Две недели

Он стал ей отчаянно нужен. Два дня назад? Неделю? Нет. Сейчас. А, может, был нужен всегда. Просто он никогда прежде не оказывался настолько близко, чтобы она вдохнула в себя эту нужду. Чтобы та проникла в лёгкие и стала частью её, забила нос запахом кожаной куртки и едва уловимым — то ли бензина, то ли машинного масла. Кончик его носа касался её носа. Сантиметр, застывший между их губами, горел. Безумные мотивы рок-н-ролла бились о барабанные перепонки слабыми, глухими толчками.