина с улыбкой посмотрел на Настю, на что та лишь кивнула. Айнур потрепав Марата по плечу скрылся за дверью ванной комнаты. Настя указала парню рукой в сторону кухни. Девушка вытащила из шкафчика над раковиной три суповые тарелки и поставила их на столешницу возле плиты, на которой стояла кастрюля только что приготовленного супа. Разложив ложки, вилки и ножи, девушка заполнила три стакана водой и присела на стул в ожидании отца. Суворов хотел начать разговор, чтобы прервать нависшее неловкое молчание, но не знал, с чего начать. - Ты с этого района? – собравшись с мыслями выдавил парень. – Просто, раньше тебя не видел. – он перебирал в руках бумажную салфетку. - Я в другом городе с мамой жила, но моя бабушка живет через два дома отсюда. – Настя подняла глаза на Марата, - Надеюсь, он входит во владения универсама, - с усмешкой произнесла брюнетка, - а то у вас вроде не принято общаться с теми, кто с чужого района. - Ты знаешь про группировки? – Адидас младший от волнения разорвал салфетку, находившуюся в его руках. – Входит. – парень улыбнулся уголками губ, смотря на свои пальцы. - Айгуль рассказывала, да и я приезжала иногда в гости, так что... - кареглазая пожала плечами. – Этого ублюдка нашли? - Суворов, шумно сглотнув сжал кулаки. Парень знал того, кто надругался над его любимой. Парень делает всё, чтобы отомстить Колику надеясь на то, что станет легче. Парнишку отшили, окрестив его помазком. Он, недолго думая, сдал зачинщика грязных слухов милиции, и теперь ему светит восемь лет тюрьмы. Но даже это не облегчило страдания юнца. - Нет, но мне дадут знать, когда это произойдет. – парень говорил почти шёпотом. – Я отомщу, обещаю. – Марат настолько сильно сжал кулаки, что побелели костяшки. Настя взяла руку парнишки в свои ладони. - Я помогу тебе! – брюнетка прикусила губу, чтобы не заплакать, - Я хочу, чтобы эта мразь страдала! -Ахмерова выдохнула. – Но как ты узнаешь, что его поймали? - Меня отшили, и я теперь в рядах комсомола. – Марат ухмыльнулся, глядя на девушку. – Один из главных мне даст информацию, а я передам тебе. - Хорошо... - брюнетка кивнула. Суворов и Ахмерова несколько минут сидели в тишине, пока на кухню не зашел отец девушки, вытирая свои темные с легкой сединой волосы полотенцем. Мужчина с улыбкой похлопал парнишку по плечу и сел на стул рядом с ним. - Кызым, я слона готов съесть, - засмеялся он, утирая нос ладонью, - давай, накрывай скорее! - Я не голоден, спасибо! – Марат встал с места, - Мне идти нужно, дела еще есть. - Ничего не хочу слышать! – Айнур потянул Суворова за руку, чтобы тот сел на место. – Поужинай с нами и иди по своим делам. - В следующий раз, обещаю. – молодой человек слегла улыбнулся. - Эх, хорошо, улым (тат. сынок), как скажешь... - мужчина вздохнул. – Дай хоть провожу! – он встал с места и посмотрел на свою дочь. – А ты пока на стол накрой! – брюнетка кивнула на его слова. Марат вышел из-за стола и остановился в дверном проеме: - Рад был знакомству. - Взаимно. – Настя улыбнулась новому знакомому и продолжила свои хлопоты. Пока Айнур провожал Суворова, девушка уже поставила на стол две тарелки супа и тарелку с лавашом и хлебом. Вернувшись за стол, улыбка с лица мужчины тут же исчезла. - Что это? – он указал пальцем на след от иголки капельницы. - След от иглы. – спокойно ответила брюнетка, разглядывая руку отца. - Это я понял, - усмехнулся Айнур, - откуда? - Скорая приезжала, чтобы сделать тебе капельницу. – Настя виновато подняла глаза, - Ты злишься? - Я просил тебя об этом? – сквозь зубы произнес Ахмеров, стараясь не злиться, но девушка молчала, - Я просил тебя? – брюнетка по-прежнему молчала, выводя этим мужчину из себя, - Я тебя просил об этом? – Айнур ударил по столу, повысив голос. - Нет. – Настя сглотнула образовавшийся ком в горле. – Я просто хотела, чтобы тебе стало легче. - Легче? – Ахмеров рассмеялся, откинувшись на спинку стула. – Я дочь потерял, а ты со своими врачами ко мне лезешь! – он швырнул тарелку в стену так, что та разбилась. Брюнетка закрыла глаза, немного вздрогнув. – Запомни, здесь больше нет Карины, которая бы защищала тебя, поняла!? – мужчина достаточно громко произнес эти слова и встал из-за стола. – Мерзавка! -услышав эти слова, Настя начала истерически смеяться. Отец всегда лишь делал вид, что хорошо относится к ней, но на самом деле, девушка для него была лишь грязью под ногтями. Ошибкой. Стечением обстоятельств, за которые он не хочет нести ответственность. Ахмеровой казалось, что смерть близкого человека сблизит её с отцом, но она ошибалась. Видимо, она действительно не достойна любви своей кровной плоти. - Я просто хотела помочь тебе и быть рядом, но раз тебе это не нужно, ладно... - Настя не заметила, как оказалась на выходе с кухни. – Больше я тебя не потревожу. - девушка скинула тапочки, засунув ноги в ботинки, схватила с вешалки пальто и уже хотела уйти, но Айнур перекрыл ей путь. Мужчине будто пришло осознание того, что Настя – это единственный человек, который остался в его жизни. Человек, который действительно хочет помочь и борется за него. После похорон Айгуль, Карина собрала свои вещи и просто исчезла, ничего не сообщив супругу. - Кызым, не уходи... - Ахмеров хотел обнять дочь, но очень боялся её реакции. – Прости меня, ты очень нужна мне! Ты...ты единственная, кто может вытащить меня из этого болота. Ты – мой кусочек человечности и нормальной жизни. – он присел на стул в прихожей. – Я знаю, что все эти годы плохо относился к тебе, сколько боли принес, но я хочу измениться. Хочу узнать тебя. Хочу, чтобы ты помогла мне. – мужчина поднял взгляд на девушку, - Я не справлюсь один с этой болью... Помоги мне, пожалуйста. – Айнур провел ладонью по еще влажным волосам, - Я буду делать всё, что ты скажешь, обещаю... Только не бросай меня. – Настя смотрела куда угодно, но только не на своего отца. Она правда хотела помочь ему, стать ближе, но что-то отталкивало её, а именно – отношения отца к девушке. - Ты должен пройти терапию, - наконец произнесла Настя, - иначе ничего не получится. - Я всё сделаю, только не бросай меня, прошу. – Айнур подошел к дочери, но та отшатнулась от него. - Не брошу. – тихо сказала брюнетка, – Завтра я схожу в больницу и обо всем договорюсь, – девушка обошла отца и продолжила одеваться, - Поужинай и ложись спать, тебе нужен отдых. Мне идти нужно, я еще даже сумки не разобрала. – Настя открыла дверь и шагнула в подъезд, - Мама завтра зайдет к тебе, если ты не против. – кареглазая бросила короткий взгляд на мужчину, на что тот с улыбкой кивнул, - Хорошо, я передам ей. До свидания, пап. - Будь осторожна! – крикнул Айнур, и его слова эхом раздались по всему подъезду. Ночь у Айнура выдалась тяжелой. Каждый раз, когда он закрывал глаза, ему снились жуткие кошмары. Мужчине хотелось заглушить это чем-то алкогольным. Он метался по квартире буквально сходя с ума. Из шкафа Ахмеров достал бутылку водки и поставил её на журнальный столик. Выпить, значит проявить слабость и разочаровать дочь, для которой он хотел стать лучше. Седовласый гипнотизировал эту несчастную бутылку взглядом, уговаривая самого себя этого не делать. Сбежав на балкон, он выкурил несколько сигарет подряд, отвлекая себя от мысли напиться. Еще несколько минут Айнур сопротивлялся и наконец сдался. Опустошив практически всю бутылку, он рухнул на диван и уснул. Настя проснулась достаточно рано, так как на день было не мало планов. Девушка приготовила завтрак на троих и ждала, когда её мать и бабушка сядут за стол, чтобы приступить к трапезе. Алия с улыбкой вошла на кухню и поцеловав дочь в макушку, села рядом. - Как к отцу сходила? – женщина налила чашечку чая. – С ним всё хорошо? – она пыталась быть равнодушной, но дрожь в голосе выдавала тревогу за мужчину. После их встречи, Хазиева так и не нашла себе спутника, с которым провела бы остаток жизни. Об Айнуре Алия хранила исключительно теплые воспоминания. - Неплохо. – безэмоционально ответила Настя, уставившись в одну точку, - Он не против, чтобы ты зашла к нему. - Да? – взволнованно воскликнула шатенка. – Тогда выйдем вместе, хорошо? – Алия широко улыбнулась. Брюнетка, смотря на мать краем глаз кивнула, не испытывая абсолютно никаких эмоций. Примерно через час, Алия и Настя вышли из квартиры, направляясь по своим делам. Брюнетке нужно было в больницу, чтобы договориться не только о терапии для отца, но и о работе. Женщина же, отправилась в магазин и к бывшему возлюбленному, чтобы поддержать. Ахмерова проходила мимо какой-то школы, или что-то типа того. На крыльце стояло достаточно много подростков, на шее которых красовались красные галстуки. Юные комсомольцы вели очень бурную дискуссию. Из этой толпы девушка услышала, что её кто-то зовет. Марат пришел на очередное нудное собрание. Парня вообще не интересовали их проблемы, обсуждения и прочие задротские замашки. Он преследовал лишь одну цель – месть, в свершении которой ему любезно согласился помочь Коневич – лидер комсомольского движения. Суворов чувствовал себя белой вороной в этой «тусовке». Его крайне раздражали люди, которые окружали юношу, но нужно терпеть. Адидас младший затесавшись в толпе присел на ступеньку, чтобы покурить. Молодой человек сделал несколько затяжек и заметил знакомую фигуру и быстро подорвался с места. - Настя! – парнишка впопыхах бежал за девушкой, выкуривая при этом сигарету. Не выбрасывать же. – Эу, постой! – девушка наконец обернулась на знакомый голос. – Привет! – Марат выдохнул сигаретный дым прямо в лицо брюнетки, от чего та закашляла, - Извини. – Суворов виновато улыбнулся. - Привет. – немного нахмурившись поприветствовала парня кареглазая, - Ты чего тут? - Да, - Адидас ухмыльнулся, - очередное задротское собрание, не важно. – он махнул рукой, - Колика нашли. – молодой человек сразу поменялся в лице, - Ты просила сказать... Коневич после собрания меня в отделение к этому уроду поведет. - Ахмерова уставилась на парня, округлив глаза. Вязкий ком сковал горло девушки, что она не могла проронить ни слова. - Во сколько? – с трудом прочистив горло поинтересовалась брюнетка. - Ну, - Марат взглянул на наручные часы, - через пару часов. - Хорошо, я буду ждать здесь. – Настю начало потряхивать после слов юноши. – Мне идти нужно, увидимся. После того, как Ахмерова обсудила с глав. врачом все детали прохождения терапии отца, девушку направили в отделение хирургии, где ее уже ожидал будущий начальник. Лев Константинович был лучшим хирургом, не смотря на столь молодой возраст. На вид ему лет двадцать шесть высокий молодой мужчина, блондин с зелеными глазами очень приятной, немного смазливой внешности. У него наверняка нет отбоя от поклонниц как со стороны медперсонала, так и со стороны пациенток. Лев привел Настю в операционную, которую подготавливали к операции. Мужчина о чем-то увлеченно рассказывал, но брюнетка его даже не слушала. Она заметила на небольшом столике выложенные в ряд хирургические инструменты, которые сразу привлекли её внимание. Юная особа, смотря на мужчину, медленно сделала несколько шагов назад и схватив один из инструментов, быстро убрала в карман халата. Ахмерова хотела взять еще что-нибудь, но Лев Константинович не дал этого сделать. - Что-то не так? – блондин подошел почти вплотную к девушке, разглядывая её с неким вожделение, - у меня через час операция, девочки всё подготавливают. – он бросил короткий взгляд на стол. - Всё хорошо. – Настя не отрывала взгляд от стола с ножами. – Я просто заметила, что не хватает копьевидного скальпеля. – кареглазая была немного раздосадована тем, что не удалось стащить еще один нож, хотя для её целей и один сойдет. Молодой мужчина, прищурившись взглянул на столик. - Действительно, - он улыбнулся своей очаровательной белоснежной улыбкой, - не хватает. – Лев сделал еще шаг к девушке, положив ладонь на её плечо, - А вы молодец! Думаю, вас ждет прекрасное будущее. - Спасибо. – Настя, чуть съежившись из-за неприятных для неё касаний отстранилась, сухо ответив мужчине. – Мы можем завтра продолжить? – поинтересовалась брюнетка, заметив на стене часы, - Мне нужно еще отца навестить. - Мы можем вечером где-нибудь пересечься и продолжить нашу беседу. – Лев Константинович не отступал, и вновь сделал шаг к девушке, которой явно были неприятны его действия. – Что скажешь? – он убрал за ухо прядь Настиных волос, прикусываю нижнюю губу, - И давай перейдем на ты. - Извините! – Ахмерова округлив глаза убрала руку молодого врача, - Давайте будем соблюдать субординацию и профессиональную этику! – Настя произнесла это достаточно грубо. Её буквально вывело из себя подобное поведение мужчины, что ей хотелось ударить блондина в шею украденным скальпелем. Не дождавшись ответа Лева, брюнетка покинула операционную. Собрание комсомольцев закончилось раньше времени, из-за чего Марату пришлось просить Коневича немного подождать кое-кого, а потом уже ехать в отделение милиции. Молодой мужчина согласился с парнишкой, так как время еще было. В то время еще не было сотовых телефонов, чтобы позвонить и узнать, где находится нужный человек. Ждать долго не пришлось. Юноша заметил знакомое лицо буквально через несколько минут и со всех ног побежал к новой знакомой. Настя, заприметив Суворова старалась бежать, но из-за недавних снегопадов это было практически невозможно. - Я что, опоздала? – запыхавшись спросила девушка, когда парень оказался прямо перед ней. - Нет, собрание просто раньше закончилось. – парнишка уперся ладонями в колени и сплюнул в снег, пытаясь восстановить сбитое дыхание. – Этот задрод ждет, пойдем. – Марат взял брюнетку под руку и потащил за собой. – Денис... - произнес парень на выдохе, - это Настя, сестра Айгуль. Она поедет с нами. – прочистив горло продолжил он. - Но...! – возразил Коневич, переведя взгляд на незнакомку, которая слегка улыбнулась ему, - Ладно, я что-нибудь придумаю, - он поправил очки, - поехали! – Марат и Настя проводили лидера комсомола взглядом и с улыбкой переглянулись. Ахмерова ранее никогда не была в отделении милиции, что вызвало у неё некий шок от увиденного. Обшарпанные серые стены, спертый воздух вперемешку с сигаретами и алкоголем, обезьянник, переполненный какими-то дикарями, которые при виде девушки начали свистеть и что-то оживленно обсуждать, на что Суворов бросил на них осуждающий взгляд. Юный парнишка, который был по возрасту как брюнетка встретил троицу и повел по длинному коридору, который выглядел намного лучше в плане ремонта: стены были зеленоватого оттенка, но тусклое освещение создавало ощущение давящего пространства. Молодые люди остановились около обшарпанной двери, на которой висела табличка «Туалет». Коневич вошел первым, а за ним Марат и Настя, которая огляделась перед этим по сторонам. Высокий брюнет стоял лицом к окну. На нем была темная кожаная куртка с потертостями, черная кожаная кепка и шерстяной шарф. Денис, и двое сопровождающих скрылись за дверью. Колик обернулся, и увидев Марата, был крайне удивлен. Ахмерова наконец увидела обидчика своей сестры. Парню на вид было около двадцати лет, симпатичный, кареглазый парень со спортивным телосложением. У девушки просто не укладывалось в голове, как такой приятный на вид молодой человек мог совершить подобное. С его обаянием, любая его сверстница захотела бы быть с ним без всякого принуждения, но Колик выбрал иной путь. Рома решил сломать жизнь не только себе, но и забрать честь ни в чем неповинной девочки. Марат наносил парню удар ногами один за другим, тот даже не мог ничего сделать. Настя наблюдала за всем со стороны. В голове возникали отвратительный картины, как этот мерзавец делает непристойные вещи с ее сестрой. Как она кричит и пытается сбежать. Как он бьет её и продолжает издевательства. Как она истекает кровью и плачет. Как к ней приходит смирение неизбежного. Как он играет с Айгуль словно куклой. Всё это пробудило невероятную злобу и агрессию в брюнетке. - Остановись! – кареглазая оттащила Суворова, который кричал и плакал навзрыд. Юноша упал на пол, продолжая рыдать. – Марат! – девушка дала парнишке смачную пощечину, - Соберись, ты нужен мне! - от удара по лицу Суворов быстро пришел в себя, широко распахнутыми глаза смотря на Настю, он пытался понять происходящее. – Умойся! – приказала девушка, вытаскивая из сумочки шприц и небольшой пузырек, который она ранее купила в аптеке по пути к Марату. Адидас обдал лицо и шею холодной водой, быстро прийдя в чувства. - Что это? – юноша наблюдал, как умело девушка наполнила шприц какой-то жидкостью из маленькой ампулы. - Помоги его развернуть. – Настя сделала вид, что не слышала вопрос парня. - Что ты собираешься делать? – Суворов неугомонно задавал этот вопрос, пока разворачивал Колика, который что-то неразборчиво мычал. Брюнетка оголила спину негодяя, ведя холодными пальцами вдоль позвоночника парня, ища более мягкое место для инъекции. – Настя! Что ты хочешь сделать? - Крепко держи, - Ахмерова бросила короткий взгляд на парнишку, - иначе игла сломается. – она воткнула шприц в позвоночник, выше поясницы, медленно вводя препарат. Рома начал стонать и дергаться, - Заткнись, а то хуже будет! – огрызнулась кареглазая. Настя развернула к себе лицом обидчика своей сестры, смотря ему в глаза с истеричной усмешкой. - Что ты вколола, тварь? – выплюнул Рома, пытаясь пошевелиться. - Для начала я представлюсь, - брюнетка вытащила из кармана скальпель, который стащила из операционной, - меня зовут Настя, - она медленно, чуть надавливая на нож вела по окровавленной щеке Колика, - сестра Айгуль, - рука со скальпелем остановилась в районе сонной артерии, - помнишь такую? - Марат с ужасом смотрел на то, что происходит. Хотелось ли ему вмешаться? Возможно! Парнишке было по-человечески жалко Колика, но его поступок перекрывал всё хорошее, поэтому Суворов смиренно наблюдал за его участью. - Сестричка, значит? – саркастично произнес Рома, - Я бы и с тобой с удовольствием развлекся, - он засмеялся, сплюнув сгусток крови, - малая твоя была хороша. - Ах ты! – Марат дернулся в сторону парня, но Ахмерова остановила его. – Что ты хочешь с ним сделать? – глаза юноши бегали туда-сюда, - Глотку хочешь перерезать? – он взял руку девушки, в которой находился скальпель, - Режь! Этот уебок заслуживает смерти! - Адидас плюнул в сторону Колика. - Я придумала кое-что более изощренное. – Настя посмотрела на Рому, - Просто перерезать горло слишком легко, да и не так мучительно. – улыбка с лица Колика тут же испарилась, - Слишком легкая смерть для такого подонка. – тяжело вздохнув, девушка подошла к окну, на подоконнике которого стояла её сумочка, - Марат, - обратилась она к юноше не оборачиваясь, - снимай с него штаны. – брюнетка продолжила копаться в сумке. - Чего? – голос юноши стал каким-то писклявым. – Зачем? – Настя одела резиновые перчатки и повернулась к Марату. - Если ты не хочешь смотреть на это, то можешь просто выйти. – голос девушки был очень спокойный, будто подобное она делает каждый день и не по разу. Брюнетка склонилась над Ромой, переведя взгляд на Суворова. – Ну так что, остаешься или уходишь? – парнишка, шумно сглотнув, прислонился спиной к стене, дав понять, что остается. – Вот и славно! – кареглазая холодно ухмыльнулась. – Если ты думаешь, что я какая-то сумасшедшая, - продолжила она, глядя на Марата, - то это не так. Я – хирург, поэтому видеть какие-то обнаженные части тела людей для меня привычное дело. - Хорошо... - хрипло выдавил Адидас. Девушка присела на корточки напротив Колика. На его лице был ужас и не пониманием того, что эта чокнутая собирается с ним делать. В глубине души парня теплилась надежда на то, что это лишь шутка, но действия брюнетки были слишком правдоподобны. Да и укол, который ему поставили недавно начал постепенно действовать, парализуя Рому ниже пояса, из-за чего совершенно не чувствовал ног, он даже пошевелить ими не мог. Настя, смотря в глаза негодяя, с улыбкой воткнула скальпель в ляжку парня. Тот даже не пискнул. - Прекрасно, - она вытащила его обратно, - препарат действует! – кареглазая расплылась в улыбке. – Я очень долго думала, что же с тобой сделать, - Настя расстегнула ремень на брюках парня, - Отравить? – она поморщилась, - Слишком просто. Пырнуть тупым предметов в брюшную полость? – снова поморщилась. – Опять, - Настя уже расстегнула ширинку и немного приспустила брюки парня, - слишком просто. Ты бы даже ничего не почувствовал. – брюнетка наклонила голову на бок, - Никаких мучений от всего перечисленного. – Ахмерова наклонилась к уху Ромы, - Как ты смотришь на кастрацию? – она засмеялась, отстранившись от парня. – Знаешь, - кареглазая скальпелем разрезала тонкую ткань трусов, предварительно оттянув их за резинку, - это ведь лишь малая часть того, что с тобой сделают. – девушка издала истерический смешок, - Вопрос лишь в том, доживешь ли ты до приезда на зону. В какой-то степени, я даже облегчу твои страдания... Ты ведь знаешь, что там делают с такими как ты? – голос Насти переходил практически на шёпот. Выдохнув, девушка прикрыла глаза и резко дернула головой так, что у нее хрустнула шея. – Знаешь, как делают кастрацию? – она улыбнулась, обнажая белоснежные зубы, - Могу дать ручку с бумажкой, запишешь! – Колик шумно сглотнул, мотая головой, - Хм, ну ты не переживай, - Ахмерова провела холодным скальпелем по щеке молодого человека, - я не только расскажу, но и наглядно покажу. По спине Суворова пробежались леденящие мурашки. Он не хотел смотреть на это, но тело сковало настолько, что парнишка не могу сдвинуться с места. Горло, будто сковали железной проволокой, он не мог проронить ни слова. Колик пытался всячески отбрыкнуться от Ахмеровой, но его тело было обездвижено. Он пытался звать на помощь, но ни один из сотрудников милиции стоящих за дверью, не пришли ему на помощь. Да и кто вообще захочет помогать насильнику? Милиции даже на руки, если он подохнет. Настя надеялась на помощь Марата, но у него был слишком напуганный вид. Девушка вытащила ремень из брюк Ромы, чтобы зафиксировать его половой орган на животе. - Марат, - брюнетка подошла к юноше, - ты понимаешь, что я собираюсь делать? – тот молча кивнул, боясь посмотреть Ахмеровой в глаза, - Уходи! – Суворов мотал головой, - Не ломай себе психику, уходи! - Я ни куда не уйду. – прошептал Суворов. - Тогда, - девушка вздохнула, - иди к окну, встать ко мне спиной и просто слушай. – Адидас с опаской поднял глаза и молча кивнув, сделал так, как ему сказали. Девушка вновь нависла над Коликом. – Знаешь, мне очень бы хотелось проводить операцию без анестезии, прямо на живую, - истерический смешок, - но своими криками ты привлек бы слишком много внимания. Поэтому к моему сожалению, и твоему счастью, ты ничего не почувствуешь, но это временно. – она улыбнулась. – Смотри, чтобы ничего не мешала, я закрепила твой член ремнем, а то мало ли, отрежу случайно. Теперь, - скальпель был в районе паха, - нужно аккуратно и по шву, сделать надрез на мошонке, но в твоем случаем, аккуратность ни к чему. – легким движением руки, брюнетка сделала надрез в том самом месте. – Жаль, что ты ничего не чувствуешь, но ничего, боль накатит чуть позже, когда анестезия перестанет действовать. Что же дальше, спросишь ты? – Настя с улыбкой смотрела в глаза Колика. Взгляд её пустой, и даже немного безумный. – Из этого разреза, выводим яичко, которое закреплено на семенном канатике, - она дела всё то, о чем говорила, - этот канатик перерезается, - девушка выполнила действие, о котором сказала, - тоже самое, делаем и с другим. – закончив операцию, брюнетка смыла всё в унитаз. – По-хорошему, всё нужно зашить, наложить повязку и обрабатывать, но делать этого я не хочу, уж извини. – Ахмерова натянула брюки на Рому, которые сразу же окрасились алым цветом. Суворов хоть не видел этого ужаса, но представлял эту картину в своей голове, слушая каждое слово девушки. Её голос звучал так тихо и спокойно, что даже каким-то образом прогонял всю тревогу, которая нависла над юношей. Настя уже тщательно вымыла руки и как ни в чем не бывало подошла к окну, чтобы взять свои вещи. Девушка выглядела спокойно и непринужденно, чему Марат очень удивился. Накинув пальто, брюнетка обратилась к Колику. - В лучшем случае, ты умрешь от болевого шока и большой потери крови, в худшем, тебе окажут помощь и тебя ждет очень веселая жизнь среди жестоких убийц. – сказав это, Настя скрылась за дверью. Марат какое-то время стоял и тупо смотрел на истекающего кровью Рому. Ахмерова стояла на крыльце отделения милиции. Снежные хлопья кружились в танце и переливаясь в солнечных лучах, мягко падали на землю. Дверь скрипнула, и рядом с девушкой появился Марат. Парнишка достал из кармана пачку сигарет, и вытащив из неё одну сигаретку, зажав зубами, поджог спичку и прикурил. Брюнетка чуть закашлялась, вдохнув сигаретный дым. - Будешь? – юноша протянул Насте пачку с никотином. - Нет, спасибо. – она накинула шарф на голову, - Ты как? - Пока не понятно. – Суворов жадно делал одну затяжку за другой. – Вроде отомстил, а на душе все равно паршиво как-то. - как бы странно не звучало, но Ахмерова чувствовало тоже самое. Даже нанеся такой вред этому уроду, она не чувствовала удовлетворения. – Пойдем, - Адидас кинул окурок в грязный сугроб, - провожу тебя. - Не стоит. – девушка слегка улыбнулась, - Мне к отцу еще нужно зайти. - Значит, до отца провожу, навещу заодно. – Марат, прищурившись взглянул на Настю из-за слепящего солнца. - Ну пойдем тогда. От лица Алии. Для меня встреча с Айнуром была очень волнительным событием. Мы не виделись много лет, и вот, наконец встретимся, хотя обстоятельства не очень радостные. Я была дома у Ахмерова пару раз, мне не хотелось смущать своим присутствием Карину, поэтому отправляла Настю одну. Поддержка – это то, что ему сейчас нужно, иначе он потеряет себя, заливая горе алкоголем. Я не знала, что он предпочитает из еды, поэтому купила всего по немного, а там уже разберемся. И вот, я уже стою под дверью Айнура. Что же ему сказать? Как подбодрить, чтобы не ранить еще больше? Дверной звонок разрывается, наверно, уже минут пять, не больше, а мужчина всё никак не открывает мне двери. «Может, он в ванной?» подумала я. Наверно, стоило ему позвонить, прежде чем приходить. Не знаю почему, но в какой-то момент мне показалась, что входная дверь колыхнулась. Она открыта? - Айнур? – приоткрыв небольшую щелку, окликнула я мужчину, – Я могу войти? – в ответ тишина, - Айнур? – меня, конечно, не приглашали, но я все-равно вошла в квартиру, мало ли что могло случиться? Пройдя на кухню, оставила пакеты с продуктами и пошла осматриваться. – Айнур, ты здесь? – постучалась в ванную, но тишина, - Было открыто, и я зашла. – продолжила я общение с тишиной. В гостиной никого не было, но на полу валялись несколько пустых бутылок. В комнате было очень душно, неприятный запах буквально душил меня. Я открыла балкон, и вздрогнула, когда входная дверь хлопнула от создавшегося сквозняка. Где-то в отдаленных углах квартиры послышались шаги и чье-то бурчание. – Айнур? – снова повторила я, выйдя в коридор. Вид у него был удручающий: майка перепачкана чем-то жирным, волосы торчали в разные стороны, а в рука очередная бутылка. Увидев меня, он встав в ступор. - Ты чего тут забыла, а? – он подошел ближе, - Опять свою дочурку привела? Сколько тебе говорить, она мне не нужна! - Что? Нет! – я попятилась назад, - Я одна пришла, ты сам Насте вчера дал согласие. - Как же ты меня достала со своей дочуркой, пошла вон отсюда! – Ахмеров начал кричать и толкать меня, - Пошла отсюда! - Айнур, пожалуйста! – мужчина со всей силы толкнул меня, что я оказалась на кухонном полу. Он схватил со стола нож и начал махать им перед мои лицом, - Перестань, я просто пришла помочь! – схватив меня за локоть, поднял на ноги и вжал в стену. - Перестать? – захохотал Ахмеров, - Мне не нужна ваша помощь, поняла! – не знаю, намеренно или нет, но он ударил меня острием ножа прямо в живот. Издав гортанный стон, я чуть пошатнулась. - Это ты виновата! – Айнур ударил меня по лицу. Во рту почувствовался неприятный металлический привкус. Я старалась ползти, но рана сильно кровоточила, а голова кружилась от сильного удара. Мне нужно хотя бы выбраться в подъезд, чтобы позвать на помощь, но замок, как назло, заело. – Куда собралась? – схватив меня за волосы, он ударил меня об дверь. Я упала, а дверь наконец открылась. Сбежать мне так и не удалось. Он тащил меня в какую-то комнату, нанося ножом один удар за другим.

***

- Что за собрание? – Марат, прищурившись смотрел в сторону подъезда. - Не знаю. – девушка пожала плечами. – Сейчас преодолеем эти снежные ухабы и всё узнаем. – парнишка усмехнулся, придерживая под руку новую знакомую. Преодолев заснеженную дорогу, молодые люди наконец добрались до толпы зевак. - Извините, а что... - Настя бросила взгляд на лежащее тело, в котором она узнала своего отца. Слезы тут же брызнули из глаз брюнетки. - Мама... - Ахмерова подняла голову, смотря на балкон квартиры отца и со всех ног побежала. Дверь была приоткрыта, девушка на цыпочках вошла во внутрь, - Мам, ты здесь? – Настя прошла чуть дальше, и издалека увидела погром на кухне: продукты и стулья лежали на полу, там же были следы крови, - Мам! – громко произнесла она, заглядывая в каждую комнату, наконец найдя женщину в комнате покойной сестры. Тело матери было изуродовано, множество ножевых ранений, которые были по всему телу. Настя на дрожащих ногах подошла к Алие в надежде на то, что она еще дышит, но увы. Настя склонилась над телом женщины, соленые слезы разъедали глаза и градом катились по щекам. Упав на безжизненное тело, пронзительный крик заполнил квартиру. Суворов вбежал в квартиру, когда услышал крик на лестничной площадке. Парнишка увидел ужасающую картину. На полу лежало окровавленное тело не известной ему женщины, а на нем Ахмерова, которая билась в истерике, крича что-то невнятное. Марат стал оттаскивать девушку. - Давай, - он пытался поднять её на ноги, - вставай! - Нет! – рявкнула Ахмерова, отталкивая юношу, - Мама...мамочка... - кареглазая взяла Алию за руку, - милая моя, открой глаза...я тебя умоляю, открой... - Настя, идем! – Адидас с трудом, но оттащил брюнетку в прихожую, крепко прижимая её к себе, - Успокойся! - Мама... - Настя уткнулась в грудь Суворова, повторяя со всхлипами одно и тоже. Прошел месяц с момента похорон родителей и бабушки Насти. У бабушки Ахмеровой случился сердечный приступ, когда милиция пришла в ее дом, чтобы сообщить о случившимся. Старушку не успели довезти до больницы, она скончалась в машине скорой помощи. Девушка осталась совершенно одна. Сирота. Ни братьев, ни сестер у нее не было, поэтому полагаться нужно только на себя. Как Ахмерова и предсказывала, Колик умер от потери крови, даже не доехав до СИЗО, в котором его ожидала смертная казнь и издевки сокамерников. После вскрытия тела и изучения всех увечий Рома, милиция начала расследование. Больниц в Казани было много, поэтому сотрудники очень тщательно проверяли каждую из них. Наконец, очередь проверки дошла до больницы, в которой работала Настя. Медсестры сразу дали наводку на девушку, вспомнив о дне, когда она была в операционной первый раз и указала на нехватку одного из скальпелей. Из кабинет главного хирурга сделали что-то типа допросной, в которую вызывали по одному всех сотрудников отделения. Этим делом занимался Ильдар, у которого был просто отличный нюх на преступников. - Присаживайся. – мужчина указал на стул, когда брюнетка зашла в кабинет. Ахмерова не испытывала ни малейшего волнения. Честно говоря, она вообще ничего не чувствовала. Девушка села на стул, сложив руки на столе. – Назови свою фамилию, имя и отчество. – Ильдар, докурив сигарету закрыл окно. - Ахмерова Анастасия Айнуровна, тысяча девятьсот шестьдесят девятого года рождения, город Пермь. – кареглазая смотрела будто сквозь опера. - Ахмерова? – переспросил тот, поправляя очки, - Знакомая фамилия. – мужчина сел напротив, пристально смотря в глаза, - Знаешь, почему ты здесь? - Говорят, педофила какого-то кастрировали, а тот отъехал. – Настя отвечала совершенно безэмоционально. – Для чего вы это расследуете? Его и так ждала смертная казнь! – девушка ухмыльнулась. - Если бы он умер на зоне, то никаких вопросов бы не возникло. – Ильдар ухмыльнулся, расслабив галстук на шее, - Твои коллеги говорят, что в тот день ты первый раз появилась в отделении. - Да, - брюнетка слегка улыбнулась, - Лев Константинович проводил мне экскурсию по отделению и операционной, – девушка шмыгнула носом, - во время беседы с моим начальник я заметила, что не хватает одно скальпеля и сказала ему об этом. - А Лев Константинович, может это подтвердить? – опер снял очки, смотря на Ахмерову прищуренным взглядом. - Конечно, он же рядом со мной стоял. – Настя смотрела Ильдару в глаза. Она говорила очень уверенно, и кажется, что мужчина верит в это. Разговор, точнее, допрос прервал лейтенант, который без стука распахнул дверь. - Товарищ капитан! – обратился он. – Там девушку привезли, избитая вся, говорит, изнасиловали. - Сейчас подойду. – лейтенант закрыл прикрыл дверь. Опер швырнул очки на стол, потирая лицо ладонями. – Опять! – он встал со стула, надев очки на переносицу. – Ты со мной идешь! - Что? – Настя подняла взгляд на мужчину, - Зачем? - Затем, что я знаю, что Колику яйца отрезала ты! – Ильдар оперся на стол, - Айгуль ведь, твоя сестра, верно? – он расплылся в ехидной улыбке, - Ты пойдешь со мной, потому что я хочу предложить тебе кое-какую работу. – опер выпрямился, - Если согласишься, то не сядешь, а тебя ждет очень серьезная статья, поверь мне! Ильдар Юнусович и Анастасия вошли в приемный покой. На кушетке лежала блондина, лет семнадцати на вид, в разодранной одежде и крови. Ахмерова при виде девушки сжала кулаки. Кто сделал с ней такое? Когда уже эти мерзавцы получат по заслугам? Опер отвел брюнетку в сторону. - Осмотри её и успокой, а потом я постараюсь узнать, кто это сделал. – мужчина говорил это, даже не смотря на Настю. - Я не гинеколог! – возмутилась она. - Ну так стань им, а то сядешь, и на долго! – глаза Ильдара сверкали от злобы. - Пошел ты! – выплюнула Ахмерова с кривой улыбкой. Мужчина схватил девушка за локоть. - Ты хоть понимаешь, кого посылаешь? – он открыл дверь, - Лейтенант, - позвал капитан молодого парня, - в отделение её! – парнишка кивнул, - Наручники одень, а то мадам буйная очень! – ухмыльнулся Ильдар, наблюдая за тем, как на запястья Ахмеровой стягивают железными браслетами. – Привыкай, куколка, скоро так будет каждый день.

***

Туркина уже больше месяца таскают из изолятора в отделение, проводя следственные эксперименты и допросы. Из раза в раз, кучерявый твердил о том, что никого не убивал, но это мало кого волновало. Желтухин был большой шишкой, да еще и родственник Ильдара. Мужчина готов буквально на всё, чтобы виновные и невиновные в этом деле были наказаны по всей строгости закона. Валеру снова привезли для допроса, но опера не было на рабочем месте, поэтому парень уже битый час, а то больше сидит в обезьяннике, ожидая очередной бессмысленный разговор, который закончится избиением. В темной сырой комнатушке Турбо обычно сидел в одиночестве, но не в этот раз. Решетчатая дверь открылась, и во внутрь зашла какая-то девушка, которая, потирая запястья, покрывала матом лейтенанта. Настя села напротив какого-то незнакомца и закинув голову назад, смотрела в потолок. - Ух ты, - Валера, сидя на скамье подался вперед, оперевшись на неё руками, - сегодня хоть не один. – парень усмехнулся, но брюнетка даже не отреагировала, - За что закрыли? - Какая тебе разница! – раздраженно ответила Ахмерова, смотря на незнакомца, который сидел в темном углу. Она не видела его лица, лишь слышала приятный голос. - Я уж подумал, что ты немая! – Валера, шмыгнув носом улегся на скамейке. – Так за что закрыли? - Убийство. – равнодушно ответила кареглазая, тяжело вздохнув. - Смешно. - Я и не шучу. – девушка перебирала пальцы на руках, – Покалечила обидчика сестры, а тот отъехал. – Настя усмехнулась, - А ты что натворил? - Ну, - кучерявый закинул руки за голову, - меня хотят посадить за то, чего я не делал. - Как это? – Настя поднялась на ноги, чтобы подойти ближе к незнакомцу, но лейтенант прервал их беседу. - На выход, красотка! – молодой милиционер открыл решетчатую дверь. - Еще раз меня так назовешь, нос сломаю! – пригрозила Ахмерова, оказавшись перед лейтенантом. - А она может, я уверен! – прокомментировал Туркин, с издевательским смешком, - Рад был поболтать! - Взаимно. – холодно ответила Настя. Девушку привели в небольшой кабинет, в котором кроме двух столов и пары шкафов ничего не было. Окна завешаны темной занавеской, а на оконных рамах железные решетки. Из-за тусклого освещения, находится в помещение было не очень комфортно. Не то, чтобы у Ахмеровой была клаустрофобия, но просто очень давило, от чего становилось дурно. - Чай будешь? – Ильдар вытащил из стола кружку. - Вы меня сюда для чаепития привезли? – саркастично спросила Настя, с ухмылкой смотря на мужчину. - Как хочешь! – опер налил себе кипяток и сел за стол, – Девочку с больницы, зовут Амина. – Ильдар смочил сухарик в кружке и откусил его, - Шла с музыкальной школы, а её два каких-то урода схватили и в гараж утащили. Отобрали деньги, инструмент сломали, и ее изнасиловали. – брюнетка сжала кулаки, смотря в одну точку. – Два дня продержали так, а потом на остановке выкинули. Уроды эти насиловали всем, что под руку попадало: бутылка, шланг... - Хватит! – Настя скривилась от услышанного. - Ей все там разорвали, - продолжил мужчина, не обращая внимания на просьбу, - а теперь ответь мне, – Ильдар сложил руки на столе, - у тебя нет желания отомстить им? Сделать с этими ублюдками тоже самое, что и с Коликом? - Почему я должна хотеть это сделать? – Ахмерова шумно сглотнула, - Она мне никто, чужой человек. - То есть, тебе сейчас не сносит крышу? – милиционер засмеялся, - Если сейчас покажу, как выглядят эти подонки, завтра их не найдут с отрезанными яйцами? – мужчина стучал указательным пальцем по столу. - Чего вы хотите от меня? – девушка развернулась всем корпусом, стараясь как можно строже смотреть капитану в глаза. - Знаешь, - он улыбнулся, - у меня на тебя большие планы. – Ильдар снял очки, - В тебе есть лидерские качества, ты безбашенная, амбициозная, для моих дел, то, что нужно. -Каких ваших дел? – брюнетка нахмурилась. - О них я тебе позже расскажу, а пока твоя задача возглавить одну группировку, ну или создать свою и работать с ними, не важно. – мужчина снял китель, - одного из лидеров группировки, которая выполняла мои поручения убили. – он задумался, смотря куда-то вдаль. - Что за группировка? – Ахмерова потревожила раздумья опера своим вопросом. - Универсам. – сухо ответил тот. – Там сейчас полнейшая анархия. – Ильдар ухмыльнулся, - Бывший автор вернулся и произошел раскол, репутация теряется без хорошего лидера. – девушка молча слушала, а на лице было полнейшее непонимание, - Автора этого я уберу на время, посажу за убийство, которой он не совершал. – Настя нахмурилась, вспомнив парня в камере, который говорил о том, что его хотят посадить ни за что. Почему-то, брюнетка приняла Валеру именно за того, о ком говорит ей Ильдар. – Дальше ты уже сама. - Универсам, значит... - еле слышно произнесла кареглазая, - Как я стану лидером пацанской группировки? - Меня это уже не касается. - мужчина скривил улыбку. Настя тяжело вздохнула, - Понимаешь, мне нужны те, кто будет выполнять за меня всю грязную работу. – продолжил он, встав с места. - И при первой возможности, нас арестуют, - Настя засмеялась, - очень умно! - Пока я вас крышую, никто и пальцем не тронет тебя и Универсам. – Ильдар присел на стол, - Ну так что? Срок мотать будешь, или на сделку согласна? – опер расплылся в ехидной улыбке.