Свети

В этом году собирались праздновать тихо. Утром Уильяму понадобилось идти на работу в школу, а Льюис собирался приготовить ужин, чтобы всё было в наилучшем виде к его возвращению, впрочем так всегда и получалось. Альберта, к сожалению, в этот раз с ними не было, он уехал по срочному поручению в Кардифф на несколько дней и долго извинялся за это перед братьями. Те не были сильно обижены, ведь всё понимали, но тем не менее впервые за долгое время им предстояло провести время праздника вдвоём. Уильям успевал вернуться только к позднему ужину, ведь Холмс-младший тоже имел желание поздравить его лично и для этого выкрал юного учителя математики по дороге от школы. Лиам очень не любил расстраивать семейные планы, но Льюис заверил его, что всё понимает. Ведь как бы ни скребли кошки на душе младшего, он не давал себе помешать личной жизни брата. Тем более тот пообещал вернуться к ужину. Из гостиной доносится тепло разожённого камина, а на кухне к этому прибавляет ещё и работающая духовка. На столе блестят приборы, в приглушённом свете рядом сверкают пузатые бокалы. Конечно Уильяму утром нужно на работу, но они при любых обстоятельствах выпивают хотя бы по одному под тост в честь дня рождения каждого, это традиция. Стрелки часов неумолимо отдаляются от отметки в семь часов и тогда Льюис начинает переживать сильнее. Нет, он верит слову Уильяма, но сейчас их жизнь слишком непредсказуема. Постепенно они становятся всё дальше друг от друга в силу возраста, смены привычек, это нормально и стоит воспринимать как должное. Вот только пока что плохо получается. Льюис задумывается об этом достаточно сильно, так что топот шагов на лестнице застаёт его врасплох. Младший Мориарти бросается в прихожую, едва не спотыкаясь на ходу о свои ноги и ножки табурета. – Льюис, я опоздал, прости пожалуйста!– Уильям тоже буквально влетает в прихожую, сразу откидывая портфель на пол и стараясь чуть ли не выпрыгнуть из своих уличных ботинок. Он очень спешил, чтобы брат не успел на него обидеться. – Всё хорошо, брат. Не стоит беспокойства,– тихо говорит Льюис, успокаиваясь, видя брата счастливым и буквально излучающим положительную энергию, душу согревает факт того, что Уилл торопился к нему,– надеюсь, ты голоден. – Я ни за что не оставлю твоим трудам пропасть зря!– жизнерадостно отвечает на это Уильям, подходя и приветственно целуя брата в щёку, после чего он сворачивает в сторону ванной, чтобы вымыть руки. Льюис слишком счастлив видеть его таким воодушевленным, что не замечает собственнической метки у края его воротника. Да и так ли нужно восполнять этот пробел наблюдения? Точно уж не сегодня. Уильям снова согрел его своим присутствием, так к чему портить этот день, если в конце концов они вместе? Льюис успевает вовремя вернуться из прихожей в кухню, поэтому, к счастью для обоих братьев, пирог не успевает сгореть. Уильям приходит сразу туда, чтобы помочь брату с сервировкой, забирает нож из чужих, чуть подрагивающих, пальцев. Пока он нарезает главное блюдо, решают какое вино в этот раз подавать к столу. В доме было только красное, как любят все трое, но даже тут есть из чего выбрать. Попутно братья решают набрать Альберту по видеосвязи, но уже когда перейдут к божественному десерту от Льюиса. – С днём рождения, дорогой брат,– произносит младший Мориарти, подняв свой бокал, когда они наконец занимают места за столом. – Спасибо, Льюис,– Уильям улыбается, растворяясь в мгновении своей радости и слегка касается своим бокалом чужого. Не до громкого звона, чисто символически. Рядом с братом всегда тепло и спокойно, впротивовес брызжущей энергией натуре Шерлока. Но адреналин из крови от внезапной встречи всё равно сходит довольно долго. Льюис тактично старается не замечать "отсутствия" брата рядом с ним. Он очень старается делать вид, что не видит. Горячее доедают практически в тишине, хотя Уильям как обычно хвалит способности брата. Искренне, и Льюис это знает. Просто привыкает к новому положению вещей. Он не в обиде, точно. Потом, как обычно, они переходят в гостиную. Уильям выглядывает в окно, запрокидывая голову к ночному небу. Сегодня над Лондоном видны редкие звёзды. Льюис отходит на минуту в свою комнату, а, вернувшись, останавливается в дверях, спрятав подарок за спиной, как ребёнок, который не решается подойти к строгому отцу. – Льюис,– зовёт Уильям и полуоборачивается к нему. Младший начинает приближаться неспешными тихими шагами. "Ты приготовил мне подарок? Не стоило!"– хочет сказать Уильям, но молчит, ожидая. Так случается едва ли не каждый год, ему всегда кажется, что брат в этот день слишком многого требует от себя. Льюис вновь прокручивает в голове то, что хотел бы сказать. По правде говоря, они готовы хоть всю эту ночь растянуть в этом мгновении, слишком хорошо на душе в спокойной тишине. И всё же... – Это не совсем мой подарок, скорее он общий,– начинает Льюис, чувствуя как от нервов язык прилипает к нёбу,– Майкрофт сказал, что это будет символично и от души. Я так и не понимаю до конца смысл, но вот. Наконец, в руках Уильяма оказывается светлая рамка, под стеклом которой лежит какой-то сертификат. "Документ на владение именем звезды. Координаты:***** Имя: Уильям Дж. Мориарти" – Единственное, что я смог придумать по этому поводу,– продолжает говорить Льюис, и у Уильяма сердце счастливо сжимается от его слов,– что ты не просто так наша звезда, брат. Ты согреваешь нас своим присутствием, а твой свет не даёт сбиться с пути. По крайней мере, мне уж точно. Старший Мориарти поднимает на него взгляд, и в его глазах стоят слёзы. Это символ и он знает, что символы важная часть их жизни, как бы люди не старались этого отрицать. О, Майкрофт точно понимал это, когда предлагал такой подарок! Но, вдобавок к этому, Уильям понимает и то, что видит перед собой ещё одну крайне важную часть своей жизни. – Спасибо,– Уильям выдыхает и сгребает брата в объятия. Льюис с трепетом располагает ладони на чужой спине. Брат не разочарован ими, и он по-настоящему счастлив от этого. Не проходит и пары минут, как на ноутбук приходит уведомление о входящем звонке, с небольшим сожалением братья отстраняются друг от друга. Уильям садится в кресло, спиной к окну, и утирает слёзы, одновременно нажимая "Принять". Они всё равно ждали этого звонка. Рамка располагается на столике по правую сторону от ноутбука. – Я что-то прервал?– спрашивает Альберт, разглядывая его лицо и особенно глаза в полоске света, идущего из кухни. Туда как раз отошёл Льюис за десертами и бокалами, по дороге включив лампу, висящую у прохода. – Нет, ничего. Спасибо за подарок,– улыбается Уильям, чувствуя себя слишком сентиментальным, Альберт перед камерой улыбается в ответ. Он знает, какие его братья на самом деле эмоциональные, уж тем более Уильям. – Рад, что тебе понравилось, правда. Кажется символ, а так много значит,– повторяет он мысли брата, именинник согласно кивает, после этого Альберт реагирует на стук посуды по столу,– Льюис! – Здравствуй, брат,– младший на пару мгновений появляется в поле зрения и кивает ему,– прошу прощения, я присоединюсь к вам через минуту. Он ставит стул рядом с креслом Уильяма, в ответ на что тот предлагает просто вместе сесть на диван, так они и делают. Расставляют их наполовину наполненные бокалы и десерты, наконец начинают семейный разговор. – Вероятно, вы уже сделали это,– говорит Альберт, имея ввиду тост, и приподнимает свой бокал, чего уж проще заказать вино в номер,– но на правах главы семьи я должен повторить,– братья заулыбались сильнее, душой компании из всех троих всё же был Ал, с ним никогда не было скучно и уж тем более слишком тихо,– с днём рождения, Уильям, прошу тебя всегда оставаться таким какой ты есть, добрым, умным и направляющим в нужном направлении! Мы тебя очень любим! Они выпили. Беседа пошла пооживлённее, несмотря на вновь выступившие после тоста слёзы. Альберт сокрушался, что в этот раз не попробует десерт от брата. – Ну почему, Льюис?! Именно в этот раз ты готовил баноффи*!– старший брат упорно старался на них не смотреть и обиженно ковырял ложкой какой-то ресторанный тирамису. – Я уже давно продумал меню, мы же не знали, что ты уедешь, брат,– спокойно ответил главный кондитер семьи, хотя ему было и лестно, и в то же время жаль, что Альберт уехал в последний момент без своей любимой части семейного праздника. От их вида Уильям был готов рассмеяться, но вместо этого оказывалось, что десерт он уплетал ещё аппетитнее брата, возможно затем, чтобы ничего не говорить. Распалить Альберта довольно легко, пусть он и редко препирается с ними всерьёз. – Вот как! Даже не рассказал брату!..– деланно расстроенно произнёс старший Мориарти, выходя из зоны видимости камеры. Он едва ли не больше всех любил десерты Льюиса, и конечно такое положение вещей было как ножом по сердцу. Так можно было бы подумать. – Брат, к чему детские обиды? Вернись к нам, пожалуйста!– весело сказал Уильям, обращаясь к компьютеру, транслирующему пустую комнату. Но раньше Альберта в кадре появляется его ладонь с зажжённой зажигалкой. – Я знаю, о чём вы оба забыли,– хитро улыбается он и щёлкает крышкой, убирая огонь до того как сработает пожарная сигнализация. Вот он, всевидящий старший брат. Уильям и правда не задул свечи, ведь они всегда были обязанностью Альберта. Льюис срывается с места, а Уильям укоряюще смотрит на старшего: Льюис всегда переживает о том, что вечер пройдёт не идеально, а тут такая "оплошность"! К тому же Уильям свою порцию уже съел, а значит... – Съешьте кусочек за меня,– подмигивает Альберт, успокаивающе глядя на братьев, когда Льюис приносит новый кусок торта, с зажжённой на нём свечкой. Всё должно быть как положено, младший брат понимает это как никто другой, к тому же они все сегодня не совсем в одной тарелке, приходится смириться и с собственным несовершенством. – Загадай желание, брат,– улыбается Льюис и несколько секунд все трое смотрят на трепещущий огонёк, Уильям зажмуривается и дует. Слышатся аплодисменты Альберта, руки Льюиса заняты, но он тоже поддерживающе улыбается. Уильям обнимает его, как только брат возвращается на своё место рядом с ним. Младший Мориарти спокойно выдыхает, снова обнимая в ответ. – Возвращайся поскорее, брат! Не хотелось бы обижаться на твоё отсутствие,– подмигивает в камеру именинник, снова вернувшись к разговору (кусочек Альберта он уговорил Льюиса разделить пополам на двоих). Завтра старшим на работу, так что приходится подходить к завершению. – Обязательно, не думай, что я позволю тебе успеть это сделать, малыш Уилл!– смеётся на прощание Альберт. – Чем раньше ты вернёшься, тем больше шансов, что тебе достанется кусок праздничного торта,– замечает Льюис, отставляя свою тарелку, чтобы заправить чёлку за ухо. – Ловлю на слове, Лу,– кивает старший и отключается, сверкнув на прощание улыбкой. Он точно вернётся так быстро, как это будет возможно. Но на этом сюрпризы дня не заканчиваются, братья не успевают даже до конца убрать со стола, когда раздаётся новый звонок, на этот раз в дверь. Уильям, недоумевая, идёт в прихожую. На часах время уже начинает близиться к полуночи. – Кто там, брат?– Льюис выглядывает из кухни, он мыл посуду, так что не смог расслышать кто пришёл. – Доставили букет,– смущённо отвечает ему Уильям, занятый отцеплением открытки с упаковочной ленты. – От Холмса?– с некоторым пониманием интересуется Льюис. – Видимо, да,– Уильям скромно улыбается. Но это не тот Холмс, на которого подумал Льюис. Не все из них знают какие цветы любит его брат. С букетом белых лилий прибыло такое послание: "Пожалуйста, продолжай светить и дальше для нас и своей семьи, Уильям. Я очень рад, что имею честь быть знакомым с тобой и называть себя твоим другом. С днём рождения! Возможно не тот, кого ты ждал сегодня, МХ" Быть звездой и освещать кому-то путь, очевидно, очень ответственная и сложная задача, но раз все считают, что ты справляешься, то почему бы им не поверить? Уильям улыбается. Он знает, что хочет и дальше светить для них, главное лишь чтобы семья оставалась вместе. Не слишком ли это эгоистичное желание? Впрочем, семья тоже разрослась и Уильям совсем не против мечтать о празднике в новом полном составе. В конце концов, в этот день он может загадать любое желание. Даже если свечи уже не горят.