Deviatio I. Fatum Fatuum

fātum n (лат.)

Судьба, рок, участь

Во множественном числе fāta смерть

В отношении бога - речь, изречение

fatuum n. form of fatuus (лат.)

Глупый, нелепый, бестолковый

безвкусный, пресный

Неуклюжий, неповоротливый, громоздкий

От отца Венелане Баэль достался лишь цвет глаз и Сила Разрушения. Всё, что могло достаться от родителей, кроме этих двух вещей, досталось ей от матери, Раснар Барбатос. Русые волосы, высокий рост, черты лица, тон голоса. Любовь к битве. Одна из групп падших ангелов, на тот момент ещё не организовавшихся под крылышком Азазеля в цельную фракцию Григори, сумели пересилить Раснар приблизительно под конец Великой Войны. Им это наверняка дорогого стоило. Поэтому Венелана не была в восторге от идеи её дорогого сына, Сайзекса, воспользоваться образовавшейся ситуацией с падшей-полукровкой в пользу пополнения комплекта фигур Риас. Конечно, сын просто поставил её в известность о будущем размещении этой девочки в их особняке, и вкратце описал ту цепь событий, которая привела дочь Баракиэля в плачевное состояние. Как обычно, демонам Столпа Гремори просто везло. Всё, что в этой жизни можно было заслужить или достать, всю свою юность она брала это силой. Ей никогда и ничего просто так не падало в руки. Сила Разрушения была такой же частью её бытия, как руки или ноги, так что считать это подачкой от судьбы она не могла. Было множество вариантов пересилить всеобъемлющее разрушение, хотя бы потому что сила эта была исконно демонической, и до определённого уровня развития попросту нивелировалась достаточно чистым Священным Светом, порождаемым ангелами или некоторыми боевитыми святыми. Нечего говорить и о носителях Священных Механизмов - до открытия реинкарнации, демоны Преисподней могли только мечтать о присвоении этих игрушек Библейского. Было бы, конечно, ещё более удачливо, если бы у этой падшей-полукровки обнаружился ко всему прочему Священный Механизм. Венелана бы совершенно точно не удивилась. Ведь сама её история супружества с Зеотикусом раз за разом подтверждала совершенно нереальный уровень везения, который преследовал всех Гремори, унаследовавших силу своего Предка. После Великой Войны и смерти Владыки Люцифера ей было совершенно не до отношений, и она была одним из воинов отца, набирала репутацию и защищала территории и интересы Столпа Баэль. Вапула были союзниками и, с какого-то момента, вассалами. И в какой-то момент очень много дней, проведённых в разговорах с тихой и задумчивой Мислой Вапулой, тренировки с адскими монстрами, которых она могла подчинять, визиты в человеческие города и шутки над смертными - всё это переросло в странные чувства, о которых на тот момент Венелане было попросту не с кем поговорить. Венелана была сущностью битвы, разрушения и, в некоторых случаях, злорадного упования чужими страданиями, когда дело касалось поля боя. Иные чувства ей обычно были не близки, да и времени как-то их разобрать и обдумать, оценить и сравнить, попросту не было. Всё изменилось в какой-то из тех давних дней, когда они снова выбрались из Преисподней и шли по диким джунглям - Мисла всегда была в поиске новых животных для своей коллекции, а Венелана никогда не возражала, если даже эта прогулка в итоге не дала бы какого-то результата. Венелана убила крокодила на ужин, и они привычно сели бок о бок у костра. Так как Мисла незадолго до этого укротила какую-то чрезмерно большую чёрную кошку, та пыталась втиснуться между двумя демонами так, будто была частью компании, а не просто случайным животным, попавшимся на глаза во время охоты. После искреннего смеха от вида обиженной огромной кошки, женщины затихли, ожидая хотя бы приблизительной готовности мяса. Но в какой-то момент в воздухе будто повисло напряжение, и Мисла сжала свои пальцы на ладони Венеланы, будто что-то для себя решив, кивнула и поднесла ладонь своей любовницы к губам. Она тихо вздохнула на вопросительный взгляд и отвела глаза. - Сегодня утром Предок Вапула поставил меня в известность, что хочет составить супружеский контракт с твоим Столпом, Лана. - Я... - всё внутри Венеланы замерло - будто на неё направлен был не взгляд светло-фиалковых глаз Мислы, но копья Света как минимум десяти ангелов одновременно. - Я не говорю, что нам придётся прекратить, Лана, - уточнила Мисла и приблизила своё лицо так, что стало видно мелкие тёмные крапинки в её прекрасных глазах, которые как всегда меняли цвет в зависимости от настроения и света. - Что такое... Супружеский контракт? - выдавила из себя Венелана и, не удержавшись, прижала губы к щеке Мислы, прямо под одним из этих выразительных и тёплых глаз. - Супружеский контракт подразумевает рождение ребёнка и переезд на территорию вашего Столпа, более ничего, - пожала плечами Мисла и снова вздохнула. - Когда? - выдавила из себя Венелана и скрежетнула зубами, не сумев сдержать нарастающий гнев в полной мере. - В ближайшие пару лет. - Это не так много времени. - Времени для чего? - Мисла приложила свою ладонь к щеке Венеланы и продолжила. - Лучше я буду рядом с тобой так, чем никак, Лана. Ты - сильнейшая по управлению Силой Разрушения, после самого Предка Баэля, это все признают. И у нас нет потенциального мужа на примете, чтобы это как-то... - Мне не нужен муж! - рыкнула Венелана, чем испугала улёгшуюся, было, у их ног большую кошку. - Одна из жён моего старшего брата уже беременна, другая - только родила, две анциллы ждут детей. И у меня пять старших братьев! Два младших! Есть ещё целый легион полукровок, половина из которых не может даже каплю Разрушения выдавить, так что они не считаются. Я гораздо лучше послужу своему Столпу в Войне! - Я хочу детей, Лана, - прошептала Мисла и снова поцеловала ладонь Венеланы. Та едва сдерживала свою Силу - только лишь потому, что могла навредить. Хотя ей сейчас тоже было больно. Промелькнула - и тут же пропала - мысль, что можно бы сделать больно в ответ. - Я поняла, - устало пробормотала Венелана и, резко повернув свою кисть в сторону, открыла губы Мислы для привычного поцелуя. На следующий день Венелана решила спросить совета у отца. В глубине души Венелана надеялась, что есть какой-то способ дать Мисле то, что она хочет - ребёнка - без того, чтобы делить её с кем-то ещё. Отец, как всегда молчаливый и спокойный, но при этом вызывавший всей своей несоизмеримой силой необоримый страх, на краткий вопрос, почти что не включавший в себя никаких объяснений, ответил также кратко. - Гремори. Отнеси записку Рунеас. После этого он написал что-то на пергаменте, напитал его своей магией, не разрушения, а просто для того, чтобы Предок другого Столпа не подумал, что это обман. Это было обычной практикой вместо использования печати Столпа, если лень побеждала, и контроль над магией был отменный. Кто-то менее искушённый бы заставил пергамент тлеть от переизбытка энергией. Именно это послужило отправной точкой для её визита к Столпу Гремори. В последний раз Венелана видела Рунеас Гремори крайне сонной, обнимавшей массивного верблюда за шею, и было это ещё при жизни Владыки Люцифера. Та приняла записку, тут же её прочитала и сказала располагаться, потому как через пол часа ожидался обед. Далее она куда-то радостно пошла вприпрыжку, чем-то напоминая наивного ребёнка. И уже эта её отлучка послужила началом общения с самым настойчивым мужчиной её жизни который при этом умудрился за все сто лет безуспешных попыток ухаживаний ни разу не перегнуть палку или попытаться заставить её почувствовать себя ниже. Венелана совершенно точно знала, что пришла к Рунеас с совершенно иной целью - ей нужно было что-то, магия, алхимия, что угодно, что могло бы ей помочь с Мислой Вапулой. Но Зеотикус нередко упоминал, что влюбился в неё с первого взгляда и надеялся, что это когда-либо станет взаимным. Венелана на это всегда закатывала глаза и отмахивалась, но в глубине души прекрасно знала, что если бы получила ответ на свой вопрос от Рунеас, и если бы этот ответ смог ей в самом деле помочь, то Зеотикус бы никогда не стал её мужем. Он не сильно изменился, но объектов его страсти было больше, чем она одна, как и у многих демонов. Лучшее в этой ситуации, что можно было сделать, это как-то ограничить и проконтролировать, дабы он не притащил домой каких-нибудь ассасинов. Одного раза хватило, если честно. Венелана и Мисла восстановили свои прежние, крайне близкие, отношения в последнее столетье. Едва тлевший уголёк прежней страсти разгорелся в шумный костёр. Мирное время и более-менее спокойная жизнь дала шанс двум женщинам видеться почти каждую неделю и восполнить пробелы в знаниях о жизни друг друга. Первый год у них ушёл только на то, чтобы просто ввести друг друга в курс дел. Но по большей части они просто получали удовольствие и думали о внешнем мире как можно меньше. Свидания на Земле продолжились, будто и не прекращались, но теперь добавилось больше городов и цивилизаций для визита. А потом Мисла забеременела Сайраоргом, и это поменяло их отношения ещё раз, но Венелана не могла сказать, что только в худшую сторону. Да, она ощутила жгучую ревность в первые мгновения после того, как счастливо сияющая Мисла ей это сообщила, но затем она просто обняла свою любовницу и гладила её по спине всё время, пока Мисла эмоционально плакала ей в плечо и сжимала её талию до приятной боли. Это был её первый и единственный ребёнок. Венелана не хотела испортить это мгновение. Их встречи стали редкими из-за её беременности - придурок-брат решил, что будущий наследник нуждается в дополнительной защите. Что в итоге вылилось в излишние меры безопасности и почти полное отсутствие секса. В следующий раз Мисла плакала на её плече тогда, когда подтвердилось, что малыш Сай не несёт в себе искру Силы Разрушения. Придурок-брат перестал беспокоиться о безопасности наследника, и Венелана решила попытаться взять всё в свои руки, когда стало понятно, что нахождение в замке Баэль для матери и сына совершенно точно небезопасно. После неудачи и встречи с Мислой, которая пыталась её всю встречу успокоить и убедить в том, что даже такой выход - переезд ближе к диким землям, гораздо лучше, чем альтернатива, ведь там есть столь любимые Мислой монстры. И они-то как раз помогут с защитой как её, так и Сайраорга. Но нутро Венеланы всё равно буквально клокотало от ярости из-за беспомощности, когда она вернулась обратно, и Зеотикус всегда был падок на это её доминирующее состояние. Когда Венелана узнала, что из-за одной ночи, впервые за последние несколько лет это уж точно, проведённой в объятиях Зеотикуса, у них появится ещё один ребёнок, первое что она сделала - это расхохоталась от самой абсурдности. Вот уж правда, удача Гремори во всём, не иначе. *** Венелана едва сдержалась от того, чтобы просто снести какую-то стену, после того, как абсолютно нелогичные действия Риас привели к краху планов Сайзекса и совершенно точному ослаблению будущих позиций Риас. Несмотря на очевидную выгоду, её дочь решила поступить по-своему, и как докладывал Агриппа, просто обошла его авторитет и обвела его вокруг пальца. Ведь такие случайности не падали с неба каждый день, да даже не каждый год! Будущая фигура королевы или епископа была в руках Риас - и дочь всё равно решила поступить наиболее взбалмошным образом. Отменив таким образом все возможные планы, которые уже были на этот счёт у Венеланы. Сайзексу потеря контроля над ситуацией совсем не понравилась, и Венелана подозревала, что там были какие-то далеко идущие планы. Она прекрасно понимала его вечное желание всё проконтролировать, но именно из-за этой его привычки Грейфия каждый раз жаловалась на его ужасную занятость, постоянно заваленный рабочий стол и неспособность качественно делегировать кому-то, кроме собственных фигур или других Сатан. Когда дочь попросила взглянуть на контракт с Фенексами, Венелана, было, подумала, что девочка узнала что-то новое о концептуальности силы разрушения. Ведь Венелана, хоть и не афишировала это, но множество раз за всю свою долгую жизнь, выходила из обязательств контракта просто концептуально его стирая из реальности. Но Венелана видела, как присутствие постоянного противодействия повлияло на её силы и силы её первенца, и как новые избалованные поколения теряли власть и влияние, как например предыдущие два поколения бывшего столпа Абаддон, или родители последней Вепар из своего Столпа, всё ещё считающегося таковым только из-за вассалитета Королю Баэль и участия в процветающем бизнесе. Потому слишком раннее освобождение от давления не просто испортит развитие Риас, оно сделает из неё, вполне вероятно, копию или её отца, или её бабушки, или их обоих. Если у Зеотикуса любимым делом было заняться сексом с постоянно ротирующимся составом гарема, прерываясь только на тусовки и семейные поездки, то у его матери - это был слишком частый сон и чтение всякого рода книжек. Понятно, что до прародительницы Рунеас им было далеко - та вообще могла исчезать на годы, и объяснялось это действием их особенной силы Удачи. Искреннее непонимание от такой непредсказуемой силы не мешало Венелане видеть результаты. Сайзексу неприлично везло на протяжении всей гражданской войны. Множество раз она сама получала неожиданную помощь от мужа в каком бы то ни было деле, и на это он отвечал, что иногда он спрашивает себя, как бы он мог сделать свою жену счастливее. Да, он после этого иногда мог начать глупо улыбаться и попытаться к ней приставать, но чаще всего он просто или спасал её от убийства делового партнёра из-за гневного всплеска, что могло бы порушить всё до этого достигнутое, или сообщал ей какую-то информацию, которую иначе она бы и не узнала, а ему она досталась случайно от его множества друзей или их подчинённых. Конечно, когда она припоминала в таких случаях, что он нередко держит в уме её счастье, то где-то в глубине начинало разгораться то самое тепло, которое в принципе заставило её рассмотреть его предложение о супружестве. На протяжении сотни лет после переезда Мислы в замок Баэль в качестве жены, отношения с Мислой становились всё более напряжёнными из-за ревности и жадности, присущих любым демонам, и очевидно ещё более проявляющихся среди тех, кто влюблён. Её идея с тем, чтобы дать Мисле то, что она хочет, провалилась, так как Рунеас Гремори снова ушла на тот момент не то в спячку, не то в транс - никто точно не мог сказать, потому как она просто исчезала, не оставляя никакой дополнительной информации. Венелана не была идиоткой, и понимала, что это всё закончится убийством её брата. И так как убийство родичей всё-таки не практиковалось Столпом Баэль, несмотря на максимальное поощрение конкуренции и соперничества, ей не оставалось ничего иного, как попытаться как можно дольше и чаще избегать его компании, и особенно вместе с Мислой. И вот тогда, после множества столкновений и лёгкого общения с Зеотикусом, его предложение о супружестве - на равных правах и с полным доступом к ресурсам Столпа Гремори - стало в какой-то момент спасительным. Всё изменилось тогда, когда она словила себя на мысли о том, что гнев начал распространяться не только на брата, но и на ту, что всегда вызывала лишь любовь, желание и понимание. Потом она спросила Зеотикуса, что именно заставило его спросить именно тогда - и он объяснил, хотя и приблизительно, что если у Гремори есть определённое желание, то всё в его действиях будет помогать исполнению этого желания, насколько это возможно. Именно так она поняла, что эта сила - Удача - совершенно точно не меняла реальность вокруг себя, не так концептуально, как Сила Разрушения. Она опиралась на происходящее вокруг, но не создавала его. Это было бы совсем странно и страшно, это да. Именно поэтому, даже когда Венелана с некоторым разочарованием положила обратно в сейф совершенно целый договор, она и не подумала предположить, что Риас в самом деле смирилась с этим положением вещей. Это лёгкое давление на неё, как казалось Венелане, должно было продолжаться, ведь из этого договора всё равно так просто было бы не выйти - его разрушение повлекло бы последствия для столпа и всё равно кто-то должен был бы сразиться или как-то иначе поставить на место Фенексов. И Венелана, в случае того, что Риас всё-таки додумалась бы разрушить этот договор своей силой, тем самым стерев его и эти обязательства из реальности, была готова взять на себя такую ответственность. Ведь ребёнок всё ещё не был готов, хотя её контроль над силой Разрушения был прекрасен, когда как наследник Баэль Магдаран всё ещё нуждался в Печати Баэль для создания того, что Риас могла просто сделать, щёлкнув пальцами. А знания о магии и Верхнем мире у неё были на хорошем уровне, она интересовалась много чем, и вполне спокойно могла бы заключать контракты, без нужды в постоянных стираниях памяти Смертным. Венелана в принципе гордилась её ростом, но над практичностью мышления дочери стоило бы поработать, это да. Когда настал День Рождения, Венелана подозревала, что праздник может закончиться, как и любое сборище демонов больше одного, дракой и возможным убийством. Она всегда это держала в уме на любых таких праздненствах, дабы вовремя успеть удалиться. Но она совершенно точно не подозревала, что той, кто будет на грани совершения этого убийства, будет она сама. Багровая пелена немного спала с глаз, когда она ощутила на плечах и шее под волосами знакомые ладони, а перед лицом, вместо какого-то мутного пятна, теперь было лицо Мислы. Справа в полу-согнутом состоянии стоял Зеотикус, выставив напротив себя ладони, а его костюм был весь в подпалинах и грязи. Слева на земле сидел Сайраорг, который смотрел на неё со смесью восхищения и ужаса. Его волосы неровно обгорели, но кто-то уже потушил его - сзади его поддерживала Лилитифа Вепар, так что вероятнее всего это была она, ведь их клан всегда имел и внешность, и силы, похожие на земных монстров - русалок. - Дыши, раз-два, дорогая, давай, - негромко говорила Мисла, словив её взгляд и пытаясь успокоить. - Он нам нужен, чтобы узнать, что случилось с дочерью. Нельзя убивать. Взгляд Венеланы переместился за плечо Мислы и встретился с ледяными глазами Серафолл. Та закрыла мелкого ублюдка в своём льду полностью, не считая головы, что мешало ему перемещаться, но не мешало ему продолжать... существовать... - Нет, на меня! Смотреть на меня! - повысила голос Мисла. - Успокойся. Лана, пожалуйста. Надо найти дочь. Это важнее. - Это... Важнее, - кивнула Венелана, будто завороженная её глазами, снова поменявшими свой цвет, ставшими чуть темнее. - Я тоже хочу его прикончить, - пробормотала Мисла и погладила одной ладонью щеку Венеланы. - Он посмел тронуть детей. Сайраорга тоже. - Сайраорга тоже... И ты хочешь, чтобы я позволила ему... существовать? - Информация важнее. Серафолл нарочито откашлялась, вклиниваясь в этот диалог и при этом явно пытаясь собрать разбитые шаблоны с пола, это было ясно по её явно удивлённому лицу. - Если вы тут решили уже проблему желания убийства малолетних дебилов, то я готова предоставить этого дебила для допроса, - развернувшись в пол-оборота, она обратилась к горящей башке молодого Фенекса, он явно тужился, но не мог расплавить волшебный лёд одной из Сатан. - Если этот... Райзер не додумается попытаться улететь от проблем, то я его даже перестану промораживать. - Мамы, - выдохнул Сайраорг, поднявшись на ноги, чуть пошатываясь, и сделал пару шагов к двум женщинам. - Прежде чем он меня подпалил... кха... Риас меня защищала щитом из Разрушения. А потом она от чего-то отмахнулась, будто бы, затем согласилась вслух и... Исчезла. Вместе с ней исчез и щит. Видимо, кто-то увидел результат и сообщил... вам... - Отпустите меня! Я просто защищал мою будущую невесту от этого бездарного завистника, - начал возмущаться Райзер. - Он с ней дрался до того, как я вмешался! - Мы так общаемся! Это называется дружба! И мы не видели друг друга пол года! - дёрнулся Сайраорг и сжал кулак. - Ты, куриная жопа вместо мозгов! - Не надо за ней повторять эти бредни! Что это за дружба такая?! - проорал в ответ уже освобожденный ото льда и регенерирующий идиот. - Кто так дружит?! Она же девочка! - Будь счастлив, - спокойно но громко произнесла Венелана, когда как Мисла решила её обнять, дабы не дать снова двинуться с опасными намерениями в сторону придурка. - Ты выжил против меня в течение пяти секунд, и тебя успели спасти. Не каждому это удаётся. Фенекс вздрогнул и посмотрел на мать своей "будущей невесты". Секундой позже Фенекс не выдержал и сглотнул, а его заново отросшие ладони подрагивали в заметном спазме.