Часть 1

На заре под ногами хрустит, рассыпается мягкий снег, И тропинка ведёт за собой бесконечная глубже в лес. Ты стремишься его пересечь безнадёжно четвёртый век, Словно птица, что хочет узреть острый край синевы небес. Каждой ночью бушует метель, а наутро покой и тишь. Нет патронов к ружью, и зверьё убегает от голых рук. Шепчешь вечером возле костра: «Всемогущий, прошу, услышь! Пусть единым веленьем Твоим разорвётся порочный круг!» За четыреста лет ты прошёл этот лес поперёк и вдоль, Только сколько вперёд не иди, не кончается строй берёз. В нескончаемом снежном плену держит их Ледяной Король И с дороги сбивает тебя, заставляя страдать до слёз. Ты не чувствуешь холод и боль, и ни мёртвый, и ни живой. В окружении диких зверей, что не жаждут твоей крови, И под крик пустоглазых ворон ты не сыщешь пути домой, Сколько воплями голос ни мучь, хоть до хрипа его сорви. Вся одежда протёрлась до дыр в череде однотонных дней, И морозом прожгло до костей кожу там, где защиты нет. Каждый раз у замёрзшей реки ты стремишься идти быстрей, Забывая, что там не конец и не выхода яркий свет. Прерывается лес, и за ним полоса, где по пояс снег, Где не видно звериных следов и цепочек от птичьих лап, Где поток из часов и минут замедляет привычный бег, Где теряет надежду на жизнь и свободу пленённый раб. Возвышается мрачной стеной до небес частокол стволов, Очернённых почти до ветвей, словно каждый попал в смолу. Это стражи безмолвных земель на границе у двух миров, Лабиринт Минотавра в снегу, где рабы как еда к столу. Ты бессмысленно рвёшься вперёд, напрямую — короткий путь, Но смыкается сумрачный строй, и ему не видать конца. То, что стражи веками хранят, невозможно назад вернуть, Потому что давно у тебя нет ни имени, ни лица. На просторах бескрайних лесов ты однажды заснул в снегу В жесточайший мороз, а восстал за чертогом живых миров. Твоя лодка обратно, к семье, не дождётся на берегу —Стражи чутко следят, и тебе никогда не сорвать оков. Стражи чутко следят, и тебе никогда не сорвать оков.